Материал: Творческий облик Д.Д. Шостаковича

Замыслы композитора часто неожиданны и разнообразны. Его когда-то прозвали «музыкальным фельетонистом», и не зря. Ведь помимо всего прочего ему принадлежат и сатирические песни на тексты из журнала «Крокодил».

Шостакович - философ и лирик - с особой тонкостью и глубиной раскрывает себя в квартетах, которые он создавал параллельно с вокальными и оркестровыми сочинениями. Всего он создал 15 квартетов.

В прекрасном вокальном цикле, написанном на стихи Блока, композитор говорит о бессмертии творчества и красоты. Говорит он об этом и в некоторых частях четырнадцатой симфонии.

Дмитрий Дмитриевич Шостакович скончался 9 августа 1975 года.

Все творчество Шостаковича - это колоссальное богатство, открытое для всех, кто пожелает дотронуться до подлинного искусства наших дней. Дмитрий Дмитриевич напомнил в одном из своих выступлений слова Николая Островского о том, что жизнь дается человеку лишь однажды и её надо прожить достойно. Его музыка, проникнутая страстным гуманизмом, и призывает нас к этому.

Седьмая симфония

Шостакович является автором пятнадцати симфоний. Этот жанр имеет в его творчестве очень большое значение. Если для Прокофьева, хотя все его творческие устремления и были разнообразны, важнейшим, пожалуй, был музыкальный театр, а его инструментальная музыка очень тесно связана с его балетными и оперными образами, то для Шостаковича, наоборот, определяющим и характерным жанром является симфония. И опера «Катерина Измайлова», и многие квартеты, и его вокальные циклы - все они симфоничны, то есть проникнуты непрерывным напряженным развитием музыкальной мысли. Шостакович - это настоящий мастер оркестра, который и мыслит оркестрово. Сочетания инструментов и инструментальные тембры во многом по-новому и с поразительной точностью используются у него в качестве живых участников симфонических драм.

Одно из наиболее значительных произведений Шостаковича - седьмая симфония, «Ленинградская», написанная им в 1941-м году. Ее большую часть композитор сочинил, как уже было сказано, в блокадном Ленинграде. Вот только один из эпизодов, которые давали бы представление об условиях, в которых писалась музыка.

-го сентября 1941-го года, утром, Дмитрий Дмитриевич Шостакович выступил на ленинградском радио. Фашистские самолеты бомбили город, и композитор говорил под разрывы бомб и грохот зенитных орудий:

«Час тому назад я закончил партитуру двух частей большого симфонического сочинения. Если это сочинение мне удастся написать хорошо, удастся закончить третью и четвертую части, то тогда можно будет назвать это сочинение Седьмой симфонией.

Для чего я сообщаю об этом? - спросил композитор,- ...для того, чтобы радиослушатели, которые слушают меня сейчас, знали, что жизнь нашего города идет нормально. Все мы несем сейчас свою боевую вахту... Советские музыканты, мои дорогие и многочисленные соратники по оружию, мои друзья! Помните, что нашему искусству грозит великая опасность. Будем же защищать нашу музыку, будем же честно и самоотверженно работать...». Не менее замечательна и история первых исполнений этой симфонии, как в СССР, так и за рубежом. Среди них есть такой удивительный факт - премьера в Ленинграде состоялась в августе 1942 года. Люди в осажденном городе нашли силы исполнить симфонию. Для этого пришлось рещить несколько проблем. Например, в оркестре Радиокомитета оставалось только пятнадцать человек, а исполнения симфонии нужно было не менее ста! Тогда решили созвать всех музыкантов, кто был в городе, и даже тех, кто играл во флотских и армейских фронтовых оркестрах под Ленинградом. Седьмую симфонию Шостаковича сыграли 9 августа в зале Филармонии под управлением Карла Ильича Элиасберга. «Эти люди достойны были исполнять симфонию своего города, и музыка была достойна их самих...» - отзывались тогда в «Комсомольской правде» Георгий Макогоненко и Ольга Берггольц.

На партитуре симфонии была авторская надпись, гласившая: «Посвящается городу Ленинграду».

