Тот же А. Арапов рассуждает о бессмысленности и вреде для России и самой эмиграции бесконечных дискуссий о будущем:
А наша эмиграция, -- что делала и сделала за это время для родины? Наша эмиграция по всему свету шла на поводу политических шарлатанов, веруя в их лживую и притворную верность, граничащую с предательством. В нелепой надежде помочь восстановлению России через вооружённые интервенции, через боевые организации антисоветских, мнимо-всероссийских государственных образований, она вела Россию по пути к параличу и разрушению, предавая тем самым родину в руки иностранного же капитала. Другая -- раздорами, спорами, самооплеванием и разложением сил путем несогласия и борьбы, сведением старых счетов политических партий, а зачастую и просто личных счетов, -- все сделала для невозможности содружества и коалиционной работы во спасение родины, -- продолжая с упорной злобой отстаивать отжившие старые программы и лозунги различных своих партий. Третья часть эмиграции, неволей или волей, утонула в страстях беспринципной «спекуляции на всем» и в угаре авантюризма в эгоистических целях наживы [1, с. 3].
Сменовеховцы подчеркивали, что за рубежом теряется связь с Родиной. Н.В. Устрялов объяснял свое примиренчество тем, что оставаясь физическим эмигрантом, нельзя духовно слиться Россией. Знаменитый писатель Алексей Николаевич Толстой, защищая стратегию органа сменовеховства и свою позицию, утверждал:
Затем: -- задача газеты «Накануне» не есть, -- как Вы пишете, -- борьба с русской эмиграцией, но есть борьба за русскую государственность. Если в периоде этой борьбы газета борется и будет бороться с теми или иными политическими партиями в эмиграции, то эту борьбу не нужно рассматривать как цель газеты, но как тактику, применяемую во всякой политической борьбе [20, с. 2].
Впрочем, Н.В. Устрялов, как лидер правого крыла сменовеховцев порой противоречил сам себе:
Служить России можно, к счастью, не только на ее территории, но и вне ее. Специфическая особенность данного момента (едва ли особенно продолжительного) состоит в том, что русская интеллигентская эмиграция могла бы ныне за границей принести не меньше пользы родине, чем дома. Она должна помочь иностранцам понять и осмыслить русскую революцию. Она должна примирить «цивилизованный мир» с новой Россией. -- Вот пока наиболее общая и в то же время конкретная формула доступного для эмиграции «примирения» и «сотрудничества» с Москвой -- сотрудничества добровольного и независимого [22, с. 11].
И, наконец, шедевр сменовеховской пропаганды -- отсутствие за границей творческого развития отечественной интеллигенции, невозможность существования и развития русской культуры, науки, искусства и литературы в отрыве от родной почвы. В XXI в. совершенно абсурдными кажутся статьи, обличающие культуру русской эмиграции. Профессор С.С. Лукьянов доказывал в статье с символическим названием «Эмигрантская культура» [15] резкое падение уровня соотечественников во всех сферах. В газете «Накануне» совершенно серьезно указывалось, что среди эмигрантов не осталось талантливых людей, все деградировали, в этом смысле характерна статья «Лик зарубежной интеллигенции в зеркале газеты “Дни”» [13, с. 1]. Просто смешной, даже не парадоксальной, является пописанная псевдонимом Iwas статья «Мания величия» [25], в которой доказывалось, что И.А. Бунин списался за последние пять лет и всегда был плохим писателем, а эмиграции уже ничего создать не сможет.
