Таким образом, в рисунках наркозависимых ярко выражена установка на неудачу в решении собственных проблем. Более того, изображение только себя и своей проблемы, на наш взгляд, придает равный статус «Я» и проблеме. Отсутствие какого-либо окружения с большой долей уверенности позволяет говорить о том, что фактически испытуемые рисуют на этих изображениях два внутриличностных образования: «Я» и свою проблему как некоторую часть своей личности, противоположной «Я» и часто более сильной (часто похожи и изображения: печальная и глумящаяся маска и т.д.). Таким образом, в основе личностной неэффективности лиц с опытом употребления наркотиков оказывается существование некоторой внутриличностной силы, тенденции (необязательно идентифицирующейся с наркотиками), которая оказывается способной преодолеть «Я» человека, его волю, сознание.
Мы полагаем, что эти особенности рисунков наркозависимых отражают переживания или бытие наркотической личности. Таким образом, мы получаем эмпирическое подтверждение нашей теоретической модели.
Во всех трех категориях испытуемых часто автор вообще не нарисован (соответственно 62,8%, 46,7%, 50,0%), что интерпретируется нами как отсутствие способа действия в проблемной ситуации.
В противоположность испытуемым, имеющим опыт употребления наркотиков, лица без такого опыта не воспринимают свою проблему как внутриличностную: 42,9% их рисунков можно охарактеризовать как «Я в проблемной ситуации» (аналогичные показатели для наркоманов 14,6%, для эпизодически употребляющих 6,7%).
Лицам, неупотребляющим наркотики, в большей степени свойственно умение преобразовывать проблему в задачу, прояснить для себя цель и варианты ее достижения ( относительные значения соответственно 13,1% для наркозависимых, 6,7% для эпизодически употребляющих). В рисунках, изображающих проблемную ситуацию как задачу, необходимо лишь совершить усилие, на которое личность оказывается способной (подняться на гору, выбрать свою дверь в будущее и т.д.)
Сама проблематика ситуаций, переживаемых как «моя проблема», оказывается разной. Так или иначе связанной с наркотиками оказывается проблема в рисунках 44, 2% наркоманов и 33,3% - эпизодически употребляющих.
Любопытно, что во всех остальных рисунках лиц, эпизодически употребляющих наркотики (66,7%), оказывается невозможным выделить содержание проблемы, т.е. рисуется абстрактная проблема, проблема «вообще». Складывается впечатление, что испытуемые «не видят» проблемных ситуаций в своей жизни, не понимают тех требований и «вызовов», которые им предъявляет жизнь, т.е. не знают как им реагировать на свой потенциал, или стремятся избегать напряжения, связанного с развитием личности в проблемных ситуациях.
Обнаруженные нами особенности рисунков лиц, эпизодически употребляющих наркотики, позволяют предположить наличие у них недоступной для их осознания неудовлетворенности, которая проявляется в различных сферах жизни и носит генерализованный характер. Мы предполагаем, что наличие генерализованной неудовлетворенности является важнейшей предпосылкой наркотической контаминации. Заметим, что в и в группе неупотребляющих наркотики, и в группе актуальных наркоманов, признаков генерализованной неудовлетворенности значительно меньше.
Проблема лени, пустоты собственной жизни (через изображение ходьбы по кругу часов без стрелок и т. д.) присутствует и в рисунках наркоманов (7,2%).
Значительную группу составляют проблемы взаимоотношения с другими, проблема отчуждения от других (9,9 % - наркоманов, 25 % (не учитывая рисунки, в которых неясно содержание проблемы) лиц, не употребляющих наркотики). Несмотря на общность проблемы, существует значительная разница в ее понимании. В рисунках наркоманов видна полная, резкая изоляция от референтной группы ( отделение от сверстников жирной чертой, кирпичными стенами, зачеркнутая, направленная к другим, стрелка и т.д. ), что, на наш взгляд является выражением переживания «Я не как все», неудовлетворенной потребности общности с другими, что ведет к заниженной самооценке и снижению самоэффективности. Среди лиц, не употребляющих наркотики, проблема заключается больше в поисках собственной индивидуальности в рамках группы (проблема личного выбора в группе и т.д.). На наш взгляд, это выражения переживания «Я как все» и неудовлетворенной потребности в самовыражении.
Заметим, что описанные проблемы соответствуют различным стадиям социализации. Хотя образ личной неэффективности в любом случае оказывается связанным с незавершенностью процесса социализации, у наркоманов сама социализация оказывается практически невозможной.
