Иначе говоря, виктимность конкретного индивида представляет собой потенциальную способность его оказаться в роли жертвы преступления в результате отрицательного взаимодействия его личностных качеств с внешними факторами. Преступлением лишь реализуется такое свойство, объективируется данная способность.
В.И. Полубинский, хотя и критикует Л.В. Франка, практически занимает аналогичные позиции, признавая, что виктимность «это потенциальная способность, повышенная по отношению к некоему среднему уровню. Однако, и это существенно, В.И. Полубинский связывает виктимность исключительно с субъективными качествами индивида. Внешним факторам он отводит роль реализаторов потенций виктимности.
И Л.В. Франк, и В.И. Полубинский полагают, что потерпевшим от преступления может стать индивид, вообще не обладающий какой-либо потенциальной виктимностью. Иначе говоря, виктимизация не связывается с реализацией виктимности за исключением случаев повышенной способности оказаться в роли жертвы.
Следует отнестись критически к соображениям по поводу этих определений, тем более что они не полностью совпадают.
Начнем с того, что определенное поведение, социальная роль, статус, если они создают «предрасположенность» к тому, что лицо при определенных обстоятельствах может стать жертвой преступления, выражают специфическое свойство этого лица, связанное с его личностными качествами. Это свойство - одно из составляющих качества индивидуальной виктимности, представляющей не что иное, как состояние уязвимости, зависящее не только от субъективных, но и объективных факторов.
Индивидуальная виктимность, следовательно, складывается из личностного и ситуационного компонентов, причем качественная характеристика первого находится в системной зависимости от второго.
Личностный компонент индивидуальной виктимности - это способность стать жертвой в силу определенных, присущих индивиду субъективных качеств. Условно говоря, это - виктимная годность определенного лица.
Повышенная степень уязвимости за счет личностного компонента виктимности вытекает из наличия соответствующих виктимных предрасположений, т.е. социальных, психологических, биофизических качеств, повышающих степень уязвимости индивида и проявляющихся в большей мере активно.
Без виктимной способности (годности) нет виктимности как таковой. Виктимная предрасположенность, делающая индивида, в принципе, легкой добычей, например, вора-карманника, сведется на нет, если у этого индивида нет кармана и кошелька. Этот человек в данных конкретных условиях не способен стать жертвой кражи.
По логике понятий, предложенных Л.В. Франком и В.И. Полубинским, индивидуальная виктимность, «...как повышенная способность человека в силу социальной роли или ряда духовных и физических качеств при определенных обстоятельствах становиться потерпевшим», приобретается им от какого-то конкретного уровня. И это действительно так. Суть лишь в том, что этот уровень - не отсутствие виктимности, а та самая «нормальная», «средняя» потенциальная индивидуальная виктимность, та способность стать жертвой, которую указанные авторы не заметили.
Любой индивидуум потенциально виктимен, поскольку он, находясь в определенной жизненной обстановке, включаясь в сплетение разноплановых социальных отношений, может оказаться жертвой преступления. Он не приобретает виктимность. Наоборот: просто не может быть потенциально невиктимным. Но это, разумеется, вовсе не означает, что ему «суждено стать жертвой с неизбежностью и предопределенностью».
Виктимные предрасположения, виктимная способность - специфические личностные качества - относительны. Они существуют объективно только как системные элементы. Если конкретная ситуация их реализации есть лишь частный случай на уровне единичного факта, то качествами виктимной потенции их делает состояние общества, еще не изжившего преступность. В этом смысле индивидуальная виктимность есть состояние уязвимости лица, связанное с состоянием общества и заключающееся в возможности реализации (или нереализации) качеств, ему присущих, в ходе совершения в отношении него преступления. Субъективные качества виктимности объективируются как элементы системы «человек - среда».
Очевидно, нельзя ставить свойство виктимности в зависимость от того, могла ли жертва объективно предотвратить грозившую ей опасность (как это делает Л.В. Франк). Ведь тогда надо признать, что грудной ребенок невиктимен, так как его объективная возможность противодействовать преступнику равна нулю. Вместе с тем признание виктимности не только состоянием, но и свойством человека, ни в коей мере не относится к концепции латентной, врожденной жертвы, так как объективно виктимность не связана с какой-либо фатальностью, неизбежной предопределенностью причинения вреда. В конечном счете, виктимность - явление социальное.
Таким образом, индивидуальная виктимность - это обусловленное наличием преступности состояние уязвимости отдельного лица, выражающееся в объективно присущей человеку (но не фатальной) способности стать жертвой преступления. Реализованная преступным актом или оставшаяся в потенции, эта уязвимость зависит от субъективных и объективных предрасположений и в конечном счете выступает как неспособность противостоять преступнику, определяемая совокупностью факторов, делающих ее объективной (не зависящей от жертвы) или оставляющих ее на уровне субъективного «нежелания или неумения».
