Институт истории, политических и социальных наук
Петрозаводский государственный университет
Советский юбилей как инструмент политики памяти (на примере празднования годовщин государственности Карелии)
Ирина Викторовна Шорохова,
кандидат исторических наук,
доцент кафедры отечественной истории
Валентина Владимировна Волохова
кандидат исторических наук,
доцент кафедры отечественной истории
Петрозаводск, Российская Федерация
Аннотация
Юбилеи государственности Карелии рассматриваются как информационный повод для появления целой серии публикаций по истории края на страницах главной республиканской газеты «Ленинская правда». Подготовка к праздничным торжествам позволяла местным властям на страницах печатных СМИ воспроизводить образ прошлого, являвшийся обоснованием легитимности существующей власти. Через репрезентацию прошлого в юбилейных публикациях история государственности Карелии в 1940-1980-е годы была «вписана» в историческую традицию становления и развития Советского государства. Кризис взаимоотношений республики и союзного центра в 1990-е годы, экономические трудности и нарастающие национальные противоречия привели к попыткам использования властями Карелии прошлого для обоснования нового политического курса.
Ключевые слова: политика памяти, праздничная культура, советские массовые праздники, культурная память, история Карелии, коммеморация исторического события
Введение
Сегодня практически общепринятым является утверждение о коллективной памяти как о социальном конструкте [23: 64]. Коллективные представления о прошлом формируются под воздействием многих факторов, среди которых важную роль играет деятельность политических элит, направленная на использование представлений о прошлом для решения современных задач. Память, таким образом, не является чем-то застывшим, она «не размещена в определенном месте или полностью содержится в ком-то; вместо этого она реализует себя через ее применение» [29].
В науке существует разнообразный арсенал терминов, описывающих использование различных форм понимания прошлого. Характеризуя деятельность политических элит, конструирующих образ прошлого, можно говорить о политике памяти.
Политолог О. Ю. Малинова предлагает понимать под политикой памяти «деятельность государства и других акторов, направленную на утверждение тех или иных представлений о коллективном прошлом и формирование поддерживающих их культурной инфраструктуры, образовательной политики, а в некоторых случаях - еще и законодательного регулирования» [16: 291].
Продвигая или поддерживая определенные интерпретации коллективного прошлого, политические элиты стремятся легитимировать собственную власть, оправдать принимаемые решения, приобрести материальные и организационные ресурсы и пр. [16: 291]. О. Ю. Малинова отмечает: «Когда речь идет о легитимации и делегитимации существующего режима, политическом целеполагании, мобилизации поддержки, критике оппонентов и прочем, отсылки к “коллективной памяти” оказываются весомыми аргументами. Предполагается, что они подкрепляют нормативные и причинные утверждения “эмпирическим” опытом предков» [15: 225].
Политика памяти в СССР отличалась определенной монолитностью. Образ прошлого формировался под воздействием самых разных коммеморативных практик, контролируемых государством, и позволял обосновывать легитимность существовавшей власти. Государственные праздники СССР в общем процессе формирования коллективных представлений о прошлом играли немаловажную роль [28]. Традиция праздновать юбилеи карельской государственности сложилась в советский период. Именно тогда была определена начальная точка, от которой отсчитывается и 100-летие Республики Карелия, отмечаемое в 2020 году.
С приближением юбилейных торжеств неизбежно становится актуальным изучение истории появления самого предмета празднования. 100-летие государственности Карелии в научных кругах поставило вопрос о том, какое событие положило начало ее вековому существованию. История празднования годовщин государственности края выявляет разночтения в трактовке истоков события. Если в советский период точкой исторического отсчета была Октябрьская революция, то в современной коммеморативной модели ключевое событие истории однозначно не определено.
В результате в современных российских «национальных» республиках политика памяти выстраивается по-разному. Это нашло отражение в названиях праздничных дней республик, их статусе (рабочий - нерабочий день), а также в определении начальных точек развития государственности регионов (1990 год - для Татарстана, 1920 год - для Удмуртии) [20]. Разобщенный исторический опыт в условиях несформированности и неукореннности исторической модели рождает проблемы с сохранением культурной памяти в региональном сообществе. Сегодня в ней утрачена историческая и культурная преемственность между прошлым, настоящим и будущим. Последнее из-за постоянной изменчивости настоящего становится все более неопределенным и непрогнозируемым [21].
