Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина
Кафедра гражданского права
Трансформации требований к форме договоров с учетом развития цифровых технологий
О.С. Гринь, к.ю.н., доцент
Аннотация
В статье рассмотрены основные вопросы совершенствования российского гражданского законодательства о форме сделки, большая часть которых связана с принятием Федерального закона от 18 марта 2019 г. №34-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации». Принятие данных изменений было обусловлено реализацией федерального проекта «Нормативное регулирование цифровой среды» в рамках национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации». Автором отмечено сходство воспринятых российским законодателем подходов с положениями международных актов, в частности Типового закона ЮНСИТРАЛ об электронной торговле 1996 г. и Конвенции ООН «Об использовании электронных сообщений в международных договорах» 2005 г. Сделан вывод, что в результате трансформации требований к форме договоров предусмотрены 2 основные вариации письменной формы (один документ, подписанный сторонами, и обмен документами) и 2 базовые фикции такой формы (акцепт действием на письменную оферту и совершение сделки с помощью электронных либо иных технических средств).
Ключевые слова: договор, сделка, оферта, акцепт, форма сделки, письменная форма, электронная форма, электронное сообщение, фикция письменной формы, цифровые технологии, цифровая экономика.
Abstract
Transformation of contract form requirements based on the development of digital technologiesThe study was carried out with the financial support of RFBR within the framework of the scientific project No. 18-29-16081 «Transformation of the Conceptual Foundations of Contract Law in the Context of Digital Technologies Development: Smart Contracts and Other Novelties of Contract Regulation».
Grin O.S., PhD in Law, Associate Professor of the Department of Civil Law of the Kutafin Moscow State Law University
The article deals with the main issues of improving the Russian civil laws concerning the form of transaction the majority of which are associated with the adoption of the Federal Law of March 18, 2019, No. 34-FZ «On Amendments to Parts I, II and Article 1124 of Part III of the Civil Code of the Russian Federation» The adoption of amendments mentioned above was preconditioned by the implementation of the federal project «Normative Regulation of the Digital Environment» within the framework of the National Program «Digital Economy of the Russian Federation» The author highlights similarity of approaches perceived by the Russian law-maker with the provisions of international instruments, in particular the UNCITRAL Model Law on Electronic Commerce of 1996 and the UN Convention on «The Use of Electronic Communications in International Contracts» 2005. It is concluded that, as a result of transformation of requirements for the form of contracts, 2 main variations of written form (a single document signed by the parties, and exchange of documents) and 2 basic fictions of this form (accepting by conduct of a written offer and making a transaction by electronic or other technical means) have been approved.
Keywords: contract, transaction, offer, acceptance, form of transaction, written form, electronic form, electronic communication, fiction of a written form, digital technologies, digital economy.
Как известно, развитие цифровых технологий - реальность настоящего времени и фактор, который необходимо учитывать при правоприменении и в законотворческом процессе. Обеспечение ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и социальной сфере является одной из национальных целей развития Российской Федерации на период до 2024 г. (п. 1 Указа Президента РФ от 7 мая 2018 г. №204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года»2 (далее - Указ Президента РФ №204)).
В соответствии с данным Указом Правительством Российской Федерации совместно с органами государственной власти субъектов Российской Федерации должна быть решена задача по созданию системы правового регулирования цифровой экономики, основанного на гибком подходе в каждой сфере, а также по внедрению гражданско-
го оборота на базе цифровых технологий (абз. 1 пп. «б» п. 11 Указа Президента РФ №204).
Соответствующие положения включены в состав национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации»См.: Правовое регулирование экономических отношений в современных условиях развития цифровой экономики: монография / отв. ред. В.А. Вайпан, М.А. Егорова. М.: Юстицинформ, 2019; Вайпан В.А. Правовое регулирование цифровой экономики // Предпринимательское право. Приложение «Право и бизнес». 2018. №1. С. 12-17., в рамках которой предусмотрена реализация федерального проекта «Нормативное регулирование цифровой среды» (проект 4.1)Паспорт национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации», утв. президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и национальным проектам (протокол от 24 декабря 2018 г. №16).