Виктимность характеризуется и таким качественным параметром, как универсальность, т. е. возможность реализации в ситуациях более или менее широкого круга преступлений. В этом плане виктимность проявляется как общая и специальная (или избирательная) характеристики человека. Эти характеристики не выражают степени уязвимости человека (повышенная, средняя, пониженная виктимность). Они лишь представляют максимально полный для данного человека «набор» общих и специальных виктимных потенций, каждая из которых может проявляться в различной (от минимальной до самой высокой) степени.
Выявление применительно к каждому объекту виктимологической профилактики его общей и специальной виктимности имеет большое значение, так как позволяет определить направления профилактического воздействия (исходя из количественной характеристики, набора виктимных предрасположений) и необходимую его интенсивность (учитывая выраженность этих предрасположений, т.е. виктимных потенций). Это тем более важно, так как нередко человек характеризуется противоположными параметрами виктимной потенции: например, может легко защититься от нападения, но совершенно не способен разобраться в уловках мошенника, или наоборот. Вместе с тем виктимность как состояние уязвимости относительна, так как всегда реализуется в ситуации, оказавшейся для этого достаточной. Одинаковые личностные качества, аналогичное поведение могут привести к различным последствиям в зависимости от конкретной ситуации.
Исходя из характера и степени выраженности личностных качеств, определяющих индивидуальную виктимную предрасположенность, можно выделить несколько типов жертв:
. Универсальный (универсально-виктимный) тип.
К этому типу относятся лица, обладающие явно выраженными личностными чертами, определяющими их высокую потенциальную уязвимость в отношении различных видов преступлений. Это обладатели виктимных предрасположений, реализация которых возможна в ситуациях различных преступлений. Жертвы этого типа могут характеризоваться как типичной для них активностью виктимного поведения, так и пассивностью.
. Избирательный (избирательно-виктимный) тип.
К этому типу относятся лица, обладающие высокой уязвимостью в отношении определенных видов преступлений. Виктимная предрасположенность может обусловливаться типичными формами поведения в сочетании с характером конфликтных ситуаций. Например, бытовая агрессивность имеет следствием причинение вреда жизни или здоровью, коммерческая деятельность связана с причинением имущественного вреда и др.
. Ситуативный (ситуативно-виктимный) тип.
Потерпевшие этого типа обладают средней потенциальной виктимностью и оказываются жертвами преимущественно в результате стечения ситуативных факторов, опасность которых оказалась для них непреодолимой.
. Случайный (случайно-виктимный) тип.
Жертвы этого типа оказываются таковыми в результате случайного стечения обстоятельств (например, в ДТП).
. Профессиональный (профессионально-виктимный) тип.
Виктимность жертв этого типа связана с их профессиональной занятостью.
Надо, однако, учитывать, что у жертв всех типов есть общая, базовая, «незаметная» потенциальная виктимность, от которой, собственно, и идет отсчет всех количественных и качественных параметров индивидуальной виктимности.
1.3 Причины негативного поведения
Борьба с пенитенциарной преступностью всегда была в центре внимания правоохранительных органов, однако до сих пор меры по ее предупреждению в большинстве случаев носят односторонний характер, не учитывая роли жертвы в механизме преступного поведения (при этом согласно результатам исследования в более чем 50% случаев виктимизации поведение жертвы было провоцирующим), и нацелены главным образом на осужденных, от которых можно ожидать совершения преступлений. Обозначенная проблема диктует необходимость использования потенциала виктимологического направления борьбы с преступностью, а его эффективность зависит, прежде всего, от того, насколько полно установлены факторы, детерминирующие пенитенциарную виктимизацию осужденных.
Детерминация виктимизации - это не просто набор отдельных друг от друга факторов разного социального уровня и разной степени общности, а система взаимодействующих факторов, и наша задача - выяснить основные элементы, найти проявления принципа взаимодействия в конкретных условиях. В основе существования пенитенциарной виктимизации осужденных лежит ряд факторов как общесоциального, экономического, так и организационно-правового характера, поэтому при исследовании важно использовать многофакторный подход, основанный на учете и анализе всего многообразия социальных факторов, оказывающих воздействие на виктимизацию осужденных.
Одни авторы предлагают проводить различие между содержанием и соотношением таких понятий, как "виктимогенные" и "виктимологические факторы", другие - между содержанием и соотношением таких категорий, как "факторы" и "условия виктимизации".
Применительно к пенитенциарной виктимизации осужденных как специфическому пенитенциарному процессу вполне возможно без ущерба для содержания криминологического анализа использовать категорию "факторы виктимизации", под которыми мы понимаем объективные и субъективные явления и процессы пенитенциарного свойства, которые в сочетании друг с другом приводят или создают угрозу наступления криминальной виктимизации.
