Система источников уголовного права
Щелконогова Елена Владимировна
Аннотация
Актуальность темы исследования обусловлена тем, что в современных общественно-правовых реалиях остро встает вопрос о необходимости системного понимания права в целом и уголовного права в частности. Судебная практика показывает, что нередко у правоприменителей возникают сложности при толковании, реализации правовых норм. В статье ставится вопрос о возможности включения в систему источников уголовного права таких элементов, как законодательство по вопросам, связанным с уголовным правом, доктринальные мнения ученых, правила квалификации преступлений, уголовно-правовые принципы, судебная практика и иные.
Ключевые слова: источник уголовного права, Уголовный кодекс Российской Федерации, теория уголовного права, судебная практика, правосознание граждан
Abstract
System of sources of criminal law
Shchelkonogova Elena V.
The relevance of the research topic is due to the fact that in modern social and legal realities, the question of the need for a systematic understanding of law in general, and criminal law in particular, is acute. Judicial practice shows that law enforcers often face difficulties in interpreting and implementing legal norms. The article raises the question of the possibility of including in the system of sources of criminal law such elements as legislation on issues related to criminal law, doctrinal opinions of scientists, rules for qualifying crimes, criminal law principles, judicial practice and others.
Keywords: source of criminal law, the Criminal Code of the Russian Federation, the theory of criminal law, judicial practice, legal consciousness of citizens
Вопрос о системе источников уголовного права представляет особую актуальность в связи с современными социальными реалиями, поскольку нормы уголовного права ежедневно применяются для оценки тех или иных совершенных деяний в качестве преступных или непреступных. В правоприменительной практике нередко возникают сложности с толкованием и пониманием текста уголовного закона, также проблемы возникают при обращении к законодательству иных отраслей права, позициям ученых и коллегий Верховных судов (Верховный Суд РФ, Конституционный Суд РФ). Иные источники, к которым юристы обращаются при оценке деяния, подчас могут вступать в смысловое противоречие с Уголовным кодексом Российской Федерации [1]. Так, возникает вопрос: чем же руководствоваться при квалификации деяния, какой источник уголовного права является большим по юридической силе?
Большинство правоведов [2] бесспорным считают положение о том, что Уголовный кодекс РФ (УК РФ) является отправной точкой при ответе на вопрос о преступности или непреступности того или иного деяния. Что подтверждается и ст. 1 УК РФ, согласно которой «уголовное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса. Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс» [1]. Однако в большинстве случаев для полной уголовно-правовой квалификации, основывающейся на справедливой и всесторонней оценке всех аспектов совершенного деяния, требуется обращение к другим источникам. К ним можно отнести иное законодательство различных уровней в сфере уголовного права, теорию уголовного права, судебную практику, акты толкования права, а также правовые обычаи, правосознание граждан.
Согласно теории права, источник права есть совокупность способов формирования, своеобразного «документирования» государственной воли. При этом не следует ни сводить право к формам его выражения, ни отрывать его от этих форм. В формально-юридическом смысле под источником права понимаются юридический прецедент, нормативный правовой акт, правовой обычай, нормативный договор [3, с. 284, 285]. Данные источники могут претендовать и на включение их в перечень уголовно-правовых источников, в частности, судебный прецедент в последнее время в практической деятельности правоприменителей приобретает все большее значение.
Думается, что проблема оценки источников уголовного права содержит в себе как минимум два ключевых вопроса. Первый из них сводится к тому, могут ли иные элементы, помимо УК РФ, являться источниками уголовного права. Второй вопрос заключается в том, какие элементы могут быть включены в перечень источников уголовного права. Ответ на первый вопрос, согласно ст. 1 УК РФ, состоит в том, что источником уголовного права может быть только Уголовный кодекс РФ. Вместе с тем судебная практика свидетельствует о том, что правоприменитель все-таки обращается к иным источникам права. Более того, во многих случаях такое обращение не просто желательно, оно необходимо, так как квалификация деяния в противном случае будет неполной, неверной и несправедливой.
