Содержание наказания выступает в юридической форме правоограничений - лишении или ограничении прав и свобод человека и гражданина. Эти ограничения могут устанавливаться только федеральным законом. В ч. 3 ст. 55 Конституции РФ исчерпывающе определены основания установления таких ограничений: защита основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства.
Иногда к признакам наказания относят и судимость. Если судимость есть признак наказания, то когда нет наказания, не должно быть и судимости. И наоборот, когда есть судимость, то должно быть и наказание. Однако судимыми являются и лица, которым наказание назначалось, но не применялось (условно осужденные в период испытательного срока), и лица, которые освобождены от отбывания наказания (досрочно или по отбытии срока наказания). Кроме того, судимость характеризует не наказание как таковое, а лицо, которому оно назначено. Наказание и судимость есть самостоятельные явления, имеющие разную правовую природу. Поэтому судимость есть не признак наказания, а правовое последствие его назначения, выражающееся в особом правовом состоянии лица. Хотя некоторые авторы рассматривают судимость и как признак наказания, и как последствие его отбытия.
Можно выделить следующие функции наказания:
психологическая (посредством устрашения и ограничения прав лица государство воздействует на психику человека, его эмоции и чувства, что формирует мотивацию не совершать противоправных действий);
экономическая (с помощью штрафов и иных наказаний государство взыскивает в свою пользу определенный доход, так или иначе участвует в перераспределении ресурсов);
охранительная (с помощью фактической изоляции преступника государство обеспечивает защиту от его противоправных посягательств своих граждан);
сакральная (государство является единственным субъектом, действуя как защитник народа, реализуя защиту прав и свобод человека, способно применить уголовное наказание).
.3 Цели уголовного наказания
наказание уголовный законодательство кодекс
Для определения сущности уголовных наказаний необходимо определить цель, которую они преследуют. Как справедливо отмечает Т.Ф. Минязева, уяснение целевой сущности наказания и выбор приоритетной цели, особенно судьями при рассмотрении конкретного дела, предопределяют судьбу лица, совершившего преступление. Так, если судьи будут думать главным образом о предотвращении новых преступлений, они применят к виновному лицу более строгое наказание. Напротив, если они увлекутся будущей судьбой виновного, его личностью, семейным положением, причинами и условиями, способствовавшими совершению преступления, может быть выбрана чрезмерно мягкая мера наказания.
Цели наказания относятся к числу системообразующих характеристик, они определяют построение и направленность многих правовых институтов, оказывают влияние на применение многих норм, например на назначение наказания и освобождение от отбывания наказания: «Более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершение преступлений назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания» (ч. 1 ст. 60 УК РФ); «лицо, отбывающее содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления он не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания» (ч. 1 ст. 79 УК РФ). Цели наказания определяются уголовной политикой государства: формулируя цели, законодатель показывает, какого желаемого конечного результата стремится достичь государство, применяя уголовное наказание за совершаемые преступления. Вопрос о целях тесно связан с проблемой эффективности уголовного наказания, да и уголовного права в целом. Поэтому целям наказания всегда уделялось большое внимание в правовой теории и законодательной практике.
Цели уголовного наказания определяют не только характер, условия и средства правоприменительной деятельности для их достижения, но и предшествующие этапы, начиная от возбуждения уголовного дела и до вынесения приговора. В ч. 2 ст. 43 УК РФ закрепляются три цели: восстановление справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений. Как отмечает Г. Цепляева, эти цели наказания являются тем правовым ориентиром, который по определению должен обладать качеством прогнозирования конечного результата общественно полезной деятельности государства в области борьбы с преступностью как антиобщественным явлением.
При этом, как уже указывалось в настоящей работе, признавая кару сущностью наказания, неточно говорить о ней как о цели. Если бы цель применения явления (наказания) совпадала с его сущностью, то вообще не вставала бы проблема эффективности: каждый случай его применения был бы эффективным, цель совпадала бы с результатом, поскольку сущность, будучи неотъемлемым свойством явления, обнаруживает себя во всех случаях (неслучайно сторонники кары как цели наказания никогда не обсуждали проблему эффективности этой цели). Проблема в том и состоит, что цель лежит за пределами явления, но ее можно достичь, только используя сущностные свойства явления, т.е. сущность определяет саму возможность и средства достижения поставленной цели. Отсюда следует, что, во-первых, реальность цели определяется сущностью, во-вторых, даже реальная цель не достигается автоматически. Свойства явления содержат только возможность достижения цели, а действительное ее достижение зависит от умения использовать эти свойства.
