Статья: Судьба кораблей врангелевского флота: военный транспорт Рион в 1920-1921 гг.

Судьба кораблей врангелевского флота: военный транспорт «Рион» в 1920-1921 гг.

М.М. Рудковская

Аннотация

врангелевский флот эмиграция

Актуальность и цели. Исследование истории кораблей Белого флота позволяет выявить специфику использования судов в период, последовавший сразу за Крымской эвакуацией, в один из самых драматических моментов, когда решалась судьба русских военных формирований в эмиграции. Цель статьи - показать закономерности и случайности в вопросе использования русских военных кораблей в эмиграции в указанный период на примере детального анализа истории одного из кораблей врангелевского флота.

Материалы и методы. Исследовательская задача была достигнута на основе использования многочисленных архивных коллекций из государственных архивов Франции и России, а также материалов прессы соотвествующего периода. Автор опирается на методы источниковедческого и сравнительно-исторического анализа.

Результаты. Автор полагает необходимым обратить внимание на комплексность изучения истории кораблей врангелевского флота, привлекая документы отечественных и зарубежных архивов, материалы прессы, источники личного происхождения. В работе устанавливается круг таких важных исследовательских проблем, как техническое состояние кораблей и возможности их дальнейшего использования, правовое и финансовое положение экипажей, повседневная служба русских моряков и взаимоотношения с оккупационными властями.

Выводы. Перспективы дальнейших исследований могут быть предложены на основе комплексного изучения источников с целью выявления закономерностей в вопросе использования русских кораблей и их экипажей в Константинополе, а также специфики их рассеивания в условиях неоднозначного социально-политического контекста.

Ключевые слова: флот Врангеля, Крымская эвакуация, Константинополь, Франция, Россия, союзники, «Рион», эмиграция.

M.M. Rudkovskaya

The fate of the ships of wrangel's fleet: military transport “Rion” in 1920-1921

Abstract

Background. The study of the history of the white fleet reveals the specifics of the use of ships in the period immediately following the Crimean evacuation, in one of the most dramatic moments when the fate of Russian military formations in emigration was decided. The purpose of the article on the example of a detailed analysis of the history of one of the ships of the Wrangel's fleet is to show the patterns and randomness in the use of Russian warships in emigration during this period.

Materials and methods. The research task was achieved through the use of numerous archival collections from the state archives of France and Russia, as well as press materials of the appropriate period. The author relies on the methods of source study and comparative historical analysis.

Results. The author believes it is necessary to pay attention to the complexity of the study of the history of the ships of the Wrangel fleet, attracting documents of domestic and foreign archives, press materials, sources of personal origin. The work establishes a range of important research problems such as the technical condition of ships and the possibility of their further use, the legal and financial situation of crews, the daily service of Russian sailors and relations with the occupation authorities.

Conclusions. Some prospects for further research can be proposed on the basis of a comprehensive study of sources in order to identify patterns in the use of Russian ships and their crews in Constantinople, as well as the specifics of their dispersion in an ambiguous socio-political context.

Keywords: Wrangel's fleet, Crimean evacuation, Constantinople, France, Russia, allies, “Rion”, emigration.

