Московский государственный областной университет
Суфийские ордена Бекташийа и Мевлевия: основатели и современное состояние обителей
В статье на фоне общеисторических событий формирования Сельджукского (Румского) султаната исследуется ранняя история возникновения и последующего развития двух суфийских орденов, центры которых расположены на территории современной Турции - Бекташийа и Мевлевия. Автор обращает внимание на влияние их эпонимов Хаджи Бекташа Вели и Джелаладдина Руми на развитие не только восточной, но и западноевропейской культуры. Религиозная практика этих орденов, а также взгляды их последователей были различны, однако их объединяло стремление к поиску и познанию Божественной истины, воспитание «совершенного человека», сумевшего избавиться от негативных черт своей природы, а также призывы быть свободным от духовных болезней «мира сего». В статье анализируется современное состояние суфийских обителей Хаджи Бекташа в Каппадокии и Джалаладдина Руми в Конье, которые, несмотря на их музейный статус, до сих пор являются местом традиционного паломничества и поклонения их основателям.
Ключевые слова: ислам, дервиш, суфийские ордена, Хаджи Бекташ, Джалаладдин Руми.
Bektashi and Mevlevi Sufi Orders: the Founders and Contemporary Abodes
Moscow Region State University
In the context of general historical events of the formation of the Seljuk (Rumsky) Sultanate, the author explores the origins and development of the two Sufi orders with the centers located in the territory of modern Turkey - Bektashi and Mevlevi. Attention is drawn to the influence of their eponyms Haji Bektash Veli and Jalaleddin Rumi on the development of both Oriental and West European cultures. The religious practice of these orders, as well as the views of their followers were different. However, they were united by the desire to search for and learn the divine truth, to educate the "perfect man", who would be able to rise above the negative features of his nature and break free of spiritual diseases of "this world". The author analyzes the current state of the Sufi monasteries of Haji Bektashi in Cappadocia and Jalaladdin Rumi in Konya, which, despite their museum status, are still places of traditional pilgrimage and worship of their founders.
Keywords: Islam, dervish, Sufi orders, Haji Bektash, Jalaladdin Rumi.
Введение
Суфизм, как любое мистическое религиозное течение, определяется различно: для его приверженцев он предполагает личное общее с Божественным началом, для исследователей - одно из направлений мусульманской философии.
Это происходит, на наш взгляд, в связи с тем, что рациональная научная методология в полной мере неприменима к познанию религии как целостной системы, в которой господствует религиозный метод познания в условиях антиномичности познавательного объекта. Любая религиозная традиция антиномична, то есть в ее базовых понятиях (догматах) зачастую одновременно признаются истинными противоположные утверждения. Для рационального мышления логика религиозного метода кажется противоречивой или парадоксальной, хотя на самом деле она лишь отражает сущность принципиально иного мировоззрения, иного видения мира. По мысли философа Н.А. Бердяева, «религиозная жизнь по существу антиномична, она заключает в себе для разума несовместимые и противоречивые тезисы и таинственно снимает эти противоречия. Антиномичность трансцендентного и имманентного разумно неразрешима и непреодолима; она изживается в религиозном опыте и тем снимается. В высшем озарении снимаются противоположности» [5, с. 276]. Таким образом, познание любой религиозной традиции в полной мере невозможно лишь рациональными методами, оно требует внутреннего «погружения», то есть причастности к ней (религиозной практики). По мысли П.А. Флоренского, необходимо «реальное единение познающего и познаваемого. Это основное и характерное положение всей русской и вообще восточной философии» [16, с. 73].
Суфизм давно привлекает внимание исследователей - как историков, так и философов. Ученые-востоковеды, с «легкой руки» которых в европейские языки вошло само понятие суфизма, рассматривают его как описательный термин для обозначения совокупности верований и религиозной практики, считая его мистической стороной ислама. Но подобное определение не учитывает общественно-социальную и политическую жизнь суфиев, которая весьма активна и в наши дни во многих исламских государствах и на Балканах. Так, в работе В.Х. Акаева, М.Д. Солтамурадова, В.З. Газиева рассмотрены разные определения суфизма, его догматика и особенности становления. Особое внимание авторы уделяют анализу различных суфийских религиозных практик [2]. В трудах В.Х. Акаева суфизм определяется как часть мусульманской культуры, исследуются его региональные аспекты и отдельные тарикаты (см., например, [3; 4]). Изучаются взгляды последователей и учителей: в раннее время, в более поздней период, и в современности [9, 15; 17]. В ряде работ рассмотрены антропологические и этические аспекты суфизма [8; 11].
Ненаучные источники, в том числе и сами произведения суфиев, обращают внимание на универсализм мистицизма как сердцевину любой религиозной традиции, поэтому находят своих сторонников в разных религиях - и в христианстве, и в иудаизме и в буддизме и т. д. (подробнее в [20, с. 5-14]).
