Шаманские традиции воинских культур Японии и индейцев Северной Америки: сравнительный культурологический анализ
Автор: Лестев А.Е.
Тема статьи - сопоставление элементов шаманской традиции в Древней Японии и в индейском племени абсарока. Оставляя в стороне вопросы о месте боевых искусств в воинской культуре и общекультурном пространстве Японии (это тема специального исследования) и опираясь на данные исследователей, свидетельствующие о наличии в японских во-инских практиках черт, характерных для шаманизма, автор сосредота-чивает внимание на сравнении практик и подходов к психофизической тренировке японских воинов и воинов североамериканского племени.
Ключевые слова: воинская культура, шаманизм, боевые искусства, индейцы, измененное состояние сознания, божественное откровение, видение, Япония, Катори.
The article compares the shaman traditions in ancient Japan and in the Indian tribe Absaroka. The author does not consider the role of battle arts in military culture's spaces of Japan (which might be subject for a special study) but refers to the data that testimony typical shaman-like features in the Japanese battle practices. Similar features in practices and approaches to psycho-physical training of the Japanese and Absaroka warriors are stressed.
Keywords: warrior culture, shamanism, martial arts, Indians altered state of mind, Japan, divine revelation, Katori.
Японские боевые искусства прошли многовековой путь развития, вбирая в себя все новшества в культурной, духовной и военной областях жизни японского общества. Поскольку классические школы боевых искусств никогда не сталкивались с попыткой кардинального пересмотра или отрицания старых учебных форм и методов тренировки, в сохранившихся до наших дней классических боевых искусствах (будзюцу) можно выявить элементы, характерные для древнего воинского шаманизма. Под термином «шаманизм» мы понимаем комплекс верований, содержащих определенные ритуалы для связи со сверхъестественными (потусторонними, божественными) силами и обретения сверхъестественных способностей.
Об элементах шаманизма в практике японских боевых искусств прежде всего свидетельствует программа обучения, в которой до сих пор сохранились древние ритуалы: ритуал инициации - принесение клятвы, написанной собственной кровью; ритуалы для призыва божества (специальные стойки с оружием, выкрики и движения); аскетические и эзотерические практики.
Цель духовных практик японских воинов, как и шаманов, заключалась в достижении экстатического состояния, в котором происходила связь с божеством или духами. К такому состоянию приводили аскетические практики, изнурительные тренировки, молитвы и ритуалы.
Подобные ритуалы встречаются и в шаманизме североамериканских индейцев. Поэтому особый интерес представляет сопоставление японской воинской культуры с воинской культурой североамериканских индейцев.
Подобное сравнение ритуалов позволяет выявить основные элементы шаманской традиции японских воинов, сохранившиеся в школах боевых искусств, и очертить их контуры. Необходимые данные можно почерпнуть из компаративных исследований воинских культур Древней Японии и коренного населения Северной Америки (см.: Заика и др. 2009). Наличие общих черт, характерных для шаманизма, могло быть обусловлено этнокультурными контактами, имевшими место в древности.
На связь между японской и индейской культурами указывал известный французский антрополог и социолог К. Леви-Стросс (2013: 19): «В японских древних текстах обнаруживается множество тем и мотивов, свойственных мифологии Америки. Необходимо, конечно, соблюдать осторожность, общие для индейской Америки и древней Японии мотивы встречаются и в Индонезии, но многие из них засвидетельствованы только здесь. Некоторые мифы этих трех регионов настолько близки вплоть до мелких деталей, что их связь друг с другом несомненна».
Традиция шаманизма в воинской культуре Японии, восходящая к глубокой древности*, сохранялась, развивалась и передавалась в жреческих родах вплоть до эпохи Муромати (1336-1573), когда она достигла расцвета благодаря усилиям великого мастера Иидзаса Иэнао (1387-1488) - основателя школы Тэнсин Сёдэн Катори Синто рю (Горбылев 2002: 615). Основатель школы предоставил возможность большому количеству воинов и мастеров прикоснуться к закрытой до этого традиции. Начинается активное развитие и распространение школ, основание которых приписывалось божествам. В ХХ веке благодаря учителям Сугино Ёсио, Мотидзуки Минору, Отакэ Рицукэ, Хатакэяма Горо традиция школы Катори приобрела популярность во всем мире, появилось немало ее последователей. В Европе школа распространилась благодаря усилиям французского мастера А. Флоке.
