Стратегия пространственного развития Российской Федерации и перспективы развития приморских агломераций Работа выполнена в рамках проекта РФФИ № 18-05-00083 «Приморский фактор» конкурентного потенциала российского региона-эксклава: стратегии и механизмы реализации в условиях геополитической и геоэкономической турбулентности».
Кузнецов С. В.1, Межевич Н. М.2, Шамахов В. А.3, *
'Институт проблем региональной экономики Российской академии наук, Санкт-Петербург, Российская Федерация
2Санкт-Петербургский государственный экономический университет, Санкт-Петербург, Российская Федерация
3Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (Северо-Западный институт управления РАНХиГС), Санкт-Петербург, Российская Федерация;
Реферат
Эффективность пространственного развития представляет собой сложную теоретическую задачу, при этом на практике «на месте» эта проблема приобретает междисциплинарный характер. Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года, которая была утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р, создает определенные предпосылки для использования эффекта агломерирования для задач регионального развития. Санкт-Петербургская и Калининградская агломерации представляют интереснейший объект исследования, а их сравнительный анализ никогда не проводился ранее. В статье сделана попытка сформулировать некоторые теоретические и практические подходы к данной проблеме.
Ключевые слова: пространственное развитие, агломерация, приморское положение, транспортная инфраструктура, экономический рост, Калининградская область, Ленинградская область, Санкт-Петербург
развитие пространственный федерация российский
Strategy of Spatial Development of the Russian Federation and Prospect of Seaside Agglomerations Development
Sergei V. Kuznetsov13, Nikolay M. Mezhevichb, Vladimir A. Shamakhovc, *
institute of Regional Economic Problems of Russian Academy of Science; St. Petersburg, Russian Federation
bSt. Petersburg State University of Economics, St. Petersburg, Russian Federation
cRussian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (North-West Institute of Management of RANEPA), St. Petersburg, Russian Federation;
Abstract
The efficiency of spatial development represents a difficult theoretical task, at the same time in practice “on the place” this problem gains cross-disciplinary character. The strategy of spatial development of the Russian Federation until 2025 which was approved by the order of the Government of the Russian Federation on February 13, 2019 N 207-r. and creates certain prerequisites for use of effect of agglomeration for problems of regional development. The St. Petersburg and Kaliningrad agglomerations represent the most interesting object of a research, and their comparative analysis was never carried out earlier. In the article the attempt to formulate some theoretical and practical approaches to this problem is made.
Keywords: spatial development, agglomeration, seaside situation, transport infrastructure, economic growth, Kaliningrad region, Leningrad Region, St. Petersburg
Проблемы пространственного развития приоритетны для средних и крупных государств мира. Анализу этих проблем адресовано значительное количество отечественных и зарубежных исследований, авторы которых не только описывают региональные различия, но и объясняют их на основе различных теорий и концепций. Проблема в том, что большинство этих теорий были актуальны в условиях индустриального общества и в настоящее время они не могут быть в полной мере использованы. Эпоха индустриального развития закончилась, а на современном этапе постиндустриального развития нужны новые подходы к пространственному развитию. Традиционная форма пространственной организации общества -- город -- оценивается по-новому. К примеру, с позиций «умный город, цифровой город». Относится это и к России.
Пространственные различия в обеспеченности ресурсами и уровне экономического развития, качестве жизни населения характерны практически для всех государств и, особенно, для России, являющейся самой крупной страной в мире и отличающейся в силу этого уникальными природными и значительными социально-экономическими диспропорциями в территориальном плане. Объективный характер территориальных различий, необходимость воздействия на них с целью достижения общественно значимых целей достаточно давно изучается экономико-географами и экономистами. Исследование процессов агломерирования неотделимо от анализа факторов формирования и развития систем расселения, уклада экономики. Важен уровень развития транспорта, связи. Особо следует отметить роль исторических предпосылок в процессах формирования агломерации, степень укорененности главного города агломерации в окружающем социальном ландшафте. Расселенческие структуры, создаваемые под влиянием какого-либо градообразующего фактора и не имеющие вековых корней, как правило, не долговечны и быстро угасают в кризисный период или с исчерпанием градообразующего ресурса.
Пространственное развитие общества и государства не может быть равномерным. Последние несколько тысяч лет человеческой цивилизации показали, что город и система городов (к примеру, афинские полисы) являются центрами экономической жизни, обеспечивающими эффективное развитие. При этом по мере исторического развития все чаще ставится задача сбалансировать экономический прорыв одних территорий помощью аутсайдерам. Для этого государства ведут активную пространственную политику, в том числе используя возможности городов и агломерационный эффект. Дилемма «эффективность или равенство», известная как минимум 90 лет, продолжает оставаться ограничителем любых форм оптимизации пространственного развития.
