Статья: Психологические особенности профессионального выгорания адвокатов

— И3 -- личностная отстраненность (деперсонализация как расстройство самовосприятия личности, утрата чувства целостности собственного «Я», неадекватность самооценки) -- 599; 13,3;

— И4 -- психосоматические и психовегетативные нарушения -- 520; 11,6.

Согласно психологической модели В. В. Бойко профессиональное выгорание проявляется через фазы «напряжения», «резистенции» и «истощения» с соответствующими компонентами-показателями [2, с. 147-153]. Полученные результаты позволили построить соответствующее распределение из 12 симптомов для трех фаз профессионального выгорания (рис. 1).

Таким образом, профессиональное выгорание адвокатов проявляется, прежде всего, в следующем:

-- Р1 -- неадекватное избирательное эмоциональное реагирование (17,1%);

-- Р4 -- редукция профессиональных обязанностей (17,1%);

-- Р3 -- расширение сферы экономии эмоций (16%);

-- Н1 -- переживание психотравмирующих обстоятельств (14,2%);

-- И2 -- личностная отстраненность как деперсонализация (13,3%).

Иными словами, профессиональное выгорание начинается с нарушений в эмоциональной сфере личности адвокатов, что влечет за собой деперсонализацию и в дальнейшем по мере развития редукцию профессиональных ценностей.

Следует отметить существующие между составляющими профессионального выгорания психологические связи. Так, редукция профессиональных обязанностей может стать причиной формализма в работе, стереотипизации мышления, утраты профессиональных ценностей.

Личностная отстраненность, расширение сферы экономии эмоций могут вести к эмоциональной холодности, равнодушию, а также к макиавеллизму. Неадекватное избирательное эмоциональное реагирование и переживание психотравмирующих обстоятельств обусловливают доминирование отрицательных эмоций, повышение уровня конфликтности и даже агрессивности.

Неудовлетворенность собой проявляется в существенно меньшей степени, невелико у адвокатов и ощущение тревоги. В малой степени проявляются психосоматические и психовегетативные нарушения. В силу особенностей профессии и профессионально важных качеств они практически не ощущают себя «загнанными в клетку», «рабами обстоятельств». Это очень важно для их самооценки и формирования образа «Я».

Полученные посредством применения методики В. В. Бойко данные были подвергнуты более глубокой математической обработке, для чего использовалось программное обеспечение SPSS Statistics.

С помощью критерия Колмогорова-Смирнова было выявлено соответствие шкал нормальному закону распределения. Шкалы Н1 (переживание психотравмирующих обстоятельств), Н4 (доминирование тревоги и депрессии), Р3 (расширение сферы «экономии эмоций»), И1 (дефицит положительных эмоций), И2 (эмоциональная отстраненность) можно считать соответствующими нормальному распределению, остальные -- не соответствующими. При этом Н1 находится на самой границе уровня значимости а = 0,05, поэтому к нему следует отнестись с сомнением, а учитывая большую разницу между модальным и медианным со средним арифметическим значениями (табл.), необходимо считать отличным от нормального. Психологическое содержание отклонения данных показателей от нормального закона распределения как по асимметрии, так и по эксцессу может быть объяснено гендерными проявлениями. Ранее было установлено, что профессиональному выгоранию более подвержены адвокаты-женщины и адвокаты с большим стажем профессиональной деятельности [22, с. 69].

Таблица 1. Процентное распределение баллов по субшкалам (Table. Percentage distribution of points in subscales)

Распределение по дисперсии значений показателей профессионального выгорания адвокатов было следующим (рис. 2):

Н1 -- переживание психотравмирующих обстоятельств (86,2%);

Р4 -- редукция, т.е. упрощение профессиональных обязанностей (85,9%);

Р3 -- расширение сферы «экономии» эмоций (77,25%);

ИЗ -- личностная отстраненность, деперсонализация (76,7%);

Р1 -- неадекватное эмоциональное реагирование (70,53%).

Таким образом, к наиболее стабильным проявлениям профессионального выгорания адвокатов относятся:

— эмоциональная отстраненность;

— неудовлетворенность собой;

— эмоционально-нравственная дезориентация;

— психосоматические нарушения.

Рис. 2. Распределение по дисперсии значений показателей профессионального выгорания адвокатов

(Fig. 2. Distribution of indicators of the lawyers' professional burnout according to dispersion of meanings)

Н1 -- переживание психотравмирующих обстоятельств;

Н2 -- неудовлетворенность собой;

НЗ -- ощущение безвыходности ситуации;

Н4 -- доминирование тревоги и депрессии;

Р1 -- неадекватное эмоциональное реагирование;

Р2 -- эмоционально-нравственная дезориентация;

РЗ -- расширение сферы «экономии» эмоций;

Р4 -- редукция, т. е. упрощение профессиональных

обязанностей;

И1 -- дефицит положительных эмоций;

И2 -- эмоциональная отстраненность;

ИЗ -- личностная отстраненность, деперсонализация;

И4 -- психосоматические и психовегетативные нарушения.