В указанном проекте, в частности, речь идет о необходимости принятия федерального закона, предусматривающего «урегулирование статуса совершаемых в письменной (электронной) форме сделок», а также автоматизированных («самоисполняемых») договоров (п. 1.3) (к слову, в Программе, утвержденной 28 декабря 2018 г., был установлен срок реализации данного мероприятия - 31 декабря 2018 г.) и принятия федерального закона, предусматривающего уточнение понятия электронного документа, определение процедур хранения документов, в том числе электронных, использования и хранения электронного дубликата (электронного образа) документа (п. 1.4).
Классические цивилистические положения, в том числе о форме сделок, содержащиеся в Гражданском кодексе Российской Федерации, в таких условиях подлежали оценке с позиций новой технологической реальности и необходимости реализации указанных программных документов.
Как известно, исходя из положений закона, договор в письменной форме может быть заключен путем:
1) составления одного подписанного сторонами документа;
2) путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (п.2 ст.434 ГК РФ).
Общая фикция письменной формы закреплена в положениях п.3 ст.434 ГК РФ: она считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято путем совершения лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.), если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (п.3 ст.438 ГК РФ).
Помимо этого, действующему гражданскому законодательству известны «упрощенные порядки» заключения договора.
В качестве примера можно привести лицензии в отношении программ для ЭВМ и баз данных (называемые в литературе «оберточными» лицензиями). Условия таких лицензионных договоров могут быть изложены на приобретаемом экземпляре программы для ЭВМ или базы данных либо на упаковке такого экземпляра, а также в электронном виде (п.2 ст.434 ГК РФ). Начало использования программы для ЭВМ или базы данных пользователем, как оно определяется указанными условиями, означает его согласие на заключение договора. В этом случае письменная форма договора считается соблюденной (п.5 ст.1286 ГК РФ).
Помимо этого, через категорию упрощенного порядка раскрывается понятие открытой лицензии на использование объектов авторских прав. Все условия такой лицензии должны быть доступны неопределенному кругу лиц и размещены таким образом, чтобы лицензиат ознакомился с ними перед началом использования соответствующего произведения. В открытой лицензии может содержаться указание на действия, совершение которых будет считаться акцептом ее условий (ст.438 ГК РФ). В этом случае письменная форма договора считается соблюденной (абз.2. п.1 ст.1286.1 ГК РФ).
Указанные примеры «упрощенных порядков» заключения договоров - частные случаи фикции письменной формы, закрепленной в п.3 ст.434 ГК РФ.
Фактическая трансформация требований к форме сделок обусловлена тем известным обстоятельством, что на практике многие договоры достаточно давно заключаются с использованием сети «Интернет».
Можно выделить следующие разновидности таких способов заключения договоров: через интернет-сайты, посредством электронной почты.
Заключение договора посредством электронной почты отвечает предусмотренному в законе механизму «обмена документами» как одному из способов заключения договора в письменной форме (при использовании необходимых способов легализации соответствующей переписки).
В отношении заключения договора через интернет-сайты ситуация иная. Здесь используются две основные вариации заключения соглашений через интернет-сайты: click-wrap - пользователю предоставляется возможность ознакомиться с условиями договора и в случае согласия нажать соответствующую кнопку; browse-wrap (web-wrap) - при данной модели либо пользователю предоставляется возможность перейти по гиперссылке и при желании ознакомиться с условиями, либо высвечивается надпись о том, что, продолжая пользоваться этим сайтом, он принимает условия соглашения. При этом пользователь не выражает согласия с условиями в явной формеСм.: Савельев А.И. Электронная коммерция в России и за рубежом: правовое регулирование. М.: Статут, 2016. 640 с..
Местом заключения договора, который оформлен с использованием Интернета, считается место жительства или нахождения лица, направившего предложение о заключении договора (оферту), если в договоре не указано иное (ст.444 ГК РФ).
В научной литературе высказывались разные мнения в отношении соответствия click-wrap-соглашений требованиям о письменной форме сделки.
