Введение
Изображение служителей правосудия, лиц, чья деятельность связана с судом и событиями, там происходящими, нечасто встречается в творчестве художников.
Домье, пожалуй, один из немногих авторов, создавший не только единичные работы на эту тему, а целый цикл произведений, объединенных общим названием «Люди юстиции».
Оноре Домье известен как автор многочисленных карикатур, публиковавшихся в парижских сатирических изданиях «Карикатюр» и, позже, «Шаривари». Домье принадлежат как отдельные работы, посвященные повседневной жизни парижских буржуа и простых парижан, так и серии работ, объединенных под общим названием. Это, к примеру, серии «Робер Макер», «Супружеские нравы», «Парижские типы», «Добропорядочные буржуа», «Прекрасные дни нашей жизни» и другие.
Творчество Домье стало известно широким массам его почитателей с момента начала публикации карикатур в парижском издании «Шаривари», руководимым Шарлем Филипоном, девизом которого было: «Газета, публикующая каждый день новый рисунок».
Кроме того, как указывал Р. Пассерон [9] Филипон, с целю дополнительного привлечения денег, предпринял несколько попыток для издания карикатур, опубликованных в разных номерах газеты, в виде отдельных собраний.
Домье прославился не только как политический карикатурист, но и как скульптор и художник, попытавшийся изображать течение обыденной жизни парижан разных сословий, окружавших его.
Тем не менее, при жизни художнику уделяла особое внимание разве только парижская полиция, обеспечившая его полугодовое пребывание в тюрьме за карикатуру на Луи-Филиппа.
О Домье стали писать незадолго до его смерти в 1879 году.. Основной интерес к его творчеству, изучение его работ и творческого наследия началось уже после его кончины.
К числу самых первых авторов, указанных в исследовании Н. Калитиной [5] были: Шарль Бодлер, Шампфлери, Дюранти. Первую биографию Домье составил и опубликовал Арсен Александр
Одним из первых каталогом работ Домье считается каталог, составленный Детейлом Каталог работ Домье, наиболее полный на сегодняшний день, это, по мнению Б. Лотона [17] каталог Мейсона, изданный позже каталога Детейла.
К числу современных авторов, занимающихся творчеством Домье исследователи относят Роже Пассерона, Раймона Эскалье, переведенных и на русский язык.
В советское время работы Домье исследовались Яворской Н.В., Замятиной А.Н. ,Калитиной Н.Н.
Калитина Н.Н., анализируя литературу, посвященную Домье, указывала, что «Если в дореволюционной России творчество Домье не являлось предметом специального исследования, то в Советском Союзе оно вызывает широкий интерес. Уже в первом номере журнала «Искусство» за 1918 год была опубликована статья о Домье. Творчеству художника целиком либо в отдельных частях посвящены работы Яворской, Алпатова, Маца, Замятиной, Ройтенберг»
Что касается серии карикатур «Люди юстиции», то отдельно, как самостоятельное исследование, изучение этих работ не проводилось. Брюс Лотон отмечает, что, «литература, посвященная Домье, как правило, содержит информацию о его биографии, и ограничивается темами «Домье и его мир» «Домье свидетель своего времени», и другие, характеризующие его как личность. …Жульен Кэн, представил, пожалуй, единственно завершенную классификацию работ в каталоге «Люди юстиции»
Отсылку к исследуемой теме, а именно циклу «Люди Юстиции» авторы упомянутых выше работ делают в связи с анализом всего творческого пути художника, отмечая эту серию как одну из самых ярких, прославивших ее автора.
К сожалению, приходится признать, что в Советском Союзе, во времена которого вышла подавляющее большинство работ, посвященных Домье, его творчество оценивалось исходя из идеологических позиций исследователей.