История корабля «Рион» - часть русской военно-морской истории начала ХХ в. Этот транспорт (первое название - «Смоленск») имел замечательную судьбу и как военный корабль, и как коммерческое транспортное судно. Построенный в Ньюкасле, в Англии, в 1901 г. по контракту с Добровольным флотом, корабль участвовал в двух войнах, русско-японской и Первой мировой [1]. В годы Гражданской войны «Рион» под командованием капитана 1 ранга А.В. Городыского Городыский Анатолий Вячеславович (1881-1933), капитан 1 ранга, флагманский артиллерийский офицер штаба Черноморского флота, морской писатель, эмигрант. В 1902 г. закончил Морской корпус, в 1906 г. - Временный штурманский офицерский класс, а в 1909 г. - Артиллерийский офицерский класс. В 1914-1915 гг. - старший офицер линейного корабля «Императрица Мария» Черноморского флота. В ходе Гражданской войны служил в Белом флоте на Черном море, командовал крейсером «Алмаз». Весной 1919 г. - капитан над портом Севастополя, в марте 1920 г. - участник экспедиции в Хорлы, затем начальник базы в Константинополе до эвакуации Крыма. С апреля 1921 г. - командир транспорта «Рион». В эмиграции во Франции проживал в Тулоне, затем в Париже. В 1928 г. выступил организатором. Военно-морского исторического кружка в Париже. Автор сочинений в «Морском журнал» и «Записках Военно-морского исторического кружка». Умер от туберкулеза в Давосе (Швейцария). входил в состав военно-морских сил Юга России, а 31 октября 1920 г. навсегда покинул порт Севастополя, прибыв в Константинополь к 20 ноября 1920 г. с 8500 беженцами на борту.

В данной статье ставится проблема использования эвакуированных военных и торговых кораблей врангелевского флота в так называемый константинопольский период, а именно в первые месяцы после ухода из Крыма в ноябре 1920 г. На примере истории одного судна, военного транспорта «Рион», автор ставит задачу показать сложности и противоречия, возникшие в решении вопроса дальнейшей судьбы эвакуированного русского флота в контексте политических отношений между штабом армии Врангеля и оккупационными властями Константинополя.

Пребывание «Риона» в Константинополе

13 ноября 1920 г. в Севастополе генерал Врангель подписал конвенцию, предъявленую ему Верховным комиссаром Франции господином Артелем и адмиралом Дюменилем, в которой он подтвердил свое согласие о передаче армии, флота и своих сторонников под покровительство Франции, предлагая в качестве оплаты расходов на эвакуацию доходы от продажи кораблей военного и гражданского флота. Вследствие этого соглашения все русские военные и торговые корабли обязались поднять на мачтах французский флаг [2].

Основная нагрузка по эвакуации Крыма и последующему размещению беженцев легла на плечи Франции как союзника России по антигерманской коалиции, прилагавшей значительные усилия для того, чтобы помочь генералу Врангелю при эвакуации, а самое главное - разместить 150 тыс. человек беженцев.

В Константинополе транспорт «Рион», а также все другие корабли военно-морских сил Юга России формально находились под командованием генерал-лейтенанта М.П. Ермакова, но в действительности все прибывшие в составе эскадры корабли были реквизированы администрацией французского оккупационного корпуса [3]. Суда были осмотрены технической комиссией, составлявшей подробное досье с рекомендациями о стоимости, необходимости и объеме ремонтных работ каждого судна, его практическом интересе для французского флота и возможностях использования [4]. Согласно протоколу реквизиционной комиссии, в Константинополе транспорт «Рион» «появился в хорошем состоянии, хотя его котлы должны быть в обязательном порядке заменены» [5]. Следует также отметить, что на судне находилось очень много различных грузов и через неделю интенсивной переписки с командованием российского флота французские власти Константинополя позволили вернуть их владельцам: «Коммерсанты, у которых есть товары на судне... “Рион”, должны явиться во французскую капитанскую гавань Кэ де Галата в понедельник, 29 ноября 1920 года, с 12 часов. Для получения разрешения на вывоз товаров они должны располагать всеми необходимыми бумагами, устанавливающими их имущественные права» [6] (пер. с фр. - М. Р.).

Несмотря на то, что транспорт считался собственностью государственного Секретариата морского транспорта Франции, на нем сохранялся русский экипаж. С первых дней пребывания в турецком порту русские моряки стремились найти возможность практического использования кораблей для оказания финансовой помощи экипажам. Группа офицеров «Риона» вместе с капитаном А. П. Длусским проявила инициативу и предложила командованию порта Константинополя передать судно в аренду экипажу для организации коммерческого движения. Действительно, в конце ноября 1920 г. смешанный транспорт «Рион» и два других судна начали свою новую службу по доставке грузов (табл. 1). Русские корабли перевозили санитарное оборудование, медикаменты, одежду, детали для сборки мебели, канаты и веревки, продукты питания [7]. Большой и вместительный «Рион» также использовали для транспортировки людей: раненых, больных, семей военнослужащих.

