Публикация исследования У. Манчестера вызвала раздражение в деловом мире Германии, и после 1968 г. фирмы стали очень неохотно допускать ученых в свои архивы для исследования нацистского прошлого. Насколько компания Круппа «охотно» сотрудничала с У. Манчестером до публикации его книги, свидетельствует рассказ автора, как представители компании и жители Эссена - места расположения штаб-квартиры концерна «Крупп» - внимательно следили за ним, пока он проводил свои исследования. Однажды историк застал сотрудника фирмы, роющегося в его документах в гостиничном номере [33].
Английский историк Алистер Хорн пожаловался в New York Times на то, что книга испорчена манчестерским «инстинктивным антигерманизмом», а также его «несдержанностью и предубеждениями». Без сомнения, У. Манчестер несдержан, но это естественная реакция честного исследователя на войну, рабство и Холокост. Именно поэтому спустя почти полвека после публикации «Оружие Круппа» переиздается и продолжает хорошо продаваться, и сотни отзывов клиентов на таких сайтах, как goodreads.com и amazon.com, дают ему в среднем 4-4,5 из пяти звезд.
Особое место в историографии нацизма занимает исследование английского историка Ричарда Грюнбергера «Двенадцатилетний рейх: социальная история нацистской Германии, 1933-1945 гг.», ставшее обязательным для подготовки историков в вузах Великобритании. Один из выводов автора гласит: «нельзя отрицать роль крупной промышленности как главного могильщика Веймарской республики» [25. Р. 167]. Анализируя экономическую политику нацистов, Р. Грюнбергер приходит к заключению, что крупные фирмы в конечном итоге стали победителями в трехсторонней структуре Третьего рейха - «большой бизнес, средний бизнес и государство».
Профессор университета в Шеффилде Уильям Карр не случайно избрал для своей специализации новейшую историю Германии. Он ушел добровольцем на фронт и служил в королевской артиллерии. Его перу принадлежат несколько монографий, посвященных внешней политике Германии. В одной из своих работ он констатирует, что военные заказы гарантировали индустрии «высокие прибыли», что «тесно связанные с вооружением вермахта» концерны Маннесмана, «Герман Геринг», ИГ-Фарбениндустри, ведущие банки, особенно Дрезденский и Немецкий, «развивали свои собственные экспансионистские планы». На рубеже 1920-30-х годов «значительная часть крупной буржуазии обратилась к идее создания экономической монополии в Центральной и Юго-Восточной Европе». У. Карр вводит понятие «экономический империализм» концернов и банков, который, по его мнению, сам по себе не привел бы к войне и «лишь в союзе с империализмом нацистов представлял собой особо взрывоопасную силу» [38. S. 144].
Вплоть до середины 1960-х годов большая часть английских и американских исследователей более или менее последовательно констатировала причастность промышленных кругов к приходу нацистов к власти, стремившихся покончить с демократией, организованным рабочим движением, угрозой со стороны левых партий. Историки подчеркивали, что в условиях резкого снижения прибыли из-за слабого внутреннего спроса и усилившейся международной конкуренции, германские монополии видели единственный выход из создавшегося положения в подталкивании свого правительства к войне за расширение рынков сбыта и источников сырья. Сложившийся консенсус оспорил профессор Йельского университета Генри А. Тёрнер. Выводы, к которым он пришел, оказывают огромное влияние на изучение проблемы «нацизм и монополии» уже на протяжении пяти десятилетий. На его работах следует остановиться подробнее.
Отрицание сотрудничества крупного бизнеса и НСДАП до прихода нацистов к власти в трудах американского историка Г.А.Тёрнера
В 1968 г. вышла статья Генри Ашби Тёрнера «Эмиль Кирдорф и нацистская партия» [57]. В качестве иллюстрации несостоятельности версии о связях между нацистами и монополиями автор не случайно выбрал Эмиля Кирдорфа, представленного в исторических исследованиях в качестве одного из первых и преданных сторонников Гитлера и национал-социализма. Еще до Первой мировой
войны Э. Кирдорф присоединился к Пангерманской лиге, будучи яростным апологетом территориального расширения Германии. Э. Кирдорф искренне поддерживал легенду о «кинжальном ударе» в спину немецкой армии, и для него Веймарская республика была всего лишь порождением предательства в ноябре 1918 года. Он называл республику «властью черни», а Версальский договор - «политической смертью» Германии. В 1926 году он познакомился с Гитлером, а в 1927 году по просьбе Эльзы Брукман - вдовы крупного мюнхенского издателя, Э. Кирдорф встретился с Гитлером и имел с ним продолжительную беседу. Вскоре Э. Кирдорф присоединилась к нацистской партии. Он намеревался привлечь на сторону нацистов своих товарищей-промышленников. В качестве первого шага он попросил Гитлера письменно изложить свою программу. Так появилась секретная брошюра «Путь возрождения», предназначенная для промышленников [59]. Эта брошюра была обнаружена Г. А. Тёрнером в архиве и опубликована в 1968 году.