В то же время искусствоведы, которых условно можно отнести к европейской школе, видели в Домье, в первую очередь, талантливого художника, скульптора, гравера. Для них художник прежде всего автор, умеющий поймать и передать настроение, жест, мимику, мимолетность ситуации. То есть владеющий таким мастерством, который называется талантом.
Иначе дело обстояло у советских искусствоведов. Для них Домье в первую очередь - трибун, посланник социальных и революционных идей, революционный художник. Домье в контексте искусствоведческой критикой советского периода представал как автор острой политической и социальной карикатуры, революционным художником.
Оценка его деятельности как современника революционной эпохи, отражавшего в своих работах только то, что происходило вокруг и , чего скрывать, выполнявшего заказы как газетных издателей , так и частных заказчиков, не принималась и не рассматривалась. Его карикатуры в сатирических изданиях расценивались как непримиримая гражданская позиция, а рисунки, выполняемые зачастую на заказ - как борьба с современным режимом.
Н. Калитина писала : «во многих исследованиях , принадлежащих перу буржуазных искусствоведов, искажается творческий облик художника. Домье часто пытаются представить как типичного «доброго буржуа», далекого по своим интересам от политической борьбы своего времени. Акцент делается на бытовых карикатурах мастера, а политические сатиры рассматриваются вне конкретных событий, которые отражал Домье, без учета огромной революционной роли этих карикатур. Политическая острота произведений Домье теряется зачастую за общими рассуждениями о совершенствах формы, которая исследуется в полном отрыве от идейного содержания произведения. Так, например, в буржуазной искусствоведческой литературе можно встретить утверждения, подобные заявлению Откера о том, что Домье был реалистом в сюжетах, идеалистом в форме. Некоторые зарубежные искусствоведы объявляют крупнейших сатириков прошлого, в том числе и Домье, художниками, далекими от реализма. О Домье пишут как о романтике, «последнем поэте», отражавшем в искусстве величественные явления своей фантазии, интересующиеся реальностью лишь постольку, поскольку она дает ему материал для передачи субъективных настроений…Живопись Домье, наиболее сложная и противоречивая часть творческого наследия художника, используется многими зарубежными искусствоведами для того, чтобы путем различных натяжек и ухищрений представить Домье как предтечу современного формалистического искусства.»
Представляется очень притянутым к пропагандистским идеям такая оценка творчества Домье. Творчество художника, вышедшего из буржуазного класса, жившего среди буржуа и выполнявшего заказы буржуа вряд ли можно назвать революционным и авангардным. Так сложилась его судьба, что он оказался в гуще революционных событий, в водовороте политических и революционных страстей. Но Р. Эскалье [10[, Р Пассерон [9] и Б.Лотон [17], указывают, что, имея в своем окружении революционно настроенных друзей и клиентов, Домье вел достаточно скромный образ жизни, был постоянно занят работой, позволявшей ему сводить концы с концами и в особых революционных действиях замечен не был.
Таким образом, представляется, ценность работ Домье не в их идеологическом содержании, а в том, что автор, наделенный талантом, смог выйти в толпу людей, окружавших его, смог изобразить их повседневную жизнь так , как она есть…где то комичную, где то печальную. Естественно, будучи честным гражданином своей страны он не мог не высказаться в той форме, как это было ему доступно, относительно того, что происходит в стране.
Но один небольшой штрих, а именно отказ от участия в 1848 году в конкурсе живописцев при наличии готового и одобренного эскиза «Республика 1848 г.» говорит о том, что Домье не искал и не добивался славы революционного трибуна.
Анализируя творческий путь художника, хочется согласиться с выводами европейских искусствоведов. Представляется, что Домье больше художник жанровый, эмоционально включенный в изображаемые сцены и обстоятельства, стремящийся не только к точности физического изображения своих героев, то и к их эмоциональной выразительности.
Полагаю, творчество Домье, в рамках данной работы, а именно содержание его серии «Люди юстиции» надлежит исследовать не сколько с идеологических и социальных позиций, хотя эту составляющую не стоит игнорировать полностью, сколько с точки зрения познания нравов поведения, жизнеописания очень замкнутого сословия - людей юстиции.