Использование «Риона» французской военно-морской базой в Константинополе, ноябрь-декабрь 1920 г. [9]

Несмотря на постоянную активность судна и реальные получаемые доходы, служба «Риона» была прервана в конце января 1920 г. из-за повседневных потребностей командования Российской военно-морской базы в Константинополе. Корабль выбран для другой миссии: поставленный на якорь «Рион» становится плавучей тюрьмой для солдат и офицеров армии Врангеля [8].

Таблица 1. Проект эмиграции в Бразилию, подготовка и условия

Несмотря на плохие условия жизни, гигиену и санитарные условия, «Рион» оставался плавучей тюрьмой до апреля 1921 г., пока не был выбран на другую миссию - доставку в Тулон группы беженцев, выезжающих на сельскохозяйственные работы в Бразилию.

16 января 1921 г. Аристид Бриан был назначен председателем Совета министров Франции, и вопрос о российских беженцах стал одним из приоритетов его политической деятельности [10, р. 126]. Бриан призвал все страны мира принять участие в судьбе беженцев, однако ответом на этот призыв было оглушительное молчание: после Первой мировой войны у каждой страны нашлось достаточно собственных проблем, чтобы не заниматься устройством вопроса беженцев из России.

Через месяц из Бразилии пришел ответ: штат Сан-Паулу заявил о своей готовности принять 10000 русских беженцев в качестве сельскохозяйственных рабочих. Французские оккупационные власти в Константинополе незамедлительно получили инструкции по скорейшему выявлению кандидатов. Они обратились за посредничеством в штаб генерала Врангеля, который пообещал принять меры, однако русские офицеры не проявляли усердия в поиске добровольцев. Выражая свою позицию в отношении «бразильского проекта», генерал Врангель подчеркнул, что он не может нанять своих солдат в Бразилию, не зная точно, что их ждет, именно поэтому нужна дополнительная информация о предложениях правительства этой страны.

С другой стороны, констатируя, что сохранение власти генерала Врангеля и смысл существования русской армии имели больше отрицательных последствий, чем положительных, французское правительство стало вести переговоры в ультимативной форме. Через командующего оккупационным корпусом генералу Врангелю было объявлено решение правительства Франции о его намерении «в кратчайшие сроки исключить любой кредит на содержание российских беженцев», поэтому они должны выбирать между тремя вариантами, указанными ниже: возвращение в советскую Россию, поездка в Бразилию или самостоятельное существование [11, р. 40].

26 апреля 1921 г. состоялась встреча между генералом Врангелем, генералом Шарпи, адмиралом де Бон и представителем Верховного комиссара Франции, во время которой последний спросил барона, готов ли тот использовать свое влияние для ускорения расселения беженцев [12]. Генерал Врангель заявил о своем намерении обеспечить добросовестное сотрудничество. Пользуясь случаем, французы попросили в качестве доказательства его искренности опровергнуть слухи, препятствующие отъезду в Бразилию, однако генерал отказался, утверждая, что соблюдает в этом вопросе полный нейтралитет. Подобная позиция стоила Врангелю обвинений в русофильстве и была расценена как отказ сотрудничать с представителями французского командования [10, р. 130].

Вместе с тем положение русских беженцев в Константинополе можно было смело назвать катастофическим. Найти работу в городе, наводненном эмигрантами, практически не представлялось возможным, еще сложнее была ситуация размещенных на Лемносе и Галлиполи. Выбор между поездкой в Бразилию или возвращением в Россию с риском попадания в Чека по сути был отстутствием такового, вместе с тем французское правительство начиная с декабря 1920 г. ежемесячно озвучивало угрозу прекращения снабжения, чтобы побудить беженцев принять решение.