Такой же прием использует Домье и при изображении судей. Как бы ни хотелось представить художника обличителем прогнившей судебной системы, это не получается. Судьи у него беспристрастны и отрешенны и, практически, не несут обличительной социальной печати. Они либо равнодушно взирают на происходящее, либо спят, демонстрирую отключенность от эмоций, царящих в зале суда.
Таким образом, проблематику произведений из серии «Люди юстиции» нельзя однозначно принимать как социальную картину, пародию на юридическое сословие.
Безусловно, карикатурное изображение, иногда переходящее в сатиру дает богатый материал для обличения и разоблачения юристов, но вовсе не в социальном контексте, а в личностном, индивидуальном, поскольку художник наделяет их, в отличие от его же карикатур на Луи - Филиппа или членов парламента, карикатурными чертами, обличающими жадность, глупость, высмеивает их чисто человеческие качества.
У этого юриста, то есть человека юстиции, нет не имени ни фамилии…это образ, который автор наделяет определенными эмоциями в данный момент времени и действия. В серии «Людях юстиции» социального нерва нет. Это, если можно так сказать, бытописание людей очень замкнутой касты, особого сословия буржуазии.
Для реализации своей задачи Домье использует и особые приемы.
Во-первых действие происходит в определенном и узнаваемом месте - в здании суда, будь то его коридоры или залы судебных заседаний. Предопределенность места указывает на содержание карикатур. Только в этом месте происходят события, ставшие предметом интереса автора. В другом месте такое произойти не может.
Во-вторых, действующие лица тоже узнаваемы - это судьи и адвокаты. Во взаимодействии этих лиц и заключается основной сюжет карикатур. Домье при изображении служителей правосудия приходится решать своеобразную задачу. Дело в том, что во Франции и судьи и адвокаты носят одинаковые мантии, без знаков профессионального различия. Такая одежда свидетельствует о равенстве всех этих людей перед законом. Тем не менее, автор должен, при построении сюжета, разделять судей и адвокатов там, где они изображены вместе. В большинстве карикатур автор изображает судей в головных уборах, а адвокатов - с непокрытой головой. Судья при отправлении правосудия должен быть одет в форму, адвокат же, выступая в заседании, должен снять свой котелок в знак уважения к суду.
Пожалуй, по такой небольшой детали и по привычному расположению фигур в зале суда можно определить, к какой юридической профессии относятся персонажи.
В этой связи хотелось бы отметить небольшую неточность в работе Н. Калитиной [5]. Автор указывает, анализируя работу Домье «Адвокат, которому хорошо заплатят», что «спор в процессе идет между адвокатом и прокурором».Однако судя по расположению фигур в зале судебного заседания, где каждый участник процесса имеет свое, строго определенное место ,можно сделать вывод, что спор и судебная полемика происходит между двумя адвокатами, которые находятся практически в одной плоскости в помещении. Место прокурора, в силу сложившейся традиции французского суда, - на возвышении по правую или левую руку от судейского состава.
Третье, и на это указывали исследователи творчества Домье, автор наделяет особыми театральными жестами выступающих в зале суда адвокатов.
Можно привести несколько карандашных набросков, иллюстрирующих работу Домье над жестами своих персонажей.
Кроме того, цвета, предопределенные литографией, то есть белый, черный и серый, тоже несут свою смысловую нагрузку. Известно, что судейские и адвокатские мантии черные, что воротник, являющийся частью форменной одежды - белый. Это обилие черного с небольшими вкраплениями белого составляет основной цвет зала судебного заседания и очень актуально передается автором при помощи технических средств литографии. Наличие прочих цветов нейтрализуется черными мантиями , они накладывают свой, особый отпечаток на все происходящее. Позднее, возвращаясь к теме изображения служителей правосудия, но выполняя работы в красках, Домье не ввел особого колористического разнообразия в свои картины - основной фон там остался темным или черным.
Раймон Эскалье отмечает: «Тщательная опись рисунков, литографий и картин, созданных Домье, позволяет найти на них всех, кто посещал Дворец правосудия. Здесь были судья и прокурор, присяжные заседатели, адвокаты, стряпчий, секретарь суда, нотариус, поверенный, письмоводитель, понятой, сторож при коммерческом суде, технический служащий, общественный писарь, «юрисконсульт для портье», ходатай по делам или защитник в мировом суде, истец, свидетель, эксперт судебной медицины, случайные прохожие и любопытные, комиссар полиции, полицейский, муниципальный страж, жандарм, сельский страж, арестант, ответчик, обвиняемый, осужденный. За пределами стен суда: заключенный, отбывающий срок в тюрьме, и каторжник. К лицам последней группы Домье относится более снисходительно, поскольку они участвовали в судебном разбирательстве лишь по принуждению».
Н. Калитина отмечает, что «по смелости и глубине критической мысли Домье поднимается в серии «Люди правосудия» до уровня лучших политических карикатур 30-х годов. Вся серия пронизана подлинной страстностью, беспощадностью. Литографии серии «Люди правосудия» несколько отличались от других карикатур Домье этих лет по своему художественному решению. Домье строит их более лаконично, сводя к минимуму бытовые подробности».