Превзошел всех сменовеховцев журналист, публицист, бывший меньшевик Борис Вячеславович Дюшен (1886-1949). После реэмиграции он был арестован и стал главным инженером специальной научно-исследовательской лаборатории НКВД-МГБ СССР и даже лауреатом Сталинской премии. В своей статье «Изгнание интеллигентов» [12] он рассуждал о скандальной высылке ученых из России в 1922 г. (т. н. философский пароход) и сравнивал ее с остракизмом Древней Греции. Б.В. Дюшен убеждает читателя, что все высланные ученые и общественные деятели -- потенциальные и очень опасные антисоветские заговорщики. Общий вывод публициста -- бессмысленность и бесплотность деятельности высланных в эмиграции:
На первых порах кое-кто и соблазнится их шумихой, но присутствуя при явлениях неизбежного развала эмигрантщины, видя ее бессилие, все здоровое от нее отшатнется. Такова ведь судьба всех эмиграций, непреложная как природы. Призрак интеллигентской контрреволюции заманчив лишь издали, и пока он не воплощен и овеян романтической тайной. Пусть «повоюет» на просторе, и всем станет видно, что знамена ее взяты напрокат от бутафора, личина размалевана под маску благородного негодования, мечи -- картонные [12, с. 3].
Принципиальной позицией сменовеховцев был призыв к возвращению русских эмигрантов на Родину для служения народу в рамках «общности судьбы». Именно этим и своей оголтелой критикой эмиграции сменовеховцы более всего нравились большевикам. В.И. Ленин рассчитывал на раскол единого фронта антисоветской эмиграции, поэтому большевики целенаправленно финансировали прессу сменовеховцев. Благодаря политике «возвращенчества» в СССР вернулось около 150-180 тыс. эмигрантов, почти все они к концу 1930-х гг. были репрессированы. Сменовеховство часто путают с другим общественным течением -- «возращенченством», одним из самых известных военных-возвращенцев был белый генерал Я. А. Слащов.
Большинство вернувшихся на Родину сменовеховцев продолжали обличать эмиграцию уже в СССР. Особенно хочется выделить публикации бойкого полемиста А.В. Бобрищева-Пушкина. Многие идеи эмигрантского периода, напечатанные в «Накануне», вошли в его книги с символическими названиями «Патриоты без отечества» [9] и «Война без перчаток» [7]. Тем же занимался и сменовеховец из Эстонии В.М. Белов. Первую книгу -- «По новым вехам» [6] -- он написал еще за границей, а остальные -- уже в Советской России: «Белая печать, ее идеология, роль, значение и деятельность: (Материалы для будущего историка)» [4], «Белое похмелье. Русская эмиграция на распутьи: Опыт исследования психологии, настроений и бытовых условий русской эмиграции в наше время» [5]. Основные постулаты сменовеховцев вошли в официальную советскую пропаганду, как и обоснование бесполезности и бессмысленности эмиграции. Уже глава «Госиздата» Н.Л. Мещеряков благодаря выводам сменовеховцам написал: «Кто может прийти на смену большевикам? Наша белогвардейская эмиграция. Но это -- враги России, радующиеся ее страданиям» [16, с. 267].
Почти все сменовеховцы, вернувшиеся на Родину, были репрессированы, но их книги, статьи и мемуары, направленные против эмиграции, стали основой советской критики Русского зарубежья. В 1960-1970 гг. работы сменовеховцев стали доступны советским исследователям, занимавшимся историей эмиграции, повлияв на официальную оценку роли отечественной эмиграции и представителей культуры и науки Русского зарубежья. На сменовеховские работы, обличающие эмиграцию, ссылались почти все советские исследователи Русского зарубежья: А.Л. Афанасьев, Л.К. Шкаренков, Ю.В. Мухачев Г.З. Иоффе, В.В. Комин, Г.Ф. Барихновский, В.В. Сонин и др.
Большинство прогнозов сменовеховцев оказались ошибочными. Русская эмиграция не разложилась и не вымерла в начале 1920-х гг. Потомки эмигрантов первой «волны» до сих живут в зарубежье и считают Россией своей Родиной. Русская культура за границей не только сохраняла традиции Злотого и Серебряного веков, но и развивалась, поднявшись на самый высокий мировой уровень. Достижения наших соотечественников во всех сферах науки и культуры являются украшением русской истории. Вместе с тем конъюнктурные мифы, созданные сменовеховцами, до сих пор живы и волюнтаристски используются публицистами левых взглядов для опорочивания уникального феномена мировой истории культуры Русского зарубежья.
