Н. И. Матузов также делает вывод о том, что характерная черта субъективного права - его принадлежность субъекту, откуда и берется название термина [24, с. 12]. Автор определяет субъективное право как «право, принадлежащее лицу (субъекту), гарантированное законом и всеми социально-экономическими условиями социалистического общества, позволяющее его обладателю совершать в рамках закона определенные действия, пользоваться определенными социальными благами, требовать соответствующего поведения от других (обязанных) лиц и обращаться в случае необходимости за защитой к органам государства» [Там же, с. 45-46].
Аналогично Д. М. Генкин утверждает, что субъективное право собственности состоит в мере возможного поведения носителя субъективного права, который не состоит ни с кем в правоотношениях [12, с. 36].
В. Ф. Яковлев отмечает следующее: «Если право собственности имеет свое, “автономное” содержание, то обязательственное субъективное право формулируется и реализуется лишь через свою оборотную сторону - через обязанность должника» [39, с. 176].
Приверженцем указанного подхода является также Д. А. Керимов, рассматривающий правомочие в качестве реализации субъективного права в действиях лица, вступившего в конкретное правоотношение [19, с. 26].
Развитие такого подхода логически привело к тому, что мера возможного поведения самого управомоченного приобрела самостоятельное значение в понятии субъективного права, поэтому в содержании последнего стали выделяться т.н. правомочия. Эта позиция получила значительную поддержку в литературе.
Так, по мнению Н. С. Малеина, «субъективное право - это предоставляемая государством через нормы объективного права юридическая возможность субъекта действовать (вести себя определенным образом), требовать соответствующего поведения от других, пользоваться социальным благом, обращаться за защитой в случае необходимости к компетентным органам в целях удовлетворения личных интересов» [22, с. 94].
Н. И. Мирошникова рассматривает субъективное гражданское право как «предоставленную гражданским законом возможность определенного поведения управомоченного лица (право на собственные действия) и требования конкретного поведения от других лиц, а также защиты своего права в случае его нарушения» [26, с. 10].
Анализируя изложенное, сделаем некоторые обобщающие выводы. Во-первых, отметим, что идеологической основой учения о субъективном праве в советское время стало нормативистское правопонимание (юридический позитивизм) [7, с. 80; 10, с. 6], сущностью которого является примат объективного права над субъективным. Наиболее яркое подтверждение этому можно встретить, например, у О. А. Красавчикова («объективное право выступает в качестве той непременной основы, без которой возникновение и бытие юридических форм невозможно» [20, с. 18]). Следствием такой парадигмы стало отрицание теории воли и интереса, как концепций субъективного толка. При этом трудно отрицать тот факт, что советские ученые обращались к анализу теорий воли и интереса [17, с. 44-48; 24, с. 27-28]: использование положений данных концепций наглядно видно в практически повсеместном употреблении термина «возможность» в понятии субъективного права (что говорит о преемственности теории воли), и в указании слов «в целях удовлетворения интереса» (что говорит о преемственности теории интереса) во многих дефинициях. Заслуживает внимания следующий вывод И. Н. Васева: нормативистское правопонимание обусловило тот факт, что «интерес и воля теперь (в советской и современной доктрине - прим. автора ? А. К.) не рассматриваются в качестве именно сущности субъективного права» [7, с. 85].
Во-вторых, советская доктрина выработала два основных подхода к субъективному праву: первый, «не раскрывая, в чем заключается субъективное право его носителя, указывает на то, в чем заключается отношение к окружающим лицам» [33, с. 29]; второй «стремится раскрыть понятие субъективного права со стороны его носителя, показать в чем может и должно заключаться его собственное поведение» [Там же].
На начальном этапе преобладал первый подход, впоследствии названный узким, поскольку включал только права, находящиеся в стадии правообладания (имеется в виду правоотношение). В дальнейшем возобладал второй, с развитием теоретических представлений получивший название широкого, поскольку включал права независимо от стадии их состояния для гражданина (в противном случае для прав, не находящихся в стадии правообладания, а лишь предусмотренных нормами права, нужно вводить новый термин) [8, с. 9-10].
Противоборство обеих концепций привело к формированию синтетического подхода, смысл которого заключается не столько в рассмотрении первого и второго понимания в качестве аспектов субъективного права (как отмечает Р. О. Халфина [36, с. 226-227]), сколько, с одной стороны, в признании необходимости отражения в понятии субъективного права положительных действий самого управомоченного, а с другой стороны, - обеспеченности такой возможности поведением обязанного лица (лиц). При этом если речь идет об абсолютном праве, то презюмируется, что праву на собственные действия (например, пользования вещью) противостоит обязанность всех иных лиц не препятствовать его реализации. В конечном счете, доминирующей (аксиоматической [20, с. 17]) стала позиция, в соответствии с которой субъективное право есть основанная на законе мера возможного поведения управомоченного лица, состоящая из трех правомочий: на собственные действия, требования, притязания.
