формы размерами 0,18x0,21 м. В заполнении выявлено несколько невыразительных фрагментов костей животных.
Непосредственно захоронение совершено в пределах площадки размерами 1,32x2,08 м, обрамлённой канавкой и фрагментами плах от деревянной рамы. Так, вдоль ЮВ, СЗ и частично ЮЗ стенок ямы прослежена узкая, до 3-4 см шириной, ровная, почти прямая канавка глубиной до 5 см. Такого же характера обрамление, но в виде плах от остатков деревянной конструкции, расчищено преимущественно вдоль ЮЗ и частично - остальных стенок ямы. Плахи длиной от 0,3 до 0,8 м и шириной 4-10 см прослежены на высоту до 0,15 м. спасательный курган бронза погребальный
Костяк взрослого человека лежал на коричневом тлене от подстилки в центральной части погребальной конструкции в скорченном положении на левом боку, головой на ЮЗ, лицевой частью на ССЗ. Левая рука вытянута вдоль тела, от правой сохранилась лишь плечевая кость. Ноги согнуты в тазу и коленных суставах под прямым углом.
Инвентарь представлен металлическим ножом (1), лежавшим у левого предплечья погребённого, и невыразительной меловой конкрецией под ЮЗ стенкой ямы. Местами, преимущественно у стенок ямы, зафиксированы отдельные кости животных.
1. Металлический нож с широким, листовидным, заточенным на всю длину лезвия клинком, едва выделенными округлыми уступами и узким коротким черешком (рис. 3.2). Черешок рукоятки обломан, но, судя по общему фото погребения, он был приострённым. На нём сохранились отпечатки следов деревянной рукояти с краем арковидной формы. Размеры: общая сохранившаяся длина - 21 см, длина клинка - 15 см, максимальное сечение клинка - 4,6 x 0,2 см, длина черешка - 7 см, максимальное сечение черешка - 1,1 x 0,3 см.
Погребение 5 (рис. 3.3-5), впускное, катакомбное, выявлено с уровня предма- терика на глубине 5,4 м и на расстоянии м к СЗ от репера.
Входная шахта подпрямоугольной с закруглёнными углами формы размерами 1,91 x 1,2 м, ориентирована по линии ЮЮВ-ССЗ. Стенки с небольшим расширением ко дну, устроенному на глубине м от репера. Параметры входа из-за обвала части свода не устанавливаются, известно только, что его ширина около 1,65 м. Кроме того, по обеим сторонам от входа обнаружены признаки древесных столбов диаметром до 10 см, выполнявших, по всей видимости, роль перекрытия либо укрепляющих подпорок.
Камера овальной формы размерами 1,55 x 1,97 м, находилась к ВСВ от колодца параллельно шахте, ориентирована по линии ЮЮВ-ССЗ. Переход в катакомбу осуществлён при помощи наклонной ступеньки, понижающейся до уровня дна на 0,25 м. Высота сохранившейся части свода около 1,1 м. Местами на дне камеры прослежены слабые следы подсыпки охрой.
Костяк взрослого человека лежал в скорченном положении на правом боку (угол между позвоночником и бедренными костями тупой, в коленных суставах - острый) под задней стенкой камеры, головой на ССЗ, лицевой частью черепа к выходу. Руки вытянуты к тазу, кисти у бедренных костей. Инвентарь: под северной стенкой за черепом обнаружена жаровня из стенки массивного сосуда (1), а перед скелетом в районе груди стоял сосуд (2).
Жаровня изготовлена из верхней части массивного сосуда с округлым ту- ловом и высокой едва отогнутой наружу горловиной (рис. 3.5). Верхняя половина обломка оформлена несколькими горизонтальными рядами отпечатков пальцевых вдавлений. Для верхних опоясывающих рядов оттисков характерна небрежность и асимметричность расположения элементов. Размеры жаровни: x 20,6 см.
Массивный сосуд со слабовыпуклыми плечиками, плавно переходящими в высокую прямую горловину (рис. 3.4). Венчик украшен пятью горизонтальными поясами, исполненными оттисками трёхрядной мелкой тесьмы. Ниже таким же приёмом изображены свисающие до самого дна треугольники, внутреннее пространство которых заполнено аналогичными вдавлениями. Придонная часть оформлена рядом вертикальных насечек. Размеры сосуда: Дт - 24,8 см, Дв - 20,2 см, Дд - 9,6 см, В - 21,8 см Сосуд отсутствует в фондах, рисунок и описание составлены по сохранившимся фотографиям, размеры указаны в соответствии с надписью на обратной стороне снимка..
Рис. 4 / Fig. 4. Червонопартизанск, могильник шахты «Богучарская», исследования 1982 г., курган 2, погребение 6 / Chervonopartizansk, a tumulus at the Bogucharskaya mine, excavations of 1982, tumulus 2, burial 6.
