Статья: Социальные сети как источник информации об отношении россиян к коррупции

Примечание:

1 - стереотипное расхожее утверждение о коррупции;

2 - конкретное сообщение о коррупции;

0 - сообщение не идентифицировано.

Таблица 8 - Частота сообщений о конкретности коррупции в зависимости от типа текстового сообщения в социальных сетях

Примечание:

1 - стереотипное расхожее утверждение о коррупции;

2 - конкретное сообщение о коррупции;

0 - сообщение не идентифицировано.

Обнаружено, что большинство упоминаний о коррупции содержится в комментариях к постам и репостам (х² = 891,8 при р = 0,0001), при этом соотношение последних сопоставимо по количеству.

Четвертая группа переменных - социально-психологические характеристики пользователей социальных сетей. Здесь сопоставлялись жизненные ценности респондентов и уровень аморализма.

Несмотря на то, что значимых корреляций жизненных ценностей и частоты различных типов высказываний о коррупции в интернете не было обнаружено (х² = 20,9 при р = 0,1), анализ таблиц сопряженности позволяет наблюдать некоторые тенденции в этом вопросе (табл. 9).

Таблица 9 - Частота сообщений о конкретности коррупционных правонарушений в зависимости от жизненных ценностей информантов

Примечание:

1 - стереотипное расхожее утверждение о коррупции;

2 - конкретное сообщение о коррупции;

0 - сообщение не идентифицировано.

Подавляющее число высказываний о коррупции содержится в аккаунтах тех пользователей, которые предпочитают не указывать свои интересы и ценности. Из тех же, кто обнародует свои жизненные ориентиры, больше всего информации о коррупции дается пользователями с традиционными для российского общества ценностями семьи (Духанина et al., 2020) и детей. Также на тему коррупции рассуждают респонденты, для которых важно саморазвитие и совершенствование мира, при этом число обобщённых и конкретных высказываний у них примерно одинаково.

Обнаружена взаимосвязь сообщений о коррупции в социальных сетях и уровня аморализма их авторов, который определялся по количеству выложенного ими в Сеть контента соответствующего содержания (18+) (табл. 10).

Таблица 10 - Частота сообщений о конкретности коррупционных правонарушений в зависимости от степени аморализма информантов

Примечание:

1 - стереотипное расхожее утверждение о коррупции;

2 - конкретное сообщение о коррупции;

0 - сообщение не идентифицировано.

Следует отметить, что большая часть информации о коррупции представлена в аккаунтах пользователей с минимальным количеством аморального контента в профиле (%² = 68,7 при р = 0,001), при этом число обобщённых высказываний здесь также превалирует. Вероятно, пользователей, не склонных к аморальному поведению, в большей степени возмущают факты коррупции, и они легко присоединяются к обсуждению.

Обсуждение полученных результатов. По итогам анализа можно заключить, что сравнительно небольшая часть выдвинутых в начале публикации гипотез нашла подтверждение. Так, были обнаружены значимые различия между отношением (терпимостью/нетерпимостью) российской аудитории к коррупции в среде социальных медиа и личностными характеристиками пользователей, устанавливаемые на основе особенностей профиля и читающей аудитории.

Женщины меньше пишут в социальных сетях на тему коррупции. При менее толерантной гражданской позиции им, видимо, свойственно не выступать с обвинительным тоном в адрес правонарушителей. Несогласие с позицией правонарушителя, неспособность пойти на сделку с совестью не означают готовности индивида к открытой демонстрации своей позиции на публике.

Мужчины, занимающие в социальных сетях комфортную позицию общественного обвинителя, более терпимо относятся к правонарушениям, в том числе коррупционным. Вероятно, в этом противоречии усматривается чувство зависти, а также элемент конкуренции, ощущение упущенной собственной выгоды и сожаления, что не удалось оказаться на месте правонарушителя- коррупционера.

Молодежь - в сравнении с другими возрастными группами - тема коррупции волнует значимо меньше, как и население старше 50 лет. Более серьезный интерес демонстрируют к этой тематике пользователи социальной сети «Вконтакте» трудоспособного возраста (35-50 лет): они выражают большую озабоченность этой темой, активнее других возрастных групп высказываясь в Сети. В этой связи наша гипотеза о том, что молодежь более нетерпима к коррупционным правонарушениям, чем представители более старшего возраста, не нашла подтверждение.

Пользователей социальной сети «Вконтакте» практически не интересуют вопросы коррупции в высших эшелонах власти. Они обсуждают ситуации, которые имеют непосредственное к ним отношение, что лишний раз доказывает наличие интереса граждан не столько к замкам и дворцам в фейковых «журналистских расследованиях», сколько к честности местного чиновника. В перечне сфер коррупционных правонарушений в порядке убывания частоты упоминаний можно отметить следующие: взаимодействие с полицией, с учреждениями сферы здравоохранения и образования, а также решение вопросов, связанных со строительством (с земельными вопросами). Это корреспондирует с ранее полученными нами данными на общероссийской выборке (Отношение россиян к коррупции..., 2020), а также с результатами других исследований. Так, по данным ВЦИОМ (2018), в топ рейтинга наиболее коррумпированных, по оценкам россиян, сфер входят: медицина (23 %), ГИБДД (ГАИ) и полиция (по 16 %), сфера ЖКХ (16 %), судебная система и органы прокурорского надзора (14 %) Коррупция в России: мониторинг. Борьба с коррупцией набирает обороты, и это находит отражение в оценках россиян [Электронный ресурс] // ВЦИОМ. URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-ob- zor/korrupcziya-v-rossii-monitoring (дата обращения: 18.01.2023).. При этом попавшая в онлайн-обсуждение тема строительства и земельных отношений (как драйвера развития экономики) выделяется в связи с тем, что свое мнение в Сети дополнительно могли высказывать предприниматели и руководители компаний, обращающиеся за государственными услугами в соответствующие органы власти (в отличие от опросов, в которых принимали участие только физические лица).

