СУДЕБНАЯ ЗАЩИТА СЕМЕЙНЫХ ПРАВ В КАЗАХСТАНЕ
Джакупов Т.И. - магистрант Кокшетауского
университета им. Абая Мырзахметова
Аннотация
В данной статье автор раскрывает проблемы судебной защиты семейных прав в Казахстане.
Annotation
In this article an author exposes the problems of judicial protection of family law in Kazakhstan.
Семья -- первичная ячейка нашего общества, и от ее благополучия во многом зависит состояние всего общества. В тоже время судебная статистика свидетельствует о далеко неполном благополучии в семейных отношениях. Это подтверждается тем, что брачные и семейные дела продолжают лидировать среди всех других категорий гражданских дел. Этому способствуют такие негативные процессы, происходящие в обществе, как безработица, алкоголизм, социальная напряженность, падение моральных устоев, и, как следствие, - высокий уровень разводов, внебрачная рождаемость, детская безнадзорность и беспризорность, детская преступность и др.
В этих условиях значение судебной защиты семейных прав возрастает, особенно учитывая то, что семейные права имеют конституционный характер и распространяются практически на каждого гражданина.
Между тем эффективность судебной защиты во многом зависит от действенности процессуального механизма, применяемого при разбирательстве и разрешении в судах гражданских дел.
В казахстанском законодательстве сложилась устойчивая традиция, согласно которой, процессуальный порядок разбирательства семейных дел, как и многих других категорий дел, регулируется и в гражданском процессуальном, и в семейном законодательстве. Необходимо отметить, что в условиях реформирования всей правовой системы Казахстана материальное законодательство обновляется более активно, опережая обновление процессуального законодательства. Это создает определенные трудности в правоприменительной практике, снижая эффективность судебной защиты субъективных прав вследствие несогласованности нормативных актов разных отраслей законодательства.
В частности, новый Кодекс Республики Казахстан «О браке (супружестве) и семье» (далее КоБС) был принят в декабре 2011 г. И вступил в действие с 18 января 2012 г. [1], тогда как ГПК РК был принят в июле 1999 г. [2]. В течение длительного периода в ГПК РК многократно вносились большие изменения, что крайне затрудняло применение процессуальных норм в гражданском судопроизводстве и отрицательно влияло на его стабильность. законодательство развод суд казахстан
Характеризуя регулирование процессуальных вопросов в новом КоБС, необходимо отметить увеличение в нем процессуальных норм по сравнению с прежним семейным законодательством. Так, расширилась судебная подведомственность дел, возникающих из брачных и семейных отношений, появились новые категории дел, введен судебный порядок усыновления вместо административного, имеются и другие новации. По своему содержанию большая часть этих процессуальных правил регулирует: 1) подведомственность; 2) состав участвующих в деле лиц (так, приводятся исчерпывающие перечни субъектов, имеющих право на обращение в суд с конкретным требованием, вытекающим из брачных и семейных правоотношений); 3) особенности предъявляемых в суде требований (предмет и основание иска); 4) особенности доказывания по конкретным делам (предмет доказывания, распределение обязанностей по доказыванию, законные презумпции и пр.).
Значительно меньшая группа этих правил определяет особенности движения процесса: правила отложения разбирательства дел о расторжении брака (ст. 19 КоБС); особенности подготовки к судебному разбирательству и исполнение решений суда по делам, связанным с воспитанием детей (ст. 22 КоБС); порядок уплаты и взыскания алиментов (гл. 19 КоБС) и др.
Процессуальные правила, включенные в КоБС, по сфере применения относятся к специальным, поскольку ориентированы на конкретные категории дел. Некоторые из них являются исключительными, ограничивающими право на судебную защиту при определенных обстоятельствах. Так, согласно ст. 16 КоБС, муж не имеет права без согласия жены возбуждать дело о расторжении брака во время беременности жены и в течение года после рождения ребенка.
В ст. 25 КоБС ограничено право на обращение в суд с иском о признании брака недействительным супруга, знавшего о наличии обстоятельств, препятствующих заключению брака, либо о фиктивности брака. Этот супруг может обратиться в суд лишь с требованием о расторжении брака.
