Российская академия наук
Институт истории России
Russian Academy of Sciences
Institute of Russian History
Профессионализация советского спорта в условиях холодной войны (1946-1959)
Professionalization of Soviet sports in the Cold War (1946-1959)
Е. Зубкова, А. Куприянов
E. Zubkova, A. Kupriianov
Москва. Moscow
Аннотация
В статье на архивных материалах анализируется противоречивое влияние событий «холодной войны» на советский спорт. В условиях начавшейся конфронтации крупнейшие международные спортивные форумы стали ареной, на которой противоборствующие стороны пытались доказать миру преимущества своего социального строя. Благодаря установкам власти на победу любой ценой, в СССР стихийный процесс профессионализации спорта высших достижений обрел институциональные рамки. Члены, а затем и кандидаты в сборные команды страны получили негласный, но официальный статус, предусматривающий вознаграждение за спортивный труд, а занятия спортом были признаны работой, на которую распространялось трудовое законодательство.
Ключевые слова спорт, культура, социальная история, государство, «холодная война»
В последние годы проблема истории холодной войны находится в центре внимания мировой историографии, в том числе посвящённой спортуEast Plays West: Sport and the Cold War / Ed. by S. Wagg, D.L. Andrews. N.Y., 2007; Sarantakes N.E. Dropping the Torch: Jimmy Carter, the Olympic Boycott, and the Cold War. N.Y., 2011; Parks J. The Olympic Games, the Soviet Sports Bureaucracy, and the Cold War: Red Sport, Red Tape. Lanham (Maryland), 2017.. Однако зарубежные исследователи истории советского спорта изучали в основном вопросы, связанные со вступлением Советского Союза в мировое олимпийское движение, с организованными США и СССР бойкотами XXII и XXIII летних Олимпиад: Москва (10 июля - 3 августа 1980 г.), Лос-Анджелес (28 июля - 12 августа 1984 г.). Редким исключением оказался международный проект «Глобальная история спорта в годы холодной войны» («The Global History of Sport in the Cold War»). В рамках проекта было проведено несколько конференций, а в 2019 г. вышел сборник статей и эссеThe Whole World Was Watching: Sport in the Cold War / Ed. by R. Edelman, C. Young. Stanford,
2019., авторы которых рассмотрели проблему спорта в социальном, политическом, дипломатическом и культурном аспектах. В сборнике рассмотрен ряд новых проблем истории советского спорта в годы холодной войны: использование достижений футбольной команды «Динамо» Тбилиси разными политическими силами; зарождение движения футбольных фанатов в Москве; роль визита 1971 г. А.Н. Косыгина в Северную Америку в принятии решения о проведении серии встреч между канадскими «профессионалами» и советскими «любителями». В начале 1990-х гг. в России были рассекречены многие документы, и исследователи получили доступ к советским партийным архивам, что позволило по-новому взглянуть на проводившуюся в сфере спорта государственную политику. М.Ю. ПрозуменщиковПрозуменщиков М.Ю. Большой спорт и большая политика. М., 2004. впервые на основе широкого круга архивных источников рассмотрел проблему использования «большого спорта» в качестве мощного идеологического оружия в противостоянии двух политических систем и проанализировал соответствующую деятельность советского руководства. Тема влияния холодной войны на спорт высших достижений затрагивается в статье С.С. ДементьеваДементьев С. С. «Холодная война»: роль хоккейного противостояния в отношениях СССР, Канады и США // Вестник МГОУ. Сер. История и политические науки. 2012. № 2. С. 73--78., охарактеризовавшего советско-североамериканское хоккейное противостояние 1972-1991 гг. Заслуживают внимания и дальнейшей разработки исследовательские проблемы, поднятые М. О'Махоуни, который обратил внимание на изменение репрезентаций спорта, включая гендерные аспекты, в советской визуальной культуре после начала холодной войныО'Махоуни М. Спорт в СССР: визуальная культура -- физическая культура. М., 2010..