Хаджи Бекташ Вели и современное состояние обители ордена Бекташийа
В данном исследовании обратим внимание не столько на догматические или религиозно-философские аспекты суфизма, познание которых затруднено без духовного проникновения в их сущность, сколько на судьбу их основателей и современное состояние обителей суфийских орденов Бекташийа и Мевлевия, расположенных на территории современной Турции соответственно в Каппадокии и Конье. Эти братства являются двумя из 12 орденов суфиев, сложившихся к ХГГ-ХГУ вв. в исламском мире и имевших различные «разветвления». Остальные суфийские ордена возникли в Ираке: на юге - рифаия, в центральной части (Багдад) - сухравардия, на северо-западе - халватия, пограничье с Ираном - кадирия, а также в Северной Африке - шазилия, Афганистане и Индии - чиштия, Средней Азии (Ургенч в Узбекистане) - кубравия и Бухара - накшбандия, Египет (бадавия), Центральная Азия - ясавия. Они возникли под влиянием хорасанской, месопотамской, мавераннахрской и магрибинской мистических традиции.
Хаджи Бекташ Вели - эпоним ордена Бекташийа - считается выходцем из города Нишапур, расположенного в Хорасане - исторической области современного Туркменистана и восточного Ирана - родины Али ибн Муса Аль-Реза («имама Резы») (766-818) - восьмого шиитского имама и прямого потомка пророка Мухаммада; поэта Фирдоуси (935-1020); поэта, философа, математика и астронома Омара Хайяма (10481131), чьи философские четверостишья (рубаи) используют суфии в процессе обучения, пытаясь постичь внутренние смыслы вещей и явлений.
Дата рождения Бекташа неизвестна, как и точная дата смерти (называются 12701271 и 1291-1292 гг.). Основной источник биографических сведений о нем - сочинение Узуна Фирдоуси «Вилайат-наме», написанное на турецком языке в период между 1481 и 1501 г., лишь фрагментарно переведенное на русский язык. Но его содержание во многом легендарно и проверить достоверность сведений не представляется возможным.
Согласно этому сочинению, Хаджи Бекташ был потомком седьмого из двенадцати имамов, считающихся в шиизме прямыми преемниками пророка Мухаммада. Хорасан как место рождения основателя ордена выбран не случайно: житийная турецкая литература XV века часто называет персонажей «святыми из Хорасана», так как здесь было развито мистико-аскетическое движение маламатия, направленное против внешней обрядовости и оказавшее влияние на создание суфийского ордена (тариката) Каландария - бродячих дервишей. В отличие от христианства у них отсутствовала центральная духовная власть, а дервиши не давали обетов безбрачия, послушания и нестяжательства, как монахи, но они вели аскетический образ жизни и могли после странствий возвращаться в обитель (ханаку), вход и выход из которой был максимально облегчен (в отличие от монастыря).
Считается, что Хаджи Бекташ был последователем поэта и одного из первых тюркоязычных суфийских мистиков Ходжи Ахмеда Ясави - основателя тариката (ордена) Ясавия, распространенного среди кочевников Центральной Азии. Однако это преемство скорее духовное, нежели реальное: Ахмед Ясави умер в 1166 году, т. е. еще до рождения Бекташа.
Хаджи Бекташ был весьма образованным человеком своего времени и прекрасно знал математику, физику, философию и литературу. Но главным для него стало изучение и познание суфизма как пути бесконечной любви и служения людям. Со временем Хаджи Бекташ покидает родной Хорасан и отправляется в паломническую поездку. Он посещает Мекку, ряд сирийских городов, путешествует по Персии, Ираку и Аравии.
Суровые испытания жителям Анатолии принес ХШ век: здесь разворачивались драматические процессы рождения Османского турецкого государства. Жители страдали от поборов завоевателей, междоусобной борьбы местных правителей за трон, экономической и политической нестабильности. Достоверно известно, что Бекташ, появившись в центральной Турции, возможно, из Мекки, участвовал в восстании против власти Сельджукского (Конийского или Румского) султаната вместе с братом Менташем. После поражения выступления и казни брата он остался в Кыршехире, в деревне Сулуджакарахёюк («деревня семи домов», ныне Хаджибекташ), где основал свой тарикат, и где после кончины был похоронен.
Учение Бекташа реконструируется на основе его изречений, переведенных с турецкого на арабский язык - книга «Малакат». Вся жизнь человека, как считал Хаджи Бекташ, есть бесконечный поиск гармонического единства тела и души, нескончаемо движение в своей любви к Богу, Вселенной и человечеству: «Жар в огне, а не на сковороде, счастье в кафтане, а не в короне, все, чего бы ты ни искал, ищи в себе, потому что это не в Мекке, Иерусалиме и не в паломничестве». Во взглядах Хаджи Бекташа религиоведы находят много заимствований из шиизма (почитание пророка Али), христианства (крещение), отступления от традиционного ислама (например, употребление в ритуальной практике вина), считая это учение в целом синкретическим. Вместе с тем в эпоху рождения нового турецкого государства Хаджи Бекташ выступал за сохранение культурных традиций турецкого народа, его языка, обычаев и верований. Его учение не было фанатичным, оно основывалось на общечеловеческих идеалах и ценностях и по сей день находит своих приверженцев не только на Востоке, но и на Западе. Хаджи Бекташ был сторонником просвещения и распространения современных знаний, поэтому его обитель была одним из культурных центров Каппадокии.
