До описания этих событий трактовка Митфода соответствовала трактовке античных авторов, согласно которой многие греческие государства, и особенно Спарта, отвергли это предложение. Однако дальнейшее понимание сущности событий у Митфорда совершенно иное. «Перикл, когда он вошел в коалицию с Кимоном, кажется, искренне разделял широкие взгляды этого великого человека и надеялся, что благодаря их союзу и олигархическая, и демократическая власть в Афинах могли бы находиться в справедливом равновесии, и считал возможным установление мира в Греции на основе союза между Афинами и Лакедемоном. Однако, исходя из повествования Фукидида, очевидно, что Архидам редко мог определять действия Лакедемонского правительства. Если принять во внимание всю совокупность сведений, кажется вероятным, что проект Перикла был согласован с Архидамом; но противодействие враждебной фракции в Лакедемоне совпало с возражениями тех граждан в Афинах, кто предчувствовал нарушение их интересов со стороны новой коалиции с аристократической партией. Это заставило автора проекта оставить его великолепную и благодетельную цель на стадии настолько ранней, что этот проект не стал предметом внимания способного и точного историка - современника [Фукидида] в том ценном сокращенном изложении ранней греческой истории, который предшествует его рассказу о Пелопонесской войне» (HG, p. 299).
Как считает английский историк, хотя мир между Лакедемоном и Афинами был необходим и был согласован Периклом и Архидамом, однако, где бы ни вспыхнул конфликт среди греков, пусть и в самых отдаленных греческих поселениях, это не могло не столкнуть Афины и Спарту. «Спор между двумя государствами афинской конфедерации в Азии привел Афины к войне, которая подвергла опасности перемирие, заключенное на тридцать лет, хотя оно едва ли продолжалось шесть» (HG, p. 299).
Доказательством приведенного выше утверждения о неизбежности вовлечения Афин и Спарты в любой конфликт греческих государств, согласно трактовке Митфорда, являются события, связанные с конфликтом между Самосом и Милетом, который и стал непосредственным поводом к началу Пелопонесской войны. «Милет и Самос - каждый предъявлял претензии в 440 г. до н. э. на обладание Приенами(Priene), первоначально свободной греческой республикой, подтверждая свои соответствующие претензии оружием. Милетяне, когда они потерпели поражение, обратились к посредничеству Афин для возмещения причиненного им ущерба» (HG, p. 299).
Неизбежность, или, скорее, закономерность перерастания любого локального конфликта в столкновение двух политических союзов, возглавляемых Афинами и Спартой, объясняется, по мнению Митфорда, тем, что они возглавлялись разными политическими группировками. «На обычную междоусобицу внутри каждого греческого государства влияли политические обвинения: для аристократии, преобладающей в то время на Самосе, лидеры демократической партии были связаны с врагами их страны, и их обвинили в переходе на сторону афинян» (HG, p. 299-300).
Дальнейшие события подтверждают, с точки зрения английского историка, и закономерность, и неизбежность столкновения Афин и Спарты. «Противники Афин, согласно Плутарху, злонамеренно оценивали меры, последовавшие после неохотного согласия Перикла на ходатайство Аспасии в пользу ее родного города, хотя, как следует из свидетельства Фукидида, в таком поводе не было необходимости. Афинское правительство едва обратило внимание на эту причину, и, как и ожидалось, к Самосскому правительству было послано официальное требование ответить депутатам Афин на обвинения, направленные против них. Самосцы, не желая представить свои объяснения на суд тех, кто, как они знали, был всегда враждебен интересам аристократической партии, отказались послать представителей. Однако флот из сорока трирем и галер быстро привел их к покорности; правительство было заменено на демократов, прежде возглавлявших оппозицию и, чтобы гарантировать постоянное послушание аристократической группировки, пятьдесят мужчин и пятьдесят мальчиков из первых семейств острова были отданы в заложники и помещены под афинской охраной на острове Лемнос» (HG, p. 300).
Противоборство политических группировок все более разрасталось в связи с просьбами побежденной аристократической оппозиции о помощи к Персии и Спартанскому союзу. «Самосские беженцы были благосклонно приняты Писсуфнесом [сатрап Сард]. Они переписывались со многими из их партии, все еще остававшимися на острове, и заняли город Византий, являвшийся союзником Афин. Собрав затем отряд приблизительно из семисот воинов, они ночью пересекли узкий канал, который отделяет Самос от континента и, воссоединившись со своими друзьями, застали врасплох и одолели новое правительство. Тут же они переправились на Лемнос и ... освободили своих заложников, пленив афинскую охрану. Чтобы получить более действенное покровительство сатрапа, афинские пленники были отданы ему. Они также не оставляли надежд на помощь лакедемонян и готовились развить свой успех, немедленно предприняв экспедицию против Милета» (HG, р. 301).
Действия со стороны Афин, как считает Митфорд, были также закономерны. Как только «сведения об этих событиях достигли Афин, Перикл с девятью другими стратегами, согласно древней военной конституции, приняли командование и поторопились двинуться к Самосу с флотом из шестидесяти трирем. Шестнадцать из них были направлены к Хиосу и Лесбосу, чтобы требовать помощи от этих островов, остальные корабли - к Карийскому побережью, чтобы найти финикийский флот, который, как ожидалось, поддержит самосцев, поскольку был на персидской службе. Перикл с оставшимися 44 кораблями встретил самосский флот из семидесяти кораблей, возвращавшийся из Милета, и разгромил их» (HG, р. 301).