Так, например, В.С. Витко считает, что такого соответствия нет. Автор обосновывает свою позицию действовавшей на тот момент редакцией п.3 ст.1286 ГК РФ, в которой указывалось на возможность изложения условий договора на экземпляре программы для ЭВМ (в настоящее время - п.5 указанной статьи). При этом, по его мнению, «соглашение заключается не в порядке, предусмотренном п.3 ст.438 ГК РФ, так как в этом случае отсутствует письменное предложение правообладателя заключить лицензионный договор и поэтому такие соглашения должны считаться недействительными (ничтожными) по причине несоблюдения письменной формы»Витко В.С. Гражданско-правовая природа лицензионного договора. М.: Статут, 2011. 301 с..
В свою очередь, А.И. Савельев полагает, что такое соответствие есть. В качестве аргумента автором приводятся положения п.3 ст.434 и п.3 ст.438 ГК РФ: «При заключении click-wrap-соглашения имеет место предложение заключить договор, исходящее от правообладателя (провайдера). Данное предложение изложено в письменной форме, т.е. с использованием алфавита, набора букв и иных письменных символов. Такое предложение можно расценивать как оферту, поскольку оно, как правило, содержит указания на его юридически обязывающий характер и намерение оферента считать себя связанным им в случае его акцепта пользователем... Поскольку в тексте соглашения имеются указания на то, что, кликая по кнопке «я согласен», пользователь выражает свое согласие с условиями договора, совершение таких действий является действием по выполнению указанных в оферте условий, т.е. акцептом письменной оферты конклюдентными действиями»Савельев А.И. Указ. соч..
Как видно, спор здесь сводится к вопросу о квалификации соответствующих действий правообладателя, или потенциального продавца, исполнителя, подрядчика и др. именно как письменной оферты.
По этому вопросу необходимо отметить, что наличие письменной оферты в случае заключения click-wrap-соглашений не подлежит оспариванию, когда такое предложение отвечает признакам, содержащимся в ст. 435 ГК РФ:
— достаточная определенность;
— выражение оферентом намерения считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение;
— содержание в тексте существенных условий договора.
Поэтому в большинстве случаев такие контракты могут быть квалифицированы как заключенные в письменной форме на основании п.3 ст.434 и п. 3 ст.438 ГК РФ.
При совершении соглашений по модели browsе-wrap (web-wrap) ситуация осложняется тем, что пользователь не выражает согласия с предлагаемыми условиями в явной формеСм.: Савельев А.И. Указ. соч.. Во многом это зависит от способа визуализации соответствующей информации на сайте, поэтому действия пользователя не всегда могут быть расценены как акцепт. В таких условиях вряд ли следует говорить о возможности определения общего правила о соответствии или несоответствии таких соглашений требованиям о письменной форме сделки. Поэтому решение этого вопроса возможно лишь в каждом конкретном случае с учетом фактических обстоятельств дела.
В приведенном выше положении национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации» речь идет об «урегулировании статуса совершаемых в письменной (электронной) форме сделок». Такая формулировка порождает вопросы не столько о правовом режиме соответствующих сделок, сколько о соотношении данных категорий - письменной формы и «электронной формы» сделок. Является ли такая форма самостоятельной или же исключительно разновидностью письменной формы? И если разновидностью, то в рамках автономного способа наряду с уже известными ст.160 ГК РФ и ст.434 ГК РФ либо новой разновидностью реализации фикции письменной формы, предусмотренной п.3 ст.434 ГК РФ?
При регулировании данных отношений и решении этого вопроса важно учитывать международный и зарубежный опыт, в частности отраженный в документах унификации частного права.
Прежде всего необходимо отметить положения Типового закона ЮНСИТРАЛ об электронной торговле 1996 г. (далее - Типовой закон ЮНСИТРАЛ), где используется термин «сообщение данных» (data message), который раскрывается как информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, оптических или аналогичных средств, включая электронный обмен данными (ЭДИ), электронную почту, телеграмму, телекс или телефакс, но не ограничиваясь ими. нормативный цифровой экономика электронный сделка