Исследования и опыт работы со студенческой аудиторией позволяют говорить о том, что молодое поколение жителей Карелии, выросшее в условиях идеологической индифферентности и отсутствия современной государственной модели истории, мало знает о предстоящем юбилее и не понимает значение праздника [22: 112-113]. Сегодня подготовка к празднованию проходит на фоне малой вовлеченности в события жителей Карелии. Республиканские власти используют юбилей как средство обратить внимание федеральных властей на насущные проблемы дотационного региона [26]. Это позволяет ставить вопрос об эффективности современной политики памяти и месте в ней государственных праздников.
В преддверии векового юбилея Карелии историки ведут дискуссии о правовом статусе края на разных этапах его развития в XX столетии1. В данной статье речь пойдет об интерпретации истории Карелии, которая была представлена на страницах главной газеты республики в связи с описанием юбилейных торжеств.
Основным источником исследования является газета «Ленинская правда» (в 1940-1955 годах - «Ленинское знамя»). Издание являлось официальным органом печати Карельского областного комитета РКП(б)/КПСС и государственных органов Карелии. Говоря об особенностях политики памяти, О.Ю. Малинова подчеркивает, что она работает не со всем спектром знания о прошлом, а с его актуализированной версией, то есть «репертуаром исторических событий, фигур и символов, которые наделяются смыслами, в той или иной мере значимыми для современных политических и культурных практик» [16: 290-291].
Основная часть
При анализе юбилейных публикаций «Ленинской правды», посвященных подготовке, организации и проведению торжеств по случаю годовщин государственности Карелии, было выделено несколько ключевых позиций, которые позволяют увидеть трансформацию коммеморативного содержания юбилеев республики. К таким позициям мы отнесли: понимание связи прошлое - настоящее - будущее в истории Карелии; выявление круга лиц, определивших ключевые события в прошлом республики; определение важных вех в истории края.
Нижняя граница исследования, посвященного празднованию юбилеев государственности Карелии в 1948-1990 годах, интересна тем, что это был единственный юбилей края, отпразднованный им в качестве союзной республики. В 1990 году был отмечен последний юбилей Советской Карелии и начал оформляться новый подход к торжествам в иных политических и экономических условиях. Актуальность исследования связана и с тем, что со второй половины 1950-х годов шел процесс складывания советской юбилейной традиции, возросло количество государственных праздников, стали оформляться модели, которые позволили унифицировать торжественные мероприятия советской эпохи [10], [11], [19], [27].
Традиция праздновать юбилеи государственности Карелии сложилась еще до Великой Отечественной войны [25]. Тогда отсчет истории республики начинался с образования Карельской трудовой коммуны (КТК) в 1920 году. Юбилей государственности Карелии, широко отмеченный 25 июля 1948 года, занимает особенное место в череде юбилеев республики второй половины XX века. В условиях тяжелого восстановительного периода, социально-экономических трудностей в недавно освобожденном от оккупации крае широко отметили 25-летие Автономной Карельской ССР (АКССР). Из юбилейной истории края «выпал» период Карельской трудовой коммуны. Возможно, это связано с тем, что КТК как первая и предшествующая АКССР форма государственности Карелии, существовавшая в 1920-1923 годах, официально носила статус областной автономии, и отсчитывать от нее начало союзного статуса края было не совсем уместно [5]. И. Сталин в вопросе национально-государственного строительства в СССР четко определил: советская автономия не является законченной формой национально-государственного строительства. Именно автономная республика в ходе своего развития в области производства, социальной сферы и культуры может «дорасти» до более высоких форм - союзного статуса [4: 7].