Квалификация деяния по различным составам преступления нередко требует обращения к иным нормативно-правовым актам. К законодательству различных уровней в сфере уголовного права можно отнести, например, приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» [4], в котором устанавливаются правила определения степени тяжести вреда здоровью человека. Без данного приказа обоснование квалификации деяния в виде причинения вреда здоровью той или иной степени тяжести затруднительно. Поэтому данный приказ напрямую влияет на квалификацию деяния, на вид и размер наказания, назначаемого осужденному, несмотря на то, что данный приказ является самостоятельным правовым актом и не включен в текст Уголовного кодекса РФ.
Еще одним примером может быть обращение к многочисленным федеральным законам при квалификации преступлений в сфере экономической деятельности, в частности, к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)» [5] при квалификации по ст. 195 УК РФ «Неправомерные действия при банкротстве», ст. 196 УК РФ «Преднамеренное банкротство», ст. 197 УК РФ «Фиктивное банкротство», к Водному кодексу РФ [6] при квалификации действий по ст. 250 УК РФ «Загрязнение вод», ст. 256 УК РФ «Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов».
Например, при квалификации преступлений в сфере безопасности движения и эксплуатации транспорта, согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» [7], суды обязаны ссылаться на Правила дорожного движения [8] и указывать в приговоре, какой пункт данных правил был нарушен водителем транспортного средства.
Если обратиться к рассмотрению положений Общей части уголовного права, то можно заметить, что в ней раскрываются далеко не все вопросы о квалификации преступления. Многие аспекты, связанные, например, с решением проблем о наличии в деянии лица состава преступления, определения объекта преступного посягательства, вида состава преступления, не указываются в УК РФ. Данные положения разработаны и содержатся в теории уголовного права, несмотря на это, они постоянно применяются юристами при уголовно-правовой квалификации деяния. Понятие состава преступления упоминается в УК РФ лишь один раз в ст. 8, в которой идет речь об основании уголовной ответственности.
Так, в судебном заседании мирового суда Амурской области по Шимановскому городскому судебному участку Т. признана невиновной и оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ «Клевета», на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления [9].
Вместе с тем определение, например, вида состава преступления по конструкции объективной стороны напрямую влияет на решение вопроса о том, является ли преступление оконченным. Если вид состава материальный, а последствия не наступили по обстоятельствам, не зависящим от воли лица, то преступление признается неоконченным, что влияет как на квалификацию, так и на сроки и размеры наказания лица. В квалификации указывается ссылка на ст. 30, а наказание не может быть более 1/2 или 3/4 для приготовления или покушения на преступление соответственно.
К примеру, в ст. 21, 22 УК РФ раскрывается вопрос о невменяемости лица, совершившего преступление.
Указывается, что лицо, находящееся в состоянии невменяемости, не подлежит уголовной ответственности. Однако определение вменяемости или невменяемости лица зависит от психиатрической экспертизы, которая проводится врачами-психиатрами. Их деятельность регламентируется, в частности, приказом Министерства здравоохранения РФ «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы» [10]. Предмет правового регулирования, описываемый в данном документе, также не относится непосредственно к уголовному праву и тексту уголовного закона, однако согласно нему устанавливается вменяемость лица, что напрямую влияет на решение вопроса о его привлечении к уголовной ответственности.
Согласно теории права российская правовая система имеет больше черт романо-германской правовой семьи, хотя в последнее время ученые склонны отмечать гибридный характер правовых систем различных государств в связи с наличием признаков как англо-саксонской, так и романо-германской системы. На официальном уровне нет закрепления обязательного для судов следования позициям иных судов, уже вступившим в законную силу по аналогичным делам. В ч. 1 ст. 8.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) зафиксировано, что при осуществлении правосудия по уголовным делам судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону [11]. Вместе с тем на практике судьи при вынесении решения по делу нередко обращаются к судебной практике по аналогичным делам. Думается, что такая практика оправдана, т. к. если вынесен справедливый и обоснованный приговор по аналогичным обстоятельствам, то почему нельзя опираться на доводы и правовую позицию, содержащуюся в данном приговоре.
В таком случае правовые позиции судов, в том числе Верховного Суда РФ, являются важным составным элементом механизма справедливой правовой оценки по делу.
Вопрос о включении уголовно-правовых принципов в систему источников уголовного права также представляется актуальным. Уголовное право регулируется как общеправовыми, так и отраслевыми принципами. Т. Р. Сабитов справедливо отмечает, что «правовые принципы, обладая системообразующей функцией, призваны объединять разнородные нормы права в единый эффективный механизм» [12]. В ст. 3-7 УК РФ закреплены некоторые принципы уголовного права. К ним относится: принцип законности, принцип равенства граждан перед законом, принцип вины, принцип справедливости, принцип гуманизма.