Другая общая проблема - выбор дальнейшего пути жизни (7,2% наркоманов, 25 % - лиц, не употребляющих наркотики). Все рисунки наркозависимых из этой категории посвящены одному выбору : жизнь с наркотиками или жизнь без наркотиков. Таким образом, для наркоманов личностная неэффективность оказывается полностью связанной с зависимостью. При этом «хорошая жизнь» (как подписывают сами испытуемые) без наркотиков никак не конкретизируется, в то время как «плохая жизнь» представляет собой обычно детальное изображение наркотических препаратов. Складывается впечатление, что у наркоманов нет представления о жизни без наркотиков, причем последние, возможно, являются субъективным оправданием личностной неэффективности. Жизнь без наркотиков предстает для них как непонятная, неопределенная и мало структурированная. Мы полагаем в связи с этим, что жизнь наркомана на начальных этапах ремиссии - это жизнь в ситуации неопределенности, жизнь в состоянии экзистенциального кризиса.
В связи с этим, одна из проблем, которую необходимо решать на начальных стадиях ремиссии, заключается в формировании образа позитивного будущего. Сопряженно с ним должна решаться и другая проблема -- развитие способности пребывания в ситуации неопределенности.
Другие варианты проблем появляются только у школьников, не употребляющих наркотики. Это проблема поступления в ВУЗ (25%), в рисунках выражена неуверенность в своих силах, неопределенность будущего. И уже в рисунках на тему «Я и моя проблема» встречается проблема изменения внешности (1 из 8 рисунков - 12,5%), практически вытесненная у наркоманов.
В целом, можно отметить резкое изменение круга интересов у наркозависимых, из их жизни оказываются исключенными многие сферы деятельности. Их личностная неэффективность связана с затрудненной социализацией, неумением превратить проблему в задачу, со слабостью собственного «Я», неспособного управлять собственной психической деятельностью.
Отдельной проблемной областью может быть отношение к своему телу. Для подростков и юношей, имеющих опыт употребления наркотиков, характерно конфликтное, противоречивое отношение к своему телу; при этом тело часто оказывается неинтегрированным в образ «Я». Это выражается в рисунках в раздельном изображении своего «Я» и своего тела, которое иногда сопровождается соответствующими надписями (например, «Мое тело отдельно от меня»). Процент таких рисунков для наркоманов составил 42,9 (исключая метафорические и схематические изображения и, естественно, отказы). С другой стороны, для подростков, не употребляющих наркотики, характерна идентификация «Я» и своего тела: не в одном рисунке не было выделено подобное разделение. Переживания гармонии и единства со своим телом нашли выражения и в характере метафорических рисунков: в виде раскидистых деревьев, цветов (наиболее распространенные темы), живописных пейзажей и т.д. Такими оказались все рисунки в виде метафор у нарконезависимых, 60% метафорических рисунков - у подростков с эпизодическим опытом употребления и только 34,2% - метафорических рисунков наркоманов.
Вообще употребление наркотиков приводит к бегству от телесных ощущений, что, на наш взгляд, обусловлено страхом перед физиологическими реакциями при абстинентном синдроме. Телесные ощущения, по-видимому, становятся нечетко локализованными и трудно дифференцируемыми, приобретают характер сенестопатий и не поддаются субъективному контролю. В рисунках это выражается либо непосредственно в виде вопросительных знаков (например, на груди), либо в характере рисования контура тела, когда четкая линия становится волнистой или прерывистой, а затем совсем исчезает, не создавая ясного завершенного контура. Подобная неопределенность проявлялась, соответственно, в 23,7% и 20% наркоманов и лиц, эпизодически употребляющих наркотики; у лиц без зависимости такие неопределенности в рисунках отсутствуют.
При этом если тело в той или иной форме все же нарисовано полностью, то, чаще всего, это недееспособное тело (для наркоманов и эпизодически употребляющих наркотики). Основные сюжеты этой группы - это сильно выраженная астения (14,4% и 6,7% соответственно), до единичных случаев - изображение скелета (1,5% и 6,7%); рисование отдельных частей тела, либо их совокупности (9,6 и 6,7%); 8,7% рисунков наркоманов посвящены теме «Наркотики убивают мое тело». Также есть рисунки тела, как призраки (3,0%), просто контуры тела (7,4%) и т.п.
Важным оказывается то, что наркоманы принимают свое болезненное тело как данность; характерна страдательная и одновременно пассивная позиция по отношению к нему. Такая важная категория, как забота о своем внешнем облике и о физическом развитии обнаруживается лишь в рисунках школьников с антинаркотическими установками: тема физического развития в их рисунках присутствует в 62,5% изображений (исключая метафорические), в то время как для подростков, эпизодически употребляющих наркотики, эта тема обозначена лишь в 7,2% рисунках (также без учета метафорических изображений).
