Азербайджанский государственный педагогический университет
Внутренняя речь как особая форма языковой коммуникации (на материале художественных произведений английских авторов)
Мамедова С.Я., преподаватель
Резюме
Настоящая статья посвящена интересной и актуальной в современном языкознании теме. В начале статьи даётся ясное и чёткое терминологическое обоснование внутренней речи как специфическом лингвистическом явлении. В дальнейшем, точнее, на протяжении всего хода работы, периодически (при необходимости) она сопоставляется или противопоставляется автором внешней речи. Из материалов статьи следовало, что оба понятия имеют целый ряд специфических признаков. Но, по понятной причине, приоритет отдаётся нормативам и законам функционирования внутренней речи.
В статье выделены её наиболее характерные особенности: предметность, субъективность, объективированность, единство понятий, целостность, структурность, константность, активность, категориальность, осмысленность и т.д. Однако главный упор был сделан на обобщенности, ситуативности и фрагментарности. Причём обосновывается, что непосредственно в контексте эти признаки не противоречат друг другу, но, напротив, дополняют.
Перечисленные признаки ярко характеризуют внутреннюю речь как языковой феномен. Структура внутренней речи - начиная с отдельных фраз, предложений или ССЦ, порою напоминает связку темы и ремы, когда изначальный смысл высказывания принадлежит теме, а её дальнейшее раскрытие - соответственно теме.
Ключевые слова: внутренняя речь, коммуникация, эмотивное пространство, языковые установки, предметность, структурность, константность, категориальность, обобщенность, ситуативность.
Summary
Internal speech as a special form of language communication (on the material of artworks of English authors)
Mamedova S.Ya., lecturer, Azerbaijan state pedagogical university
This article is devoted to an interesting and relevant topic in modern linguistics. At the beginning of the article, a clear and precise terminological substantiation of internal speech as a specific linguistic phenomenon is given. In the future, more precisely, throughout the course of the work, periodically (if necessary) it is compared or contrasted by the author of external speech. From the materials of the article it followed that both concepts have a number of specific features. But, for obvious reasons, priority is given to the norms and laws of the functioning of internal speech.
The article highlights its most characteristic features: objectivity, subjectivity, objectivity, unity of concepts, integrity, structure, constancy, activity, categoricality, meaningfulness, etc. However, the main emphasis was placed on generalization, situationality and fragmentation. Moreover, it is substantiated that directly in the context these signs do not contradict each other, but, on the contrary, complement them.
The listed signs vividly characterize inner speech as a linguistic phenomenon. The structure of internal speech - starting with individual phrases, sentences, or SSC, sometimes resembles a bunch of topics and temes, when the original meaning of the statement belongs to the topic, and its further disclosure is corresponding to the teme.
Keywords: internal speech, communication, emotive space, constancy, categoricality, generalization, language attitudes, objectivity, structure, situationality.
Постановка проблемы
Современные учёные - лингвисты и литераторы единодушны в вопросе о том, что внутренняя речь и в наши дни, то есть в начале третьего десятилетия XXI века, была и остаётся важнейшим и мало изученным механизмом мыслительной работы человека. По классической терминологии, к этому виду речи относят беззвучные процессы. Лингвисты и психологи также солидарны в том, что внутренняя речь любого языка - это такой универсальный механизм, который позволяет логически перерабатывать чувственные данные, параллельно включая их в определенную систему суждений и понятий.
Анализ последних публикаций
Внутренняя речь, понятно, опирается на соответствующие языковые установки, некоторый комплекс инструкций как вербальная интерпретация восприятий и ощущений. Одновременно с тем этот комплекс может также существовать (выделяться, вычленяться) и в составе текста, становясь тем самым предметом специального исследования и филологов, литературоведов. Следовательно, мы имеем возможность говорить уже о синтезе трёх научных дисциплин - лингвистики, психологии и литературы. Этому вопросу посвящён целый ряд трудов таких авторитетных учёных, как Л. Выготский, П. Блонский, Б. Ананьев и другие.
Выделение нерешенных ранее частей общей проблемы. Сфера внутренней речи настолько широка и многообразна, что включает в себя не только собственно лингвистические, но и психологические факторы. По этой причине некоторые исследователи распространяют это феноменальное явление на область психолингвистики.