Современная доктрина о субъективном гражданском праве. Современные подходы к субъективному праву основываются, за редким исключением, на теориях, выработанных в советский период развития гражданского права. При этом преобладающее значение имеет по-прежнему синтетический подход. Основные положения нынешнего учения о субъективном гражданском праве, представляется, состоят в следующем: 1) при всех различиях в формулировках сущностью субъективного гражданского права является мера возможного (дозволенного) поведения (или возможность) управомоченного лица; 2) субъективное право не может существовать вне правоотношения; 3) содержание или структуру субъективного права составляет совокупность правомочий (правомочие на собственные действия, правомочие требования, правомочие на защиту), комбинируемых различным образом в конкретном субъективном гражданском праве; 4) целью субъективного права является интерес [5, с. 230, 248; 9, с. 14, 30; 13, с. 11; 16, с. 115; 23, с. 16; 27, с. 47, 61].
Безусловно, существуют некоторые расхождения во взглядах ученых, придерживающихся данного подхода. Так, А. В. Малько, В. В. Субочев и А. М. Шериев выделяют четвертое правомочие в составе субъективного права (пользование определенным социальном благом) [23, с. 11]. В. В. Груздев отмечает, что невозможно выделить общие элементы субъективного права (сделать обобщения) в силу строгой индивидуальности и исключительной специфичности конкретных субъективных прав; возможно лишь определить правомочия в конкретном субъективном праве [13, с. 13].
При этом имеются сторонники (в частности В. А. Лапач [21, с. 93]) понимания субъективного права с позиций поведения самого управомоченного, независимо от обеспечения его реализации поведением обязанного лица.
Также в современной литературе появилось новые подходы и оригинальные определения субъективного права. По мнению И. Н. Васева, «субъективное право есть отражение социальной действительности в правосознании субъекта права» [7, с. 125]. П. М. Филиппов, А. Ю. Белоножкин отмечают: «Субъективное гражданское право - это отраженный в законе статус личности» [35, с. 75].
Тем не менее, думается, более убедительными остаются теоретические положения и идеи, выработанные советской доктриной гражданского права.
Рассмотрев позиции дореволюционных, советских и современных исследователей, сделаем следующие выводы.
Во-первых, несмотря на то, что современная цивилистика, как и любая другая наука, не имеет единства взглядов относительно понимания субъективного гражданского права, тем не менее, можно констатировать о наличии доминирующего подхода (условно названного нами синтетическим). Последний сформировался в результате противоборства различных концепций на каждом из этапов развития гражданского права. Господство теории воли отразилось на включении в понятие слов «возможность», «возможное»; господство теории интереса отразилось на использовании в дефиниции формулировки «в целях удовлетворения интереса»; господство теории противопоставления субъективному праву обязанности отразилось на рассмотрении субъективного права лишь в рамках правоотношения; господство теории положительных действий отразилось на выдвижении положений о существовании совокупности правомочий в субъективном праве; наконец, господство нормативистского правопонимания отразилось на включении в понятие субъективного права слова «мера».
Во-вторых, хотя большинство авторов вкладывают в субъективное гражданское право схожую смысловую нагрузку, есть достаточно существенные различия в определении объема и содержания исследуемого понятия. Так, ученые в целом отмечают, что субъективное право есть «мера поведения», однако, одни акцентируют внимание на его «возможности», другие - на «дозволенности». Наряду с этим, одни исследователи включают в объем понятия т.н. «абсолютные права», другие исключают их.
В-третьих, иногда авторы допускают отождествление понятий «субъективное право», «правовой статус», «правомочия», «интерес». Зачастую это связано с тем, что некоторыми исследователями не учитывается специфика научного определения (через род и видовое отличие). Это представляется неверным как по методологическим соображениям (научное определение дается через род и видовое отличие), так и по логическим (происходит дублирование категорий). Если соблюдается данная «иерархия», то смешения дефиниций не возникает. В свою очередь, неучитывание специфики научного определения приводит к тому, что достаточно много определений субъективного права имеют в качестве определяющего (родового) понятия термин, не предназначенный для этой роли («мера», «границы», «статус», «отражение»).
цивилистический субъективное гражданское право
Список литературы
1. Агарков М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М., 1940. 192 с.
2. Александров Н. Г. Юридическая норма и правоотношение. М.: Моск. юрид. ин-т, 1947. 27 с.
3. Алексеев С. С. Общая теория права: в 2-х т. М.: Юрид. лит., 1982. Т. II. 360 с.
