Статья: Проектирование модели процесса формирования критического мышления у обучающихся основной общеобразовательной школы

Апробация образовательной программы уроков технологии и внеурочной деятельности по инженерным направлениям творческой площадки «ФабЛаб» Центра «Точка роста» осуществлялась на базе МБОУ СОШ № 68 г. Краснодара с 2019 по 2021 г. В эксперименте участвовали 120 учеников 5-9-х классов.

В процессе исследования была проведена диагностика уровня сформированности критического мышления школьников на констатирующем и контрольном этапах. Систему мониторинга составили следующие диагностические методики: тест-опросник критического мышления Ю.Ф. Гущина, Н.В. Смирновой; определение уровня развития словесно-логического мышления Л. Переслени, Т. Фотековой; методика диагностики познавательной активности, мотивации достижения, тревожности и гнева (модификация А.Д. Андреевой); методика изучения особенностей группового мышления «Кораблекрушение» Кьелла Рудестама (Бурлачук, Морозов, 1999).

Полученные данные демонстрируют значительную позитивную динамику когнитивного компонента критического мышления у обучающихся из экспериментальной группы (далее - ЭГ) по сравнению с обучающимися из контрольной группы (далее - КГ). Выявлена динамика роста высокого уровня в ЭГ: было 54 %, стало 74,5 % (увеличение на 20,4 %), в КГ показатели остались на прежнем уровне - 52 %. Низкий уровень в ЭГ снизился на 15,3 % (ранее был 16,8 %), в КГ - на 1,4 % (ранее был 15,9 %).

Изменился уровень аналитического компонента критического мышления у школьников из ЭГ: высокий уровень вырос на 17 %, (ранее был 34 %), средний - на 3 % (ранее был 43 %), низкий - уменьшился на 20 %. В КГ установлено незначительное изменение результатов.

Диагностика показателей личностного компонента критического мышления школьников выявила положительную динамику познавательной активности и мотивации достижения у школьников из ЭГ, в этой группе значительно снизились тревожность и гнев. Познавательная активность обучающихся из ЭГ представлена в следующих изменениях: высокий уровень вырос с 14 до 45 %, средний - с 39 до 42 %, низкий снизился с 47 до 13 %. При этом мотивация достижения имеет такую динамику: высокий уровень вырос с 18 до 32 %, средний - с 45 до 58 %, низкий уровень снизился с 37 до 10 %. Уровень тревожности изменился следующим образом: высокий уровень снизился с 33 до 20 %, средний - с 21 до 12 %, низкий - с 11 до 8 %. Изменение гнева представлено так: высокий уровень снизился с 25 до 13 %, средний - с 31 до 6 %, низкий с 44 до 19 %. В среднем личностный компонент критического мышления школьников из ЭГ улучшился: высокий вырос на 23 %, средний - на 8 %, однако низкий уменьшился на 31 %.

Результаты показателей личностного компонента критического мышления (познавательной активности) обучающихся из КГ остались в тех же пределах, изменения составляют 2-3 %.

Диагностика деятельностного компонента критического мышления школьников из ЭГ выявила значительное увеличение высокого уровня компонента, а именно: было 23 %, стало 45 % (вырос на 22 %). Средний уровень увеличился на 7 % (34 % против 41 %). Низкий уровень снизился на 29 %, ранее был 43 %. Результаты динамики изменений деятельностного компонента критического мышления обучающихся из КГ остались прежними: высокий уровень вырос на 2 %, средний - на 1 %, низкий снизился на 3 %.

Сравнительный анализ данных, полученных в результате экспериментального исследования в ЭГ и КГ, представлены в таблице 2.

Таблица 2 - Сравнительный анализ данных исследования в экспериментальных и контрольных группах

Результаты сравнительного анализа компонентов критического мышления показывают значительные изменения его формирования у школьников из ЭГ, что подтверждается критерием однородности х² (критерием Пирсона). Итоговые данные, полученные в результате проведенного эксперимента, позволяют представить разницу в показаниях между ЭГ и КГ по компонентам критического мышления следующим образом: критический мышление урок

- когнитивный компонент: высокий уровень - 22,4 % (ЭГ - 74,4 %, КГ - 52 % при р < 0,05); средний - 9,4 % (ЭГ - 24,1 %, КГ - 33,5 % при р < 0,05); низкий - 13 % (ЭГ - 1,5 %, КГ - 14,5 % при р < 0,05) (х²эмп. = 0,23 < 5,99 = х²0,05);

