По мнению депутата Рейхстага М. Эрцбергера, основным условием германской гегемонии было бы отделение нерусских народов западных провинций России и создание «автономных государств по дуге от Балтики до Черного моря, причем все они должны были быть связаны с Германией таможенным союзом» [4, с. 47]. Следует отметить, что подобные проекты составлялись не только учеными, публицистами или даже депутатами. Планы федерализации России являлись важнейшей составной частью государственной внешней политики Германской империи и составлялись высшими руководителями МИДа, Генерального штаба, первыми лицами государства. Канцлер Германии Т. Бетман-Гольвег писал послу в Вене фон Чирш- ки: «...в случае победоносного исхода войны необходимо образование нескольких буферных государств между Россией, Германией и Австро-Венгрией с тем, чтобы отодвинуть Россию как можно дальше на восток» [4, с. 196]. Данный подход получил закономерное воплощение в Брестском договоре 1918 г.
Возникшие на обломках империи новые национальные государства -- Финляндия, Польша, Литва, Латвия, Эстония -- предполагали, что переустройство Европы, свершившееся после Второй мировой войны, является окончательным и бесповоротным. Единственной угрозой, по мнению руководителей этих государств, для них являлась Советская Россия. Ошибкой здесь являлось то, что Германский геополитический интерес понимался только как расчленение России. Между тем, еще в 1915 г. известный немецкий военный деятель, впоследствии командующий рейхсвером Г. Сект писал: «Эта война, возможно, будет нам стоить миллиона человеческих жизней... Но что это значит по сравнению с возможностью изгнать 20 млн человек... таких как евреи, поляки, мазуры, литовцы, латыши, эстонцы и другие?» [21, р. 191-192].
В это время и возник меморандум немецкого военного и политика генерала Э. Людендорфа «Цели германской политики», который является важнейшим документом, где наиболее полно отражены планы германских захватов в Восточной Европе. В меморандуме Э. Людендорфа указывалось, что прорыв «железного кольца» Антанты может быть осуществлен в случае, если Россия в политическом, экономическом и военном отношениях окажется полностью зависимой от Германии и превратится в источник ее экономической силы и политической мощи. Таким путем Германия сможет обеспечить себе господствующее положение в Европе, заложить основы европейско-азиатского блока и занять положение мировой державы, которая могла бы стать противовесом панамериканскому и британскому блокам. По плану Людендорфа Финляндия, Прибалтика, Литва, Польша, Украина и Грузия должны были быть окончательно отделены от России, в остальной ее части -- конечно, после свержения большевизма! -- должно быть создано федеративное государственное образование при условии его тесной экономической связи с Германией [8, с. 98-102].
В 1917-1918 гг. количество любителей перекраивать русские географические карты существенно возросло. С 1917 г. вопросы федерализации России обсуждались не только Германией и Австро-Венгрией -- противниками России, но и Англией, Францией, США. Английский посол во Франции лорд Берти писал в своем дневнике: «Нет больше России! Она распалась... Если только нам удастся добиться независимости буферных государств, граничащих с Германией на востоке, то есть Финляндии, Польши, Эстонии, Украины и т. д. сколько бы их ни удалось сфабриковать, то, по-моему, остальное может убраться к черту и вариться в собственном соку» [1, с. 191]. Аналогичный принцип расчленения России предлагался и премьер-министром Франции Ж. Клемансо, особо подчеркивавшим необходимость создания лимитрофов и включения их в орбиту Антанты. Незначительно отличался и американский подход. Обсуждая вопрос о представительстве России на мирной конференции, президент США В. Вильсон запрашивал госсекретаря Р. Лансинга: «... осуществимо ли с точки зрения нынешнего расчленения России на пять частей -- Финляндию, Балтийские провинции, Европейскую Россию, Сибирь и Украину -- дать России представительство на конференции?..» [18, с. 67]. Официальная позиция США по вопросу о федерализации России была закреплена и в известном комментарии к «14 пунктам» (предложениям американской делегации на Парижской мирной конференции). В п. 6 того документа указывалось: «Итак, в ближайшем будущем сущность русской проблемы, по-видимому, сведется к следующему:
1. Признание временных правительств.
2. Предоставление помощи этим правительствам и через эти правительства» Архив полковника Хауза. Т. 4. Москва, 1944. С. 157..