Как утверждается в некоторых исследованиях, Бекташ являлся покровителем янычар, но на самом деле он не участвовал в образовании янычарского войска ни при султане Мураде I (1362-1389), ни даже при его отце Орхане Гази (1324-1362), так как скончался задолго до этих событий. Вместе с тем, действительно, янычары связывали свое происхождение с традицией почитания Хаджи Бекташа, а с ХV века и до роспуска янычарского корпуса в 1826 году все они приписывались к ордену, настоятель которого считался командиром их 99-й роты. После роспуска корпуса янычар был распущен и орден, но он просуществовал в Турции фактически до 1925 года (государственного запрета на любые религиозные ордена после победы кемалистской революции) и действовал подпольно до 80-х гг. ХХ века.
Исторические вехи создания ордена при Хаджи Бекташе и его наиболее характерные черты в ранний период становления, а также влияние на духовную культуру Османской империи рассматриваются Ю.А. Аверьяновым [1].
Мы же обратим внимание здесь на современное состояние обители Хаджи Бекташа. Она расположена в маленьком турецком городке Хаджибекташ в центре Каппадокии почти в 40 км от административного центра Невшехира. Дорога туда от Невшехира или Гереме идет по достаточно ровной местности, вдали виднеются силуэты гор, и вдруг перед путником неожиданно вырастает, как будто появившись из сказки, небольшой уютный городок с аккуратными маленькими домиками, покрытыми черепицей. Иностранных гостей здесь не было видно совсем, хотя в турецкой духовной культуре это место - одна из значимых святынь. По обе стороны от дороги, ведущей к обители дервишей, как обычно, стоят продавцы сувениров и нехитрых поделок, в том числе из оникса, центр добычи и обработки которого находится недалеко от этих мест. Несмотря на большое желание продать свой товар редкому иностранцу, продавцы ведут себя спокойно и несуетливо, неспешно доставая с полок и протягивая покупателю свои изделия. Эта манера торговли не характерна для турок, но, видимо, среди жителей до сих пор немало потомков тех, чьи деды, а может быть, и отцы, придерживались суфийских воззрений.
На видном месте на воротах, ведущих во внутренний двор обители, прикреплена мемориальная табличка. Она свидетельствует о том, что первый президент турецкой республики Мустафа Кемаль паша Ататюрк относился с большим почтением к памяти Хаджи Бекташа и 22 декабря 1919 года посетил это святое для турок место. Каждый год с 16 по 18 августа в Хаджибекташе собираются многочисленные последователи суфизма, чтобы почтить память Учителя.
Первый мемориальный комплекс на месте захоронения Бекташа был построен еще во времена султана Орхана Гази (Х1У в.), но затем не раз реконструировался. Ныне обитель состоит из трех дворов, последовательно соединенных друг с другом проходом через ворота, что весьма распространено в турецкой архитектуре (например, по такому же принципу построен Топкапы - султанский дворец в Стамбуле). В ханаке Бекташа есть различные помещения: кухня-трапезная с большим черным котлом - символом общности, комнаты для ночлега, общий зал для ритуалов, хозяйственные помещения, мечеть, фонтан, небольшой сад-розарий с захоронениями известных дервишей. Через беломраморную лестничную площадку, в украшении которой использованы типичные сельджукские мотивы и двуглавые орлы, можно пройти к мавзолею-усыпальнице Хаджи Бекташа, являющейся местом мусульманского паломничества. Потолок и стены гробницы расписаны тонким каллиграфическим геометрическим узором, в котором преобладают яркие красные и зеленые цвета. Подобными красивыми и изящными росписями обычно украшены лишь мавзолеи османских султанов. Сам саркофаг покрыт зеленой тканью, на которой золотыми буквами арабской вязью вышиты тексты из Корана.
Философские воззрения и практическая деятельность Хаджи Бекташа имели огромное значение для формирования единства турецкой нации. Его труды по философии и суфийскому учению до сих пор являются общепризнанными и почитаемыми в турецко-исламском мире. В Европе также есть сторонники ордена Хаджи Бекташа, особенно в Хорватии, Боснии и Албании. Здесь целые районы обращались в бекташизм, близкий к шиизму, протестуя против официальной религии завоевателей (суннитского ислама) [6]. В 1913 году после с провозглашения независимости Албании ее столица Тирана стала мировым центром ордена Бекташийа, где он существовал до закрытия коммунистическим правительством в 1967 году. Впрочем, с 1990 года началось возрождение этого суфийского братства.
Джалалад-дин Руми: «Береги жемчуг, а не раковину»
Другой центр суфизма в Турции связан с именем Мавлана Джалал ад-Дин Мухаммада Руми (1207-1273). Его часто называют Мевляном или Руми, а также основателем суфийского ордена Мевляви, хотя сам орден возник лишь при его старшем сыне - султане Валаде (1226-1312) [7]. Долгое время Мевлян жил в Конье, и здесь же находится его гробница.