В интерьерах практически не было ни одной архитектурной поверхности, лишенной цветного или рельефного декора: стены, балки, колонны, многоярусные доу-гуны карнизов украшены орнаментом из красного и золотого лака. Помост для трона представлял собой миниатюрное архитектурное сооружение со сложной системой лестниц, украшенное символическими фигурами животных, священными сосудами, мелкой резьбой. В наружных террасах резьба покрывает даже лестничные ступени.
Обстановка жилых интерьеров Древнего Китая более
богата, чем в других странах Дальнего Востока. Среди предметов мебели - стулья,
кресла, табуреты, полки различной конфигурации, столы, подставки для ваз,
ширмы. Мебель для сидения имела простые прямолинейные формы. Материалом служило
дерево местных хвойных и твердых пород, тик, черное и розовое дерево, бамбук.
Наиболее распространенным видом отделки была лаковая техника - красный,
коричневый или, чаще всего, черный фон с золотой отделкой. Обычно на
поверхность мебели наносили много слоев лака, которые полировались и красились
золотой краской. В парадной мебели использовались интарсия и инкрустация
слоновой костью, панцирем черепахи, перламутром, металлами и полудрагоценными
камнями.
Глава III. Архитектура Древнего Китая
§ 1. Жилые дома в Китае
В Китае, как и в Древней Индии, строятся почти исключительно деревянные здания. Это происходит не потому, что ощущается недостаток в камне, а вследствие изобилия богатых смолою лесных пород, пригодных для стройки. Деревянная архитектура наиболее отвечает утилитарному мировоззрению страны, которая не заглядывает в будущее. В Японии с ее вулканической почвой, где зданиям постоянно угрожают подземные толчки, деревянное строительство вполне естественно. В обеих странах камень и кирпич применяются лишь для частей зданий, подверженных воздействию сырости.
Каменная кладка ограничивается обыкновенно фундаментом домов; корпус же здания строится из дерева. В Японии, в целях защиты от подземных толчков, оставляют деревянные части здания обособленными от каменного фундамента: деревянная конструкция покоится на своем основании, не будучи с ним никак связана. Характерным признаком японской и китайской деревянной архитектуры, отличающим ее от архитектуры других исследованных нами стран, являются наклонные перекрытия.
В Египте, Персии, даже в Индии, обычно крыши представляют собой террасы, мало приспособленные для стока воды. Для Китая с его дождливым климатом необходимы крыши, обеспечивающие дождевым водам полный сток.
Китай - первая страна Азии, где систематически начали применять крыши с крутыми скатами. В простых зданиях крыши кроются соломой, дранью или бамбуковыми стволами, расщепленными и уложенными один на другой наподобие желобчатой черепицы.
Сооружения большей значимости перекрыты черепицами, форма которых, имеющая профиль в виде французской буквы S, чрезвычайно упрощает укладку. Для защиты от разрушительного действия ветра черепицы укладываются на слой раствора, причем для еще большей прочности наружные швы также покрываются раствором, образующим небольшие валики. Во всех случаях для поддержки кровли необходима обрешетка с большим или меньшим углом наклона.
В Китае применяется обрешетка из материалов двух родов: из стволов деревьев волокнистого строения или из древесных пород с полыми стволами, как например бамбук. Для обыкновенной обрешетки пригодны лишь материалы первого рода, а так как под действием ветров, существующих в этих странах, стволы деревьев обычно более или менее прогибаются, то кривые линии в этих конструкциях играют значительную роль. Что же касается бамбука, то он пригоден лишь для обрешетки, изготовляемой путем обвязки - своего рода архитектурной плетенки, которая широко распространена по всей Восточной Азии от Японии до островов Океании.
Приподнятые края крыши являются результатом системы скрепления посредством веревок, не позволяющей собрать в одной плоскости затяжки и стропила. Эту особенность чисто геометрического происхождения вкус строителя мог подчеркнуть, но фантазия в создании никакой роли не играла.
Крыша состоит из стоек из круглого леса и горизонтальных прогонов прямоугольного сечения, напоминающих по форме, если не по назначению, наши плотничьи бабки, связи и ригеля. Тяжесть кровли передается ригелю посредством бабки. В свою очередь, тяжесть ригеля передается посредством двух стоек связи, которая таким образом нагружена только на концах. Вместо прямых накатин часто употребляются изогнутые материалы, которые найти в Китае нетрудно. Такая конструкция представляет собой простое соединение вертикальных и горизонтальных частей; принцип ее совершенно иной, чем тот, на котором основано устройство наших крыш.