Седьмую симфонию Шостаковича нередко сравнивают с документальными произведениями о войне, называют «документом», «хроникой», ведь она передает дух событий необычайно точно. Но одновременно эта музыка потрясает и глубиной мысли, а не только непосредственностью впечатлений. Схватку народа с фашизмом Шостакович раскрывает как борьбу двух полюсов:

мира разума, творчества, созидания и - мира жестокости и разрушения; настоящего Человека и - цивилизованного варвара; добра и зла.

На вопрос о том, что побеждает в результате этого сражения в симфонии, очень хорошо сказал Алексей Толстой: «На угрозу фашизма - обесчеловечить человека - он (т. е. Шостакович) ответил симфонией о победном торжестве всего высокого и прекрасною, созданного гуманитарной культурой...».

Четыре части симфонии по-разному раскрывают идею торжества Человека и его борьбы. Рассмотрим пристально первую часть, рисующую непосредственную «военную» коллизию двух миров.

Первую часть (Allegretto) Шостакович написал в сонатной форме. В ее экспозиции заключены образы советского народа, страны, человека. «Работая над симфонией,- рассказывал композитор,- я думал о величии нашего народа, о его героизме, о лучших идеалах человечества, о прекрасных качествах человека...». Первая тема этой экспозиции - тема главной партии - величественная и героическая. Ее озвучивают в тональности до мажор струнные инструменты:

Перечислим кое-какие особенности этой темы, придающие ей современную динамичность и остроту. Это прежде всего энергичный маршевый ритм, характерный для многих массовых советских песен и смелые широкие мелодические ходы. Кроме того, это напряженность и богатство лада: до мажор, источающийся в третьем такте в повышенную ступень (звук фа-диез), и дальше в развертывании темы используется минорная терция - ми-бемоль.

С «богатырскими» русскими темами главную партию седьмой симфонии композитора сближают тяжеловатые унисоны и раскачивающиеся, размашистые интонации.

Сразу за главной партией играет лирическая побочная (в тональности соль мажор):

Тихая и несколько застенчивая в выражении эмоций музыка весьма искренна. Чисты инструментальные краски, прозрачно изложение. Мелодию ведут скрипки, а фон представляет собой покачивающуюся фигуру у виолончелей и альтов. К концу побочной партии звучат соло засурдиненной скрипки и флейты пикколо. Мелодия как бы растворяется в тишине, струясь. Именно так завершается экспозиция, раскрывшая разумный и деятельный, лирический и мужественный, мир.

Потом следует знаменитый эпизод фашистского нападения, грандиозная картина вторжения силы разрушения.

Последний «мирный» аккорд экспозиции продолжает звучать, когда издали уже доносится дробь военного барабана. На ее фоне развивается странная тема - симметричная (ходу на квинту вверх соответствует ход на кварту вниз), отрывистая, аккуратная. Словно дергаются паяцы:

«Пляской ученых крыс под дудку крысолова» аллегорически назвал эту мелодию Алексей Толстой. Конкретные ассоциации, возникающие в головах разных слушателей, могут быть различными, но несомненно, что в теме нашествия фашистов есть что-то от зловещей карикатуры. Шостакович обнажил и сатирически заострил черты автоматической дисциплины, тупой ограниченности и педантичности, воспитанные у солдат гитлеровских войск. Ведь они должны были не рассуждать, а слепо подчиняться фюреру. В теме фашистского нашествия примитивность интонаций сочетается с «квадратным» ритмом марша: сперва эта тема кажется не столько грозной, сколько тупой и пошлой. Но в ее развитии со временем раскрывается ужасная сущность. Послушные крысолову, ученые крысы вступают в битву. Марш марионеток трансформируется в поступь механического монстра, который топчет на своем пути все живое.

Эпизод нашествия выстроен в форме вариаций на одну тему (в тональности ми-бемоль мажор), неизменную мелодически. Остается постоянной и барабанная дробь, постоянно усиливающаяся. От вариации к вариации меняются оркестровые регистры, тембры, динамика, плотность фактуры, присоединяются больше полифонических голосов. Все эти средства и расхищают характер темы.

Всего вариаций одиннадцать. В первых двух мертвенность и холод звучания подчеркиваются тембром флейты в низком регистре (первая вариация), а также сочетанием этого инструмента с флейтой пикколо на расстоянии полутора октав (вторая вариация).