Были определены мода и медиана статистических показателей профессионального выгорания. Мода -- это величина признака, который наиболее часто встречается. Медиана -- значение, которое делит совокупность на две равные части.

Наибольшее значение моды у показателей профессионального выгорания адвокатов Н1 (переживание психотравмирующих обстоятельств); РЗ (расширение сферы «экономии» эмоций); Р4 (редукция, т. е. упрощение профессиональных обязанностей), ИЗ (деперсонализация); а наименьшие значения у И2 (эмоциональная отстраненность); Н2 (неудовлетворенность собой); Р2 (эмоционально-нравственная отстраненность).

Были выявлены корреляционные связи каждой шкалы по критерию Спирмена с уровнями < 0,05 и < 0,01. Полученные результаты свидетельствуют, что психическое напряжение в деятельности адвокатов, которое проявляется практически постоянно, приводит к резистенции и психическому истощению.

В данном цикле эмпирических исследований проводилась психологическая диагностика уровня развития профессионального выгорания адвокатов с применением методики К. Маслач и С. Джексона в адаптации Н. Е. Водопьяновой [5, с. 27], в которой приняли участие 47 адвокатов с разным стажем деятельности. Применение указанной методики позволяет уточнить полученные ранее результаты, конкретизировать их.

Таким образом, 28% адвокатов, прошедших психологическую диагностику, обладают полностью сформированным синдромом профессионального выгорания; у 55% он находится в стадии формирования, причем в разной степени; у 17% -- не сформирован.

Результаты в целом совпадают с результатами эмпирических исследований с применением методики В. В. Бойко. Отличия обусловлены спецификой методик, разными представлениями о психологической структуре профессионального выгорания, а также групповыми особенностями респондентов. Важно, что подтверждается эмпирически выявленный ранее факт широкой распространенности у адвокатов профессионального выгорания.

По структурным компонентам профессионального выгорания согласно данной методике было получено следующее распределение (табл.).

Иными словами, профессиональное выгорание адвокатов особенно наглядно проявляется в эмоциональной сфере и сфере деперсонализации.

В ранее проведенных нами исследованиях [22, c. 71] респонденты отмечали, что преодоление профессиональной деформации будет возможным, если субъекты адвокатской деятельности будут располагать знаниями о психологических причинах возникновения и механизмах действия (57,3%); развивать аутопсихологическую компетентность (41,7%); осваивать приемы произвольной психологической саморегуляции (33,9%); участвовать в психологических тренингах целевой направленности (33,0%); проводить регулярные консультации с профессиональными психологами (19,3%).

Вместе с тем стоит отметить, что 62,1% респондентов (27,2% ответов «да», 34,9% ответов «скорее да») полагали, что адвокаты, как правило, не замечают развития у них профессиональной деформации; 31,0% -- согласились с этим отчасти; 6,8% -- выразили сомнение [22, c. 69].

Таким образом, для того чтобы осознать проблему, адвокату на начальном этапе потребуется внешнее воздействие лиц, которые обладают базовыми познаниями в области профессионального выгорания, являются его коллегами и знакомы со спецификой выполняемых рабочих обязанностей. В связи с этим представляет интерес деятельность объединения National Task Force Mission -- National Task Force on Lawyer Well-Being, которое, как говорилось выше, создано адвокатами и психологами для помощи адвокатам.

Выводы

выгорание профессиональный психический адвокат

1. Синдром выгорания в той или иной мере затрагивает около 75% опрошенных. Увеличение стажа адвокатской деятельности сопровождается нарастанием симптомов выгорания.

2. С большой долей достоверности можно утверждать, что для адвокатов характерна такая последовательность проявления симптоматики выгорания: «эмоциональные нарушения» -- «деперсонализация» -- «редукция личностных достижений». К наиболее стабильным проявлениям профессионального выгорания относятся эмоциональная отстраненность, неудовлетворенность собой, эмоционально-нравственная дезориентация, психосоматические нарушения.

3. Адвокат не всегда осознает, что ему уже требуется помощь. По нашему мнению, есть необходимость в междисциплинарной (адвокатское, психологическое, медицинское сообщество) разработке пакета комплексных мер на основе психограммы адвоката и выявленной характерной симптоматики по предупреждению профессионального выгорания, а также работе с нарастающей симптоматикой на ранних стадиях выгорания.

4. Пакет мер должен быть ориентирован в первую очередь на работу внутри адвокатского сообщества. Представляется необходимым рассмотреть возможность формирования образовательной среды, в которой адвокаты, обладающие достаточным профессиональным опытом и желанием помочь своим коллегам, могли получить необходимые знания в рамках рассматриваемой темы и начать применять их на практике.