Стиль жилых домов, по-видимому, ничем не отличается от архитектурного стиля храмов. У китайцев нет того резкого различия между архитектурой гражданской и религиозной, какая наблюдается у других народов.
Так же как для храмов и гробниц, незыблемая традиция определяет все подробности расположения жилого дома. В Китае особый закон устанавливает формы и размеры жилища для каждого сословия, и правила, предписываемые законом, по-видимому, восходят к самой глубокой древности. На рельефах династии Хань изображен дом, по виду подобный современному: сооружение в виде павильона с деревянными столбами и с верандой на каждом этаже. Столбы увенчаны по образцу; края крыши загнуты кверху, а над коньком на фоне неба вырисовываются фигуры животных. По этим любопытным изображениям можно определить даже расположение служебных помещений: в подвале находятся кухни; первый этаж предназначен для приема гостей; во втором расположены помещения для женщин.
Загородное жилище, состоит из павильонов, разбросанных среди зелени. Главное помещение павильона - зал для приема гостей - выходит по всей ширине на глубокую веранду. Остальные комнаты занимают заднюю часть здания. Весь павильон приподнят над сырой почвой и покоится на фундаменте, в котором оставлены отверстия для циркуляции воздуха. Стены здания состоят из оштукатуренной бамбуковой решетки; потолок состоит из тонких деревянных досок, покрытых лаком, а внутренние передвижные перегородки представляют собой легкие рамы, обтянутые бумажными обоями. Вместо стекла в оконных рамах натянута прозрачная бумага, ставни заменены шторами; устранено все, что по своей хрупкости или массивности могло бы пострадать от землетрясения.
Сад вокруг этих павильонов представляет собой
искусственный пейзаж. В нем нет никакой геометрической правильности: повсюду
извилистые тропинки, неровности почвы, неожиданные эффекты, резкие контрасты.
§ 2. Китайские пагоды
Китайская пагода строилась с использованием различных строительных материалов: дерево, камень, кирпич и сочетание нескольких материалов одновременно. Отличительной особенностью пагод от других строений является то, что в Китае все постройки не имели подземных помещений. Исключение составляли лишь пагоды, в которых это подземное помещение именовалось "подземный дворец" или "пещера дракона". Эти подземные сооружения, входящие в структуру пагоды выполняли роль мавзолеев императоров и царей древнего Китая, также это были места хранения различных реликвий. Строились подземные дворцы из камня или кирпича и могли быть круглой, квадратной или шести-, восьмиугольной формы.
Пагода как тип сооружения восходит к индийскому зодчеству. Ранние пагоды мягкой кривизной и округлостью линий напоминают индийские башнеобразные храмы. В буддийских монастырях пагоды служили хранилищами реликвий, статуй, канонических книг. Многие китайские пагоды отличаются огромными размерами и достигают в высоту 50 м. Лучшие из них поражают почти математически точными и соразмерными пропорциями, в них как бы воплощен дух конфуцианской мудрости. Более поздние башни-пагоды, возведенные в честь буддийских святых, характеризуются слегка изогнутыми вверх заостренными краями кровли. Считалось, что благодаря такой форме они надежно защищают от злых духов.
Приход буддизма в Китай не оказал значительного влияния на стиль китайских храмов. И даосские, и буддийские храмы строились по одному и тому же плану китайского дома, измененному для религиозных нужд. Расположение двора и боковых залов точно такое же, как и в жилых домах, главные залы в центре предназначены для поклонения Будде или другим богам, а домашние апартаменты позади храма служили жилищами для монахов. Однако некоторые мотивы в украшении и орнаментации главных залов имеют явно буддийское происхождение и несут следы влияния греко-индийского искусства (например, кариатиды, поддерживающие крышу храма в монастыре Кайюаньсы, в городе Цюаньчжоу, провинция Фуцзянь). Нынешние здания в Кайюаньсы - минского времени (1389 год), однако монастырь был основан еще при Тан. Вполне возможно, что кариатиды были скопированы в свое время с танских образцов, ведь при Тан влияние чужеродных культур было особенно велико.