В современной экономической географии сложилось немало подходов к определению явления агломерации. Общим для всех подходов является то, что агломерация представляется как некая общность территорий с явно выраженным ядром или несколькими ядрами (конурбации), а также некой прилегающей территорией (корона -- города и поселения-спутники). Объединяют эту территорию активные экономические, трудовые и социальные связи, транспортная инфраструктура, трудовая, социально-бытовая, рекреационная миграции. Так формируется система расселения, являющаяся частью любой агломерации. «Система расселения понимается как пространственная организация группы населенных мест различной величины и народнохозяйственного профиля в природно-ландшафтной среде, основанная на постоянно возрастающем их взаимодействии, разнообразных связях населения, совместном комплексном использовании межгородских территорий и общности планировочной структуры» [9, а 11].
В данной статье под городской агломерацией подразумеваются компактные скопления территориально сосредоточенных городов и других населенных мест, которые в процессе своего роста сближаются (иногда срастаются), и между которыми усиливаются многообразные хозяйственные, трудовые и культурно-бытовые взаимосвязи. В состав агломерации, как правило, входит одно или несколько ядер, окруженных периферией, представленной городами-спутниками, тяготеющими к ядру. Городская агломерация является естественным результатом городского развития и несет в себе определенные экономические последствия. Так, повышается конкурентоспособность экономики, создается приток ресурсов для ее развития, возникает возможность выхода агломерации на мировой уровень и, как следствие, агломерация становится ключевым экономическим, транспортным, финансовым центром. Таким образом, все города, входящие в данную агломерацию, могут получать экономическую прибыль, которую не могли бы получить поодиночке1.
Исследования новой роли городов, процессов агломерирования широко ведутся в мире, Европе и, в том числе, у наших соседей в Балтийском регионе. По прогнозам ООН, доля городского населения с 55% в текущем году увеличится до 63% к 2030 г. Это увеличение будет обеспечено по большей части за счет крупных городов с численностью населения 500 тыс. человек и более. В таких странах, как США, Канада, Бразилия уровень урбанизации достигает 80%, а, например, в Бельгии и Японии -- 90%. Что касается Российской Федерации, то с 2010 г. численность населения в городских агломерациях увеличилась почти на пять миллионов человек. При доле населения 55% города генерируют более 80% мирового ВВП. При этом на 600 городов приходится более 50% вклада в мировой ВВП Подробнее: [5]. Журнал «Бюджет» о том, как развиваются агломерации в стране, о методах их управления, а также о законодательном регулировании со ссылкой на разработки ИЭГ и комментарием генерального директора А. С. Пузанова [Электронный ресурс]. ШІи http://www.urbaneconomics.ru/ centr-obshchestvennyh-svyazey/news/zhurnal-byudzhet-o-tom-kak-razvivayutsya-aglomeracii-v-strane-o. Беглый взгляд на эти города свидетельствует о том, что абсолютное большинство из них относятся к приморским и обладают признаками агломерации. Развитие экономики и социальной сферы, обеспечение эффективности пространственного развития тесно связаны с проблемами городов. Понимание этого характерно и для современной России.
Россия вступила в новый этап развития, связанный со Стратегией пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 г., которая утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р. Важно отметить, что Стратегия разработана в соответствии с Федеральным законом от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации». Учтены все положения Указа Президента России от 16 января 2017 г. № 13 «Об утверждении Основ государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года».
Методологическая база документа основана на предложениях о совершенствовании системы расселения на территории России и приоритетных направлениях размещения производительных сил, утвержденных постановлением Правительства от 20 августа 2015 г. № 870.
Новая «Стратегия» имеет прямое отношение к проблематике российских агломераций, являющейся предметом данной статьи. Документ открывается разделом «Концентрация экономического роста в ограниченном числе центров, рост социально-экономической роли городов». Программным тезисом «Стратегии» можно считать следующий: «Общемировыми тенденциями пространственного развития в начале XXI века являются концентрация населения и экономики в крупнейших формах расселения, среди которых ведущие позиции занимают крупнейшие городские агломерации. В Российской Федерации сформировалось около 40 крупных городских агломераций и крупнейших городских агломераций, в большинстве из которых численность населения с начала 2000-х годов устойчиво возрастает и в настоящее время превысила 73 млн человек» Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р. [Электронный ресурс]. Ш_: http://government.ru/docs/35733/.