В целом по КоБС усилилась диспозитивность семейно - правового регулирования, характеризующаяся предоставлением субъектам семейно - правовых отношений большей свободы в распоряжении своими материальными правами. Введены такие новые правовые институты, как брачный договор, соглашение об уплате алиментов и др., что также повлияло на решение процессуальных вопросов при разбирательстве в судах семейных дел [3].
Необходимо также отметить, что наряду с диспозитивными усилились и публичные начала судебной защиты семейных прав: сохраняется активная роль прокурора и органов опеки и попечительства при разбирательстве брачных и семейных дел, связанных, прежде всего, с защитой прав детей, а также процессуальная активность суда, заметно сниженная в ГПК РК.
В КоБС включены нормы об обязательном участии в процессе: -- прокурора -- по делам о лишении родительских прав, восстановлении в родительских правах, ограничении родительских прав (ст. ст. 76, 78 и 79 КоБС); -- органов опеки и попечительства по делам: о признании брака недействительным, если он заключен с лицом, не достигшим брачного возраста, а также с лицом, признанным судом недееспособным (ст. 25 КоБС); о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка (ст. 73 КоБС); о лишении родительских прав, восстановлении в родительских правах, ограничении родительских прав, по всем спорам, связанным с воспитанием детей (ст. ст. 70, 76, 78 и 79 КоБС), а также об установлении усыновления (ст. 88 КоБС).
Все эти нормы носят императивный характер и подчеркивают публичность судебной защиты прав несовершеннолетних и недееспособных граждан.
В КоБС также включены правила, согласно которым, прокурор и органы опеки и попечительства имеют право на обращение в суд с исковыми требованиями в защиту прав других лиц. Такое право принадлежит, в числе других заинтересованных лиц, прокурору, органам опеки и попечительства и носит диспозитивный характер, что дает возможность этим субъектам самим определять целесообразность обращения в суд. Согласно КоБС прокурор вправе требовать признания брака недействительным, если брак был заключен при отсутствии добровольного согласия одного из супругов на его заключение: в результате принуждения, обмана, заблуждения или невозможности в силу своего состояния в момент регистрации брака понимать значение своих действий и руководить ими, а также и в некоторых других случаях, перечисленных в ст.25 КоБС. Прокурор также указан в числе субъектов, имеющих право на возбуждение в суде требований: о лишении родительских прав (ст. 76 КоБС); об ограничении родительских прав (ст. 79 КоБС); об отмене усыновления (ст. 107 КоБС).
Орган опеки и попечительства может обратиться в суд согласно КоБС со следующими исковыми требованиями:
- О признании брака недействительным, если брак заключен с лицом, не достигшим брачного возраста, при отсутствии разрешения на заключение этого брака, или лицом, признанным судом недееспособным (ст. 25 КоБС);
- Об устранении препятствий к общению с ребенком дедушки, бабушки, братьев, сестер и других родственников, если родители (один из них) не подчиняются решению органа опеки и попечительства (ст. 61 КоБС);
- О лишении родительских прав (ст. 75 КоБС);
- Об ограничении родительских прав (ст. 79 КоБС);
- Об отмене усыновления ребенка (ст. 107 КоБС).
Анализ приведенных правил об участии в брачно - семейных делах прокурора и органов опеки и попечительства позволяет сделать вывод, что их участие возможно в двух процессуальных формах. Первая -- реализуется путем обращения в суд с конкретным требованием в защиту прав других лиц, прежде всего, несовершеннолетних. Вторая форма -- это вступление прокурора и органов опеки и попечительства в процесс для дачи заключения по делу.
Все эти новации положительно воздействовали на усиление эффективности судебной защиты прав детей и других субъектов семейного права. Однако, эффективность процессуальных норм семейного законодательства во многом зависит от того, насколько они согласуются с процессуальным законодательством и, как в специализированном процессуальном законодательстве, учтены особенности судопроизводства по семейным делам [4].
Проблема согласованности нормативных актов является достаточно острой в современном казахстанском законодательстве. Крайне отрицательно то, что решение процессуальных вопросов судебной защиты в разных нормативных актах дается далеко не всегда согласованно. Эти недостатки также присущи регулированию особенностей разбирательства в судах семейных дел. На эти факты обращалось внимание еще до обновления семейного и гражданского процессуального законодательства.