В третьей вариации автоматичность выделяется сильнее: фагот копирует каждую фразу у гобоя октавой ниже. Тупо отбивающая ритм новая фигура вступает в басу.

Воинственный характер музыки усиливается с четвертой вариации по седьмую. В игру вступают медные духовые инструменты (труба, тромбон с сурдиной в четвертой вариации). Тема впервые звучит forte, она излагается параллельными трезвучиями (шестая вариация).

В восьмой вариации тема начинает устрашающе звучать fortissimo . Она проигрывается в нижнем регистре, в унисон восемь валторн со струнными инструментами и деревянными духовыми. Автоматическая фигура из третьей вариации теперь поднимается, отстукиваемая ксилофоном в сочетании с другими инструментами.

К железному звучанию темы в девятой вариации присоединяется мотив стона (у тромбонов и труб в верхнем регистре). И, наконец, в последних двух вариациях темой овладевает торжествующий характер. Создается впечатление, что железный монстр с оглушительным лязгом тяжело ползет прямо на слушателя. И тут происходит то, чего никто не ожидает.

Тональность резко меняется. Вступает еще одна группа тромбонов, валторн и труб. К тройному составу духовых инструментов в оркестре седьмой симфонии добавлены еще 3 тромбона, 4 валторны и 3 трубы. Играет драматический мотив, называемый мотивом сопротивления . В прекрасной статье, которая посвящена седьмой симфонии, Евгений Петров так написал о теме нашествия: «Она обрастает железом и кровью. Она сотрясает зал. Она сотрясает мир. Что-то, что-то железное идет по человеческим костям, и вы слышите их хруст. Вы сжимаете кулаки. Вам хочется стрелять в это чудовище с цинковой мордой, которое неумолимо и методично шагает на вас,- раз, два, раз, два. И вот, когда, казалось бы, уже ничто не может спасти вас, когда достигнут предел металлической мощи этого чудовища, неспособного мыслить и чувствовать... происходит музыкальное чудо, которому я не знаю равного в мировой симфонической литературе. Несколько нот в партитуре,- и на всем скаку (если можно так выразиться), на предельном напряжении оркестра, простая и замысловатая, шутовская и страшная тема войны заменяется всесокрушающей музыкой сопротивления»:

Начинается симфоническая битва со страшного напряжения. Вариационное развитие перетекает в разработочное. На железные мотивы нашествия набрасываются мощные волевые усилия. В душераздирающих пронзительных диссонансах слышатся стоны, боль, крики. Вместе все это сливается в огромный реквием - плач по погибшим.

Именно так начинают необычную репризу. В ней и побочная, и главная темы экспозиции становятся заметно измененными - так же, как и люди, что вошли в пламя войны, исполнились гнева, испытали страдание и ужас.

Талант Шостаковича имел такое редкое свойство: композитор умел передать в музыке великую скорбь, спаянную с огромной силой протеста против зла. Так главная партия звучит в репризе:

Теперь она плывет в миноре, маршевый ритм превратился в траурный. Это действительно траурное шествие, но музыка приобрела черты страстного речитатива. Эту речь Шостакович обращает ко всем людям.

Подобные мелодии - полные страстных, гневных, призывных ораторских интонаций, широко изложенные у всего оркестра- не раз встречаются в музыке композитора.

Прежде лирическая и светлая, побочная партия в репризе у фагота звучит скорбно и глухо, в низком регистре. Она звучит в особом минорном ладу, часто используемом Шостаковичем в трагической музыке (минор с 2-мя пониженными ступенями- II и IV; в настоящем случае, в фа-диез миноре - соль-бекар и си-бемоль ). Быстрая смена размеров (3/4, 4/4, затем 3/2) приближает мелодию к живому дыханию человеческой речи. Это довольно сильно контрастирует с автоматическим ритмом темы нашествия.

Тема главной партии снова появляется в конце первой части - коде. Она заново вернулась к своему начальному мажорному облику, но теперь звучит у скрипок певуче и тихо, словно мечта о мире, воспоминание о нем. Конец пробуждает тревогу. Издалека звучит тема нашествия и барабанная дробь. Война все еще идет.