Возникновение цепи зависимых государств от Балтики до Черного моря несколько изменило общую направленность военно-политических концепций расчленения России. Теперь сначала ставилась задача обеспечения контроля над уже существующими лимитрофами, а затем предполагалось решить главную задачу -- территориальное переустройство России (СССР). Идея «двух линий» санитарного кордона активно обсуждалась уже на Парижской мирной конференции, а попытки ее реализации продолжались в разных вариантах вплоть до 1939 г. Согласно этой концепции, первая линия должна была включать Польшу, Чехословакию, Венгрию, Румынию, а вторая состоять из «антирусских государств, тянущихся от Финского залива через Таллин к Каспийскому морю, Тбилиси и Баку» [22, р. 127]. В результате обозначилась печальная преемственность задач -- советские наследовали имперским. «Накануне Второй мировой войны Москва решала те самые проблемы -- „финскую“, „польскую“, „прибалтийскую“, „бессарабскую“, которые за 20 лет до этого были созданы западными державами в Версале. „Дорожка“ к пакту Молотова -- Риббентропа в немалой степени „прокладывалась“ недальновидной политикой прежде всего Великобритании и Франции, в качестве победителей в Мировой войне стремившихся не допустить восстановления силы двух государств, до августа 1914 г. входивших в число великих держав, вершивших судьбы Европы и мира» [7, с. 29].
Большую роль в провоцировании новых конфликтов сыграла Польша. В Польше идея «Третьей Европы», т. е. союза мелких государств под польским главенством была очень популярна практически до осени 1939 г. По мнению английской исследовательницы З. Коэтс, «сменявшие друг друга польские правительства вплоть до весны 1939 года были заняты тем, что постоянно планировали и разрабатывали варианты:
а) расчленения СССР;
б) создания блока государств, который отделил бы СССР от Западной Европы» [20, р. 127].
Было бы, однако, ошибкой предположить, что именно Польша являлась главным генератором идей расчленения России, тем более несерьезно предположение о возможности решения поляками этого вопроса с помощью военной силы. Гораздо более сильной и значимой и в значительной степени реализованной к июню 1941 г. была немецкая концепция «Серединной Европы». Согласно этой концепции, в Европе должно было существовать огромное государство немцев (сверхвеликая Германия), окруженное незначительными и ослабленными протекторатами и полузависимыми территориями. 20 июня 1941 г. министр «Восточного министерства», созданного, как известно, для нарезки новых государств на месте СССР и управления ими, заявил: «СССР перестанет быть субъектом европейской политики и превратится в объект немецкой мировой политики» [13, а 97]. В соответствии с этими планами прибалтийские государства планировалось превратить в объекты германской колонизации, а Белоруссию, Украину и Туркестан сделать буферными государствами, существенно отодвинутыми на восток границами. На Кавказе планировалось создать протекторат. В ходе реализации этих планов Эстония, Латвия, Литва и Белоруссия были включены в состав Рейхскомиссариата Остланд. Названия «Литва», «Эстония», «Латвия», «Белоруссия» были заменены словом бецирк -- округ. После оккупации Белоруссия была превращена в Белорусский генералбецирк. Белостокская и Гродненская области Белоруссии были присоединены к Восточной Пруссии. Полесье -- к рейхскомиссариату Украины. К белорусскому бецирку были присоединены Смоленская и часть Брянской области.
Победа СССР во Второй мировой войне поставила крест на фашистских планах мирового господства и уничтожения России. Успешное последовательное строительство, достижение военно-стратегического паритета с США положили конец планам и концепциям переустройства России -- СССР с помощью военной силы. Именно в этот период для достижения стратегической задачи стали активно использовать новые средства, в частности, сделана ставка на обострение межнациональных отношений в СССР, как наиболее перспективный путь его скорейшего распада. Характерно, что большинство американских специалистов и политиков, причастных к этой проблематике, считали это направление наиболее перспективным. З. Бжезинский в своей работе «Агония коммунизма» отмечает: «марксизм-ленинизм не предвидел и не учел тех фундаментальных сил, которые формируют международную ситуацию... Он недооценил роль этноса и национализма» [2, а 269]. Американский исследователь-эмигрант Л. Добрянский подчеркивал экономический аспект проблемы, считая целесообразным поощрение национализма на территории СССР с той точки зрения, что основные богатства России не находятся в зонах проживания русских. «Большинство ресурсов СССР сосредоточено в нерусских областях: сельское хозяйство на Украине, Туркестане и Грузии, уголь на Украине и в Туркестане, нефть в Азербайджане и Идель-Урале, 90% марганца в Грузии и Украине, железная руда на Кавказе и Украине» [5, а 242]. Однако не борьба с коммунизмом, а борьба с СССР стала главной задачей США.
В 1986 г. была опубликована программная работа З. Бжезинского «План игры. Геостратегические рамки американо-советского соревнования» В этом труде, венчающем американскую геополитику послевоенного времени, были намечены основные задачи и пути их реализации «Децентрализовать империю -- значит распустить ее... Более мощное национальное самоопределение внутри СССР неизбежно ослабит как внешний великорусский имперский импульс, так и внутреннюю концентрацию власти в Москве. Возможно, за этим последует роспуск великорусской империи» [19, p. 236]. Комментировать подобное откровенное заявление, сделанное уже в период перестройки, не столько сложно, сколько нет необходимости.
