С этим трудно спорить, но и не спорить тоже трудно. Во-первых, упоминаемый Е.А. Будановой особо жестокий способ совершения преступления является самостоятельным отягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «и» ст. 63 УК, учитываемым судьей (судом) при назначении наказания. Во-вторых, разве данная выше характеристика преступления свойственна только тем из них, которые совершаются лицами, находящимися в состоянии опьянения? Вопрос, не требующий ответа. В таком случае получается, что при равной характеристике совершенных виновными преступлений, но в различном состоянии учет опьянения в качестве отягчающего наказания обстоятельства является ничем иным, как порицанием морального облика человека. Однако допустимо ли средствами уголовно-правового воздействия вмешиваться в эту сферу общественных отношений? При таком подходе можно прийти к парадоксальным и абсурдным по своим последствиям выводам о том, что виновного, совершившего преступление в трезвом состоянии, следует еще и поощрить.
В контексте заданной тематики справедлива реплика Верховного суда Республики Хакасия о том, что использование судами общих формулировок относительно влияния опьянения на поведение подсудимого представляется спорным. Если на «изменение течения эмоциональных реакций, снижение способности к контролю и прогнозу поведения», «снижение морально-этических установок», «устранение внутреннего контроля над поведением и вызов агрессии» суд ссылается как на общеизвестные результаты влияния состояния опьянения на большинство людей, то неясно, какое это имеет отношение к конкретному лицу в данной конкретной ситуации. Более того, в случае вывода о том, что употребление алкоголя (одурманивающих веществ) оказало соответствующее влияние на конкретное лицо, суд фактически выступает в качестве специалиста, поскольку каких-либо специальных или экспертных исследований по таким делам, как правило, не осуществляется, доказательств иного рода в обоснование выводов также не приводится Там же.. Исходя из собственной практики отметим, что, несмотря на разъяснение о необходимости оценки влияния состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, в действующей редакции постановления Пленума № 58 она отсутствует, по-прежнему участниками судебного разбирательства, в частности, государственным обвинителем, перед подсудимым ставятся вопросы: повлияло ли состояние опьянения на совершение преступления? совершил бы он (подсудимый) это преступление, если бы не находился в этом состоянии? Вряд ли при постановке вопросов в такой форме от подсудимого можно ждать какой-то объективности или, вообще, получить какой- нибудь определенный и однозначный ответ. В лучшем случае, как показывает практика, можно дождаться ответа, что он (подсудимый) затрудняется ответить на эти вопросы. Кроме этого, согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. В связи с этим ссылка судьи (суда) на то, что подсудимый не совершил бы преступление, если бы не находился в состоянии опьянения, является прямым нарушением нормы уголовно-процессуального законодательства, обеспечивающим реализацию принципа презумпции невиновности.
Л.Л. Кругликов, руководствуясь критериями типичности, безусловности (обязательности), строго определенной направленности влияния и непроизводности от других, закрепленных в законе обстоятельств, отягчающих наказание, при оценивании возможности включения состояния опьянения в перечень отягчающих наказание обстоятельств Кругликов Л.Л. Указ. соч., приходит к следующему заключению. Обязательность (безусловность) влияния, - пишет Л.Л. Кругликов, - означает, что соответствующее обстоятельство сказывается на уровне (степени) общественной опасности и на наказании во всех случаях, когда оно в наличии, независимо от конкретных обстоятельств дела Там же.. Нельзя с уверенностью сказать, что этим свойством рассматриваемое обстоятельство обладает всегда Там же.. Не обладает рассматриваемое обстоятельство, по мнению Л.Л. Кругликова, и другим признаком - строго определенной направленностью влияния, то есть способностью во всех преступлениях либо повышать, либо снижать общественную опасность содеянного и личности виновного, следовательно, влиять на наказание. Иногда при совершении преступлений в этом состоянии, например, подростками или лицами, не имеющими навыков в обращении с алкоголем, оно может смягчить наказание Там же..
М.В. Ремизов считает новую редакцию постановления Пленума № 58 менее удачной, чем предыдущая, полагая, что одним из критериев при учете состояния опьянения в качестве отягчающего наказание обстоятельства является связь между этим состоянием и преступлением, когда состояние опьянения способствует совершению преступления См.: Ремизов М.В. Актуальные вопросы учета в качестве отягчающего обстоятельства совершения преступления в состоянии опьянения в свете исследований профессора Л.Л. Кругликова // Актуальные проблемы уголовного права на современном этапе. 2020. № 9. С. 143-145.. По мнению этого автора, такая связь имеется не во всех случаях. Например, она отсутствует при совершении фальшивомонетничества, хранении оружия и наркотиков, взяточничества, подделки документов Там же. С. 143.. Однако этот вывод не соответствует предшествующему суждению М.В. Ремизова, Так, он пишет: «К выводу о том, что преступление совершено под влиянием опьянения следует прийти, если судом установлено, что ... именно в результате опьянения облегчилось принятие решения о совершении преступления либо укрепляется решимость пойти на преступление.» Там же. Клепицкий И. А. Назначение наказания // Качество уголовного закона: проблемы Общей части: монография / отв. ред. А.И. Рарог. М.: Проспект, 2021. С. 155.. Непонятно, почему состояние опьянения не может облегчить, в частности, принятие решения о хранении наркотических средств? Но дело даже не в этом. Есть разница между тем, когда состояние опьянения является обстоятельством, способствующим совершению преступления, однако не находящимся в причинной связи с общественно опасными последствиями, и тем, когда это состояние способствует их наступлению.
В этой связи справедлива точка зрения И.А. Клепицкого, предлагающего во избежание неправильного применения исключить ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, предусмотрев в качестве отягчающего обстоятельства «совершение преступления в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения, если лицо добровольно и осознанно привело себя в такое состояние в нарушение трудовой или служебной дисциплины или нарушило специальное правило, запрещающее осуществлять ту или иную деятельность в состоянии опьянения» .
Любопытно то, что такому подходу в понимании совершения преступления в состоянии опьянения как обстоятельства, отягчающего наказание, не противоречит и согласуется каждая из вышеприведенных нами точек зрения авторов, которые верно думают, что совершение преступления в состоянии опьянения в значительной мере снижает рассудочность и обдуманность поступков, уменьшает концентрацию внимания, понижает критическое отношение к своему поведению, существенно ослабляет чувство осторожности Ремизов М.В. Указ. соч. С. 143..
G.A. Reshetnikova
COMMISSION OF A CRIME IN A STATE OF INTOXICATION AS AN AGGRAVATING CIRCUMSTANCE
The article deals with the understanding, assessment criteria and accounting for the commission of a crime in a state of intoxication as an aggravating circumstance in the science of criminal law and in judicial practice. Application of Part 1.1 of Art. 63 of the Criminal Code of the Russian Federation in practice shows that the difficulties faced by the court (judge) and the authors dealing with this problem are due to the imperfection of this norm, a different idea of the internal legal nature of the circumstance in question, therefore, a different content of its legal and criminological grounds. The main question that they are trying to solve is whether the state of intoxication contributed to the commission of a crime, while the state of intoxication as a circumstance aggravating punishment must be assessed in conjunction with the consequences of the committed criminal act.
Keywords: circumstances aggravating the punishment; intoxication; commission of a crime in a state of intoxication caused by the use of alcohol, narcotic drugs, psychotropic substances or their analogues, new potentially dangerous psychoactive substances or other intoxicating substances.