Причин тому можно назвать несколько.
Обычному человеку, не имеющему отношения к юридической специальности, действие, происходящее в зале суда, представляется малоинтересным и скучным. По сути, время судебного заседания - время разговоров, подчас ведущихся на особом, профессиональном языке.
Непосвященный зритель не видит реальных страстей, которые бушуют в этом спектакле. Для обывателя порой неясно, что хорошо, а что плохо в разыгрываемом действии, кто хороший, а кто плохой, чья правда, а чья ложь.
Для художника, наблюдающего за работой юриста, это зрелище скучно и маловыразительно. По старой поговорке, «правосудие вершится за закрытыми дверями», то есть, непосвященному суть происходящего очень сложно понять и уловить. Для художника это - полное отсутствие движения, динамики, противопоставления хорошего и плохого в той традиционной форме, которая позволила бы отобразить суть на бумаге. Фарс и трагедия, разыгрывающиеся в зале суда - это только лица, лица людей юстиции, которые, при внимательном изучении, расскажут очень многое.
Для детального анализа в настоящей работе выбраны следующие произведения из серии Оноре Домье «Люди юстиции»,а именно «Правосудие всегда с открытыми глазами» 1845, Литография; «Адвокат, которому хорошо заплатят», 1845,Литография.
Обе работы, как указывалось выше, входят в серию «Люди юстиции» и написаны в один год. Интерес их совместного анализа заключается в том, что в данных произведениях автором достаточно полно воспроизведены типажи всех действующих лиц судебного спектакля: судей, адвокатов и их подзащитных, простых обывателей, оказавшихся в зале суда.
Они объединены общим сюжетом - изображением служителей правосудия в момент исполнения ими своих обязанностей.
Автор, руководствуясь собственным художественным замыслом и собственным творческим инструментом, изображает на литографиях сцены суда, давая им свою собственную, авторскую интерпретацию.
Глава 1. Серия «Люди правосудия»
В сороковых годах 19 века знаменитый французский художник, гравер, скульптор, карикатурист Оноре Домье создает целую коллекцию образов и художественных решений в серии «Люди юстиции» (Les gens de justice).
Брюс Лотон, исследователь творчества Домье, пишет: «Начиная с 1832 года, судьи и адвокаты появляются в его литографиях. Но только серия «Люди юстиции», опубликованная в «Шаривари» между 1845 и 1848 сделала его знаменитым.».
Он уточняет, что всего в серии «Люди юстиции» было сделано 47 рисунков, но опубликовано под этим общим названием только тридцать семь листов. Шесть не опубликовано вообще, а четыре опубликованы в «Шаривари» позднее, в 1851 году.
Рассматривая творчество Домье на пике революционных ожиданий и их воплощений, проще всего было бы обозначить проблематику данного цикла в социальных корнях такого явления как юриспруденция. Обличительные интерпретации деятельности «Людей юстиции» сами напрашиваются при анализе как графического цикла, так и боле поздних работ. Представляется, это поверхностный взгляд на проблему. Безусловно, служители закона всегда будут отстаивать интересы того государства, которое эти законы написало. Странно было бы видеть иное поведение судьи или адвоката, при разрешении дела в суде. Видеть попытку обличения социальных устоев буржуазного общества в работах Домье, посвященных адвокатскому и судейскому сословию, это, представляется, искусственно суживать и ограничивать восприятие этих прекрасных работ.
Скорее всего, проблематика анализируемых произведений находится в области, куда более сложной и широкой по охвату проблем, чем обличение буржуазных прислужников - судей и адвокатов.
Если «вчитаться» в содержание данных работ, то можно увидеть несколько «слоев» в их понимании.