1 - План и разрез погребения 6; 2-5 - инвентарный комплекс погребения 6 (2 - нож; 3 - сосуд; 4 - жаровня; 5 - плита растиральная)
1 - plan and section of burial 6; 2-5 - an inventory complex of burial 6 (2 - a knife; 3 - a vessel; 4 - a brazier; 5 - a grinding plate)
Источник: по данным авторов
Погребение 6 (рис. 4), основное, катакомбное, устроено в центральной части кургана с незначительным смещением к ССВ от репера. Зафиксировано с горизонта погребённой почвы на глубине м от репера по выкиду тёмного гумуса и перекрывающего его слоя суглинка из катакомбы.
Входной колодец прямоугольной формы с закруглёнными углами размерами 2,1 х 1,35 м ориентирован по линии ЮЗ-СВ. Стенки с небольшим наклоном ко дну, устроенному на глубине 7,05 м от репера. Вход в камеру, по всей видимости, был перекрыт плахами, обломки которых выявлены в заполнении и у дна с обеих сторон от входа. Здесь же на ступеньке при переходе в камеру оставлен обломок растиральной плиты (1).
Погребальная камера удлинённоовальной формы размерами 3 х 1,26 м сооружена к СЗ от входной шахты. Переход внутрь катакомбы осуществлён при помощи ступени высотой 0,3 м и лаза длиной до 0,3 м и шириной около 0,8 м. Высота прохода из-за обвала верхней части не устанавливается. Дно ровное с локальными следами подсыпок охры. Прослеженная высота свода не более 0,8 м.
Скелет взрослого человека лежал в центре камеры в скорченном положении на спине с ногами вправо (угол между бедренными костями и позвоночником тупой, в коленях острый), головой на ЮЗ. Череп смещён, его первостепенное положение не устанавливается. Правая рука вытянута вдоль тела, левая слегка подогнута, лежала кистью у таза. Ноги пятками прижаты к тазу. Костяк от черепа до таза обильно посыпан охрой.
Инвентарь включает серию предметов: в ногах у СВ стенки камеры стояла жаровня (2), за черепом у противоположной стенки конструкции обнаружен сосуд (3), перед грудью погребённого лежал металлический нож (4) и разрушившийся пест-растиральник из песчаника.
Фрагмент растиральной плиты подпрямоугольной формы с небольшим углублением на одной из поверхностей (рис. 4.5). Материал - минерал сланцевых пород (?). Размеры: 16,3 х 10,6 х 4,4 см.
Жаровня из придонной части неор- наментированного сосуда (рис. 4.4). Размеры неизвестны (рисунок и описания составлены по фото, фрагмент в фондах отсутствует).
Сосуд стройных пропорций с выпуклыми высокоподнятыми плечиками и высокой раструбной горловиной (рис. 4.3).
Шейку опоясывают шесть горизонтальных оттисков мелкой трёхрядной тесьмы. Ниже от плечиков к придонной части поверхность украшена композициями в виде свисающих вершинами книзу треугольников, исполненных оттисками такой же тесьмы. Размеры сосуда: Дт - 24,8 см, Дв - 18,5 см, Дд - 12,5 см, В - 24,5 см.
Металлический нож с длинным, слегка расширяющимся в верхней части клинком с параллельными сторонами и длинным, узким черешком (рис. 4.2). По центру орудия проходит ребро жёсткости. Размеры: общая длина - 17,7 см, длина клинка - 13,5 см, ширина клинка - см, длина черешка - 4,2 см, ширина черешка - 1 см В конце 90-х гг. нож был похищен из музея одной из школ г. Луганска. Рисунок и описание составлены по сохранившимся фотографиям, размеры высчитаны по снимку, где рассматриваемое орудие расположено рядом с ножом из п. 4, параметры которого известны..
Заключение
К числу древнейших погребений исследованного кургана относится серия катакомбных комплексов позднего периода. В обрядово-хронологическом отношении выявленные захоронения неоднородны и представляют несколько позднекатакомбных культур. Наиболее информативным среди них является основное погребение 6, которое, в соответствии с региональными периодизациями и аналогиями материалов, может быть отнесено к бахмутской группе памятников со смешанными чертами [1, с. 60-77]. Важным маркирующим признаком этой группы выступает высокий сосуд с раструбной горловиной (т. н. S-видный профиль). Стоит отметить, что встреченная на посуде из кургана у г. Черво- нопартизанска шнуровая орнаментация, а также мотивы её исполнения, в целом более характерные для керамики донецкой культуры, изредка присутствуют и на типично бахмутской посуде (Донецк 4/12, ЛНПЗ 2/4) (см.: [4, с. 138, рис. 7.1; 13, с. 151, рис. 19.10]).