Данные принципы призваны обеспечивать всестороннюю, справедливую и правильную оценку совершенного деяния. Однако не все принципы российского уголовного права получили прямое закрепление в уголовном законе. Юристами выделяются несколько принципов, которые непосредственного нормативного закрепления не имеют, но все же играют важную роль в судебной практике.
К их числу относятся принципы демократизма, неотвратимости ответственности, дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности и наказания, экономии уголовной репрессии, принцип личной ответственности и другие [13].
Помимо рассмотренных элементов, немаловажную роль в правоприменительной деятельности играют правила квалификации преступлений. Некоторые из них закреплены в тексте УК РФ, и в этом случае вопрос об их применении не вызывает сложностей. Например, в ч. 4 ст. 34 УК РФ закреплено положение, что лицо, являющееся соучастником в составе преступления со специальным субъектом, понесет ответственность по статье Особенной части УК РФ со ссылкой на ст. 33. Вместе с тем немалая доля правил квалификации существует только в теории уголовного права и активно применяется юристами, в частности, правила выбора статьи при конкуренции правовых норм, когда между привилегированным и квалифицированным составом выбирают квалифицированный состав.
Еще одним источником уголовного права, на наш взгляд, является правосознание граждан. Правосознание - это одна из форм общественного сознания, представляющая собой систему правовых взглядов, теорий, идей, представлений, убеждений, оценок, настроений, чувств, в которых выражается отношение индивидов, социальных групп, всего общества к существующему и желаемому праву, правовым явлениям, поведению людей в сфере права, то есть это субъективное восприятие правовых явлений людьми.
Правосознание представляет собой совокупность чувств, эмоций, представлений, выражающих отношение людей к праву и правовым явлениям. [14, с. 120]. Как отмечает А. Ю. Гежа, различные процессы современного общества зависят от уровня правосознания граждан и его развития, организация и дезорганизация правового порядка тоже начинаются с правового сознания. Соответственно, все проблемы в жизни государства и права считаются проблемами правового сознания, в этом и заключается его основная черта, которая определяет его место и роль в науке о праве и практике. [15, с. 134] На наш взгляд, данная трактовка роли правосознания не совсем однозначна, т. к. проблемы жизнедеятельности общества и государства обусловлены не только проблемами правосознания, но и комплексом различных социальных, экономических, политических, идеологических и иных факторов.
Интересную мысль высказывает А. М. Михайлов, отмечая, что отождествление юридической доктрины и правосознания авторитетных юристов или всего профессионального сообщества правоведов невозможно признать корректным не только потому, что содержание их правовых феноменов не совпадает, но и потому, что ни доктринальное, ни профессиональное правосознание не способно выполнять ведущую функцию юридической доктрины - функцию консервации и трансляции базовых правовых понятий и концепций, формирующих основу корпоративной юридической традиции и обеспечивающих преемственность развития правовой системы. [16, с. 120]
Можно поддержать мнение данного автора в том, что не стоит сводить роль правосознания к ведущей функции юридической доктрины и что правосознание каждого ученого может быть отлично от других, что даже и нужно для прогрессивного развития юридической науки. Вместе с тем не стоит умалять роль правового сознания граждан и представителей юридической доктрины, несмотря на то что оно не обладает высокой степенью унификации.
Думается, что правосознание граждан является одним из источников уголовного права, поскольку они необходимы для регулирования нормальной жизнедеятельности общества и его граждан. Правовые предписания и запреты имеют адресата - человека, чье поведение эти нормы права регулируют. В зависимости от степени и уровня своего правосознания гражданин может положительно или негативно относиться к правовым предписаниям, соблюдать их, не допуская нарушений и незаконопослушного поведения, или, наоборот, совершая девиантные поступки, влекущие разного рода ответственность, в том числе уголовную. Право как социальная ценность призвано дать гарантию человеку, что в правовом обществе и государстве его права и свободы не будут подвергнуты нарушению. Правосознание каждого гражданина в совокупности образует необходимый каждому обществу иммунитет от отрицательного воздействия противоправного поведения отдельных лиц.