Изучение шаманизма североамериканских индейцев началось еще в XIX веке. Среди первых его исследователей были как энтузиасты, так и специально посланные агенты американского правительства, разведчики или офицеры армии США. В историю вошли имена Д. Гриннела, И. Келли, Д. Муни, М. Оплера, Д. Бурка, Ф. Норта, Ф. Линдермэна и многих других (Стукалин 2010). Одной из наиболее ценных работ является автобиография вождя племени кроу (абсарока) по имени Много Подвигов (Алик-чея-Ахуш), записанная с его слов Ф. Линдермэном (1996). Данная книга послужила главным источником для выявления шаманской традиции воинской культуры племени абсарока в нашем исследовании. Фактически все ритуалы, их смысл и предназначение были описаны носителем этой традиции, воспитанным в ней и успешно применявшим ее на протяжении всей своей жизни в бесчисленных боях.
Сравнительное исследование шаманских традиций воинских культур в Японии и в североамериканском племени абсарока помогает идентифицировать шаманскую составляющую воинской культуры Японии, что вносит новый нюанс в историю японских боевых искусств и воинской культуры, поскольку обычно многие элементы шаманской традиции считаются пришедшими из Китая.
Наличие шаманской традиции в культуре североамериканских индейцев - общепризнанный в научной среде факт. Не вызывает сомнения и наличие общих черт в японских и индейских воинских культурах. Это позволяет провести кросс-культурный анализ японских и индейских воинских культур с целью выявить шаманские традиции и в японской воинской культуре.
Выбор для сравнительного анализа шаманской традиции племени абсарока обусловлен рядом причин. Во-первых, это возможное родственное или общее урало-алтайское либо сибирское происхождение японцев и индейцев (Золотарева 1971: 37). Кроме того, Япония могла бы стать ключом к выявлению общего древнейшего пласта евро-американской культуры (Леви-Стросс 2013: 64). Во-вторых, это изолированность и защищенность как японцев, так и североамериканских индейцев от насильственной чужеродной культурной экспансии, позволившие сохранить многие элементы шаманской традиции в неизмененном виде. В-третьих, сходство некоторых традиций, обусловленное высоким социальным статусом воинов.
Наличие общих черт не означает отсутствия различий, однако далее речь пойдет именно о совпадениях. Будут рассмотрены три составляющие воинских шаманских традиций японских воинов и индейцев абсарока (кроу): поиск божественного откровения или видения, его цели и значение; практика обретения видения, ритуалы; результат обретения божественного откровения или видения.
Поиск божественного откровения, его цели и значение
Для японской воинской традиции характерно существование школ симбу - «божественного воинского искусства» (пер. А. Горбылева). В основе этих школ лежала передававшаяся в жреческих родах традиция воинского искусства, содержащего в себе ритуалы и практики для связи с богами. Школы симбу создавались при синтоистских святилищах, среди которых самыми значительными были храмы Катори и Касима. История создания каждой школы связана с обретением ее основателем божественного откровения и получением наставления от богов-покровителей - Такэмикадзути-но микото и Фуцунуси-но микото. Боги воспринимались как защитники японского государства, покровители воинов и боевых ис-кусств в целом, а также как родоначальники конкретных направлений в боевых искусствах.
При подобном понимании истории возникновения и функционирования школ симбу мастер боевых искусств становился жрецом, а практика боевого искусства - своеобразным методом связи с божеством и получения от него мастерства, просветления и победы. Исполнение любых ката («шаблон», «образец», в контексте боевых искусств - строго регламентированный образец действия в процессе практики) рассматривается также как хоно - жертвенный дар божеству-покровителю. Чем выше мастерство и чем большее усердие прикладывает воин, тем выше шанс добиться собственного откровения (Горбылев 2002: 618).
Среди синтоистских божеств - покровителей воинов известен Хатиман, который считался богом войны. Основатель первого сёгуната (1192-1333 годы) Минамото Ёритомо объявил его своим клановым божеством, защитником дома Минамото, и построил в Камакура посвященный ему храм. Однако Хатиман как покровитель боевых искусств не столь популярен среди воинов и мастеров боевых искусств, как синтоистские боги Такэмикадзути и Фуцунуси или буддийские Мариситэн и Фудо-мёо. Каких-либо сведений о конкретных воинских ритуалах и практиках, сохранившихся в школах боевых искусств и имеющих отношение к Хатиману, обнаружить не удалось. Это во многом связано с тем, что Хатиман не был связан с древними шаманскими культами, являясь воинским божеством императорского клана. В храмах Хатимана почитались император Одзин и Такэноути-но сукунэ - легендарный полководец японских войск при императрице Дзингу во время ее похода в Корею.
