В мае 1927 году в Самарканде было проведено совещание по вопросам алфавита республик Средней Азии, в котором приняли участие представители комитетов нового алфавита Узбекистана, Казахстана и Киргизии. В это же время в Москве был утвержден состав Всесоюзного Центрального Комитета новотюркского алфавита (ВЦКНТА) во главе с председателем Агамалы-Оглы. С этого момента вопрос об алфавите вышел за рамки проблем просвещения и усовершенствования письма. Финансирование всех мероприятий ВЦКНТА осуществлялось из государственного бюджета, а соответствующие органы в республиках и областях были обязаны выделить средства на проведение агитации, обучение, переобучение и распространение латинизированного алфавита. Постепенно режим ускорил реализацию задуманного. Массовыми тиражами стали издаваться плакаты, стенные и карманные таблицы нового узбекского алфавита. Было начато составление соответствующих пособий для грамотных, изданы буквари «Красный путь», «Орфографический словарь», организованы центральные и областные курсы по подготовке учителей к переходу на обучение грамоте по новому алфавиту. В некоторых городах, например в Ташкенте и Фергане, были организованы «Общества латинистов», кружки и ячейки по изучению латинизированного алфавита узбекского языка. В 1929 году школы получили учебники на латинице [Там же, с. 46-47]. Были учреждены специальные печатные органы в центре и на местах. В Узбекистане с 1928 года начал выходить иллюстрированный журнал «Аланга» на латинизированном алфавите, - орган узбекского Комитета по латинизации. С августа того же года в качестве приложения к газете «Кизил Узбекистан» начала выходить еженедельная газета «Кизил Там?а». В виде приложения к журналу «Маориф ва укитувчи» Наркомпроса Узбекистана издавался и детский журнал. Так латинизация внедрялась в жизнь и быт народов Узбекистана. К концу 1929 года арабский алфавит был вытеснен, однако латинизированный продержался недолго - всего одиннадцать лет. Дальнейшая русификация, возведенная в ранг государственной политики, потребовала внедрения кириллицы, что объяснялось, как считает ряд исследователей, унификаторскими тенденциями в области культуры.
Итак, в истории языковой политики в Узбекистане латинизация занимает особое место. Данный процесс ознаменован своей поэтапностью. Первый этап - с 1922 по 1929 года, когда перед «латинистами» стояла задача упрощения письменности тюркоязычных народов, пользовавшихся арабским алфавитом, и создания новой письменности. Для него характерен некоторый демократизм, о чем свидетельствуют многочисленные съезды и конференции, обсуждавшие вопросы алфавитного строительства. Но постепенно латинизация переросла из движения энтузиастов в государственную политику, подготавливая второй этап (1929-1940 гг.), когда уже ставилась задача унификации всех латинизированных алфавитов. Данный период начинается с преобразования ВЦКНТА во всесоюзный Центральный Комитет нового алфавита. Ограничительное слово «тюркский» было изъято, а новый орган с расширенными полномочиями был переведен из Баку в Москву, в непосредственное ведение ЦИК Советов бывшего СССР. Но пиком латинизации, которая уже превратилась во всеохватывающую кампанию, стала подготовка перевода латинизированной графики на кириллицу. Этот переход и завершил второй этап латинизации. Таким образом, период латинизации стал лишь промежуточным этапом, явившимся следующим шагом русификаторской политики большевистского режима. В 20-е годы о кириллице было еще рано говорить, поскольку были живы ведущие представители национальной интеллигенции: языковеды, литераторы, и др., боровшиеся за сохранение истории, культуры своего народа. В заключение отметим, что объективные процессы развития языка, реформирования алфавита, призванные решать задачи культурного развития, и просвещения народов, были насильственно деформированы, вогнаны в «прокрустово ложе» тоталитарного режима. Введение латинского алфавита при его недостатках могло иметь положительное значение для тюркских народов, облегчив, в определенной мере, их сотрудничество с западной цивилизацией. Однако режим, стоявший у власти, главную задачу латинизации усматривал в подготовке в дальнейшем перехода к кириллице, ассоциировавшейся у порабощенных народов с колонизаторством, облегчавшей русификаторскую политику, создание унифицированной общности «советский народ», оторванной от своих духовных истоков, национальных ценностей и культуры.
Список литературы
1. Аланга. 1928. № 1. C. 8-9.
2. Алиев У. Победа над латинизацией - лучшая память о товарище Агамалы-оглы // Революция и национальности. 1939. № 7. C. 20.
3. В борьбе за новый тюркский алфавит: cборник статей / Изд. Научной ассоциации востоковедения. М., 1926. C. 38.
4. Вестник просвещения и коммунистической культуры. 1921. № 7-8. C. 21.
5. Гитлин С. Национальные отношения в Узбекистане: иллюзии и реальность. Тель-Авив, 1998. C. 402.
6. Ибрагимов С. И. Вопросы совершенствования алфавитов тюркских языков СССР. М.: Наука, 1972. C. 160.
7. Каримов И. А. Для нас нет иной цели, кроме интересов нашего народа, нашей Родины: речь Президента Республики Узбекистан на 7-й сессии Олий Мажлиса // Правда Востока. 2001. 8 декабря.
8. Ладна Р. Россия и ислам: взаимодействие культур // Россия и мусульманский мир. 2000. № 12. С. 18.
9. Ларош Е. К вопросу о латинизации в Турции // Культура и письменность Востока. Баку, 1928. Кн. 2. С. 34-35.
10.Первый всесоюзный тюркологический съезд 26 февраля - 5 марта 1926 г.: стенографический отчет. Баку, 1926. С. 423-426.
11.Раджабов С. К истории советской школы в Узбекистане. Ташкент, 1957. С. 46.
12.Рауф Музаффар Г. Тил ва имло масаласи // Садойи Туркистон. 1914.
13.Тагиев И. Мирза Фатали Ахундов и новый тюркский алфавит // Культура и письменность Востока. Кн. 2. С. 58-59.
14.Туракулов Н. К вопросу о латинизации тюркских алфавитов: в борьбе за новый тюркский алфавит: сборник статей / Изд. Научной ассоциации востоковедения. 1926. С. 15-17.
15. Фазылов Э. И., Чечулина Л. Г. Русские тюркологи и узбекское языкознание. Т.: Фан, 1979.
16. Фитрат. Неуместные «кудри» // Кизил Узбекистон. 1929. № 215-216.
17.Энциклопедия Республики Узбекистан. Т.: Комуслар бош тахририяти, 1997. С. 512.