В целом многие существенные вопросы заявленной темы пока не изучены ни российскимиБаишев Н.И. Спортивная повседневность в СССР как историографическая проблема // Теория и практика общественного развития. 2015. № 10. С. 153., ни зарубежными исследователями. Проблема профессионализации спорта в СССР представлена лишь на примере футбола, где этот процесс начался ещё в 1930-х гг.Бутов С.В. Развитие советского футбола в 1921--1941 гг. Дис. ... канд. ист. наук. Красноярск, 2007; Эдельман Р. Серьёзная забава. История зрелищного спорта в СССР. М., 2008. Как обстояло дело с признанием занятий спортсменов не уделом физкультурников-любителей, а мастеров, получавших вознаграждение за свой труд в других видах спорта, ещё предстоит выяснить.
Данная статья посвящена перипетиям становления профессии спортсмена в период холодной войны. В связи с общей периодизацией последней, а также структурной реорганизацией управления спортом в Советском Союзе выбраны и хронологические рамки исследования. 1946 г. - обострение противостояния капиталистической и социалистической систем, 1959 г. - пик «оттепели» в международных отношениях (американская выставка в Сокольниках, визит главы СССР Н.С. Хрущёва в Америку); тогда же в русле общего курса советского лидера на усиление роли общественных организаций по мере «продвижения к коммунизму» руководство спортом из Комитета по физической культуре и спорту при Совете министров СССР (Спорткомитета) было передано Союзу спортивных обществ и организаций СССР. институционализация советский профессиональный спорт
До Второй мировой и Великой Отечественной войн спорт рассматривался с идеологических позиций. У «них» (в странах Запада) он был буржуазным (с профессиональными атлетами, элитарностью, коммерциализацией, рекордоманией и прочими пороками), у «нас» (в СССР) - неким эталоном массового физкультурного движения для трудящихсяПоэтическим отражением этого подхода к буржуазному и советскому спорту стали стихи юного Е. Евтушенко: «Под грохот трещоток дробный, / В залах, где воздух спёрт, / Ломаются руки и рёбра -- / И это у них спорт!.. / А наш спорт вошёл в будни, / Любят его везде. / Спорт -- это верный спутник, / Лучший помощник в труде» (Евтушенко Е. Два спорта // Советский спорт. 1949. 2 июня)., в любой момент готовых встретить врага (отсюда - особое внимание партии и правительства к военно-прикладным видам спорта).
По окончании войн в условиях создания нового пространства возможностей для развития международных контактов руководители советского спорта стремились поднять его (и собственный) международный престиж. Они заявили о необходимости повышения роли Комитета по физической культуре и спорту при СНК СССР, прежде всего в расширении его компетенции в сфере международных связей, уже в конце войны. Председатель комитета В.В. Снегов в письме первому заместителю председателя СНК В.М. Молотову 15 февраля 1945 г. просил командировать четверых-пятерых руководителей советского спорта в США, Канаду, Англию и Францию, чтобы понять особенности его развития и наладить контакта с главами спортивных организаций.
Обосновывалась эта просьба тем, что за рубежом спорт имел «значение крупного внутриполитического и внешнеполитического фактора. Это в значительной степени предрешает оживлённые международные спортивные сношения советских спортсменов с заграничными... если качественные результаты выступлений советских спортсменов будут соответствовать международному весу и авторитету СССР»ГА РФ, ф. 7576, оп. 29, д. 9, л. 24..
В более общей и значимой форме новую политику Спорткомитета Снегов обосновал в записке заместителю наркома иностранных дел СССР И.М. Майскому от 19 марта 1945 г. Ссылаясь на беседы начальника международного отдела Спорткомитета Непомнящего с заведующими отделами НКИД СССР, когда «последние указывали на необходимость готовиться к участию в международных соревнованиях», Снегов подчёркивал, что комитет «не имеет возможности вступить непосредственно в контакт с международными спортивными организациями самостоятельно». Эта просьба иллюстрирует изоляцию, в которой находился советский спорт в 1920-х - первой половине 1940-х гг. из-за общей политики большевистского руководства. В записке предлагалось покончить с этой ненормальной ситуацией и через посольство СССР в Лондоне уведомить все находившиеся там международные спортивные организации о возможности непосредственного контакта с советским СпорткомитетомТам же, л. 38--38 об..