Особый интерес представляет находка бронзового ножа с длинным клинком из основного погребения. На снимках орудие в верхней части клинка имеет незначительное расширение, что морфологически сближает его с ножами так называемого «пиковидного» типа [1, с. 95]. Кроме того, асимметричные края лезвия в этой части ножа свидетельствуют о явной сработанности клинка, видимо, в результате сточки, т. е. ясно указывают на его первоначально иную, вероятно, более расширенную форму. К сожалению, на фото не просматривается такой важный параметр, как участок заточенной (рабочей) части орудия. С уверенностью можно говорить лишь о том, что черешок имеет более притуплённый, чем клинок, край, но была ли кромка ножа заострённой по всей своей длине, установить затруднительно. Если наши предположения верны, тогда на рассматриваемом экземпляре лезвийной выступала именно верхняя треть орудия, подобно известным позднекатакомбным ножам обозначенного типа, а остальная часть изделия служила перехватом. Не противоречат этому и случаи обнаружения подобных форм ножей в позднекатакомбных комплексах, в том числе и с посудой бахмут- ского типа (например, Краматорск 2/10) (см.: [11, с. 72, 74-75, рис. 9]).
Некоторое внимание стоит уделить и находке плиты из плотного сланца с едва выделяющимся углублением из погребения 6. Отнесение данного артефакта к числу литейных форм, упоминавшееся ранее в исследованиях См.: Красильников К. И., Красильникова Л. И. Образ катакомбных древностей спасательных раскопок кургана 2 могильника у г. Червонопартизанска Луганской области // Проблемы истории и археологии Украины. 2014. С. 16., представляется ошибочным. При поверхностном рассмотрении обломка видно его иное функциональное назначение. В пользу этого свидетельствуют и находки прочих матриц катакомбного времени, абсолютное большинство которых изготовлено из глины.
Принимая во внимание присутствие в инвентарном наборе погребённого песта, наиболее вероятно предположить, что плита выполняла функцию растираль- ной поверхности. Рассматриваемые изделия, как по отдельности, так и в наборе пест-ступа, довольно часто встречаются в составе инвентаря позднекатакомбных погребений манычского типа [3], о связях которых с бахмутскими памятниками уже отмечалось [1, с. 142-143].
К позднекатакомбному времени также относятся захоронения 3 и 5. Ввиду отсутствия инвентарного комплекса атрибуция погребения 3 затруднительна, инвентарь же погребённого из катакомбы 5 сочетает в себе признаки двух культурных традиций. Так, округлобокий сосуд с прямой высокой горловиной, орнаментированный сложными тесёмчатыми композициями, является классическим для позднедонецкой группы [13, с. 99-112]. Практически полная его аналогия встречена в позднекатакомбном донецком погребении у г. Сватово [2, с. 97, рис. 24.8]. В то же время орнаментация в виде нескольких рядов пальцевых оттисков, исполненная на жаровне из этого же комплекса, совершенно не свойственна керамике донецкой катакомбной культуры, а наибольшее распространение получает на посуде бахмутско-манычских комплексов [13, с. 54-79].
Следующий хронологический горизонт кургана у г. Червонопартизанск представлен захоронением 4, относящимся к числу посткатакомбных памятников финала эпохи средней бронзы. Как отмечалось выше, рассматриваемый комплекс прежде уже публиковался и был отнесён к раннему этапу днепро-донской бабинской культуры (культуры многова- ликовой керамики) (см. подробней [9]). Редкий нож из описываемого комплекса рассматривается авторами в качестве продукции бабинской металлообработки, сочетающей в себе признаки местных ямно-катакомбных и восточных абашев- ских и постабашевских традиций.
Эпоха поздней бронзы представлена единственным погребением срубной культуры. Для рассматриваемого комплекса характерны некоторые архаические черты, которые позволяют относить захоронение к раннему периоду либо ко времени перехода к развитому этапу срубных древностей региона (I--II горизонт срубных могильников по периодизации Р. А. Литвиненко для памятников Северского Донца и Северо-Восточного Приазовья) [7; 8]. Прежде всего, это господствовавшее в предыдущую эпоху положение погребённого на правом боку, а также форма и орнаментация острорёберного сосуда. Отметим, что именно на раннем этапе срубной культуры для острорёберных сосудов характерно положение ребра посредине тулова и орнаментация, исполненная крупнозубчатым штампом. Позднее же ребро поднимается в верхнюю треть тулова, а обозначенный способ орнаментации практически исчезает из употребления.
Наконец наиболее поздним в исследованном кургане является кочевническое захоронение 2 раннего железного века. В первой публикации [5] авторы интерпретировали рассматриваемый комплекс в качестве памятника раннего периода сарматской культуры. Диагностирующим признаком здесь выступает короткий меч с серповидным навершием и прямым перекрестием. Подобное оружие появляется ещё в IV в. до н. э. на территории Южного Приуралья и становится классическим в среде сарматских памятников Волго-Донского региона во II в. до н. э. [12, с. 117-118].
Таким образом, данные исследований кургана у г. Червонопартизанск вместе с недавно представленными материалами масштабных работ Северско-Донецкой экспедиции 1970-х гг. в Провальской степи [10] являются новыми важными источниками для изучения культурноисторических процессов в южном Донбассе не только в эпоху бронзы III-II тыс. до н. э., но и раннего железного века II в. до н. э.
Литература
1. Братченко С. Н. Нижнее Подонье в эпоху средней бронзы. Киев: Наукова Думка, 1976. 252 с.