- аналитический компонент: высокий уровень - 14,7 % (ЭГ - 51 %, КГ - 36,3 % при р < 0,05); средний - 5 % (ЭГ - 46 %, КГ - 51 % при р < 0,05); низкий - 9,7 % (ЭГ - 3 %, КГ - 12,7 % при р < 0,05) (х²эмп. = 2,18 < 5,99 = х²0,0б);

- личностный компонент: высокий уровень - 18 % (ЭГ - 38,5 %, КГ - 20,5 % при р < 0,05); средний - 4 % (ЭГ - 50 %, КГ - 46 % при р < 0,05); низкий - 22 % (ЭГ - 11,5 %, КГ - 33,5 % при р < 0,05) (х²эмп. = 1,02 < 5,99 = х²0,0б);

- деятельностный компонент: высокий уровень - 23 % (ЭГ - 45 %, КГ - 22 % при р < 0,05); средний - 9 % (ЭГ - 41 %, КГ - 32 % при р < 0,05); низкий - 32 % (ЭГ - 14 %, КГ - 46 % при р < 0,05) (х²эмп. = 0,07 < 5,99 = х²0,0б).

Следовательно, зафиксировано значительное опережение в формировании критического мышления школьников из ЭГ по сравнению с обучающимися из КГ. Результаты эксперимента доказывают эффективность разработанных педагогических условий, определяющих модель процесса формирования критического мышления обучающихся на уроках и во внеурочной деятельности. Сравнительный анализ результатов эксперимента по авторской программе показал стабильную динамику формируемого критического мышления во всей совокупности его компонентов.

Список источников

1. Браус Дж. А., Вуд Д. Инвайронментальное образование в школах. Руководство: как разработать эффективную программу / пер с англ. СПб., 1994. 499 с.

2. Бурлачук Л.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб., 1999. 528 с.

3. Кларин М.В. Развитие критического и творческого мышления // Школьные технологии. 2004. № 2. С. 3-9.

4. Селютина Н.А. Кластер как один из приёмов развития критического мышления // Методист. 2018. № 5. С. 44-51.

5. Стил Дж.Л., Мередит К., Темпл Ч., Уолтер С. Основы критического мышления: междисциплинарная программа. М., 1997. 88 с.

6. Тамме Е.В., Сажина Н.М., Хентонен А.Г. Сущность и содержание формирования критического мышления учащихся средней школы: история и современные подходы // Вестник педагогических наук. 2021. № 1. С. 187-192.

7. Халперн Д. Психология критического мышления / пер. с англ. Н. Мальгина и др. СПб., 2000. 512 с.

8. Geng F. A Content Analysis of the Definition of Critical Thinking // Asian Social Science. 2014. № 10 (19). P. 124-128. https://doi.Org/10.5539/ass.v10n19p124.

References

1. Braus, J. А. & Wood, D. (1994) Environmental Education in Schools: A Guide: How to Design an Effective Program. Translated from English. Saint Petersburg, 1994. 499 р. (In Russian)

2. Burlachuk, L. F. & Morozov, S. M. (1999) Slovar-spravochnik po psichodiagnostike [Dictionary of psychodiagnostics]. Saint Petersburg. 528 р. (In Russian)

3. Geng, F. (2014) A Content Analysis of the Definition of Critical Thinking. Asian Social Science. 10 (19), 124-128. Available from: doi: 10.5539/ass.v10n19p124.

4. Halpern, D. F. (2000) Thought and Knowledge: An Introduction to Critical Thinking. Translated from English by Malgina, N., et al. (2000) Saint Petersburg. 512 р. (In Russian)

5. Klarin, M. V. (2004) Razvitie kriticheskogo i tvorcheskogo myshleniya [Development of Critical and Creative Thinking]. Shkol'nye tekhnologii. (2), 3-9. (In Russian)

6. Selutina, N. A. (2018) Klaster kak odin iz priemov razvitiya kriticheskogo myshleniya [Cluster as One of the Methods of Critical Thinking Development]. Metodist. (5), 44-51. (In Russian)

7. Steele, D. L., Meredith, K., Temple, Ch. & Walter, S. (1997) Foundation for Critical Thinking: Interdisciplinary Program. Moscow. 88 р. (In Russian)

8. Tamme, E. V., Sazhina, N. M. & Khentonen, A. G. (2021) The Essence and Content of the Formation of Critical Thinking of Secondary School Students: History and Modern Approaches. Bulletin of Pedagogical Sciences. (1), 187-192. (In Russian)