Первая цель наказания, а именно восстановление социальной справедливости, единодушной оценки не вызывает. Так, Н.Ф. Кузнецова отмечает приемлемость данной цели наказанию, понимая под ней восстановление социальной справедливости в отношении потерпевших (восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества и государства), с одной стороны, и справедливое наказание преступника - с другой. Л.Л. Кругликов выступает против признания целью наказания восстановление справедливости, обосновывая это тем, что содержание социальной справедливости и средства ее достижения довольно аморфны и нет объективных критериев ее достижения. По существу, такой же позиции придерживается С.В. Максимов, отмечая, что справедливость представляет собой нравственно-этическую категорию, лишенную правового содержания. В качестве другого довода данный автор приводит, что уголовное право не имеет восстановительный, компенсационный характер, что присуще гражданскому праву.
Действительно, понятие справедливости относится к нравственной категории. Однако из этого не вытекает, что необходимо отделять мораль от права, а последнее - от морали. Вряд ли можно найти человека, которому было бы чуждо чувство справедливости и который бы не руководствовался им в процессе своего поведения. Понятие справедливости представляет собой интегративную оценку характера взглядов, представлений и самого поведения индивида. Правовые предписания закрепляют модели поведения, которые определяют права, обязанности, запреты и ограничения взаимодействующих в обществе сторон. Если правовые нормы оторваны от нравственного содержания, то они теряют свое регулирующее воздействие на тех лиц, для которых нравственные начала имеют значение. Кроме того, согласно п. 1 ст. 297 Уголовно-процессуального кодекса РФ приговор суда должен быть не просто законным, обоснованным, но и справедливым. Само установление норм поведения, в том числе запретных, уголовно-правовых, имеет в своей основе коммуникативную функцию, направленную на сохранение и развитие общества.
Такая цель наказания, как восстановление социальной справедливости, подразумевает: а) восстановление нарушенных преступлением прав или свобод потерпевшего либо (при невозможности такого восстановления) выплату определенной компенсации потерпевшему. Иными словами, достижение цели восстановления социальной справедливости невозможно без заглаживания вреда, причиненного преступлением (как справедливо отмечает А.В. Наумов, достижение такой цели связывается также с позитивным постпреступным поведением лица); б) кроме восстановления нарушенных преступлением прав или свобод потерпевшего достижение цели восстановления социальной справедливости связывается и с самим фактом осуждения лица и вынесением ему справедливого обвинительного приговора, что способствует обеспечению как интересов потерпевшего, так и интересов осужденного, а также интересов государства и всего общества. Поэтому вынесение обвинительного приговора лицу, совершившему преступление, и назначение ему справедливого наказания, т.е. наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, о чем гласят ст. 6 и ст. 60 УК РФ, безусловно приводит к достижению рассматриваемой цели уголовного наказания.
А.В. Наумов отмечает, что «характер «восстановительных» уголовно-правовых санкций тесно связан со спецификой нарушенных в результате совершения преступления прав и свобод. Чисто восстановительный характер носят имущественные уголовно-правовые санкции типа денежного штрафа, конфискации имущества». В то же время, на наш взгляд, автор без достаточных оснований наделяет восстановительными функциями и такой вид наказания, как лишение свободы.
Действительно, любой вид наказания преследует общие восстановительные цели, но специальными восстановительными функциями обладают только наименее строгие виды наказания:
штраф;
лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (в этом виде наказания можно заметить также дополняющие предупредительные функции);
лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград (этот вид наказания является только дополнительным к основному);
условное осуждение;
отсрочка исполнения приговора.
Эти наказания можно объединить в систему наказаний восстановительного характера.
Тем самым восстановительные наказания плюс условное осуждение и отсрочка исполнения приговора образуют первую подсистему наказания или, иными словами, систему наказаний восстановительного свойства.
Второй целью наказания является исправление осужденного. Исправление в теории права толкуется как положительное поведение осужденного, достигаемое применением наказания. Именно исправление в первую очередь влияет на положительное решение вопросов об условном осуждении, отмене условного осуждения или продлении испытательного срока, условно-досрочном освобождении.
Невозможно утверждать о возможности достижения других целей наказания, если исправление осужденного не будет достигнуто. На необходимость исправления указывает ст. 2 Конституции РФ, в которой закреплено действительно истинное положение о том, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью», а «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина являются обязанностью государства». Провозглашение человека высшей ценностью свидетельствует о несостоятельности доводов экономической направленности, указывающих на сложность исправления осужденного. Однако в теории уголовного права не все придерживаются такой точки зрения. Впрочем, позиция законодателя также проявляется в постепенном отдалении от такой цели. В предшествующем Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. одной из целей наказания провозглашалось не только исправление, но и перевоспитание (ст. 20). Противопоставление в законе этих двух понятий создавало почву для различных дискуссий на предмет их сходства и различий. По-иному понимаемое содержание этих понятий, вследствие которого, в частности, перевоспитание рассматривалось вне рамок уголовного права, а также различные сложности в достижении даже исправления привели к тому, что от более глубокой цели перевоспитания при принятии действующего Уголовного кодекса РФ отказались.