Вклад Советского Союза в победу над фашизмом был неоспорим (страна вошла в разряд великих держав), и это осознание возросшего влияния государства на международной арене привело к переосмыслению роли спорта высших достижений в первой стране социализма, преимущества которого требовалось продемонстрировать всему миру. Выполнить эту задачу можно было либо довоенным путём (тогда советские спортсмены встречались с соперниками из пролетарских физкультурных организаций и атлетами из стран Востока - Турции, Ирана), либо, резко подняв уровень спорта высших достижений, стать конкурентоспособными в соревнованиях с ведущими европейскими и американскими странами. Второй путь неизбежно предполагал перевод спорта высших достижений на профессиональную основу. В СССР ещё до войны так развивался лишь футбол - самый популярный вид спорта. В тех условиях только в нём, хотя бы в основном, компенсировались затраты на организацию соревнований и выплату зарплат спортсменам и тренерам.
Расширение международных спортивных связей «подталкивало» к профессионализации всех видов спорта, входивших в программы Олимпийских игр. Поскольку официально в них участвовали только спортсмены-любители, при точном соблюдении соответствующих правил советские атлеты не имели бы возможности доминировать на международных стартах, следовательно, требовалась профессионализация спортсменов. Практики содержания на окладе мастеров спорта были широко распространены с довоенных времён, но они имели неофициальный, несанкционированный верховной властью характер. Ни в правительстве, ни в ЦК ВКП(б) на эту закулисную сторону советского спорта не обращали внимания. Однако ею заинтересовались бюрократы от комсомола, который лишь помогал профсоюзам в организации массового спорта, занимаясь идеологическим воспитанием советской молодёжи. Комсомольские чиновники во главе с секретарем ЦК ВЛКСМ Н.А. Михайловым настойчиво поднимали тему незаконных выплат спортсменам и различных отступлений последних от норм социалистической морали. Комсомольское руководство фактически развернуло борьбу под лозунгом: «Нет буржуазным нравам в советском спорте». Председатель Спорткомитета Н.Н. Романов (к тому времени сменивший Снегова) послушно шёл вслед за своим недавним комсомольским лидером, продолжая критиковать в том же духе руководителей спортивных организаций. Итогом слаженной работы этого «дуэта» стала их совместная записка о крупных недостатках в работе добровольного спортивного общества (ДСО) «Динамо», направленная 12 ноября 1946 г. секретарям ЦК А.А. Жданову, А.А. Кузнецову, Н.С. Патоличеву, Г.М. Попову и министру внутренних дел СССР С.Н. Круглову: «Считаем необходимым доложить Вам, что в спортивное общество “Динамо” проникли буржуазные, чуждые советскому спорту нравы. Многие спортсмены “Динамо” нигде не работают, стоят вне общественно-политической жизни страны, оторваны от низовых физкультурных коллективов. В спортивном обществе получила широкое распространение практика содержания спортсменов на различных фиктивных должностях, незаконная выплата им денежных средств»Там же, д. 12, л. 128..
Разумеется, аналогичные явления наблюдались и в других ДСО, но объектом нападок по конъюнктурным соображениям сделали «Динамо». Уместно напомнить о том, что эта записка была составлена в непростое для СССР, как и для других стран Европы, время. С одной стороны, огромные трудности восстановления разрушенного войной народного хозяйства, массовая демобилизация, дефицит пригодных для проживания площадей, нехватка продуктов питания, карточная система, бедность большинства населения, с другой - холодная война, начавшаяся после речи У. Черчилля в Фултоне и ответа И.В. Сталина на вопросы корреспондента газеты «Правда». Логика этой войны в условиях авторитарного Советского государства (как и в некоторых демократических странах, например, в США) неизбежно требовала «охоты на ведьм». В Советском Союзе она началась с интеллигенции и представляла собой идеологические кампании, проходившие под лозунгом борьбы с «низкопоклонством перед Западом». 14 августа 1946 г. вышло партийное постановление «О журналах “Звезда” и “Ленинград“»; 26 августа - «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению», 4 сентября - «О кинофильме “Большая жизнь”».
В «охоту на ведьм» активно включились лидеры ВЛКСМ, к которым примкнули и спортивные функционеры. Так, Михайлов и Романов выступили со следующими политическими обвинениями: «Мы считаем, что руководители спортивного общества “Динамо”, прибегая к методам отрыва мастеров спорта от их основных занятий, превращения их в профессиональных спортсменов (здесь и далее курсив мой. - А.К.), по существу способствуют проникновению в среду... нравов буржуазного спорта, что уводит спортсменов в сторону от общественно-политической жизни, способствует процветанию пошлой буржуазной морали среди некоторых из них»Там же, л. 130..