В настоящее время мы можем отметить, что геополитические концепции распада России реализованы, по крайней мере, наполовину, в части, касающейся ликвидации (самоликвидации) СССР. Как указывает американский публицист П. Швейцер в своей работе с символическим названием «Победа», «В начале 1982 года президент Рейган вместе с несколькими главными советниками начал разрабатывать стратегию, основанную на атаке на главные, самые слабые места политической и экономической советской системы. «Для этих целей, -- вспоминает Каспар Уайнбергер (глава Пентагона -- Н.М., В.Ш.), -- была принята широкая стратегия, включающая также и экономическую войну. Это была супертайная операция, проводимая в содействии с союзниками, а также с использованием других средств». Началось стратегическое наступление, имеющее своей целью перенесение центра битвы супердержав в советский блок и даже вглубь самой Страны Советов» [17, с. 13].
В результате распада СССР в Восточной Европе возник целый ряд новых независимых государств. Западными соседями России на всем протяжении ее рубежей от Черного до Балтийского морей оказались Украина, Белоруссия, Латвия, Эстония, не имевшие ранее, за исключением кратковременных периодов, собственной государственности или, по крайней мере, продолжительного опыта ее строительства в качестве самостоятельных субъектов международных отношений. Примечательно, что даже границы этих бывших союзных республик не сложились исторически, а были установлены в советское время сверху административным путем. Следствием этого, в некоторой степени, явилась и особая ситуация вокруг Калининградской области, оказавшейся значительно удаленным от основной территории российским анклавом, граничащим с Литвой и Польшей.
Одним из основных факторов политического развития Восточной Европы в настоящее время может стать идея нового балтийско-черноморского фланга СевероАтлантического альянса [10]. При этом прежние модели сотрудничества оказались неосуществленными в связи с возникновением союза Белоруссии и России [16].
Подведем итоги. Изменение геополитического положения страны служит достаточным основанием для того, чтобы постоянно возвращаться к его академическому анализу. Качественное изменение защищенности Калининграда, создание Союзного государства и возвращение Крыма частично сняли остроту тех вызовов, которые стояли перед Россией в 1991 г. Многочисленные доклады RAND Corporation Американская некоммерческая организация, которая выполняет функции стратегическо-го исследовательского центра, работающего по заказам правительства США, вооруженных сил и связанных с ними организаций. свидетельствуют о том, что геополитические подходы активно применяются нашими оппонентами, помогают им изучать Россию. Не отрицая иные научные возможности и подходы, укажем на то, что классический геополитический анализ прошел проверку временем, стал элементом научной традиции, идущей от Ломоносова и Менделеева к современным академическим исследованиям.
геополитика географический россия
Литература
1. Берти А. За кулисами Антанты. М.-Л., 1927.
2. Бжезинский З. Агония коммунизма // Квинтэссенция: филос. альманах / сост. В. И. Мудрагей, В.И. Усанов. М., 1990.
3. Готлиб В.В. Тайная дипломатия во время Первой мировой войны. Москва, 1960.
4. «Дранг нах остен» и народы Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы. 18711918 гг. Москва, 1977.
5. Емельянов Ю. Большая игра: Ставки сепаратистов и судьбы народов. Москва, 1990.
6. Крупников П.Я. Политика германского империализма в Прибалтике в начале XX в. // Исследования по истории германского империализма начала ХХ века. Москва, 1987.
7. Листиков С.В. Великие державы и «русский вопрос» в 1919-1920 годах: решения Версальской мирной конференции и их последствия // Российская история. 2011. № 5. С.15-29.
8. Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914-1918 гг. Т. 2. Москва, 1924.
9. Маленков Г.М. 32-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. М. : Госполитиздат, 1949.
10. Межевич Н.М. Восточная Европа. К столетнему юбилею политического проекта // Балтийский регион. 2016. Т. 8, № 1. С. 26-47.
11. Межевич Н.М. Идентичность и границы: актуальные вопросы теории и реальности восточной части Балтийского региона // Балтийский регион. 2014. № 3. С. 95-106.
12. Менделеев Д.И. Заветные мысли. Москва, 1995.
13. «Совершенно секретно! Только для командования». Планы фашистской Германии в войне против СССР. Москва, 1967.
14. Шамахов В.А., Балашов А.И. Новая геополитическая реальность и ее влияние на стратегию экономического и социального развития России // Управленческое консультирование. 2016. № 1. С. 22-30.