Г. А. Тёрнер сообщает, что 26 октября 1927 года Э. Кирдорф собрал у себя дома четырнадцать лидеров немецкой промышленности для встречи с Гитлером, которая прошла успешно. В прессе Третьего рейха Э. Кирдорф неоднократно изображался как бывший последователь О. фон Бисмарка, который стал одним из первых и преданных сторонников фюрера и его движения. Э. Кирдорфу был вручен золотой партийный значок, его приглашали на съезды НСДАП и т. д. В 1938 году Гитлер лично присутствовал на его похоронах.
Однако, по мнению Г. Тёрнера, версия о том, что Э. Кирдорф был важным финансистом нацистской партии, глубоко ошибочна. Рурский промышленник имел лишь символическое значение для укрепления имиджа НСДАП как респектабельной партии. Исследователь подвергает сомнению данные, приведенные в книге «Бегство от террора», написанной Отто Штрассером (совместно с американским журналистом Майклом Штерном) после его ссоры с Гитлером и бегства из Германии [55]. О. Штрассер называет сумму, получаемую НСДАП от Э. Кирдорфа, - 60 миллионов марок в год. Г. Тёрнер, заявляет, что верить этим данным нельзя, так как документальные доказательства отсутствуют. Аргумент, представленный самим Г. А. Тёрнером в опровержение версии О. Штрассера, звучит еще менее убедительно: «Судя по имеющимся данным, маловероятно, что выплаты с его стороны были чрезмерно щедрыми [57. P. 340]. К сожалению, Г.А. Тёрнер эти «имеющиеся данные» не приводит. Весьма неубедительным является заявление автора о том, что в 1927 г. Э. Кирдорф уже не занимал влиятельных позиций в деловом мире. «Практически все его современники давно умерли, и решающие командные посты в промышленности заняли люди более молодого поколения. В советы этих молодых людей Э. Кирдорф не входил. Он не играл активной роли в Имперском союзе германской промышленности [57. P. 343]. «Более того, как заведомо самоуверенный и вспыльчивый старик, уже не имеющий отношения к последним событиям, Э. Кирдорф не воспринимался серьезно многими молодыми людьми, которые теперь контролировали немецкую промышленность» [57. P. 343-344]. Если верить утверждению Г.А. Тёрнера, что Э. Кирдорф уже утратил былое влияние, то возникает вопрос: почему Гитлер постоянно афишировал свои отношения с ним? чтобы произвести впечатление на потенциальных сторонников из делового сообщества? По мнению Г.А.Тёрнера, роль Э. Кирдорфа в восхождении Гитлера к власти не следует сводить к его особой роли как промышленника. Более важным было то, что он был одним из известных и престижных персон, которые помогли будущему диктатору стать популярным в глазах миллионов немцев во время его восхождения к власти. Если такой почтенный бизнесмен поддержал выскочку из Австрии, несомненно, это оказало влияние на многих солидных и респектабельных немецких избирателей из среднего класса. Именно так, а не как зловещий «монополист-капиталист», тайком наполнявший нацистскую казну богатствами, добытыми нечестным путем, Э. Кирдорф внес свой вклад в восхождение Гитлера к власти, заключает Г.А. Тёрнер.
Дело Дэвида Абрахама
В начале 1980-х гг. внимание десятков профессиональных историков и Американской исторической ассоциации было привлечено к так называемому делу Дэвида Абрахама. Молодой историк Д. Абрахам защитил в 1977 г. в Чикагском университете диссертацию и опубликовал на ее основе в 1981 г. книгу «Крах Веймарской республики: политическая экономия и кризис» [14].
Рекомендацию к публикации монографии Д. Абрахама дал известный в научном мире профессор Калифорнийского университета Джеральд Фельдман. Главный тезис, отстаиваемый Д. Абрахамом, был весьма близок к марксистским оценкам: крупный бизнес в Германии саботировал Веймарскую республику, поддерживал нацистов, считая, что они лучше всего представляют их экономические интересы, особенно перед лицом растущей угрозы со стороны Левых сил.