Ханьские башни обычно были двухэтажными, с выступающими крышами, похожими на крыши нынешних пагод. С другой стороны, они очень тонкие в основании, и, скорее всего, представляли собой монолитные колонны. Хотя о подлинных размерах таких строений нельзя однозначно судить по барельефам (ведь художник подчеркивал то, что считал наиболее важным), они едва ли были намного выше самого главного зала, по бокам которого располагались. А значит, пагода стала высокой и мощной лишь в последующие века.
Различие двух стилей китайской архитектуры особенно четко проявляется в храмах и пагодах. Часто эти два стиля называют северным и южным, хотя их распространение не всегда следует географическим границам. Например, в Юннани преобладает северный стиль, а в Манчжурии встречается южный. Эти исключения обусловлены историческими причинами. В Юннани при Мин и в начале Цин северное влияние было очень велико, а на южную Манчжурию, в свою очередь, оказал влияние юг (через морские пути).
Основное различие двух стилей - в степени изогнутости крыши и орнаментации конька и карниза. В южном стиле крыши очень изогнуты, так что выступающий карниз вздымается вверх подобно горну. Коньки крыш часто усыпаны маленькими фигурками, изображающими даосских божеств и мифических животных, причем в таком изобилии, что линии самой крыши теряются. Карнизы и опоры украшены резьбой и орнаментацией, так что гладкой и "пустой" поверхности почти не остается. Самые яркие образцы такой страсти к украшательству, повлиявшие на европейский стиль XVIII века, можно видеть в Кантоне и южных приморских районах. Особого восхищения, однако, они не вызывают, ибо если тонкость резьбы и украшения сами по себе порой восхитительны, в целом линии постройки утеряны, и создается общее впечатление искусственности и перегруженности. От такого стиля постепенно отошли и сами китайцы. Даже в Кантоне многие здания, например, мемориальный зал Гоминьдана, построены уже в северном стиле.
Северный стиль часто называют дворцовым, ибо его самыми лучшими образцами являются великолепные здания Запретного города и императорские гробницы минской и цинской династий. Завиток крыши более мягкий и сдержанный и напоминает крышу шатра. Тем не менее, предположения, что этот стиль берет начало от знаменитых шатров монгольских императоров, не имеет под собой оснований. Орнаментация сдержанная и менее пышная. Маленькие и более стилизованные по сравнению с южным стилем фигурки можно видеть лишь на коньках крыш. Удачный компромисс между перегруженностью южного стиля и стилизацией дворцов Пекина особенно хорошо просматривается в Шаньси. Здесь коньки крыш украшены маленькими, но грациозными и живыми фигурками всадников.
Происхождения этих двух стилей окутано тайной. По ханьским образцам и барельефам (самым ранним из известных изображений зданий) можно видеть, что крыши в ту эпоху были лишь слегка изогнуты, а порой изгиб и вовсе отсутствует (неизвестно, однако, является ли это следствием несовершенства материала или скульптора или же действительно отражает стиль того времени). В танских рельефах и сунской живописи кривизна крыши уже просматривается, но она не столь значительна, как в современных южных постройках. С другой стороны, эта черта характерна для бирманской и индо- китайской архитектуры. Быть может, китайцы позаимствовали ее у южных соседей. В Японии, унаследовавшей архитектурную традицию от танского Китая, изгиб также незначителен и походит на присущий северному стилю.
В спокойных и строгих кирпичных пагодах танского времени всё дышит монументальной простотой. В них почти отсутствуют какие-либо архитектурные украшения. Выступающие углы многочисленных крыш образуют прямые и чёткие линии. Самой известной пагодой танского времени является Даяньта ( Большая пагода диких гусей), выстроенная в пределах тогдашней столицы Чанъань (современная Сиань) в 652 - 704 годах. Расположенная на фоне горной гряды, словно составляющей всему городу обрамление, Даяньта видна на огромном расстоянии и высится над всем окрестным ландшафтом. Тяжёлая и массивная, напоминающая крепость в близи (её размеры: 25м. в основании и 60м. в высоту). Погода благодаря гармонии и вытянутости пропорций издали производит впечатление большой легкости. Квадратная в плане ( что характерно для этого времени), Даяньта состоит из 7 равномерно суживающихся к верху и повторяющих друг друга совершенно одинаковых ярусов и соответственно уменьшающихся окон, расположенных по одному в центре каждого яруса. Подобное расположение создаёт у зрителя, захваченного почти математическим ритмом пропорций пагоды, иллюзию ещё большей её высоты. Возвышенный духовный порыв и разум словно сочетались в благородной простоте и ясности этого сооружения, в котором зодчий в простых, прямых линиях и повторяющихся объёмах, так свободно устремлённых к верху сумел воплотить величавый дух своего времени.