В старейшей работе по истории воинских искусств «Хонтё: бугэй сё: дэн» («Краткие биографии [мастеров] воинских искусств Японии», 1716 год) об искусстве фехтования написано: «Искусство боя мечом начинается с божественного искусства, [явленного] богами Такэмикадзути-но микото и Фуцунуси-но микото…» (цит. по: Горбылев 2002: 610). В писаниях школы Тэндзин синъё-рю говорится: «Дзюдзюцу уходит корнями во времена богов. В древних летописях есть пример того, как боги Касима и Катори во время подчинения Востока применяли захваты из арсенала дзюдзюцу» (цит. по: Он же 2010: 233).
Храмы Катори и Касима, в которых почитались боги Фуцунуси-но микото и Такэмикадзути-но микото, были важными центрами паломничества для бугэйся - людей, практикующих боевые искусства, ищущих божественного вдохновения и помощи со стороны богов для достижения высшего мастерства (Отакэ Рисукэ 2011). У воинов из Тохоку и Канто, отправлявшихся на службу в качестве сакимори («пограничных стражей») на остров Кюсю, существовал обычай заезжать в Касима-дзингу с целью помолиться о даровании военной удачи и сохранении жизни. Этот обычай обозначался особым словом: Касима-дати - «отъезд из Касима» (Горбылев 2002: 613). В поэтической антологии «Манъёсю» (Собрание мириад листьев, 759 год) имеется песня сакимори Отонэрибэ Тифуми:
Падает на землю град: каси-каси…
В Касима, молясь все время богу этих мест,
Я сегодня прибыл в славные войска
Управителя верховного земли.
О, ужель без славы возвращусь домой? (Манъёсю 1971: 288).
По предположению Горбылева (2002: 614), будущие сакимори могли проходить воинское посвящение во время посещений Касима-дзингу, а также получать от местных священнослужителей наставления в приемах боя.
Считается, что на протяжении веков от обретения Касима-но тати до эпохи Муромати традиция оставалась эзотерической и к изучению допускались лишь представители нескольких жреческих родов. Но в эпоху Муромати великий мастер меча Иидзаса Тёисай Иэнао Ига-но Ками сделал ее доступной для всех желающих.
В школах симбу основатель тождествен синтоистскому жрецу каннуси, посреднику между богами и человеком. А. М. Горбылев (2002: 620) пишет: «Фактически, это шаман, который устанавливает контакт с божеством-покровителем и создает канал, через который члены школы могут приобщиться к его воле и переданному им божественному знанию». Владение воинскими искусствами в школах симбу рассматривается как сакральное знание, а практика боевых искусств приравнивается к молитвам и ритуалам, дарующим воину возможность собственного непосредственного общения с божествами. С этой точки зрения воин освобождается от зависимости от священников, так как благодаря своему мастерству способен добиться внимания божества и познать законы Вселенной.
В архаичных шаманских традициях главенствуют ритуалы, связанные с плодородием, временами года, смертью, рождением, женитьбой и т. д., но в традиции симбу на первое место выходят именно воинские ритуалы, а главенствующая роль принадлежит воинским божествам. Вместе с тем воинская практичность исключила ненужные элементы, а простые суеверия, противоречащие здравому смыслу, в условиях войны были решительно забыты. Тот факт, что в школах симбу почитались защитники японского государства, посланцы богини Аматэрасу - боги Такэмикадзути и Фуцунуси, - уберег эти школы от всяческих официальных нападок как на маргинальную традицию, несмотря на то что, как говорил один из прославленных учителей школы Тэнсин Сёдэн Катори Синто рю - сэнсэй Хатакэяма Горо, школа Катори Синто рю никогда никому не прислуживала (не служила ни одному даймё или правительству).
Именно с целью обретения собственного духовного просветления, мастерства и силы мастера боевых искусств отправлялись в путь для получения божественного откровения. Местами паломничества чаще всего выбирались храмы и святилища, иногда воины удалялись в горы. Считалось, что в горах воинам могут явиться тэнгу, которые открывают достойным тайны мастерства в боевых искусствах. О таком паломничестве рассказывает известная легенда об ученичестве Минамото-но Ёсицунэ (1159-1189) у мифического короля тэнгу - Содзёбо. Ёсицунэ для упражнений в воинских искусствах нашел заброшенный храм бога Кибунэ: «…храмы пришли в запустение и сделались обиталищем ужасных тэнгу, и, когда солнце склонялось к закату, слышались там раздирающие вопли мстительных духов» (Сказание... 2000: 12).