Шостакович без прикрас, с жестокой правдивостью нарисовал в первой части симфонии подлинные картины войны и мира. Он запечатлел в музыке героизм и величие своего народа, изобразил опасную силу врага и всю напряженность схватки не на жизнь, а на смерть.

В двух последующих частях Шостакович противопоставил разрушительной и жестокой силе фашизма духовно богатого человека, силу его воли и глубину его мысли. Мощный финал - четвертая часть - полон предчувствия победы и наступательной энергии. Для того, чтобы по справедливости оценить его, следует еще раз вспомнить, что композитор сочинил финал седьмой симфонии в начале Великой Отечественной войны.

Много лет прошло со дня первого исполнения «Ленинградской» симфонии. С тех пор она звучала в мире много раз: по радио, в концертных залах, даже в кино: о седьмой симфонии сняли фильм. Ее исполнение снова и снова воскрешает перед слушателями нестираемые страницы истории, вливает в их сердца гордость и мужество. Седьмую симфонию Шостаковича вполне можно назвать «Героической симфонией» двадцатого века.

Прелюдия и фуга ре мажор

шостакович композитор симфония

В 1950-м году мир отмечал одно событие. Это было 200-летие со дня смерти Иоганна Себастьяна Баха. В Лейпциге, где великий композитор работал почти тридцать лет, организовали Баховский фестиваль и конкурс исполнителей. Дмитрий Дмитриевич Шостакович входил в состав жюри конкурса.

Он принимал участие в торжествах и как исполнитель, и как композитор. Во время большого концерта, который состоялся в конце фестиваля, играл финал его первой симфонии. Шостакович исполнил в этот вечер тройной концерт Баха вместе с другими двумя советскими пианистами.

Музыка Баха наполнила собою Лейпциг на время празднования юбилея. В известной церкви св. Фомы (Томаскирхе), где Бах когда-то руководил хором и играл на органе, исполнили «Страсти по Иоанну» и мессу си минор.

Советский композитор всегда преклонялся перед гением Баха. Величественные и возвышенные картины, близкие Баховским, и прежде попадались в его произведениях. Полифония также привлекала его с давних пор - многие страницы музыки Шостаковича отмечены сложным многоголосием. Будучи под впечатлением поездки в Лейпциг, Шостакович решил создать большой цикл полифонических пьес, взяв за образец «Хорошо темперированный клавир». И вот спустя более чем двести лет после Баха, на свет появился новый сборник фуг и прелюдий, написанных во всех минорных и мажорных тональностях. Этот сборник потрясает огромным мастерством и богатством содержания. У Баха есть 48 фуг и прелюдий в обоих томах «Хорошо темперированного клавира». Это значит, что у него каждая тональность появляется дважды. У Шостаковича же в двух томах 24 фуги и прелюдии. К тому же, в отличие от Баховских, у Шостаковича фуги и прелюдии расположены по квинтовому кругу (то есть с параллельными тональностями), а не в хроматическом порядке. Первую пару пьес Шостакович написал в до мажоре, вторую - в ля миноре, третью - в соль мажоре, четвертую- в ми миноре и т. д.

Современные, вообще характерные для творчества Шостаковича, образы заключены в его прелюдиях и фугах в полифоническую форму, выработанную еще в XVII-XVIII веках. Обращение к старинным средствам развития и формам дало многим пьесам в сборнике особенную величавость и строгость. И одновременно, фуги и прелюдии чрезвычайно контрастны, разнообразны, как и большинство других произведений Шостаковича, с которыми они тесно соединены.

В творчестве композитора много мечтательных, прозрачно-светлых страниц. И фуга ля мажор, и прелюдия принадлежат к ним. Особенно фуга, которая основана на трезвучной теме серебристого чистого звучания - словно трубы перекликаются в тишине:

Но за ними в сборнике размещено одна из трагичнейших композиций Шостаковича - прелюдия и фуга фа-диез минор . Тема фуги - прерывистая, скорбная, со стонущими острыми мотивами:

Прелюдия и фуга ре-бемоль мажор напоминает гротескные, вражеские, «злые» образы симфоний Шостаковича. Последняя, фуга ре-минор перекликается с сильной концовкой пятой симфонии. Очень многие темы прелюдий и фуг носят заметный русский характер. К примеру, тема фуги ре мажор, которую мы рассмотрим подробнее, именно такая.