Необходимо заметить, что в судебной практике до сих пор встречаются случаи, когда суды указывают на возможность достижения цели перевоспитания осужденных. Например, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев кассационное представление на приговор Красноярского краевого суда, которым З. осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к четырем годам лишения свободы условно с испытательным сроком на два года, указала, что на основании проверки материалов дела и обсуждения доводов кассационного представления оснований к отмене приговора из-за мягкости назначенного осужденному наказания, на чем настаивает государственный обвинитель, не находит, так как наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного и смягчающих обстоятельств. Назначая наказание с применением ст. 73 УК РФ, суд свое решение мотивировал тем, что как личность осужденный не представляет социальной опасности для общества, и пришел к выводу, что его исправление и перевоспитание возможны без изоляции от общества.
Можно согласиться с исключением из целей наказания функции перевоспитания осужденного, хотя некоторые авторы считают такое решение законодателя «явно недостаточным». В частности, С.В. Максимов полагает, что исправление также не является целью наказания. В качестве доводов своих рассуждений названный автор указывает на то, что уголовное право не располагает средствами достижения исправления, поскольку государство как внешнее учреждение не может врываться в духовную сферу, то есть в сферу мыслей, убеждений и мотивов. В то же время речь идет не о таком «вторжении», а о воздействии на субъекта при помощи уголовно-правовых мер принуждения.
С.В. Максимов утверждает, что не установлены и не могут быть установлены такие показатели и критерии, по которым можно было бы судить об исправлении как о результате принудительного воздействия. При этом все приводимые в литературе аргументы о показателях и критериях эффективности данной цели наказания он относит к цели предупреждения преступлений. С таким подходом нельзя согласиться, поскольку у предупреждения преступлений может быть один фактический показатель - совершение или несовершение преступления. И о предупреждении (частном) возможно говорить только после достижения цели исправления.
Вышесказанное, а также международные и конституционные положения о человеке, его правах и интересах и задачи уголовного законодательства указывают на безусловную необходимость учета и достижения такой цели наказания, как исправление субъекта.
Исправительные функции содержатся, прежде всего, в обязательных работах, исправительных работах, ограничении по военной службе, ограничении свободы.
Особенно важное значение имеет психологическая установка виновного на исправление. Не случайно ряд статей о тяжких или особо тяжких преступлениях (ст. 126 УК РФ и другие) предусматривают возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с раскаянием в совершенном деянии при условии наличия необходимых признаков раскаяния (как указано в законе). В то же время у судебных органов по конкретным делам отсутствует квалифицированное мнение специалистов в области психологии на предмет возможностей исправления наказанием виновного в зависимости от особенностей личности исправляемого и его способностей к исправлению. Между тем квалифицированное мнение специалистов-психологов имело бы весьма важное значение для уяснения вопросов возможности склонения виновного к исправлению. Судейское усмотрение в вопросах индивидуализации наказания в настоящее время не опирается на мнение специалистов. Примером этому в вопросах условно-досрочного освобождения является не экспертное мнение специалистов-психологов об исправлении осужденного, а суждение администрации учреждения мест лишения свободы об этом.
Показателем достижения исправления является отказ осужденного от совершения нового преступления в период отбывания наказания и в пределах срока погашения судимости, а также отсутствие рецидива. Поэтому уровень рецидивной преступности является наиболее очевидным, легко обнаруживаемым и часто используемым показателем эффективности наказания и деятельности исправительных учреждений по исправлению преступников. Среди осужденных лица, ранее судимые, составляют примерно 25 - 30%.
Наконец, третьей целью наказания выступает цель предупреждения совершения новых преступлений. Достижение этой цели традиционно. Во-первых, оно связывается с целью исправления, а во-вторых, с выделением двух направлений предупредительного воздействия: частного (специального) и общего предупреждения. Специальное предупредительное воздействие направлено конкретно на осужденного, которому назначено наказание, а общее предупреждение воздействует на всех остальных граждан, чтобы удержать их от совершения преступлений. Поэтому достижение данной цели наказания, как и достижение цели исправления, состоит в отсутствии новых преступлений со стороны осужденного.