Таким образом, Макиавелли поставил вопросы о качестве гражданского общества и влиянии этого качества на формы государственного устройства, а также обосновывал зависимость гражданского общества от наличия сильного государства.
В ходе ранних буржуазных революций формируется тот социальный феномен, который Гегель, а вслед за ним и молодой Маркс именовали гражданским обществом. На место прежних сословий стали политически организующиеся классы; возникла система республиканско-демократических институтов и разделения властей; появились конституции, декларирующие основные права человека и гражданина; социальные отношения строились в формах взаимопризнания индивидов как равноправных «юридических лиц» [6].
Эти положения легли в основу многих политико-правовых концепций. Англичанин Джон Локк разрабатывал идею «первоначального общественного договора», который мыслился как соглашение - законодательство, посредством которого естественные индивиды (т.е. люди, выходящие из «состояния природы» и организующиеся в государство), с одной стороны, сами себя ограничивают в своих обоюдных посягательствах, а с другой, - лимитируют возможные деспотические посягательства вновь образующегося государства. «Общественный договор» кладет конец анархии, но одновременно он исключает абсолютистское государство, обращающееся с подданными в духе неограниченного политического произвола (деспотии). Причем заключение «общественного договора» не должно пониматься как реальное историческое событие. Оно лишь подразумевает, что государственность должна строиться на подобного рода договоре. Гражданское общество таим образом, для Локка есть сфера политического соединения, установленного между людьми, когда они выходят из «состояния природы» и организуются в государство. Политическое, или гражданское, общество, согласно Локку, есть арена, где через взаимный договор и согласие устраняются неудобства природного состояния. Это наиболее совершенная форма осуществления свободы, равенства и независимости от природы. Эта либералистическая идея естественных прав личности существенно ограничивала сферу государственного вмешательства и соединялась у Локка с идеей разумного законодательства, которой должен руководствоваться просвещенный абсолютизм.
Особенную концепцию общественного договора, создающего политический организм, выдвинул Ж.-Ж. Руссо. Согласно его взглядам, каждый из нас передает в общее достояние и ставит под общее руководство общей воли свою личность, и тогда образуется нечто нераздельное целое. Из этого нераздельного целого возникает народ. Каждый принадлежащий к народу выступает в двух несовпадающих сущностях - как гражданин, участвующий в верховной воле, и как подданный, вынужденный подчинять свою особенную волю государству. Таким образом, через общественный договор человек переходит из естественного состояния в состояние гражданское. С этим новым для него состоянием связаны три главных качества, создающих личность: право собственности, гражданскую свободу, ограниченную единственно общей волей, и свободу моральную, мешающую поступать как раб, а не как гражданин.
Развитие теории «общественного договора» поставило вопрос о юридических границах вмешательства государства в жизнь подданных, вопрос о границах принуждения.
Наиболее остро поставил и решал эту задачу немецкий философ И.Кант. Он выступает за такой закон, который своими угрозами ограничивает произвол частного индивида, но еще раньше и в еще большей мере ограничивает произвол частного индивида, но еще раньше и в еще большей мере ограничивает карательную экспансию самого государства. Государство не вправе издать ни одного закона, ни одного указа, которые противоречили бы принципу, согласно которому «свобода каждого ограничивается лишь условием его согласия со свободой каждого другого». Кант впервые использует понятие «правовой порядок», исходя из того, что гражданское состояние, рассматриваемое как правовое состояние, основывается на признании свободы каждого его члена, равенстве его с каждым другим как подданного, самостоятельности каждого члена общества как гражданина.
Тем самым Кант создал концепцию, обеспечивающую обоснование прав человека.
Кант не разделял общество и власть, рассматривая последнюю как объединяющую силу. В трактовке Канта гражданское общество есть общество правовое. Гегель же, в отличие от большинства мыслителей, предшествовавших ему, понимает гражданское общество как феномен современного ему мира, возникший исторически и постепенно достигший развитой формы социальной дифференциации и институционализации.