Эти события, в понимании английского историка, сами по себе уже могли бы стать поводом к началу Пелопонесской войны, и лишь позиция Коринфа пока отсрочила ее начало. «Тем временем в Спарте было созвано совещание представителей государств Пелопоннесской конфедерации по вопросу о том, защищать ли демократическую партию на Самосе, что, согласно господствующим в то время греческим политическим принципам, было восстанием. Коринфяне, пока еще ослабленные последствиями их недавней войны с Афинами, предпочли склонить собрание к отказу от таких действий» (HG, р. 302). В результате «угроза начала всеобщей войны в Греции была устранена решением собрания Пелопонесской конфедерации не вмешиваться в отношения между афинянами и их азиатскими союзниками, и мир сохранялся в течение следующих трех лет после покорения Самоса» (HG, р. 304).
Однако в Афинах оценка этих событий и их последствий была иной: «Перикл воспользовался случаем, чтобы завоевать еще большую популярность. После возвращения войска в Афины с пышностью были проведены традиционные празднества в честь тех, кто погиб в войне... Когда он спускался с возвышения, откуда поздравлял народ, женщины увенчали его с венками; что было самым высоким символом уважения и отличия со стороны правительства» (HG, р. 304).
Повторение в дальнейшем похожих ситуаций, как считает английский историк, связанных с конфликтами Коркиры и Коринфа, а затем и Потидеи и Коринфа, и вовлечение в этот конфликт Афинского и Пелопонесского союзов не могло не привести к войне (HG, р. 305-320, 320-331). В результате после всех этих событий новое собрание представителей Пелопонесской конфедерации приняло решение, что помощь Афин этим городам и вовлечение их в Афинский
союз является нарушением условий мира Афинами, и направило в этот город послов с требованиями, которые Афины отклонили (HG, р. 333-346). Митфорд подчеркивает: члены Пелопонесского союза осознавали, что идет процесс превращения Афинского союза в Афинскую империю и поэтому война необходима как средство предотвращения этого, и потребовали в качестве условия сохранения мира, чтобы все государства Греции, ставшие подданными Афин, восстановили свой статус независимых государств (HG, р. 346-347).
Последним толчком к началу войны послужил очередной конфликт, теперь уже между Потидеей и Фивами. И в этом случае в основе конфликта была как внешняя, так и внутренняя борьба между аристократической и демократической группировками. «При протекторате Афин «демократы», конечно, преобладали в Платеях. Но как в самих Афинах оставались сторонники аристократической партии, так и в Платеях были люди, которых демократическое правительство иногда притесняло и всегда препятствовало их продвижению, что вызывало недовольство. Такое недовольство не имело перспектив при господстве Афин, поэтому Фивы оказывали этой партии помощь, надеясь изменить патронаж в свою пользу» (HG, р. 358).
Итак, представляется очевидным, что причины Пелопонесской войны Митфорд связывает не с личными качествами и влиянием политических лидеров, не столько с влиянием и преимуществами той или иной политической организации государств Греции, сколько с политической междоусобицей внутри каждого греческого государства, вызванной преобладанием частных, материальных интересов именно в демократических Афинах, навязывавших свое господство другим государствам Греции ради удовлетворения и увеличения этих интересов.
Источники
пелопонесский война митфорд группировка
1. HG - Mitford W. The History of Greece: 12 v. -London: Luke Hansard & sons, 1808. - V. II. - 551 р.
2. Литература
3. Rawson E. The Spartan Tradition in European Thought. - Oxford: Clarendon Press, 1969. - 390 p.
4. FrankM. The Greek Heritage in Victorian Britain. - New Haven: Yale UP, 1981. - 461 p.
5. Peardon T.P. Transition in English Historical Writing, 1760-1830. - N. Y.: Columbia Univ. Press, 1933. - 333 p.
6. Милашевская Т.А. Уильям Митфорд и начало торийской историографии античности в Англии: Дис. ... канд. ист. наук. - Казань, 1979. - 190 с.
7. Скворцов А.М. Кондрашук Р.А. Античное наследие в политической и колониальной практике Британской империи: У. Митфорд как идеолог «нового империализма» // Челябинский гуманитарий. - 2014. - № 4. - С. 86-91.
8. Rawson E. The Spartan Tradition in European Thought. Oxford, Clarendon Press, 1969. 390 p.
9. Frank M. The Greek Heritage in Victorian Britain. New Haven, Yale UP, 1981. 461 p.
10. Peardon T.P. Transition in English Historical Writing, 1760-1830. New York, Columbia Univ. Press, 1933. - 333 p.
11. Milashevskaya T.A. William Mitford and the beginning of the Thorian historiography of antiquity in England. Cand. Hist. Sci. Diss. Kazan, 1979. 190 p. (In Russian)
12. Skvortsov A.M., Kondrashuk R.A. Antique legacy in the political and colonial practices of the British Empire: W. Mitford as an ideologist of “new imperialism”. ChelyabinskiiGumaniarii, 2014, no. 4, pp. 86-91. (In Russian)
Abstract
W. Mitford on the Causes of the Peloponnesian War
N.A. Yasnitsky, Moscow Region State University, Moscow, 105005 Russia
This historiographical paper discusses the causes of the Peloponnesian War as understood by W. Mitford, an English historian at the turn of the 18th - 19th centuries. His work “The History of Greece” was considered the most influential until the publication of “History of Greece” by G. Grote. It was found that W. Mitford's interpretations were differently assessed in the 19th - 20th centuries: he was accused of political bias, praising Sparta, and criticizing democracy in general and the Athenian system of government in particular. The evidence that W. Mitford's interpretations of the causes of the Peloponnesian War are based on the same objective factors as that ones introduced by modern scholars: not on his personal preferences or political views, but on the analysis of the political situation in Greek states based on the material interests of the political groups in democratic Athens imposing its rule to other Greek States in order to satisfy these interests.
Keywords: English historiography, antiquity, 18th century, W. Mitford, Athens, Sparta, Peloponnesian War