Для описания жизни в Карелии в дореволюционный период в газете «Ленинское знамя» использовались клишированные формулировки, которые повторялись от юбилея к юбилею. Важно отметить, что в тех же выражениях и в том же стиле оценивалось прошлое других регионов СССР [13: 87-88]2. В газетных публикациях прошлое описывалось всегда неконкретно, через интуитивно понятные, но недетализированные образы. Главной целью формирования регионального компонента культурной памяти было определить в прошлом края отправную точку успешного современного развития региона. Таким моментом в юбилейных публикациях предстает Октябрьская революция. Не менее важным было найти в прошлом Карелии предпосылки революционных преобразований, показать революцию не привнесенной извне, а вызревшей внутри регионального сообщества. В публикациях 1948 года Карелия предстает одной из самых отсталых царских окраин, в которой «едва теплилась жизнь», с нещадной эксплуатацией бесправных и неграмотных трудящихся. Великий Октябрь принес «свободу от многовекового гнета», «спас от вымирания», «дал возможность развивать государственность, экономику и культуру»3.
В отличие от прошлого настоящее в юбилейных публикациях «Ленинского знамени» всегда конкретно. Оно описано при помощи цифр, фактов, названий промышленных предприятий, указания фамилий передовиков производства4. Все это создавало убедительную картину стремительного развития Карелии после Великого Октября. Демонстрация достижений стала обязательным атрибутом советских праздников [18: 140]. Юбилейные торжества являлись, с одной стороны, отчетом, подведением итогов, достигнутых жителями края к очередной дате, с другой стороны, доказательной базой того, что была проделана большая работа, а жизнь во всем ее многообразии от производства до бытовой сферы становилась все лучше5. Трудовые подвиги работников, «подарки Родине» в виде досрочного выполнения и перевыполнения плановых показателей, открытия новых предприятий и учреждений социальной сферы в отдаленных районах республики должны были убедить в благополучном настоящем и вселить веру в будущее Карелии6.
В торжественных речах, опубликованных в «Ленинском знамени» по случаю юбилея республики в 1948 году, упоминались даты смены статуса Карелии в составе СССР-РСФСР. Они представлены на уровне констатации фактов, не указаны причины, обстоятельства, действующие лица, принимавшие участие в истории края7. Судьба красных финнов, создателей КТК и АКССР, сложилась печально. Многие из них погибли в годы репрессий. Упоминать о них в юбилейных публикациях 1948 года как о родоначальниках государственности Карелии было невозможно. Кроме того, еще в 1930-е годы в политике памяти наметилось стремление «не выпячивать роль отдельных личностей», создавая ситуацию, когда важные исторические события становились только фоном деятельности отдельных героев [13: 89]. Так, в юбилейных публикациях 1948 года без указания роли местной политической элиты отмечено, что партия Ленина - Сталина поддерживала карелов в их национально-государственном самоопределении и предоставила им возможность образовать АКССР8. В 1948 году в газетных публикациях роль В. Ленина в создании карельской государственности показана исключительно через целенаправленную деятельность партии. Только секретарь ЦК КП(б) КФССР Г. Н. Куприянов в речи на юбилейной сессии Верховного Совета КФССР сказал о том, что в 1921 году на заседании Совета Труда и Обороны (СТО) именно В. Ленин принял специальное решение об экономическом развитии Карелии9. В создании же КФССР явно подчеркивалось личное участие И. Сталина, который, «следя за экономическим подъемом» республики, «за политическим и культурным ростом» ее народа, «увидел период в истории, когда назрела необходимость поднять формы национально -государственного существования Советской Карелии на высшую ступень»10.
В публикациях «Ленинского знамени» в 1948 году обращает на себя внимание подчеркивание вклада народа Карелии в победу над фашизмом. На страницах прессы стал формироваться местный пантеон Героев Великой Отечественной войны (партизанки М. Мелентьева и А. Лисицына, закрывшие собой амбразуру Н. Ригачин и Н. Варламов и др.)11. Тот же процесс наблюдался в ком- меморативных, в том числе и юбилейных, практиках других регионов СССР. Как правило, это объясняется традиционной политико-идеологической практикой, существовавшей в СССР в 1940-х годах, и может рассматриваться как важный инструмент формирования советской идентичности [14: 50]. Между тем в контексте угрозы ликвидации КФССР и депортации карел, возникшей еще в 1944 году, указанные тенденции в Карелии можно оценивать и как стремление региональных властей выразить лояльность центру и солидарность с ним, снять тень коллаборационизма и подчеркнуть вклад жителей Карелии в общую для советских граждан Победу.