Цель статьи. Показать, что внутренняя речь - это специфическая форма языковой коммуникации, подтверждая настоящее положение примерами из англоязычной литературы.
Изложение основного материала
Итак, прежде всего, подчеркнём, что внутренняя речь беззвучна и фрагментарна. Но, несмотря на это, она имеет свои специфические особенности. В чём они заключаются? В первую очередь в том, что эта речь вторична, точнее, производна от речи внешней. Но как особая форма коммуникации, она сложна и неординарна по своей внутренней структуре, так как тесно связана со взаимоотношением речи и мышления.
Этот усложнённый характер подчёркивал академик Л. Выготский. Он писал: «Абсолютно очевидно и ясно, что внутренняя речь изначально имеет психологическую природу. В этом и состоит главная трудность распознания отношения слов к мысли» [3, с.111]. Другой известный психолог Б. Ананьев указывал на множество дискуссионных вопросов, непосредственно связанных с коммуникативной направленностью внутренней речи. Учёный полагал, что «исследования в этом аспекте приводят не только к естественному признанию самого факта беззвучности данного вида речи, но также и её сокращённости, вторичности, а значит, производности от внешней речи, равно как и некоторой процессуальности и фазности при переходе речи внутренней соответственно во внешнюю» [1, с.56].
Отмечая коммуникативную доминанту внутренней речи, непременно следует указать на общую ориентацию внутренней речи. Подмечено, что в ряде языков, в том числе русском и английском славянской и романо-германской групп, внутренняя речь словно потенциально формирует фактор говорения, что в свою очередь, ведёт к развитию «внутренних монологов», то есть той форме, которая представляет собой завершающую фазу перехода внутренней речи во внешнюю. Нам это важно установить, так как в главную задачу статьи входит анализ этих монологов на примере произведений английских писателей. На наш взгляд, показательные образцы таких монологов есть в целом ряде художественных произведений талантливых английских прозаиков, на что ниже будет обращено основное внимание.
Однако прежде чем приводить примеры, считаем целесообразным вкратце осветить вопрос о границах функционирования внутренней речи, с одной стороны, и нормах её перехода во внешнюю - с другой. В частности, выясняется, что этот процесс с сугубо теоретической точки зрения сопровождается психолингвистической трансформацией переносимых в текст понятий, в которых, как это ни покажется странным и даже парадоксальным, «беззвучность» отчасти отходит на второй план.
На первый же выдвигаются именно текстовые психолингвистические фундаментальные характеристики. Это: предметность, субъективность, объективированность (или объектность), единство понятий, целостность, структурность, константность, активность, категориальность, осмысленность и некоторые другие. Каждый из этих признаков имеет строго обоснованное терминологическое определение. Это вполне закономерно, так как у них отмечен раздельный и при этом самостоятельный спектр действия, собственный механизм работы, они в современной лингвистике подчинены определённому алгоритму, наконец, обладают пространственно-временной сферой своего распространения.
Однако среди перечисленного для интересующего нас процесса перехода внутренней речи во внешнюю, одними из самых главных признаков являются также обобщенность и ситуативность. Последнее находит своё наиболее яркое выражение в подчинённости языковому окружению. Но в какой бы ситуации внутренняя речь не проявлялась, она практически всегда функционально спаяна с речью внешней.
Языковед А. Соколов верно подметил: когда внутренняя речь используется в общелитературном контексте, то её собственно лингвистические признаки тем более приобретают отчётливые черты. А именно, «каждая написанная фраза, - по мнению учёного, - наделена особым, то есть специфическим смыслом» [7, с.5]. Иногда структура предложения диктует особые условия проникновения одного высказывания в другое. В таких случаях нередко внутренняя речь становится переходной ступенью от одного смысла к другому. Первая часть предложения (фразы, высказывания, фрагмента текста и т.п.) является своеобразным инструментом, с помощью которого устанавливается смысл как изначального, так и последующего высказываний. Первая часть речи - это тема, которая, как известно, содержит в себе начальную информацию, являясь исходным пунктом высказывания, а последующая - это рема, являющаяся носителем новой информации. Характерно, что это правило действует, несмотря на тот неоспоримый факт, что между внутренней речью и непосредственным общением людей (в нашем случае - литературных героев) нет тесной связи. Единство изложения мыслей и константность, указанные выше, контрастируют с фрагментарностью, изолированностью отдельных отрезков речи. Между тем, как правильно отмечал Б. Ананьев, «внутренняя речь, главным образом, предназначена для подготовительных функций, благодаря чему и выполняется важная коммуникативная функция «речевой установки» [1, с.59].