Перспективы. В связи с вышеизложенным представляют интерес изучение зарубежного опыта по созданию объединений для нуждающихся в помощи адвокатов; формирование дискуссионного пространства в рамках адвокатской среды для обсуждения данной проблемы; организация взаимодействия в рамках этой дискуссии с психологическим и медицинским сообществом.

Список литературы

1. Барабанщикова В. В. Профессиональные деформации в профессиях инновационной сферы: дис.... д-ра психол. наук. М., 2016. 359 с.

2. Бойко В. В. Психоэнергетика. СПб., 2008. 416 с.

3. Борисова С. Е. Профессиональная деформация сотрудников милиции и ее личностные детерминанты: автореф. дис.... канд. психол. наук. М., 1998. 27 с.

4. Бутылин А. В. Дифференциально-акмеологические особенности профессионального «выгорания»: автореф. дис.... канд. психол. наук. М., 2009. 26 с.

5. Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. СПб., 2009. 336 с.

6. Водопьянова Н. Е. Психодиагностика стресса. СПб., 2009. 329 с.

7. Минин Д. С. Эмоционально-личностные предикторы психического выгорания адвокатов в различных видах судопроизводства: дис.... канд. психол. наук. СПб., 2016. 230 с.

8. Минин Д. С. Дифференциально-психологическое исследование особенностей выгорания у адвокатов в различных видах судопроизводства: личностный аспект // Теория и практика общественного развития. 2015. № 15. С. 164-168.

9. Минин Д. С. Гендерные особенности психического выгорания адвокатов: эмоциональные предпосылки // Теория и практика общественного развития. 2015. № 14. С. 148-150.

10. Орёл В. Е. Синдром психического выгорания личности. М., 2005. 330с.

11. Безносов С. П. Профессиональная деформация личности. СПб., 2004. 272 с.

12. Темиров Т. В. Психологические закономерности психического выгорания личности педагога в современных условиях: автореф. дис.... д-ра психол. наук. Н. Новгород, 2011. 45 с.

13. Еникеев М. И. Юридическая психология: краткий учебный курс. М., 2011. 256 с.

14. Schaufeli W. B., Leiter M. P., Maslach C. Burnout: 35 years of research and practice. Career Development International. 2009. Vol. 14, No 3. Pp. 204-220.

15. Maslach C., Schaufeli W. B., Leiter M. P. Job burnout. Annual Review of Psychology. 2001. No 52. (дата обращения: 28.03.2020).

16. Maslach C., Jackson S. The measurement experienced burnout. Journal of Occupational Behavior. 1981, Vol. 2. Pp. 99-113. (дата обращения: 28.03.2020).

17. Borritz M. Burnout among employees in human service work: design and baseline findings of the PUMA study. Scandinavian Journal of Public Health. 2006. Vol. 34(1). Pp. 49-58.

18. Burish M. In search of theory: some ruminations on the nature and etology of burnout. Professional burnout: recent developments in the theory and research / Ed. by W. B. Shaufeli, C. Maslach, T. Marek. Washington, 1993. Pp. 75-93.

19. Freudenberger H. J. Staff burn-out. Journal of Social Issues. 1974. Vol. 30(1). Pp. 159-165.

20. Krill P. R., JD, LLM; Johnson R., MA; Albert L., MSSW. The Prevalence of Substance Use and Other Mental Health Concerns Among American Attorneys. Journal of Addiction Medicine. 2016. No 10(1). Pp. 46-52.

21. Светова Л. Н. Психологические особенности профессиограммы адвокатов // Прикладная юридическая психология. 2020. № 1(50). С. 111-117.

22. Светова Л. Н. Психологические аспекты профессиональной деформации адвокатов // Вестник ТвГУ. Серия «Педагогика и психология». 2020. № 1(50). С. 67-73.

Reference

1. Barabanshchikova V. V. Professional Deformations in Professions of Innovative Sphere. Doctor of Sciences dissertation (in Psychology). Moscow, 2016. 359 p. (In Russ.)

2. Boyko V. V. Psycho-energy. St. Petersburg, 2008. 416 p. (In Russ.)

3. Borisova S. Е. Militia Officers' Professional Deformation and its Personality Determinants. Extended abstract of Candidate of Sciences dissertation (in Psychology). Moscow, 1998. 27 p. (In Russ.)

4. Butylin А. V. Differential Acmeological Features of Professional “Burnout”. Extended abstract of Candidate of Sciences dissertation (in Psychology). Moscow, 2009. 26 p. (In Russ.)

5. Vodopianova N. Е., Starchenkova Е. S. Syndrome of Burnout: Diagnostics and Prophylaxis. St. Petersburg, 2009. 336 p. (In Russ.)

6. Vodopianova N. Е. Psychodiagnostics of Stress. St. Petersburg, 2009. 329 p.

7. Міпіп D. S. Personal Emotional Predictors of Lawyers' Psychic Burnout in Various Types of Trial Proceedings. Candidate of Sciences dissertation (in Psychology). St. Petersburg, 2016. 230 p. (In Russ.)