К сожалению, приходится констатировать, что в ГПК эти особенности также недостаточно учтены. В ГПК ощущается острый дефицит специальных процессуальных норм, отражающих специфику защищаемых в суде субъективных семейных прав, как, впрочем, идругих, например трудовых, также весьма специфичных. Мало того, некоторые специальные процессуальные нормы КоБС, направленные на усиление эффективности судебных прав, объявляются противоречащими общим положениям ГПК. Так, согласно ст. 22 КоБС (п. 2) суд, бязан при вынесении решения о расторжении брака при отсутствии соглашения между супругами о месте проживания детей и порядке выплаты средств на их содержание определить, с кем из родителей будут проживать несовершеннолетние дети после развода, а также с кого из родителей и в каких размерах взыскиваются алименты на детей.
По нашему мнению эта норма противоречит принципу диспозитивности и по этой причине положение п. 2 ст. 22 КоБС на практике не применяется. Между тем данная специальная норма направлена на то, чтобы при разводе имущественные и личные права детей были более надежно защищены. Рассмотрение в комплексе вопросов, связанных с расторжением брака, должно положительно воздействовать на урегулирование взаимоотношений родителей и детей при их раздельном проживании.
Несоответствие данной нормы правилам процессуального законодательства вовсе не означает, что она не должна применяться, поскольку в ней учитывается специфика бракоразводных дел, затрагивающих права несовершеннолетних детей.
Разногласия в судебной практике, на наш взгляд, возникают из-за нечеткости формулировок правил родовой подсудности, что является недопустимым. Кроме того, не вполне понятны исключения из подсудности мировых судей только некоторых споров, связанных с защитой прав детей, в то время, как дела, не содержащиеся в этом перечне, не менее сложны. К таким делам относятся споры об отмене усыновления, об ограничении родительских прав, о восстановлении родительских прав и некоторые другие. На это правильно указывается в литературе. Безусловно, споры, связанные с защитой прав детей, должны быть сосредоточены в федеральных, а не мировых судах, но не распределяться между ними, как это происходит в настоящее время.
Правильное регулирование подсудности весьма принципиально, поскольку подсудности дел придается конституционное значение, а разногласия между судами различных звеньев судебной системы значительно снижают эффективность судебной защиты прав. Это особенно актуально для брачных и семейных дел, которые в судах рассматриваются больше, чем дела других категорий. Судебная статистика свидетельствует, что за 2011 г. В структуре гражданских дел, рассмотренных районными судами, иски, возникающие из брачно - семейных отношений, составили 18,1%, причем около половины этих дел (8,1%) -- это дела о расторжении брака супругов, имеющих детей (30,8 тыс. дел). Далее идут дела о взыскании алиментов на содержание детей (6,1%), дела о лишении родительских прав (2%).
Речь идет об оптимальном решении проблемы дифференциации (или специализации) процессуальной формы. В литературе правильно обращается внимание на то, что эффективность судебной защиты гражданских прав в значительной степени зависит от соответствия процессуального права особенностям материального права и задачам его принудительной реализации.
Для достижения этой цели необходимо преодолеть несогласованность процессуальных норм, содержащихся в разных нормативных актах, определить оптимальность размещения специальных процессуальных норм, регулирующих особенности разбирательства брачных и семейных дел в определенной отрасли законодательства.
Данная проблема давно обсуждается в юридической науке, анализируется также опыт других стран. Мнения ученых по данному вопросу разделились. Многие из них выступают за сохранение сложившейся традиции не включать в ГПК всего комплекса специальных норм, применяющихся в гражданском судопроизводстве. Объясняется это прежде всего тем, что нормы ГПК обслуживают большое количество материально - правовых отраслей. Поскольку материальное право постоянно обновляется, такому непрерывному процессу подвержены также специальные процессуальные нормы, устанавливающие специфику судебной защиты субъективных прав и охраняемых законом интересов. Все это отрицательно повлияет на стабильность норм ГПК, куда постоянно пришлось бы вносить изменения или дополнения.