Продолжим мысль учёного. Такие речевые установки на общение (или сообщение»), с одной стороны, помогают процессу отбора отдельных лексем или фраз. С другой стороны, ввиду своей активности, подвижности, гибкости, динамичности и отзывчивости на те или иные чувства, продуцируют особую «атмосферу благожелательности» в тексте. Недаром академик М. Бахтин называл внутреннюю речь в литературном произведении аналогом особенной «житейской идеологии».
Действительно, эта образно трактуемая Бахтиным «житейская идеология» является специфической (если не сказать уникальной) формой языковой коммуникации. Мы имеем в виду наличие некоторого количества речевых опорных пунктов. Теория гласит, что это «ключевые слова» или же термины, которые можно наблюдать, вычленять и анализировать в процессе чтения текстовых отрезков речи или их слушания. В свете избранной нами темы статьи немаловажным представляется указать на тот факт, что смысловые опорные пункты особенно ясно просматриваются (прочитываются) при переводе с английского текста на русский. Оказывается, ряд смысловых опорных пунктов есть по сути дела основные лексико-семантические элементы внутренней речи нглийского языка, получающие при переводе на русский адекватное либо приблизительное значение. Но так как вопросы перевода не входят в задачу настоящей статьи, то мы ограничиваемся фактом признания определённой роли внутренней речи как своеобразного сигнализатора отдельных смысловых речевых пунктов (установок). внутренний речь языковый коммуникация английский
Что же они собою представляют? Попытаемся подойти к выяснению этого вопроса, отталкиваясь от замыслов английских писателей, в специальных целях использующих внутреннюю речь в своих произведениях. В качестве доказательств теоретических положений о речевых пунктах (установках) мы решили избрать примеры из творчества У. Фолкнера (роман «Шум и ярость»), Ч. Диккенса (роман «Домби и сын») и Пенелопы Винченци «Греховные радости».
Анализ отдельных отрывков из этих произведений, в частности, показал, что внутренняя речь в произведениях английских писателей - это вовсе не эквивалент естественного течения внутренней речи. Данный вид речи, по указанию Н.И. Жинкина, «осуществляется посредством невербального субъективного кода, протекающего чаще всего в скрытых формах и потому являющихся, как правило, тяжело доступными для наблюдений с последующей регистрацией» [5, с.95]. Внутренняя речь в произведениях, в отличие от её лингвистической трактовки, подвергается обработке со стороны автора. Значит, она уже не может быть беззвучной, а озвученная, в свою очередь, условна. Но это не означает, что риторически и нормативно преобразованный материал, строго оформленный по законам морфологии, лексики и синтаксиса английского языка, не снабжён гаммой разных интонаций. Оттенки внутренней речи при всей их условности тем не менее эстетически значимы своей ритмикой, что и позволяет критикам и читателям, фиксируя эти ритмические рисунки, делать её понятной, доступной для восприятия.
Так, можно подметить стилистические приёмы, которые именно благодаря использованию внутренней речи содействуют более глубокому проникновению в психологический мир героев. Рельефными предстают перед читателями их внутренние мысли, чувства, переживания.
Например, в романе У. Фолкнера «Шум и ярость» привлекает внутренняя речь одного из центральных действующих лиц - Бенджи. С одной стороны, можно наблюдать последовательное в хронологическом аспекте описание событий. С другой стороны, эта проговариваемая втуне речь интересна символическим осмыслением событий и фактов. Любопытно: для героев самой символики как таковой не существует, она предназначена для осмысления со стороны другими персонажами или же читателями.
«They were coming toward where the Hag was and I went along the fence. Luster was hunting in the grass by the lower tree. They took the lag out, and they were hitting. Then they put the Hag back and they went to the able, and he hit and the other hit. Then they went on, and I went along the fence. Luster came away from the lower tree and we went along the fence and hey stopped and we stopped and 1 looked through the fence while Luster was hunting in the grass [9, с.8].