Наиболее радикальным нововведением, привнесенным новым законом, явилось изменение санкций, предусматривающих ответственность как за дачу вятки, так и за ее получение. При этом эти изменения коснулись как видов наказания, так и их размеров.
Количество частей в статье 291 УК РФ (дача взятки) в новой редакции, выросло с двух до пяти. Увеличение количества частей статей явилось следствием изменения субъектного состава и введения дополнительных квалифицирующих признаков. Дача взятки должностному лицу, иностранному должностному лицу либо должностному лицу международной организации, в значительном размере в особо крупном размере ст. 291 УК РФ, части 2 и 5 соответственно. Часть 4 ст. 291 УК РФ в новой редакции предусматривает ответственность взяткодателя за совершение преступления, если оно совершено группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, а также в крупном размере.
Объективная сторона дачи взятки заключается в действии по передаче должностному лицу (лично или через представителей) материальных ценностей или выполнения бесплатных услуг и создания иных выгод материального характера за деяния, которые должны быть совершены в интересах передающего вознаграждение или в интересах лиц, представленных им. Взятка возможна и за действия, которые виновный не мог совершить, но взяткодатель об этом не знал. В большинстве случаев между взяткополучателем и взяткодателем существует предварительная договоренность о взятке, которая может иметь место непосредственно перед передачей взятки. В случае, когда такая договоренность отсутствует и инициатива исходит от взяткодателя, оконченным преступлением дача взятки будет с момента принятия получателем хотя бы части передаваемых ценностей.
Таким образом, следует подчеркнуть, что состав дачи взятки является формальным составом. Состав преступления, предусмотренный ст.291 УК РФ, может иметь место лишь в том случае, когда предмет взятки принимается взяткополучателем. Оставление, например, денег в конверте на столе должностного лица или в ином месте его кабинета, которые, однако, не были им приняты, образует только покушение на дачу взятки, равно как и те случаи, когда должностное лицо отказалось принять взятку. Также, если обусловленная передача ценностей не состоялась по обстоятельствам, не зависящим от воли лиц, пытавшихся передать предмет взятки, содеянное ими следует квалифицировать как покушение на дачу взятки (п.11 Постановления №6 Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000г.).
Несмотря на кажущуюся простоту правил квалификации деяния как покушения на дачу взятки, в судебной практике возникают некоторые разночтения данных нормативных установлений, приводящие к ошибочной квалификации деяния.
Так, в 2010 г. Орджоникидзевским районным судом г.Екатеринбурга был осужден по ст.30ч.3. ст.291 УК РФ за покушение на дачу взятки инспектору ДПС Б.Судом было установлено, что Б. деньги на передал лично инспектору, а положил их между сиденьям патрульной автомашины, где составлялся протокол об административном правонарушении. Так как инспектор не принял взятку, а сразу пригласил сотрудников ОБЭП, суд сделал вывод о том, что преступление является неоконченным, и квалифицировал данное деяние как покушение на дачу взятки.
Данное решение представляется абсолютно верным. Но можно привести и прямо противоположный пример.
Тогда же, в 2010г., Ленинским районным судом г. Екатеринбурга был осужден по ст.291 УК РФ за дачу взятки инспектору ДПС Д.Судом было установлено, что Д. с целью уйти от административной ответственности за управление автомобилем в нетрезвом состоянии предложил инспектору взятку, положив денежные купюры между сиденьями автомобиля ДПС ГИБДД. Инспектор деньги не взял, а сразу пригласил сотрудников ОБЭП. Тем не менее, суд квалифицировал данное деяние как оконченную дачу взятки. Высказывание лишь намерения дать взятку не образует покушения, когда лицо для реализации высказанного намерения никаких конкретных действий не предпринимало (данное положение также содержится в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000г.).
В случаях, когда должностное лицо отказалось принять взятку, взяткодатель или лицо, передающее предмет взятки, несет ответственность за покушение на преступление, предусмотренное ст.291 УК РФ. Приготовление к даче взятки без отягчающих обстоятельств (ч.1 ст.291 УК РФ) уголовной ответственности не влечет.
Субъективная сторона дачи взятки характеризуется прямым умыслом. Сознанием виновного должно охватываться, что вознаграждение вручено именно должностному лицу и только за действие, которое он может совершить с использованием своего служебного положения. Виновный должен осознавать незаконность передачи вознаграждения должностному лицу, отсутствие у последнего права на его получение, а также то, что взятка вручается за совершение в его пользу действий, связанных с использованием служебного положения должностного лица (или за воздержание от таких действий). При этом виновный желает передать должностному лицу незаконное вознаграждение (взятку). Если же при передаче вознаграждения взяткодатель думает, что должностное лицо имеет на него право, то такое деяние не может быть квалифицировано как дача взятки. Нельзя говорить о даче взятки и в том случае, если вознаграждение вручается должностному лицу не за действия (бездействие), а равно какое-либо поведение, связанное с использованием должностного положения.