Первый, как было сказано выше, это, несомненно, социальный подтекст произведений. В целом ряде работ карикатурист Домье изображает диалог адвоката с клиентом, который, очевидно, не представляет для юриста никакого коммерческого интереса. Адвокат, вынужденный вести дела бедных людей, изображен художником либо безразличным и надменным, либо полным желания и решимости компенсировать свои старания каким либо, скажем, не совсем порядочным путем, а именно либо соблазнив клиентку, либо попросту обманув незадачливого нарушителя закона.
Конечно, при желании, можно «притянуть» такой сюжет к социальным объяснениям, обличающим загнивающее капиталистическое общество, но, увы, люди, знающие эту жизнь изнутри, могут с полной уверенностью сказать, что при любом политической режиме, поведение адвоката одинаково. Исходя из этого, хочется отметить, что именно при таком посыле можно сказать о втором слое проблематики этих произведений. Он представляет собой не столько социальное обличение, сколько социальное обобщение, типизацию поведения фигур, изображенных на гравюрах и картинах.
Б.Лотон пишет : «Леон Камбетта (1838-1882) адвокат и политический деятеля, посетив ретроспективу 1878, объявил, что он узнает всех адвокатов Домье лично. Это ошибочно, отвечает ему Жеффруа -Дешом, скульптор и друг Домье который продвигал эту выставку «Никого из персонажей которых вы видите нельзя назвать по имени. Более того никого из них Домье не знал лично, он не стоял у подножия Дворца Правосудия на протяжении 10 лет. Но я вам гарантирую, что он знал адвокатов, при этом лучше чем они знали сами себя. Эта похожесть вас и удивляет»
Эта цитата является ярким подтверждением того, что задача, поставленная Домье в своей серии, удалась художнику. На литографиях и картинах изображены не конкретные лица, фигуранты того или иного процесса, а типажи, то есть типичные представители этого сословия, которые действуют в типичных ситуациях.
Они, в силу своей профессии, отличаются от обычных людей, стиль их поведения и общения не характерен для большинства окружающих. Это всегда чуть-чуть театральность, чуть-чуть наигранность, преувеличение или преуменьшение деталей, горделивость осанки, высокомерие по отношению к окружающим.
Для Домье зал суда это театральные подмостки, а люди правосудия , как правило, талантливые актеры, в силу определенных обстоятельств играющие свои роли.
Например - адвокат защиты. Каким бы человеком он не был, какие бы ни имел черты характера, он, поставленный в типичные обстоятельства, а именно обязанный защищать своего подзащитного, действует всегда одинаково, а алгоритм этого поведения предписан законом. Он не может ни на йоту отступить от существующих правил/ В этом заключается общность всех адвокатов Домье, изображенных им в зале суда.
Тем не менее, адвокат может более или менее добросовестно отнестись к своему поручению. Он либо страстно работает на стороне защиты своего клиента, либо формально пускает дело на самотек. Эти варианты поведения типичны для зала суда. Можно сказать, что, надев адвокатские мантии, эти люди юстиции надевают и приготовленные для них маски.
Такие же типажи изображает Домье и в сценах вне зала суда, но во Дворце Правосудия.
Адвокаты не изображаются Домье уставшими или растерянными. Маска, предписанная адвокатской мантией, заставляет их на широкой лестниц и коридорах Дворца и в Залах его, олицетворять собой уверенность и надежность.
Центральные фигуры работ художника это идущий или стоящий адвокат с высокомерно - уверенным выражением лица, от которого исходит спокойствие и сила. А что же другие эмоции? Неужели их нет в стенах суда? Нет. И эти эмоции изображает автор, но как бы мимолетом, вскользь. Интересно отметить, что завистливые взгляды, сомневающиеся жесты, неуверенность изображаются Домье не фронтальным изображением. Лица, носители этих эмоций, развернуты художником или в профиль, или поставлены в пол оборота и практически всегда находятся в тени главной, уверенной в своих действиях фигуры адвоката.