На ранних этапах обучения шушутажу мы отметили случаи неинтенционального создания переводчиком стилистического эффекта (здесь и далее студенческие переводы приводятся без редактирования, с фиксацией хезитаций и погрешностей), например:
Пример (1): Heads of governments and ministries from the thirteen countries that remain home for wild tigers will meet next week at the St. Petersburg International Tiger Forum. Перевод: Главы государств и министры из тринадцати стран, в которых еще сохранилась популяция тигров в дикой природе, встретятся в Санкт-Петербурге на Международном форуме по сохранению видов тигров.
Вариант перевода: Главы государств и министры из тринадцати стран, в которых все еще проживают тигры, встретятся в Санкт-Петербурге на Международном тигрином форуме.
Такие словосочетания, как «проживают тигры» и - в еще большей степени - «тигриный форум», создают не запланированный оратором комический эффект. Со стороны переводчика такой эффект не носил интенционального характера и был лишь результатом временной потери контроля, что подтвердила и сама переводчица. Однако такие случаи выходят за рамки настоящего исследования. Далее мы сосредоточимся на тех случаях, где студент-переводчик в той или иной степени придерживается определенной стратегии компенсации.
Такая стилистическая черта ораторской речи принципала, как образная экспрессивность, в основном не получала отражения в переводе. Рассмотрим следующий пример:
Пример (2): The Republicans needed to capture 10 seats from Democrats and hold their own to complete a clean sweep of Congress and deliver a stinging rebuke to President Barack Obama after less than two years in office. Перевод: Республиканцам нужно было «отвоевать» 10 мест у демократов и удержать свои собственные места, чтобы партией большинства в Конгрессе стала республиканская партия, и, таким образом, получить возможность обрушиться с резкой критикой на президента Обаму через 2 года после его избрания.
Вариант перевода: Республиканцам нужно было получить 10 мест, забрать их у демократов и удержать свои собственные места, чтобы получить полную победу в Конгрессе и… э… и, таким образом, сформировать оппозицию президенту Обаме после того, как он уже два года находится на своем посту.
Нетрудно заметить, что оратор использует метафоры и образные выражения, связанные с темой предвыборной политической гонки, однако ни одна из этих особенностей не отражена в переводе образно. Подобное стратегическое решение представляется вполне обоснованным: переводчик сосредоточился на фактуальной и прецизионной информации, оставив эстетическую информацию «за кадром». Более того, переводчик-шушутажист приблизил звучание ораторского выступления к ожиданиям принимающего социума, использовав стандартные выражения «получить N мест», «полная победа», «сформировать оппозицию». Здесь прослеживается своеобразная переводческая стратегия выравнивания: использование стандартной тематической лексики, которая компенсирует некоторое несоответствие лексического оформления подлинника (и его потенциального немодифицированного перевода на русский язык), претендующего на объективность, ожиданиям реципиента/реципиентов перевода.
Стратегию выравнивания демонстрирует и пример (3), где, в отличие от примера (2), принципал создает дискурс, претендующий на непринужденность, доверительность, сокращение социальной дистанции.
Пример (3): So, what we've got - some people say, “Oh, it doesn't matter very much because, actually, treatment is effective prevention because it lowers your viral load and therefore makes it more difficult to transmit HIV”. Перевод: И некоторые могут сказать: «Ну, это не имеет особого значения, потому что лечение является эффективной превентивной мерой, оно снижает концентрацию вируса в крови, и, таким образом, вы вряд ли сможете заразить кого-то СПИДом».
Вариант перевода: И некоторые люди могут сказать, что вообще-то не важно, потому что лечение весьма эффективно, и оно снижает концентрацию вируса в крови, и, значит, вы вряд ли можете так уж легко заразить кого-то СПИДом.
Оригинал (3) насыщен разнообразными грамматическими чертами обиходно-разговорного стиля. На дискурсивном уровне это вкрапление чужой прямой речи, на синтаксическом - клишированная структура с союзным словом what и разговорное причинно-следственное средство межфразовой связи So, на функциональном - междометие Oh, выполняющее функцию снижения значимости информации, а также использование местоимения 2-го лица в обобщенно-личной функции (прием, сохраненный в переводе). Для создания эффекта непринужденной разговорной речи, отвечающего ожиданиям реципиента/реципиентов шушутажа, начинающий переводчик в значительной степени унифицирует репертуар компенсаторных средств, прибегая к типологическому признаку русского языка - сильнопартиклевости: в переводе (3) использованы коммуникативные частицы вообще-то, уж, то [12].
Противоположный случай демонстрирует пример (4), взятый из выступления участницы круглого стола, рассуждающей о проблемах наркозависимости:
Пример (4): So his choice was either to accept that dirty needle or not to get high. Перевод: Поэтому либо он пользуется неодноразовым шприцем, либо не получает кайфа.
Вариант перевода: Поэтому ему нужно было либо согласиться на эту грязную иглу, либо не получить кайф.
Выражение to get high передает достаточно широкий диапазон стилистических оттенков значения: от нейтрального «погрузиться в состояние наркотического опьянения» до обиходно-разговорного и сленгового. В переводе (4) выбор сделан в пользу распространенного стилистически сниженного обиходно-разговорного варианта, близкого к сленговому, который не столько компенсирует стилистическую потерю, сколько выбирает переводческий эквивалент, находящийся «на слуху», тем самым несколько снижая общий стиль включающего высказывания. В целом же на начальных этапах обучения шушутажу студенты не стремятся к передаче (то есть сохранению или компенсации) образности и при переводе данного выступления унифицируют, например, такие яркие лексические единицы, как junkies и smackheads, посредством стилистически нейтрального существительного наркоманы, которое по своей регистровой отнесенности стоит ниже субстантивированного прилагательного наркозависимые, но выше сленговых русских обозначений данной категории лиц. Видимо, переводчики справедливо полагали, что использование стилистически точных сугубо сленговых соответствий противоречило бы общим представлениям принимающего социума об ораторской речи.