Мотив преступления не влияет на квалификацию, но должен учитываться при назначении меры наказания.
На основании изложенного, можно сделать вывод, единого понятия взяточничества нет. Взяточничество является собирательным термином, который отражает характеристику двух самостоятельных составов преступлений - получение и дача взятки.
Непосредственным объектом получения взятки являются общественные отношения, составляющие основу организации и деятельности государственного аппарата, а также основанная на законе деятельность государственного аппарата и авторитет органов власти и управления.
Предметом взятки могут быть любые материальные ценности или блага материального характера, в том числе изъятые из оборота (например, оружие).
Получение взятки будет оконченным с момента принятия предмета взятки независимо от того, было ли выполнено действие (бездействие), за которое она давалась
Субъект получения взятки - должностное лицо.
Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом, т.е. сознанием, что материальные ценности переданы (услуги материального характера оказаны) за совершение действия или бездействия в интересах взяткодателя, и желанием получить незаконную материальную выгоду путем использования своего служебного положения в интересах взяткодателя.
Особую опасность представляет квалифицированное взяточничество. Это: получение взятки за незаконные действия (бездействие); получение взятки лицом, занимающим государственную должность РФ или государственную должность субъекта РФ, а равно главой органа; получение взятки группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; получение взятки в крупном размере; а так же действия по получению взятки связанные с вымогательством.
Глава 3. Криминологическая характеристика проблемы взяточничества в российской федерации и анализ законодательства об ответственности в зарубежных странах
3.1 Криминологическая характеристика взяточничества в Российской Федерации
В современных условиях коренные преобразования в жизни общества, сказываются на общественных отношениях в целом, на формировании общественной психологии, на мотивах и формах поведения людей. Поэтому одна из актуальных задач криминологической науки состоит в выделении и анализе компонентов социальной действительности, влияющих на преступность. Криминология исходит из того, что общественные явления и процессы, участвующие в генезисе преступности, обладают различной природой и разным характером действия, они находятся в сложных, отношениях взаимосвязи и взаимозависимости. Среди них важное место занимают явления социально-экономического и социально-психологического порядка.
Одним из методологических ориентиров в этом отношении является принципиально важное положение криминологии о том, что влияние таких процессов и явлений сказывается «не прямо и непосредственно, а через сложные социальные и психологические факторы, прежде всего через социально-экономические отношения, господствующие в обществе». Иначе говоря, на правонарушения и преступность, на их состояние и динамику, на качественные процессы, происходящие «внутри» преступности, влияет сложный комплекс экономических, организационных, правовых, психологических, культурных и других факторов.
Однако это воздействие опосредовано общественной психологией, оно преломляется через социально-психологические особенности личности правонарушителей, а также через опосредованные ими особенности преступной деятельности тех или иных категорий преступников.
Борьбу со взяточничеством нельзя рассматривать лишь как уголовно-правовую или же как сугубо криминологическую проблему; она является более широкой социальной проблемой с глубоким и сложным политическим, экономическим и нравственным содержанием. Указанное обстоятельство предопределяет необходимость комплексного права, криминологии, социальной психологии и других отраслей научного знания. Потребность в такого рода комплексных разработках отражает общую ситуацию и тенденции в развитии науки, проявляющиеся в интеграции научного знания, в росте междисциплинарных исследований пограничных проблем и соответственно во взаимопроникновении наук.
Между тем до середины 70-х годов проблема взяточничества в правовой науке разрабатывалась лишь в уголовно-правовом аспекте, в плане общей характеристики и квалификации соответствующих преступных посягательств. Это одно из традиционных направлений исследований, поскольку ответственность за взяточничество, как и ответственность за преступления против интересов государственной службы, так называемые должностные преступления в целом, всегда была одной из острых и тонких проблем уголовного: права и потому издавна привлекала внимание ученых-юристов. В этом отношении важное значение имеют труды правоведов, анализирующих вопросы ответственности за взяточничество как в рамках специальных исследований (С.В. Бакланов, Б.В. Волженкин, Н.П. Кучерявый, А.Ф. Ослинников, В. И. Соловьев, В.В. Степанов и др.), так и в рамках исследований, посвященных более широкой проблеме должностных преступлений (В.Ф. Кириченко, Б.С. Утевский, И.А. Гельфанд, Б.В. Здравомыслов, М.Д. Лысов, А.Я. Светлов и др.).
Приоритет уголовно-правовых исследований названной проблемы во многом был обусловлен различным общим уровнем развития науки уголовного права, с одной стороны, и криминологии - с другой. Период стремительного развития криминологической науки, в центре внимания которой изучение многопланового влияния различных социальных процессов на антиобщественное поведение, проблемы классификации преступлений и преступников, изучение особенностей преступной деятельности тех или иных категорий преступников, разработка общей методологии и методики исследований, многие другие центральные проблемы криминологии.