Представители коммунистических взглядов, поддерживающие идеалы коллективизма, ожидаемо более нетерпимо относятся к теме коррупции. Это также коррелирует с результатами исследований зарубежных коллег (DeCelles et al., 2012), в которых ученые показали, что люди, более склонные к коррупционному поведению, являются индивидуалистами, а не коллективистами. Кроме того, анализ ценностей, указанных в профилях авторов постов на коррупционную тему, позволяет обозначить следующую тенденцию: наиболее активно высказываются обыватели с такими ценностями, как «совершенствование мира», «семья и дети», «саморазвитие», тогда как наименьшую активность проявляют пользователи, считающие важными в жизни деньги и карьеру, а также развлечения и отдых.

Отдельно стоит отметить, что пользователям социальных сетей, обсуждающим тему противодействия коррупции, в полемике, разворачивающейся на просторах блогосферы, остро не хватает профессиональных знаний; размещенным в Интернете материалам - конструктивного и цивилизационного подхода, а созданному формату обмена мнениями - культуры (Духанина, 2014) в свете просветительских запросов россиян (Dukhanina, Maksimenko, 2019). В этой связи не приходится надеяться на выработку в онлайн-формате действенных антикоррупционных мер, способствующих решению тех или иных проблем коррупции. Принимая во внимание большой объем информационного шума (спама) по теме коррупции в социальной сети «Вконтакте», можно предположить, что эта тема находится в форварде искусственных манипуляций с общественным мнением.

Выводы

Результаты исследования показывают, что частота появления различных типов сообщений о коррупции в социальных сетях связана с особенностями поведения пользователей и характеристиками их профилей, то есть подтвердилась основная гипотеза исследования. Однако ни одна из гипотез-следствий не нашла своего обоснования в ходе проведенной работы.

Чаще всего о коррупции сообщают реальные пользователи с количеством друзей и подписчиков до 1 000 человек в открытых аккаунтах. Кроме того, большинство упоминаний о коррупции содержится не в постах или репостах, а в комментариях к ним.

Преимущественно сообщают и рассуждают о коррупции пользователи со сравнительно низким уровнем аморализма, обозначающие свои жизненные ценности и интересы как «совершенствование мира», «семья и дети», «саморазвитие». Данное обстоятельство свидетельствует о том, что в ходе анализа сообщений о коррупции удалось обнаружить их связи с социальнопсихологическими характеристиками пользователей.

Среди демографических данных для нашего исследования оказались важны пол и возраст авторов контента. Мужчины чаще сообщают в социальных медиа о коррупции, чем женщины. Наибольшее количество случаев упоминания об этом социальном явлении обнаружено в аккаунтах пользователей зрелого возраста (от 36 до 50 лет), наименьшее - у представителей молодежи (от 16 до 25 лет).

Фактор политических предпочтений также оказался значимо связан с частотой упоминания исследуемой тематики в социальных сетях. Чаще всего высказываются о коррупции пользователи с коммунистическими политическими предпочтениями, чуть реже - с умеренными и либеральными взглядами. Наименьшее число упоминаний о коррупции зафиксировано в аккаунтах пользователей, относящих себя к монархистам.

В последующих исследованиях важно обратиться к анализу стратегий бот-риторики коррупционного контента в социальных сетях и их роли в формировании сетевого сознания российской молодежи.

Список источников

Аймалиев И.М. Сравнительный анализ сетевой полицейской коррупции в Болгарии и России // Журнал исследований социальной политики. 2016. Т. 14, № 2. С. 213-228.

Василькова В.В., Легостаева Н.И. Социальные боты в политической коммуникации // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Социология. 2019. Т. 19, № 1. С. 121-133. https://doi.org/10.22363/2313-2272-2019-19-1-121-133.

Восприятие коррупции как социально-экономического феномена населением региона: структурный аспект / М.И. Беркович [и др.] // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2019. Т. 12, № 2. С. 161-178. https://doi.org/10.15838/esc.2019.2.62.10.

Гевелинг Л.В. Социально-политическое измерение коррупции и негативной экономики. Борьба африканского государства с деструктивными формами организации власти. М., 2001.592 с.

Докука С.В. Практики использования онлайновых социальных сетей // Социологические исследования. 2014. № 1 (357). С. 137-145.

Духанина Л.Н. Культура и культурность с точки зрения педагога // Образование в современной школе. 2014. № 3. С. 5-8.

Журавлев А.Л., Китова Д.А., Соснин В.А. Социально-психологические исследования коррупции. М., 2017. 285 с.

Отношение россиян к коррупции / А.А. Максименко [и др.] // Вестник Санкт-Петербургского университета. Социология. 2020. Т. 13, № 4. С. 407-428. https://doi.org/10.21638/spbu12.2020.404.

Ярская В.Н. Темпорально-смысловая дистанция в поле социальной сплоченности (опыт анализа социальных сетей) // Социологические исследования. 2017. № 1 (393). С. 14-24.

Abu Shanab E.A., Harb Y.A., Al Zoubi S.Y. E-Government as an Anticorruptiontool: Citizens Perceptions // International Journal of Electronic Government. 2013. Vol. 6, iss. 3. P. 232-248. https://doi.org/10.1504/IJEG.2013.058410.