Помимо цели совершения преступления законодатель требует также установления конкретных мотивов для каждого преступления. Установление цели и мотива преступления играет важную роль в процессе выявления причин и условий, которые способствовали совершению преступления и для разработки определенных мер для их устранения.
Мотив возникает ранее умысла. Мотив определяется в качестве побуждения, преломленного в сознании человека, окрашенного его субъективными чувствами и переживаниями.
Мотивы к совершению преступления, в частности, грабежа, складываются в качестве результата преломления в сознании человека социальной структуры его личности. Поэтому возникновение умысла - принятию решения совершить преступление предшествует внутренний процесс, который именуется в психологии борьбой мотивов, заключающийся во взвешивании всех аргументов "за" и "против" совершения преступления.
После того, как в сознании лица сформировался корыстный мотив, начинается и постановка соответствующих целей. В случае если корыстный мотив является побуждением к действию, то цель совершения данных действий определяется в качестве удовлетворения возникшего побуждения посредством открытого изъятия и завладения чужим имуществом для использования его в своих личных интересах, а также для распоряжения им как своим собственным.
Т.к. корыстная цель может не совпадать с тем преступным результатам, который наступил, то можно сделать вывод о том, что если виновному не удалось распорядиться похищенным имуществом по факту по своему усмотрению - достичь желаемого результата, данное обстоятельство не меняет его квалификации.
В теории уголовного права умысел, как правило, подразделяется на прямой и косвенный.
Внезапно возникающий умысел (непредумышленные преступления) характерен для большинства проанализированных грабежей.
Чем выше степень предумышленности грабежа, тем, как правило, больший материальный вред причиняется данным преступлением и тем выше его общественная опасность.
Юридическими признаками субъекта преступления являются достижение им установленного законом возраста и вменяемость, что обуславливает и все иные элементы состава преступления.
Согласно действующему законодательству субъектом грабежа может быть определено только физическое и вменяемое лицо, которое достигло к моменту совершения преступления 14-летнего возраста.
Следовательно, основаниями уголовной ответственности могут присутствовать лишь в том случае, если при наличии всех его других элементов есть виновное физическое лицо, достигшее требуемого законом возраста и являющееся вменяемым.
Лица, которые совершили преступление в состоянии наркотического или алкогольного опьянения, не могут быть признаны невменяемыми, за исключением патологического опьянения.
Возраст является не только биологической, но и социальной ступенью в развитии человека. Переходя с одной возрастной ступени на другую, человек осуществляет постоянное взаимодействие с социальной средой, приобретает и накапливает жизненный опыт. Таким образом, каждый возрастной этап в жизни человека имеет свои характерные особенности - физиологические, психологические, а также социальные.
1.3 Юридический анализ квалифицированных признаков грабежа
Грабеж, как и иные виды хищения, может быть квалифицирован в качестве преступлений разного уровня тяжести в зависимости от:
) размеров похищенного;
) от соответствующих ему квалифицирующих признаков.
В Уголовном кодексе РФ 1996 года квалифицирующие признаки рассматриваемого преступления располагаются в основном в следующем порядке: сначала перечисляются обстоятельства, которые имеют отношение к объекту и объективной стороне преступления, затем - те, которые имеют отношение к субъекту и субъективной стороне. Рассмотрим данные признаки в такой же последовательности.
В соответствии с частью 2 статьи 161 УК РФ, признаками квалифицированного грабежа, характеризующими его объект и объективную сторону деяния, являются совершения его:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище;
в) с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья или с угрозой применения такого насилия;
г) в крупном размере.
В данном виде преступления - к примеру, в случае присутствия такого признака, как проникновение в жилище, помещение или иное хранилище - важную роль имеет тот факт, что преступник еще до момента проникновения в чужое помещение уже имел намерение похитить имущество именно открыто, а не тайно.
Далее рассмотрим вышеизложенные квалифицирующие признаки грабежа более подробно.
Совершение грабежа группой лиц по предварительному сговору означает, что в совершении данного преступления принимают участие два или более лица до начала преступления, соответственно, у них был договор о совершении грабежа. Предварительным считается сговор, который состоялся до начала хищения, во время приготовления к нему или непосредственно перед покушением.
Грабеж, который был совершен с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище, в предыдущей редакции УК рассматривался в качестве совершенного при особо отягчающих обстоятельствах. Теперь же данный квалифицирующий признак имеет значение только при наличии условия, что похититель незаконно проникает в жилище, помещение или иное хранилище.