В ходе переводческого тренинга перед студентами не ставилась задача сохранения авторского стиля; тем не менее некоторые из обучающихся шушутажу все же предпринимали попытки приближения к авторскому стилю. Наиболее частотными и вместе с тем наиболее адекватными попытками такого рода оказались случаи приближения к обиходно-разговорному функциональному стилю, например:
Пример (5): Now, I remember speaking to an Indonesian friend of mine, Frankie. Перевод: Помню, я как-то разговаривала с Френки, одним из своих знакомых из Индонезии.
Вариант перевода: Как-то раз я разговаривала со своим знакомым. Выступающая, говоря о такой серьезной проблеме современного общества, как наркомания, ссылается на личный опыт общения с наркозависимыми; в ее манере речи появляется доверительная, непринужденная интонация. Переводчик не только перенимает эту интонацию, но и начинает данное высказывание с разговорного выражения «как-то раз», которое в определенной степени компенсирует потерю неофициального именования лица - Frankie. Впрочем, трудно с полной уверенностью утверждать, что в примере (5) имело место интенциональное когнитивное действие переводчика, поскольку вместе с опущением неофициальной формы антропонима опущена и более важная информация: указание на национальную принадлежность лица - Indonesian, которая отражает глобальный характер затронутой проблемы.
Опыт преподавания показывает, что уже на начальных этапах обучения синхронному переводу, и в частности шушутажу, студенты используют стилистическую компенсацию интуитивно. Целенаправленная работа с комическими, ироническими, игровыми вкраплениями начинается на более поздних этапах [2; 3]. В этом смысле на ранних этапах использование студентами компенсаторных средств носит «опережающий» характер. Мы установили, что обучающиеся склонны использовать стратегию, которую мы предложили назвать стратегией выравнивания: при наличии в речи оратора разнообразных, разноуровневых стилистических средств студент интуитивно проводит унификацию переводческих приемов, выбирая для предложенного выступления однотипные принципы стилистической компенсации. Среди них мы выделили принцип нейтрализации экспрессивной образности и принцип типологизации, понимаемой здесь как многократное использование определенной типологической черты переводящего языка для компенсации разноуровневых стилистических средств оригинала. Если обучающиеся, даже не получив специальной установки на передачу авторского стиля, прибегают тем не менее к средствам стилистической компенсации, это свидетельствует об их языковой компетенции, об инициативности, о владении основами переводческих навыков и потенциале профессионального роста.
Список источников
1. Бархударов Л. С. Язык и перевод (вопросы общей и частной теории перевода). М.: Междунар. отношения, 1975. 240 с.
2. Вьюнова Е. К., Петрова Е. С. Вариативность передачи комического при устном переводе англоязычного политического дискурса // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2016. № 9 (63): в 3-х ч. Ч. 3. С. 75-80.
3. Вьюнова Е. К., Петрова Е. С. Локус комического: реалии в устном политическом переводе // Научная дискуссия: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. статей по материалам международной научно-практической конференции. М.: Интернаука, 2016. № 3. С. 84-92.
4. Илюхин В. М. Стратегии в синхронном переводе: дисс. … к. филол. н. М., 2001. 206 с.
5. Ительсон Л. Б. Лекции по современным проблемам психологии обучения. Владимир: ВГПИ им. П. И. ЛебедеваПолянского, 1972. 186 с.
6. Казакова Т. А. Теория перевода (лингвистические аспекты). СПб.: Союз, 2000. 320 с.
7. Комиссаров В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты). М.: Высшая школа, 1990. 253 с.
8. Корячкина А. В. Англоязычный художественный кинодискурс и потенциал его интерпретативно-коммуникативного перевода: дисс. … к. филол. н. СПб., 2017. 312 с.
9. Левицкая Т. Р., Фитерман А. М. Пособие по переводу с английского языка на русский. М.: Высшая школа, 1963. 125 с.
10. Миньяр-Белоручев Р. К. Как стать переводчиком? М.: Готика, 1999. 176 с.
11. Нелюбин Л. Л. Толковый переводоведческий словарь. М.: Наука, 2003. 162 с.
12. Петрова Е. С. Очерк сопоставительной типологии английского и русского языков: грамматическая норма и варианты. Саарбрюккен: LAP, 2011. 417 c.
13. Рецкер Я. И. Что же такое лексические трансформации? // Тетради переводчика. М.: Международные отношения, 1980. № 17. С. 62-70.
14. Фененко Н. А., Кретов А. А. Компенсация как категория переводоведения // Вестник Воронежского государственного университета. Серия «Лингвистика и межкультурная коммуникация». 2001. № 2. С. 70-74.
15. Чужакин А. П. Мир перевода - 2. Practicum Update. М.: Р. Валент, 2008. 160 с.
16. Шадрин В. И. Университетское переводоведение. СПб.: ВВМ, 2017. 292 с.
17. Швейцер А. Д. Теория перевода: статус, проблемы, аспекты. М.: Наука, 1988. 212 с.
18. Setton R. A Pragmatic Theory of Simultaneous Interpretation: doctoral dissertation. Michigan, 1997. 275 р.