Далеко не все китайские пагоды подобны Даяньта.
Более утончённые и противоречивые вкусы сунского времени сказались тяготении к
более изысканным и лёгким формам. Сунские пагоды, обычно шестигранные и
восьмигранные, так же удивительно красивы. Они и поныне, располагаясь на самых
высоких точках, венчают своими стройными вершинами такие живописные, тонущие в
зелени и окружённые горами города, как Ханчжоу и Сучжоу. Очень многообразные по
своим формам и архитектурному орнаменту, они то покрыты глазурованными плитами,
то отделаны узором из кирпича и камня, то украшены многочисленными изогнутыми
крышами, отделяющими ярус от яруса. Нарядность и стройность сочетаются в них с
удивительной простотой и свободой форм. На фоне яркой синевы южного неба и
сочной зелени листвы эти огромные, сорока и шестидесятиметровые светлые
сооружения кажутся воплощением и символом сияющей красоты окружающего мира.
§ 3. Великие дворцы
Так же логическая ясность ощущается и в архитектуре китайских городов и планировке городских ансамблей. Наибольшее количество деревянных городских сооружений сохранилось до наших дней начиная с XV - XVII веков, когда после изгнания монголов начиналось усиленное строительство и восстановлению разрушенных городов. С этого времени столицей Китая становится Пекин, сохранивший и сей день многие из архитектурных памятников древности. Кстати, Пекин - по-китайски Бэйцзин (Северная столица) - существует уже более 3000 лет. И не изменил планировки. Растущая столица была задумана как мощная крепость. Массивные кирпичные стены (до 12 метров высотой) с монументальными башенными воротами окружали ее со всех сторон. Но симметрия и четкость плана не вносили в облик Пекина сухости или монотонности. В Пекине правильное расположение улиц. В виде сетки. Техника симметрии в китайской планировки города тоже присуща и не изменена со временем. Искусственно вырытые озёра симметричны друг другу. Дома в Пекине выстроены фасадом на юг, а с севера на юг идет магистраль, завершающаяся у северной границы города. Огромные крепостные стены с могучими каменными надвратными башнями и воротами в виде длинных туннелей замыкали город со всех сторон. Каждая пересекающая город магистральная улица упиралась в подобные ворота, расположенные симметрично друг против друга. Древнейшая часть Пекина называется “Внутренний город”, она, в свою очередь, отделена от расположенного к югу “Внешнего города” стеной и воротами. Однако общая магистраль связывала обе части столицы. Все главные сооружения выстроены по этой прямой оси. Таким образом, все огромное пространство столицы являлось объединённым, организованным и подчинённым единому замыслу.
Основным ансамблем, расположенным в центре «Внутреннего города», был огромный «Императорский город», растянувшийся на многие километры, замкнутый кольцом стен с могучими воротами. Внутри него располагался «Запретный город» также обнесенный стенами и окруженный рвом с водой. Это и был Императорский дворец, куда могли попасть только избранные. Дворец представлял собой не одно здание, он разделялся на несколько частей. Широкие площади, мощенные светлым камнем, изогнутые каналы, закованные в белый мрамор, яркие и торжественные павильоны, поднятые на террасы, раскрывали свое сказочное великолепие перед взором тех, кто, пройдя сквозь ряд массивных крепостных ворот, начиная от ворот Тайхэмэнь («Ворота небесного спокойствия»), проникал в пределы дворца. Парадная часть ансамбля состояла из анфилады площадей, соединенных друг с другом лестницами, воротами, павильонами. Весь же «Запретный город» с многоцветными крышами дворцов, тенистыми садами и двориками, коридорами и беседками, бесчисленными переходами и боковыми ответвлениями представлял собой своеобразный город в городе, в глубине которого прятались покои императорских жен, увеселительные сооружения, театральная сцена и многое другое.