Также проникновением в чужое жилище, помещение или иное хранилище определяется не только физическое вторжение в его пределы, но и извлечение из них имущества посредством определенных приспособлений и орудий.
Исходя из своего характера, насилие при грабеже может быть применено как физическое, так и психологическое (угроза применения насилия).
Физическое насилие предполагает противоправное воздействие на тело другого человека помимо и вопреки его воли. Психическое насилие - только угрозу применения физического насилия
Согласно примечанию 4 к статье 158 УК РФ, крупным размером признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, а особо крупным - один миллион рублей.
Особо квалифицированный состав грабежа, по Уголовному кодексу РФ, определяется следующими признаками:
а) совершением организованной группой;
б) в особо крупном размере.
Первый признак - совершение преступления организованной группой - регламентируется в статье 35 УК РФ, в соответствии с которым грабеж признается таковым, если совершен устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
Устойчивость организованной группы определяется в наличии руководителей, в предварительной подготовке преступных действий, в подборе соучастников и распределении между ними ролей и т.д.
В случае наличия в содеянном преступлении нескольких квалифицирующих признаков, которые предусматриваются различными частями одной и той же статьи УК РФ, грабеж квалифицируется по той из статей, которая содержит более тяжкий квалифицирующий признак, и, соответственно, предусматривает за него наиболее строгую санкцию.
Глава II. Отграничение грабежа от иных преступлений
.1 Грабеж и кража, отграничение от разбоя
Кража является тайным и, соответственно, всегда ненасильственным хищением. По объективным признакам данное преступление характеризуется изъятием имущества из владения иного лица, которое совершается втайне, соответственно, помимо воли и согласия потерпевшего. Похищая чужое имущество посредством совершения кражи, преступник избегает соприкосновения с его владельцем или иными лицами. Этим он определил возможность беспрепятственно завладеть похищенным имуществом.
Специфика тайного хищения заключается в стремлении преступников завладеть чужим имуществом таким образом, чтобы не встретить какого-либо противодействия относительно потерпевшего и иных других лиц.
Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что кража и грабеж отличаются друг от друга по способу изъятия имущества. Именно тайный способ изъятия является основанием для перехода чужого имущества из владения потерпевшего в незаконное обладание преступника в процессе совершения кражи.
Анализируя судебную практику, наибольшие сложности представляет вопрос относительно отграничения грабежа от смежных составов - разбоя и кражи.
Например, 3 февраля 2011 года Сидоркин, Барсуков, Игнатов и Кашалина пришли к дому Щетинина. Барсуков проник в дом через окно, открыл дверь и впустил остальных. В комнате Барсуков начал будить находившегося там Щетинина. Последний, проснувшись, схватил Барсукова за ногу. В ответ на это Барсуков ударил Щетинина ногой в живот. Игнатов стоял рядом и нанес потерпевшему еще несколько ударов.
Затем все участники группы стали проверять шкафы и ящиков столов. При этом Барсуков нанес Щетинину множественные удары ногами, потом ударил стулом по голове.
Также Игнатов и Барсуков, требуя деньги и ценности, нанесли Щетинину ножевые ранения в голову и другие части тела, от чего потерпевший умер
Сидоркин и Кашалина все это время находились на кухне.
После вынесения приговора каждому из участников данного преступления, Сидоркин подал надзорную жалобу, с просьбой о пересмотре судебных решений и переквалификации его действий с п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 161 УК РФ, ссылаясь на то, что он Щетинина не избивал и предварительного сговора на хищение имущества потерпевшего путем разбойного нападения у него с другими осужденными не было, утверждал, что его умыслом не охватывалось применение к потерпевшему насилия, опасного для жизни и здоровья.
Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил надзорную жалобу Сидоркина по следующим основаниям.
Квалифицируя действия Сидоркина по п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, суд основывался на показаниях Кашалиной, Игнатова и Барсукова.
Но анализ данных доказательств как каждого в отдельности, так и в совокупности обуславливает тот факт, что суд ошибочно квалифицировал действия Сидоркина по названной статье УК РФ.