4. Анненков К. Н. Система русского гражданского права: в 6-ти т. Изд-е 2-е. СПб., 1899. Т. 1. Введение и общая часть. 672 с.
5. Бабаев А. Б., Белов В. А. Проблемы общего учения о гражданском правоотношении // Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / под общ. ред. В. А. Белова. М.: Юрайт-Издат, 2007. С. 197-263.
6. Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. М.: Юрид. лит., 1950. 367 с.
7. Васев И. Н. Субъективное право как общетеоретическая категория: монография. Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2014. 211 с.
8. Витрук Н. В. К вопросу об объективном и субъективном в праве и о понятиях «объективное право» и «субъективное право» // Вопросы советского государства и права. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1966. Т. 183. С. 3-10.
9. Власова А. В. Структура субъективного гражданского права. Ярославль: Яросл. гос. ун-т, 1998. 116 с.
10. Гаврилов В. Н. Категория субъективного права в отечественном правоведении: автореф. дисс. … к.ю.н. Казань, 2006. 18 с.
11. Гамбаров Ю. С. Гражданское право. Общая часть. Лекции, читанные в Московском университете. Изд-е 1897-1898 гг. М., 1899. 766 с.
12. Генкин Д. М. Право собственности в СССР. М.: Юрид. лит., 1961. 222 с.
13. Груздев В. В. Гражданско-правовая защита имущественных интересов личности. М.: Юстицинформ, 2012. 192 с.
14. Егоров Н. Д. О понятии субъективного права // Правосубъектность по гражданскому и хозяйственному праву:
межвузовский сборник. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1983. С. 3-11.
15. Елистратов А. И. I. Понятие о публичном субъективном праве. II. «Теория субъективных публичных прав»
А. А. Рождественского. М.: Печатная А. Снегиревой, 1913. 21 с.
16. Ем В. С. Понятие, содержание и виды гражданских правоотношений // Российское гражданское право: учебник: в 2-х т. Изд-е 2-е, стереотип. М.: Статут, 2011. Т. I. Общая часть / отв. ред. Е. А. Суханов. С. 109-126.
17. Иоффе О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л.: Изд-во Ленингр. гос. ун-та, 1949. 143 с.
18. Иоффе О. С., Шаргородский М. Д. Вопросы теории права. М.: Юр. лит., 1961. 382 с.
19. Керимов Д. А. Обеспечение законности в СССР. М.: Госюриздат, 1956. 167 с.
20. Красавчиков О. А. Гражданское правоотношение - юридическая форма общественного отношения // Гражданские правоотношения и их структурные особенности: сборник ученых трудов Свердловского юридического института. Свердловск: Изд-во Свердловского ун-та, 1975. Вып. 39. С. 5-22.
21. Лапач В. А. Субъективные гражданские права и основания их возникновения // Журнал российского права. 2001. № 10. С. 90-106. 22. Малеин Н. С. Гражданский закон и права личности в СССР. М.: Юрид. лит., 1981. 216 с.
23. Малько А. В., Субочев В. В., Шериев А. М. Права, свободы и законные интересы: проблемы юридического обеспечения. М.: Норма, 2010. 192 с.
24. Матузов Н. И. Субъективные права граждан СССР. Саратов: Приволж. кн. изд-во, 1966. 190 с.
25. Мейер Д. И. Русское гражданское право: в 2-х ч. М.: Статут, 2003. 829 с.
26. Мирошникова Н. И. Механизм осуществления субъективных гражданских прав. Ярославль: Изд-во Яросл. ун-та, 1989. 82 с.
27. Мичурина Л. В. Субъективное право в системе юридических средств гражданско-правового регулирования (структурнофункциональный анализ): дисс. … к.ю.н. М., 2004. 175 с.
28. Муромцев С. А. Определение и основное разделение права. СПб.: Изд-во юрид. ф-та СПбГУ, 2004. 224 с.
29. Певзнер А. Г. Понятие и виды субъективных гражданских прав: дисс. … к.ю.н. М., 1961. 242 с.
30. Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 2003. 352 с.
31. Рождественский А. А. Теория субъективных публичных прав. М., 1913. 300 с.
32. Синайский В. И. Русское гражданское право. М.: Статут, 2002. 638 с.
33. Тархов В. А. Гражданское правоотношение: монография. Уфа: УВШ МВД РФ, 1993. 124 с.
34. Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1959. 88 с.
35. Филиппов П. М., Белоножкин А. Ю. Новое определение субъективного права и злоупотребление им. Волгоград:
ВА МВД России, 2009. 248 с.
36. Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М.: Юрид. лит., 1974. 351 с.
37. Чечот Д. М. Субъективное право и формы его защиты. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1968. 72 с.