Одной из работ Домье из серии «Люди правосудия» является карикатура под названием «Правосудие всегда с открытыми глазами» (15 августа 1845 г, Литография 18,4Х25,7 см.Таблица II из серии «Люди юстиции».
Поскольку эта карикатура была опубликована в газете, вместо подписи она имеет авторский комментарий следующего содержания: «Да, есть желание обездолить несчастного сироту, не утверждаю, что он юн, ему уже пятьдесят семь, но он все равно сирота…. Однако я спокоен, господа, ибо перед лицом беззакония око правосудия не дремлет…»
На гравюре изображен судейский состав из трех судей и адвокат (защитник). Суд в полном составе погружен в сладкий послеобеденный сон. Утомленные многочасовыми разбирательствами судьи уже не в силах держать приличествующее состояние, и один из судей сел за стол заседания, даже сняв форменный головной убор.
Председательствующий такого себе не позволил, но от глубокого сна его котелок опустился на брови. Эта деталь в его образе еще больше подчеркивает отрешенность от происходящего.
Сидящий слева от председательствующего судья, расположенный на первом плане гравюры, не так величественен, как его коллега. Этот человек точно спит. Даже руки, переплетенные на животе, показывают его наслаждение нагрянувшим отдыхом. Этот судья решил не обременять себя условностями и снял свой форменный котелок. О том, что он находится в состоянии глубокого сна, говорит не только его поза и закрытые глаза, но и полураскрытый во сне рот, из которого уже готов вырваться храп. Откинувшись на спинку стула, человек полностью погрузился в свои сновидения. Заснул он, вероятно, после некоторой внутренней борьбы, сдавшись в результате. Об этом говорит и большой носовой платок, находящийся перед ним на столе, и аккуратно поставленный котелок.
На втором плане, практически вровень с выступающим защитником, расположен третий судья. Судя по его положению, сон настиг его не то чтобы внезапно, но неожиданно. Человек до последнего боролся с этой напастью, но одолеть ее не смог. Голова клонилась во сне, и после того, как сон полностью оглушил сидящего, упала ему на грудь. Внезапность этого момента отражена на картине - мы видим, что форменный котелок не поставлен аккуратно на стол, как у левого судьи, а как будто бы внезапно упал с головы хозяина и лежит на столе.
Из четырех фигур, изображенных на листе, только защитник бодрствует, произнося пламенную речь.
Надо отметить, что жест адвоката с энергично поднятой рукой является одной из художественных находок Домье-карикатуриста. Именно жесты, подчас нарочито эмоциональные, подчеркивают речь адвоката, становясь инструментом в его игре. Исследователь творчества Домье Брюс Уильямс подчеркивает, что Домье в карикатурах вырабатывает свой ритм, который помогает раскрыть характер персонажей его гравюр.
Но это произведение художника не так однозначно, как может показаться на первый взгляд.
Безусловно, комично изображенные фигуры первого плана приковывают взгляд и вносят ироничное восприятие сюжета картины. Комичны и нелепы судьи, отправляющее правосудие во сне. Но фигура второго плана - адвокат, пламенно, если не сказать яростно, произносящий свою речь, вносит иной контекст в содержание гравюры.
Адвокат играет свою роль - произносит речь, судьи - свою, сидят и «слушают», пусть даже и во сне. Тем не менее, надпись под карикатурой все ставит на свои места.
Как адвокат, использует при защите своего клиента любые средства, в то числе самые нелепые аргументы и сравнения, лишь бы хоть что-то сказать в его защиту, так и судьи относятся к этому действу несерьезно, они отбывают свою повинность, отводя часы судебного заседания.
Насколько нелепа речь адвоката, настолько нелепо и поведение судей в этом процессе. И, учитывая эти соображения, акцент карикатуры из простого высмеивания несвоевременно уснувших судей перемещается на осознание нелепости, тщетности всего судебного заседания, предрешенности его финала и судейского вердикта.
Глядя на изображенный судебный спектакль, зритель понимает, что латинская поговорка «Lex vigilantibus, non dormientubus » - закон для деятельных, а не для тех, кто дремлет, - не относится к происходящему в зале судебного заседания.
Еще одна работа из этой серии, созданная в тот же год, что и карикатура «Правосудие всегда с открытыми глазами», носит название «Адвокат, которому хорошо заплатят».
На литографии изображена многофигурная композиция, состоящая из лиц, так или иначе причастных к свершению правосудия в здании суда. На переднем плане, с нарушением видимых пропорций, изображен адвокат с характерным для Домье жестом высоко поднятой руки. Адвокат произносит пламенную речь, вероятно, направленную против лица, сидящего по левую руку от стоящего рядом адвоката - коллеги выступающего.