В настоящее время формируется государственная поддержка развития на территории России новых регионов и новых агломераций. Важный вопрос: каковы будут их очертания? Новым условием является изменение экономического пространства современной России. В начале XXI в. оно подвержено значительным внешним и внутренним трансформациям и инверсиям, что, впрочем, характерно для разных макрорегионов мира и крупнейших государств -- Канады, Китая, США, Бразилии, Австралии, ЕС, Индии и т. д., не говоря уже о менее крупных из них.
За последние 25 лет социально-экономические показатели жизни в России качественно изменились. Как минимум полтора десятилетия прошли под знаком адаптации общества к новым условиям. Экономика не просто разрушалась, она деградировала. «Справедливости ради нужно отметить, что деградация экономики -- это тоже качественное изменение экономики, возможность которого нужно учитывать. <...> Деградация в таком случае становится завершающей стадией развития -- той стадией, на которой прежняя структура прекращает существование и уступает место для новой структуры, не обязательно лучшей объективно, но соответствующей новым условиям развития региона» [1, с. 21]. Эти новые условия не означают абсолютной победы урбанизма как образа жизни и модели организации экономики. Боязнь прийти к России 25 городов действительно есть. «Дихотомия „центр -- провинция“ на протяжении вот уже нескольких веков российской истории воспроизводит расщепленный тип общественного развития: с одной стороны, модернизирующий центр, с другой -- противостоящий ему мир провинции, подвергающийся модернизации». Как обеспечить модернизацию? Развивать города -- считают авторы Стратегии» [10, с. 24]. Подобный путь тоже критикуем, однако лучшего варианта предложить не смог никто, даже критики «Стратегии».
Мы исходим из того, что необходимый для эффективной экономической деятельности размер пространства определяется характером и масштабом территориального разделения труда. Пространство уже не выступает в качестве только пассивной формы развития производства, в настоящее время оно оказывает активное влияние на характер, масштабы и пропорции развития экономики, на специфические особенности хозяйственной деятельности людей, заселяющих отдельные части территории. Произошедшая переориентация части экономических связей регионов страны на внешнеэкономические является дополнительным фактором уменьшения межрегиональной торговли, а это меняет характер территориального разделения труда, в результате чего пространство претерпевает своего рода «сжатие» внутри страны. Чем меньше необходимый для экономической деятельности размер пространства, тем медленнее реализуется экономическое развитие страны, т. е. замедляются темпы экономического роста. С другой стороны, внешние связи втягивают в экономическое пространство страны-территории «под чужим флагом». Под этот «флаг» может уходить и развитие агломераций, как это произошло с Гонконгом.
Сказанное имеет прямое отношение к Санкт-Петербургской и Калининградской агломерациям. В РФ одной из главных целей Стратегии пространственного развития является создание единого экономического пространства внутри страны и организация внешних коридоров развития. Это подразумевает создание развитой и сбалансированной транспортной сети, однако следует учитывать региональную специфику. Развитие агломерации и транспортной инфраструктуры является ключевым фактором и в стратегии социально-экономического развития Северо-Западного региона. С помощью реконструкции существующих и корректировки проектируемых транспортных путей и оптимизации рамок стратегирования возможен выход СЗФО на новый уровень в системе глобализированных мирохозяйственных связей [6].
Внешние трансформации связаны, в первую очередь, с активной интеграцией ее отдельных пространств и регионов в мировое глобализированное пространство. Они во многом обусловлены геоэкономическим фактором, который стал движущей силой в новой архитектуре мирового глобализированного пространства. Одной из основных характеристик экономико-географического положения является его изменчивость как во времени, так и в пространстве. Экономико-географическое положение (ЭГП) объекта не может быть одинаковым на различных этапах развития как самого объекта, так и его окружения. Не сложно заметить, что ЭГП Санкт-Петербурга и Ленинградской области сильно и волнообразно изменялось за период с 1913 по 1991 г. и продолжает меняться. К 1913 г. порт Санкт-Петербурга и прилегающая инфраструктура пришли в упадок. При этом динамично развивались порты Риги и Ревеля. Примерно с 1924 г. Ленинградский порт реконструируется, задействованы возможности Кронштадта. В 1930-е гг. возникает проект Усть-Лужского порта, впрочем, реализован он будет только через 80 лет. Изменение границ СССР привело к свертыванию проектов в РСФСР и мощным вложениям в инфраструктуру советских Эстонии и Латвии. В 1992 г. опять выяснилось, что транзитно-транспортная инфраструктура Санкт- Петербургского порта недофинансирована, и ЭГП города опять нуждается в реконструкции. С 1997 г. началось проектирование и строительство адекватной потребностям российской торговли инфраструктуры. Город и область вернули утраченный еще в петровские времена статус «окна в Европу».