То, что Гегель называет «гражданским обществом» - это по своим основным характеристикам общество владетелей собственности, которые, несмотря на религиозные, расовые и политические различия равны перед законом, и которым - в соответствии с общим для всех законом - разрешено преследовать личные интересы, и которые свободны выбирать карьеру, профессию, занятие по найму, место проживания или работы. Идея общества равных индивидов, в качестве собственников, взаимодействующих на рынке в соответствии с общим для всех законом, не только предполагает, что эти индивиды морально признают друг друга свободными и равными, но и предполагает также существование политических юридических институтов, защищающих права этих индивидов. Гражданское общество - сфера реализации особенных, частных целей и интересов. На стадии гражданского общества, по схеме Гегеля, стихия столкновения частных интересов ограничивается внешним и случайным образом. Гегель изображает гражданское общество как раздираемое противоречивыми интересами антагонистическое сообщество, как войну всех против всех. Поэтому Гегель отдает приоритет государству, настаивая на государственно-юридическом решении противоречий гражданского общества. Гражданское общество является составной частью истории, в которой «буржуазное общество» - его венец, поскольку гражданское общество складывается полностью лишь с созданием современного буржуазного общества.
По Гегелю, первично все-таки государство, внутри которого семья развивается в гражданское общество. Государство для Гегеля - это, прежде всего, правовое государство, т.е. конституционно оформленное государство, существование в рамках которого и является осуществлением свободы.
Таким образом, гражданское общество для Гегеля - это стихия частноправовых порядков, связанных с отношениями собственности. Эта стихия регулируется государством и бюрократией, как силами, не зависимыми от отношений собственности. [4]
Карл Маркс рассматривал гражданское общество как сферу материальной, экономической жизни и деятельности людей. Но в отличие от Гегеля, который основой всего развития считал «мировой дух», а к гражданскому обществу относился как к «инобытию» этого духа, Маркс и Энгельс показали, что именно гражданское общество составляет первооснову здания человеческого общежития, и жизнедеятельность гражданского общества есть главная движущая сила исторического прогресса. Это общество представляет собой общественную организацию, развивающуюся непосредственно из производства и общения, как «царство» экономических, производственных отношений, соответствующих производительным силам и образующих базис государства и всей остальной надстройки.
Над этой базисной сферой и в причинной зависимости от нее располагается сфера социальных отношений, определения организация семьи, сословий, классов. В этой сфере личные интересы развиваются до степени групповых и классовых, а групповые, классовые начинают восприниматься сквозь призму личных интересов, прав и свобод отдельной личности.
Далее следует сфера политической жизни, которая стала развитой и относительно самостоятельной лишь с победой буржуазии. В этой сфере центральное положение занимает государство в качестве политической организации данного общества.
В общество государство входит как важнейший элемент политической надстройки. В гражданское же общество не входит, хотя все его потребности неизбежно проходит через волю государства, чтобы в форме законов получить всеобщее значение. Не государство обуславливает и определяет гражданское общество, а гражданским обществом обуславливается и определяется государство.
Несмотря на эволюцию понятия гражданского общества у Маркса и Энгельса, во всех случаях содержание этого понятия отражает сумму всех неполитических отношений, которые существуют в обществе.
Если изложить суть понимания основоположниками марксизма той роли, которую играет гражданское общество в их политической концепции, то она сводится к следующему. При осуществлении социальной революции именно в рамках гражданского общества происходят кардинальные отношения - вытеснение частной собственности и господствующих классов, которые затем закрепляются в политической сфере. [6]
Новое понимание самой сути гражданского общества можно найти у Антонио Грамши, крупнейшего итальянского теоретика и практика марксизма ХХ в.
Анализируя механизм господства буржуазии в капиталистическом обществе, Грамши выделяет три его составные части, три «общества»: «экономическое общество», или базис (экономическая основа господства буржуазии, ее владение средствами производства и распределения), «политическое общество» (государство в собственном смысле слова, со своим аппаратом государственного принуждения) и «гражданское общество» (совокупность организмов, обычно называемых «частными» - партия, печать, профсоюзы, церковь). Политическое и гражданское общества представляют собой две части надстройки, между которыми существует тесная взаимосвязь, поскольку через них осуществляется власть одного господствующего класса.