Криминология в этот период уже решила вопрос о необходимости выделения должностных преступлений в самостоятельную классификационную группу, требующую специальных исследований, в том числе разработки собственной концепции причин, механизма этих преступлений, многих других дифференцированных решений с учетом характера разных видов преступлений, образующих названную классификацию группы.
Первые криминологические исследования проблемы взяточничества были объединены с разработкой уголовно-правовых аспектов, но все же их социологическая и криминологическая направленность носила доминирующий характер. Следует отметить при этом не только новизну постановки ряда криминологических и социально-психологических вопросов, но и определенную значимость методических решений, сложность которых во многом предопределена весьма существенной спецификой самого взяточничества в целом и его разновидностей. В самом деле, разработка такой методики должна учитывать не только, скажем, управленческие факторы и специфику деятельности должностных лиц, но и многие чисто психологические нюансы. Она предполагает анализ различных проявлений взяточничества в контексте социальных изменений, происходящих в общественном развитии в целом, учет отраслевой специфики, распространенности, профилизации взяточничества, возможность выявления качественных процессов, протекающих в его рамках и наиболее сильно диссонирующих с современной политической и экономической ситуацией.
Здесь уместно, по нашему мнению, выделить работы В.Г. Танасевича, Б.В. Коробейникова, А.Н. Ларькова, А.И. Кирпичникова, О.Э. Сокольского и А.К. Квициния, по сути дела, прокладывающие путь для дальнейших исследований.
При всей своей значимости проведенные исследования, разумеется, «не закрывают» проблему и вовсе не исчерпывают рассматриваемую тему.
В условиях, когда ведется работа по совершенствованию уголовного законодательства, все большую актуальность приобретает дальнейшее продолжение исследований уголовно-правовых аспектов проблемы, тем более, что, как показывает практика, среди работников правоприменительных органов существуют расхождения в понимании многих вопросов ответственности и наказания за взяточничество, не всегда четкие представления о его сущности и содержании, приводящие на практике к ошибкам, связанным с установлением вины, с квалификацией содеянного, с выбором меры наказания, с необоснованным освобождением виновных лиц от ответственности и т.п. Все это свидетельствует об отсутствии достаточной ясности в понимании тех или иных правовых нюансов проблемы, о необходимости точной интерпретации законодательных установлений, продолжения научного поиска наиболее «узких» мест в изучении проблемы борьбы со взяточничеством.
Как известно, в понятийном арсенале уголовного права понятие «взяточничество» используется лишь применительно к одному самостоятельному составу преступления.
В известном смысле понятия «взятка» и «взяточничество» обладают свойством понятий универсальных. В то же время их использование в том или ином социально-правовом контексте по-разному определяет границы преступления, меняет нюансы проблемы, ракурс анализа, а также пределы и методы ее исследования.
В уголовно-правовой литературе в понятие «взяточничество» нередко вкладывается различный смысл. В узком смысле к нему относят получение взятки - преступление, предусмотренное ст. 290 УК РФ. В широком смысле понятие «взяточничество» охватывает три состава преступления- получение взятки, дачу взятки и посредничество во взяточничестве.
Взгляды на соотношение этих видов преступных посягательств также не отличаются единством. Одни криминалисты рассматривают их как единое преступление - взяточничество; другие считают их самостоятельными преступлениями; третьи видят в них необходимое соучастие - особую форму совершения преступления.
Так, Б.В. Здравомыслов, опираясь на текст уголовного закона, считает указанные виды посягательств самостоятельными преступлениями с различной для каждого из них характеристикой действий, разным содержанием умысла и, наконец, с несовпадающими признаками их субъектов. С уголовно-правовых позиций такое суждение достаточно обоснованно, тем более, что оно опирается не только на законодательную лексику, а учитывает различную сущность, природу и характер указанных преступлений.
Вместе с тем приведенная и, надо, сказать превалирующая в правовой литературе позиция вовсе не исключает правомерности иного мнения, основанного на более широком подходе, причем даже в рамках традиционного уголовно-правового анализа. Такой подход более полно и точно учитывает саму суть явления и его специфику, фактические проявления взяточничества в реальной действительности. В самом деле, речь идет о том, что понятие «взяточничество» охватывает хотя и самостоятельные, однако неразрывно связанные друг с другом преступления. «Взяточничество», в отличие от большинства других преступлений, предполагает обязательное наличие по меньшей мере двух субъектов преступления (либо взяткополучателя и взяткодателя, либо взяткодателя и посредника). Иначе говоря, налицо двуединое преступление, где преступная деятельность нескольких субъектов объединена единым преступным замыслом и взаимодополняет друг друга.