Другой важный аспект, связанный с отношением к своему телу, это утрата половой идентификации. Полодифференцированными оказались все несхематичные и неметафоричные рисунки подростков, не употребляющих наркотики, и подростков, эпизодически употребляющих наркотики, (соответственно 53,3% и 42,9%). Для наркоманов - соответственно 25,2% (53% от рисунков с изображением фигуры человека). В рисунках школьников с антинаркотическими установками достаточно ярко выражены различные половые признаки, тогда как в рисунках наркоманов они неопределенны.
Проблемы взаимоотношений с семьей также имеют различия в рисунках наркоманов и ненаркоманов.
В 9% рисунков наркоманов встречается основной мотив, который мы обозначили как: «В семье я чувствую себя маленьким ребенком»; в других категориях обследуемых подобные рисунки выделить не удалось. Для группы наркоманов характерны сильно преуменьшенные размеры автора в сравнении с другими членами семьи (в 1,5 раза и более). Вообще в большинстве рисунков авторы немного ниже своих родителей; однако, при сравнении реальных соотношений роста с нарисованными данная категория рисунков увеличивается. Кроме того, автор часто рисуется с детской одеждой, прической (например, с большими бантами), детскими пропорциями тела.
На наш взгляд, взросление ребенка возможно в том случае, если родители разрешают ему взрослеть. В рисунках наркоманов обнаруживается следующая ситуация: ни на одном рисунке на другие темы ни один наркоман не нарисовал себя ребенком. Мы можем предположить, что требование взросления, которое предъявляет человеку жизнь, сталкивается с родительским предписанием «будь маленьким», что порождает внутриличностный конфликт. Инфантильное поведение и восприятие не позволяет решать более сложные жизненные задачи. По нашему предположению, это должно приводить к снижению самооценки и личностной эффективности.
Описанное положение осложняется отсутствием чувства общности в семьях наркоманов. Анализ рисунков позволяет говорить о том, что проблема отчужденности членов семьи друг от друга для наркоманов стоит очень остро. Проблема отчуждения среди лиц, не употребляющих наркотики, чаще проявляется в рисунках в виде акцентирования единства семьи (объединяя всех кругом, связь линией и т.д.), (33% у неупотребляющих и эпизодически употребляющих против 20,9% у наркоманов), в то время как для наркозависимых, и даже эпизодически употребляющих, данная проблема выражается напрямую (в пространственном расположении, через барьеры). Яркие признаки изоляции выделены нами в 16,4% рисунков наркоманов, 13,3% - пробовавших наркотики. Среди школьников с антинаркотическими установками такой категории не выделено.
Другой косвенный показатель общности в семье - совместная деятельность - встречается тем чаще, чем меньше стаж и опыт употребления наркотиков (соответственно 3%, 6,7% и 35,7%). В этом, на наш взгляд, выражается наполненность жизни семьи общим содержанием: содержание неизбежно рождает интерес. Мы также полагаем, что существует связь между невключенностью наркоманов в жизнь семьи и запретом на взросление: «взрослые проблемы не для маленьких».
В рисунках на тему «Я и мое будущее» важными являются следующие моменты.
В рисунках подростков с большим и незначительным опытом употребления наркотиков будущее предстает часто либо неопределенным (соответственно 16,8% и 20%), либо неудачным до трагичности (вплоть до изображения могилы - 3,6% и 13,3%). Подобные темы в рисунках старшеклассников с антинаркотическими установками отсутствуют. В другой группе рисунков, посвященной способам достижения счастливого будущего, распределение в процентах оказалось следующим. Эта тема проявилась только в 11,4% рисунков наркозависимых и 35,5% рисунков нарконезависимых. Следует отметить, что если наркоманы более склонны изображать достижение счастливого будущего метафорически (подъем по лестнице к солнцу, подъем на гору и т.д.), то подростки, не употреблявшие наркотики, часто расписывают свою дальнейшую жизнь реалистично и поэтапно: окончить школу, ВУЗ, найти хорошую работу, жениться / выйти замуж, родить детей. В рисунках наркоманов ярко выражена неспособность ставить и достигать жизненных целей и планировать свое будущее.
В большинстве рисунков старшеклассников будущее представлено как процесс (57,1% рисунков), в то время как наркозависимые чаще рисуют его как статичную картину, как своего рода фотографию. Мы интерпретируем это как отсутствие у подростков, употребляющих наркотики постоянно и эпизодически, образа «счастливого Я» и своей счастливой жизни; мы отметили динамику лишь в 5,8% и 13,3% соответственно. На наш взгляд, это еще одно проявление переживания «Я не как все», что подтверждается и характером рисунков. Наркоманы чаще рисуют счастливое будущее в уединении от других (одинокий дом на берегу реки и т.д.), в то время как нарконезависимые чаще видят свое будущее включенным в активную социальную жизнь.