Как указал суд в приговоре (признавая Сидоркина виновным в разбое), то обстоятельство, что умыслом Сидоркина было охвачено причинение Барсуковым и Игнатовым насилия, опасного для жизни и здоровья Щетинина, что подтверждается тем, что Сидоркин находился в доме и слышал, как Барсуков и Игнатов наносили потерпевшему Щетинину удары ногами, стулом, а затем - ножом.
Однако доказательств предварительной договоренности Сидоркина о хищении чужого имущества путем разбоя и того, что он видел применение к потерпевшему насилия с использованием предметов в качестве оружия или знал об этом, в приговоре не имеется.
Согласно показаниям Кашалиной, к дому Щетинина они пришли узнать, вернули ли ей квартиранты телевизор. Они вошли в дом, обнаружили спящего Щетинина. Барсуков попытался разбудить потерпевшего, тот ударил его. В ответ Барсуков, Игнатов и Сидоркин избили Щетинина. Далее все разошлись по комнатам, Кашалина и Сидоркин остановились на кухне, где стали распивать найденный там самогон.
Осужденный Сидоркин признавал, что по предложению Барсукова он стал искать в доме ценности. Потом вместе с Кашалиной распивал на кухне принадлежавший Щетинину самогон. Насилия, которое было бы опасно для жизни и здоровья, в отношении потерпевшего он не применял.
В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление определяется в качестве совершенного группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, которые заранее договорились о совместном совершении преступления.
Как видно из материалов дела, Барсуков, Игнатов, Кашалина и Сидоркин в самом деле имели сговор на хищение имущества Щетинина, однако каких-либо данных относительно их договоренности по применению к потерпевшему насилия, опасного для жизни и здоровья, в том числе и с применением предметов, используемых ими в качестве оружия, в приговоре не имеется.
Таким образом, Президиум Верховного Суда РФ произвел переквалификацию действия Сидоркина с п. п. "а", "г" ч. 2 ст. 162 УК РФ на п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ, т.е. на открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору (грабеж)".
Соответственно, изначально суд не учел всех обстоятельств, которые были связаны с личностью одного из соучастников, а также с его ролью и местом в процессе совершения преступления. В том случае, если умысел лица направлен на совершение грабежа, а некоторые из соучастников применили насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, то их действия должны быть квалифицированы как разбой, а действия другого лица - как грабеж.
При решении вопроса о том, были ли действия виновного тайными или открытыми, В.А. Владимиров предлагает руководствоваться двумя критериями - объективным и субъективным. Объективный критерий определяется посредством оценки способа хищения со стороны других лиц (тех, от которых преступник может ожидать противодействия), субъективный - убежденность в тайности деяния самого преступника.
Однако главным критерием разграничения в конечном счете является субъективный. Так, преступник должен быть убежден в том, что совершаемое им преступление никто не видит.
При рассмотрении соотношения грабежа и кражи, нужно остановиться на проблеме перерастания кражи в грабеж.
Для того, чтобы установить перерастание кражи в грабеж или разбой нужно, чтобы имели место два критерия:
) в момент утраты действиями виновного тайного характера кража еще не должна быть окончена;
) цель насилия (в случае применения насилия) - удержать похищенное.
Также отграничение грабежа и кражи осуществляется и по объекту. Непосредственные основные объекты у данных форм хищения совпадают, т.к. являются собственностью. Имеются различия лишь в факультативных объектах. Факультативный объект грабежа (ч. 2 ст. 161 УК РФ) - неприкосновенность личности (физическая или психическая), а также неприкосновенность жилища. Факультативный объект кражи один - это только неприкосновенность жилища (ч. 2 ст. 158 УК РФ).
При рассмотрении вопроса о разграничении насильственного грабежа и разбоя нужно остановиться на соотношении объектов данных видов преступлений. Посягательство на личность при разбое является средством завладения чужим имуществом, ввиду чего отношения собственности являются в этих ситуациях основным объектом, а личность - дополнительным.
Совпадающим признаком насильственного грабежа и разбоя определяется насилие в качестве способа завладения имуществом: "Насилие при грабеже и разбое служит средством преодоления сопротивления со стороны лиц, препятствующих, или могущих воспрепятствовать хищению". Сходство данных составов обуславливается сходством специфики целей применяемого насилия и в случае грабежа, и в случае разбоя.
В основе главного критерия по отграничению грабежа от разбоя находится законодательно закрепленная разница характера насилия. Как говорит В.В. Ераксин: "Главное отличие грабежа от разбоя состоит в степени интенсивности и объеме насилия".