Значение факторов, обусловливающих уровень пенитенциарной виктимизации осужденных, различно. Следует отметить, что "поиск факторов не может быть произвольным". Он должен вестись с учетом определенных требований, исполнение которых позволит убедиться в обоснованности их выбора, поэтому факторы виктимизации обычно рассматривают в рамках определенных классификаций.
Характеризуя существующие в науке точки зрения классификации факторов криминальной виктимизации, следует отметить, что их принято разграничивать на факторы:
действующие на общем и индивидуально-групповом уровнях общественных отношений;
экономические,
организационно-управленческие,
правовые,
идеологические,
психологические и культурно-воспитательные детерминанты криминальной виктимизации;
социальные и психологические,
внутренние и внешние.
Кроме того, факторы виктимизации, как и любого другого социального явления, можно классифицировать на: основные и производные; общие и специальные; экономические, демографические, социально-культурные, социально-психологические, организационно-правовые и т.д.
Как видим, существует множество групп факторов, и чисто механическое перечисление тех из них, которые характерны для условий лишения свободы, не привнесет что-либо в научное их осмысление. Необходимы система ранжирования и классификации этих факторов, специальные методики и показатели их учета и влияния, оказываемого на процесс виктимизации осужденных в период отбывания лишения свободы. В любом случае исследуемые факторы, как совершенно справедливо отмечает В.Н. Кудрявцев, нуждаются в обобщении по определенной модели.
Прежде всего, факторы виктимности различаются по происхождению и делятся на факторы, действующие в сфере исполнения лишения свободы, и факторы, действующие в сфере отбывания лишения свободы.
Связано это с тем, что угроза, создаваемая ими, - категория объективная и, следовательно, может быть устранена в случае, если устранены факторы, ее порождающие. В условиях лишения свободы сила угроз, порождаемых этими факторами, различна. Тем не менее, такая двусторонняя действенность факторов, влияющих на пенитенциарную виктимизацию, наиболее приемлема.
Зарубежные специалисты уверены: когда люди думают о тюрьме, то чаще всего вспоминают ее чисто физические характеристики: стены, забор, здания с закрытыми дверьми и решетками на окнах. Но реальность заключается в том, что наиболее важным аспектом тюрьмы является человеческий фактор, поскольку в тюрьмах находятся люди. Две основные группы в тюрьме - это заключенные и персонал, который наблюдает за ними, и ключом к хорошо управляемой тюрьме являются взаимоотношения между ними.
В сфере исполнения лишения свободы факторы пенитенциарной виктимизации осужденных представляют собой недостатки администрации в организационно-управленческой деятельности, трудоиспользовании осужденных и организации надзора за осужденными, создающие и (или) реализующие угрозу виктимизации осужденных.
К таким недостаткам относятся:
недостаточный уровень подготовки сотрудников исправительных учреждений в части, касающейся предупреждения криминальной виктимизации осужденных;
недостатки в комплектовании кадров уголовно-исполнительной системы с учетом качественных и количественных характеристик;
недостатки в работе администрации по привлечению осужденных к труду;
нарушение дисциплины и наличие преступных проявлений в учреждении;
социально-психологическая ситуация в исправительном учреждении.
По вопросам комплектования кадров следует отметить, что в настоящее время встречаются факты превышения должностных полномочий со стороны сотрудников исправительных учреждений. Одним из факторов данных нарушений, бесспорно, является и виктимность осужденных.
апреля 2012 г. в Челябинском областном суде оглашен приговор в отношении начальника исправительной колонии № 2 Дмитрия Башинского, трех сотрудников этой колонии, а также в отношении одного из заключенных, Олега Гордеева. Об этом сообщает пресс-служба суда.
Башинский обвинялся в организации применения незаконных мер воздействия к заключенным. Его подчиненные Запорожец, Зарипов и Швецов вердиктом присяжных признаны виновными в том, что 2 июня 2010 года они из-за отказа выполнять требования избили осужденного Роденко. В момент избиения он был связан и подвешен в камере штрафного изолятора за веревки. Затем осужденного поместили на четыре часа в узкое помещение для хранения хозинвентаря, так называемый «стакан». После издевательств его вернули в камеру. Вечером к Роденко проник неустановленный человек и задушил осужденного.
Также сотрудник колонии Запорожец признан вердиктом присяжных виновным в причинении насилия к другому осужденному - Калиеву (1 июня 2010 года поместил раздетого потерпевшего в непроветриваемое помещение - «кладовую», пол которого был заполнен водой с примесью хлора, где продержал 31 час, распылял в помещение слезоточивый газ из баллончика). Зарипов и Швецов оправданы по обвинению в применении насилия к Калиеву (им вменялось, что они после выдворения из «кладовой» обливали потерпевшего горячей водой из пожарного шланга).