Между тремя составными частями механизма господства возникает единство, которое формируется в результате завоевания государственной власти определенным классом в ходе одновременного движения «вширь» (установление классовых союзов) и «ввысь» (переход от экономического уровня к политическому). Устанавливаемое таким образом единство базиса и надстройки Грамши называет «историческом блоком», фиксирующим результаты классового союза или классового компромисса.
Господство, по мысли Грамши, сочетает в себе систему политического господства (политическое общество) и систему идейно-нравственного господства (гражданское общество). При этом политическое господство, опирающееся на аппарат насилия, он именует диктатурой, а господство идейно-нравственное - гегемонией. Особенность последней как нравственного, интеллектуального и политического руководства обществом заключается в том, что сознание господствующего класса, его миросозерцание и цели воспринимаются как единственно разумные и неоспоримые, как всеобщий здравый смысл. Способность господствующего класса руководить обществом, умение прививать ему свои правила поведения в качестве высшей житейской мудрости Грамши и называет гегемонией.
Политическая партия - важнейшая организация гражданского общества - получая большинство в парламенте или приходя к власти иным способом формирует правительство и фактически управляет страной посредством государства через все его насильственные и ненасильственные средства.
Таким образом, имеются два понятия государства - узкое (государство в традиционном смысле, совпадающее с политическим обществом), и широкое (интегральное понятие государства, объединяющее политическое и гражданское общество). Гражданское общество тоже есть «государство» и именно через него осуществляется руководство социальным развитием.
Идеи Грамши получили дальнейшую разработку в исследованиях западных марксистов, усилиями которых концепция гражданского общества как предмет исследований и дискуссий была возрождена в начале 70-х гг. [8]
Общеизвестно, гражданское общество обретает свой подлинный расцвет в условиях демократии, а последняя формируется, развивается и сохраняет как устойчивая форма общественного развития лишь на базе прочной и развернутой в систему основы - гражданского общества. Существенно, что полная рассогласованность действий государства и гражданского общества свидетельствует об упадке государства. Это серьезная опасность для страны.
В связи с этим определенный интерес теоретического и практического порядка представляет развернувшаяся в последнее время в Англии дискуссия по проблеме гражданства как одной из фундаментальных категорий концепции гражданского общества.
Начало современной интерпретации этой проблемы было положено работой Т. Маршалла (1893-1981) «Гражданство и социальный класс». В ней автор определил гражданство как «полное членство в каком-либо обществе», как особый социальный статус, дающий индивидам равные права и обязанности, власть и ответственность, свободу и подчинение; как социализация принципа равенства (в отличие от класса, опирающегося на неравенство), способная без каких-либо революционных потрясений реформировать существующее общество, превратить его в «систему допустимого равенства и справедливости». Он также дал классификацию прав гражданина (гражданских, политических и экономических), которая до сих пор является основой при анализе проблем гражданства в британской социологической мысли. [8]
По мнению Маршалла, гражданство отличается от социального класса (который по сути своей есть форма, основанная на неравенстве) и представляет собой социализацию принципа равенства, способную реформировать существующее общество без каких-либо революционных потрясений.
Плодотворность предложенной Маршаллом классификации прав индивида очевидна. Однако за ее рамками остался такой важный аспект, как социокультурные права граждан право говорить, иметь книги, журналы, телерадиопередачи на родном языке.
В своих работах Маршалл также исследовал социальную структуру общества и природу социальных конфликтов. В своей наиболее известной работе «Гражданство и социальный класс» он утверждал, что в индустриальных странах происходит выравнивание социального статуса различных слоев населения, которое конституируется в единый средний класс, что ведет к превращению всего общества в «систему допустимого равенства и справедливости». Последнее исключает возможность дискриминации вследствие рождения, дохода, различного отношения к собственности. Государство Маршалла носит надклассовый, надсубъективный характер, его основной функцией является установление и поддержание социального равенства в обществе. Демократическое устройство общества, согласно Маршаллу, является наиболее эффективным способом социальной организации, поскольку дает возможность всем гражданам проявлять свою волю и влиять на развитие демократических институтов. [2]