Впрочем, конфликтовать с председателем этого ДСО генерал-полковником А.Н. Аполлоновым (Боголюбовым), занимавшим должность заместителя министра внутренних дел, они не рискнули, сделав главным объектом критики заместителя председателя центрального совета (ЦС) «Динамо» Т.А. Бирюкова. Он якобы «забыл, что аполитичность “спорт для спорта” чужда нашему физкультурному движению... что наш спорт является средством воспитания советских людей и в особенности молодёжи»14 Там же, л. 130-131.. Аполлонов же, признав отмеченные недостатки во время состоявшейся в ЦК ВЛКСМ беседе, остался на своём посту, став вскоре преемником Романова - председателем Спорткомитета. Судя по тому, что после ухода Аполлонова Бирюков стал председателем ЦС «Динамо», к нему тоже не были применены серьёзные санкции. Таким образом, «охота на ведьм» трансформировалась в «охоту на волков», которая не удалась из-за того, что её объект оказался слишком силён для «загонщиков» и ушёл за «флажки».
Между тем холодная война, как это ни парадоксально, привела к расширению международных спортивных контактов. Очевидно, имело место наложение двух процессов: инерции союзнических отношений периода войны и начавшейся конфронтацией СССР с США, Великобританией и Канадой. Противостояние неизбежно должно было затронуть различные сферы общественной жизни: литературу, театр, музыку, кинематограф, спорт. Именно в спорте наглядно и наиболее убедительно можно было показать преимущество той или иной страны. Однако задача подготовки спортсменов СССР к международным соревнованиям противоречила целям идеологических кампаний, направленных на дисциплинирование советского человека Зубкова Е.Ю. Советское послевоенное общество: политика и повседневность. 1945-1953 гг. М., 1999; Кимерлинг А.С. Выполнять и лукавить. Политические кампании поздней сталинской эпохи. М., 2017; Тихонов В.В. Идеологические кампании «позднего сталинизма» и советская историческая наука (середина 1940-х-1953 г.). М., 2016.. Этим и объясняются противоречивые государственные решения, принятые в 1946-1947 гг. в области спорта. С одной стороны, осуждались «незаконные выплаты» спортсменам, их «роскошный» по сравнению с обычными гражданами образ жизни, нескромное поведение, с другой - шёл процесс профессионализации спорта, и, согласно секретным постановлениям партии и правительства, ведущие спортсмены за успехи в соревнованиях и установление рекордов получали материальное вознаграждение в виде солидных персональных окладов и внушительных премий.
Общение спортивных функционеров с партийными и комсомольскими работниками не было односторонним. О необходимости введения «окладов» для членов сборных команд СССР Романов смог убедить не только Михайлова, но и босса советских профсоюзов В.В. Кузнецова. 25 ноября 1946 г. эти чиновники направили заместителям председателя Совета министров СССР К.Е. Ворошилову, Л.П. Берии и секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Жданову соответствующую записку. В ней, в частности, отмечалось, что «мастера спорта, числясь на той или иной должности, фактически не работают». Всех мастеров спорта (1 580 человек) предлагалось разделить на две группы: «спортсменов, не имеющих серьёзных достижений и могущих с успехом совмещать свою спортивную деятельность с работой на производстве или в спортивных организациях», и «выдающихся мастеров спорта, входящих в сборные команды, являющихся чемпионами и рекордсменами СССР». Представителей первой группы предлагалось отправить «на производство» или использовать в качестве тренеров и инструкторов физкультуры, второй (475 спортсменов, 30% мастеров спорта страны, «защищающих престиж советского спорта в международных соревнованиях») - считали нецелесообразным «определять на производство». Заботу о членах сборных, по мнению авторов записки, следовало узаконить в «государственном порядке», «создав им необходимые условия для усиленной тренировки и совершенствования, чтобы обеспечить более быстрый рост спортивных достижений в СССР и необходимую подготовку спортсменов к выступлениям на международных соревнованиях»ГА РФ, ф. 7576, оп. 29, д. 12, л. 132-133..