Вполоборота к выступающему стоит адвокат другой стороны. Напряженная прямая спина, поднятое правое плечо выражают возмущение происходящим и желание дать незамедлительный отпор выступающему. Те же эмоции отражены и на лице адвоката. Две центральные фигуры адвокатов динамичны, их лица отражают всё действие: выступающий человек в чем-то гневно обвиняет сторону , а защищающий адвокат так же гневно сопротивляется выдвигаемым обвинениям. Эта динамика выражена как в жестах, так и в выражении лиц. На лице выступающего адвоката весь пафос обвинения, он громко произносит свою речь. Лицо защищающегося адвоката мрачно, брови сдвинуты, рот гневно сомкнут. Его фигура и выражение лица отражают желание немедленно дать отпор нападающему противнику.
Интересна расстановка главных персонажей. Нападающий расположен на переднем плане, его фигура с распростертой рукой занимает 2\3 картины. Адвокат защищающейся стороны находится на втором плане, но его фигура выписана крупно, что создаёт ощущение его присутствия на первом плане.
Остальные фигуры композиции подчеркнуто нейтральны. Они либо вообще повернуты к зрителю затылком, либо, расположенные фронтально, наделены автором беспристрастными лицами с нечеткой прорисовкой частей лица.
Зрители, находящиеся в зале судебного заседания и расположенные спиной к зрителям призваны, вероятно, по мнению автора, подчеркивать их нейтральность и равнодушие к происходящему.Только полуповернутое к выступающему юристу лицо сидящего человека на переднем плане отражает некоторую заинтересованность в происходящем. Он явно следит за спектаклем, который разыгрывает актер в мантии.
Нарочито беспристрастными изображает художник судей, сидящих за судейским столом. Он расположены третьим планом и производят впечатление статистов , введенных художником в сюжет картины для заполнения пустоты. Если присмотреться, то можно заметить, что очертание фигуры правого судьи почти в точности повторяет очертание адвокатской мантии выступающего оратора.
Лица судей не прорисованы, на них застыло безразличие и отрешенность.
По большому счету это типичная картина из зала суда. Только название литографии «Адвокат, которому хорошо заплатят» проливает свет на авторский замысел. Автор изображает защитника, который старается за изрядный гонорар. Приняв во внимание версию автора, начинаешь иначе вглядываться в персонажей этого произведения. Действия защитника, безусловно, не вызывают двойной трактовки. Этот адвокат старается изо всех сил, рассчитывая на гонорар. Но в картине присутствует одна фигура, которая полностью несет на себе авторский замысел. Это - фигура клиента расторопного адвоката.
По сложившейся традиции места сторон в процессе расположены перед столами адвоката. Таким образом, мы можем предположить, что сидящий перед адвокатом господин и есть его небедный клиент.
О его материальном состоянии свидетельствует хороший костюм, тщательно причесана голова и ухоженная борода, часть которой изображено на картине.
Глава 2. Сравнительный анализ произведений
Анализируемые произведения созданы в один год, входят в одну серию и посвящены одному сюжету - деятельности людей правосудия.
В работе «Правосудие всегда с открытыми глазами» основной сатирический акцент сделан на спящих судей, а в работе «Адвокат, которому хорошо заплатят» - на работающем в суде адвокате.
Как во всех работах этой серии, в рассматриваемых произведениях автор наделяет своих героев индивидуальными, присущими только им чертами характера.
Во всей серии основные динамические фигуры - это адвокаты. Они изображены либо произносящими пламенную речь, либо беседующими между собой, либо идущими коридорами и лестницами суда. Но тем не менее, эти персонажи наделены богатой мимикой, а, чаще всего, и мимикой, и жестами. Поведение этих фигурантов процесса читаемо и понятно. Это практически всегда какое-либо действие - или защита клиента в процессе, или разговор между собой или с клиентами, или молчаливое, но очень выразительное, исполненное достоинством шествие.
Менее эмоционально выражены фигуры судейского сословия. На всех гравюрах Домье судьи изображены беспристрастными или отрешенными от всего происходящего. В лучшем случае они незаинтересованно наблюдают за актерами этого спектакля («Адвокат, которому хорошо заплатят»), в худшем спят («Правосудие всегда с открытыми глазами»).
Иных лиц судебного процесса автор вводит чтобы создать контрастный фон динамике главных персонажей («Адвокат, которому хорошо заплатят»), либо чтобы подчеркнуть особенности их поведения.
Эти общие тенденции изображения мы видим в анализируемых произведениях.
Общие характеры действующих лиц изображены контрастно.
Судейский состав в работе «Правосудие всегда с открытыми глазами» спит, демонстрируя полное равнодушие ко всему происходящему.
Судьи в работе «Адвокат, которому хорошо заплатят» не спят, но в безразличных и отрешенных взглядах читается такое же равнодушие.
Как всегда, интересно и эмоционально изображены фигуры защитников.
В работе «Правосудие всегда с открытыми глазами» фигура защитника экспрессивна и эмоциональна, он взывает к судьям и жестом руки с открытой ладонью призывает их вникнуть в суть происходящего и произносимого.
Адвокаты в работе «Адвокат, которому хорошо заплатят» изображены в словесном поединке, Их эмоциональные фигуры полностью сосредотачивают на себе внимание зрителя, причем настолько, что иные фигуры становятся фоном и, по сути, не влияют на восприятие действия.