сменовеховец русский эмиграция миф
Литература
1. Арапов А. Русская эмиграция // Накануне. -- Берлин, 1922. -- 1 июня, № 54. -- С. 2-3.
2. Базанов П.Н. Берлинская газета сменовеховцев «Накануне» и русская философская мысль // Вестник РХГА. -- 2020. -- Т. 21, вып. 2. -- С. 134-144.
3. Базанов П.Н. Парижский журнал «Смена вех» и русская философская мысль // Вестник РХГА. -- 2019. -- Т. 20, вып. 3. -- С. 361-368.
4. Белов В.М. Белая печать, ее идеология, роль, значение и деятельность: (Материалы для будущего историка). -- Пг.: Госиздат, 1922.
5. Белов В.М. Белое похмелье. Русская эмиграция на распутьи: Опыт. исследования психологии, настроений и бытовых условий русской эмиграции в наше время. -- М.; Пг.: Госиздат, 1923.
6. Белов В.М. По новым вехам. -- Ревель: Новая Земля, 1922.
7. Бобрищев-Пушкин А.В. Война без перчаток. -- Л.: Кубуч, 1925.
8. Бобрищев-Пушкин А.В. Новая вера // В поисках истины. Русская интеллигенция и Судьбы России. -- М., 1992. -- С. 288-341.
9. Бобрищев-Пушкин А.В. Патриоты без отечества. -- Л.: Кубуч, 1925.
10. Гурович А. Патриоты на-изнанку // Накануне. -- Берлин, 1923. -- 18 янв., № 237. -- С. 1.
11. Гурович А. То, что есть // Накануне. -- Берлин, 1923. -- 19 июня, № 362. -- С. 1.
12. Дюшен Б. Изгнание интеллигентов // Накануне. -- Берлин, 1922. -- 26 нояб., № 195. -- С. 2-3.
13. Лик зарубежной интеллигенции в зеркале газеты «Дни» // Накануне. -- Берлин, 1923. -- 14 февр., № 261. -- С. 1.
14. Лукьянов С.С. Революция и власть // В поисках истины. Русская интеллигенция и Судьбы России. -- М., 1992. -- С. 270-287.
15. Лукьянов С.С. Эмигрантская культура // Накануне. -- 1923. -- 22 февр., № 242. -- С. 1.
16. Мещеряков Н. Новые вехи (О сборнике «Смена Века») // Красная Новь. -- 1921. -- № 3. -- С. 256-271.
17. Романовский В.К. Жизненный путь и творчество Николая Васильевича Устрялова (1890-1937). 2-е изд. -- М., 2009.
18. Романовский В.К. Николай Устрялов. От либерализма к консерватизму. -- Нижний Новгород: ГОУ ДПО Нижегород. ин-т развития образования, 2010.
19. Соколов С.А. Русский эмигрант Красная власть и эмиграция // Русская Правда. -- 1923. -- Март. -- С. 5-7.
20. Толстой А.Н. Открытое письмо гр. А. Толстого Н.В. Чайковскому // Накануне. -- Берлин, 1922. -- 14 апр., № 17 -- C. 2.
21. Устрялов Н.В. Две реакции // Смена вех. -- Париж, 1921. -- № 4. -- С. 8-11.
22. Устрялов Н.В. Проблема возвращения // Смена вех. -- Париж, 1922. -- № 11. -- С. 10-12.
23. Чахотин С.С. В Каноссу // В поисках истины. Русская интеллигенция и Судьбы России. -- М., 1992. -- С. 342-356.
24. Эмиграция с пестиком // Накануне. -- Берлин, 1924. -- 19 июля, № 131. -- С. 1.
25. Iwas. Мания величия // Накануне. -- Берлин, 1923. -- 20 апр., № 314. -- С. 2-3.