Инициатором атаки на труд Д. Абрахама стал Г.А.Тёрнер. Он работал над аналогичной темой, и в 1985 г. опубликовал монографию «Крупный бизнес Германии и возвышение Гитлера» [58]. В октябре 1982 г. он опубликовал рецензию, в которой обвинил Д. Абрахама в увлечении догматическими марксистскими теориями фашизма [60]. Г. А. Тёрнера поддержал Дж. Фельдман, ранее давший положительную рецензию на книгу Д. Абрахама. Г.А. Тёрнер обратился с письмами к коллегам в США и Европе, в «Американское историческое обозрение», в которых он обвинял Д. Абрахама в преднамеренном искажении фактов. Письмо Г.А. Тёрнера вместе с ответом на него Д. Абрахама было опубликовано в «Американском историческом обозрении» в октябрьском номере 1983 г. [61]. Д. Абрахам признал ряд ошибок, некоторую небрежность в оформлении сносок, объяснив это нехваткой времени при подготовке книги, но категорически отверг обвинение в преднамеренном искажении фактов. В защиту Д. Абрахама выступили известные американские историки Арно Дж. Майер, Карл Шорске, Томас Бендер, Натали Земон Дэвис и Хана Грей, направив в Американскую историческую ассоциацию требование рассмотреть вопрос о нарушении Г.А. Тёрнером этических норм. Они призвали Г.А. Тёрнера критиковать Д. Абрахама за небрежность, но не обвинять в преднамеренной лжи. Некоторые историки даже открыто высказывали предположение, что Г.А. Тёрнер обрушился на работу Д. Абрахама, чтобы привлечь интерес к собственной будущей книге с противоположным тезисом. В начале января 1985 г. комитет по профессиональным вопросам Американской исторической ассоциации отказался вмешиваться в возникший конфликт, заявив, что освященная веками в академической системе открытая профессиональная критика, обмена мнениями должен иметь место.
Споры по поводу исследования Д. Абрахама привели к тому, что молодой ученый был уволен из Чикагского университета и получил отказ в приеме на работу в других университетах США.
Дело Абрахама и книга Г.А. Тёрнера вызвали острую дискуссию среди историков по вопросу о соотношении эмпирических доказательств и умении историка логически мыслить, сопоставлять события и устанавливать причинно-следственные связи в случае отсутствия письменных источников.
В 1985 г. вышла монография Г.А. Тёрнера «Крупный бизнес Германии и возвышение Гитлера», в которой он выступил принципиальным защитником крупного бизнеса [58]. Как заявил автор, он поставил задачу не только дать реальную картину прошлого, но и покончить с мифами о нем. Одним из таких мифов Г.А. Тёрнер объявил наличие связи между нацистской партии и крупным бизнесом и получение от него экономической поддержки задолго до 1933 года. Чтобы развенчать представление о немецком крупном бизнесе как о пособнике в приходе Гитлера к власти, Г.А. Тёрнер ставит под сомнение источники, содержащие подобные сведения: - это мемуары рурского промышленника Фрица Тиссена и пресс-секретаря Гитлера Отто Дитриха. В своих мемуарах «Я платил Гитлеру» Ф. Тиссен свидетельствует, что ненависть к Веймарской республике привела его к поддержке НСДАП и передаче ей еще осенью 1923 года 100 000 золотых марок. Однако, по мнению Г.А. Тёрнера, доверять мемуарам Ф. Тиссена, которые он называет «призраком», не следует, так как написаны они были с его слов. Кроме того, учитывая катастрофическую ситуацию в сфере экономики, сложившуюся в Германии в 1923 году в результате оккупации Рурской области французскими войсками, вряд ли Ф. Тиссен мог выделить сумму в 100 000 золотых марок.
Мемуары Отто Дитриха, изданные в 1934 году, Г.А. Тёрнер оценивает скорее как пропагандистские, чем содержательные. Об их несостоятельности, по мнению автора, свидетельствует наличие разных версий одних и тех же событий в первом издании и во втором, опубликованном в 1955 г. Если сравнить два отчета О. Дитриха о реакции на речь Гитлера в Дюссельдорфском промышленном клубе 26 января 1932 г., в издании 1934 г. он сообщает о глубоком впечатлении, произведенном Гитлером на экономическую элиту. По словам Тёрнера, этот комментарий был воспринят историками как доказательство того, что крупный бизнес увеличил свои взносы в кассу НСДАП. Однако в 1955 г. О. Дитрих сообщает, что, помимо некоторых «незначительных сумм [собранных у двери]..., ни о какой поддержке, достойной упоминания, и уж тем более о финансировании политической борьбы НСДАП тяжелой промышленностью не могло быть и речи». Что делать с этим противоречием? Какая версия ближе к истине? Г.А. Тёрнер сравнивает оба варианта и принимает решение в пользу версии 1955 г. По всем признакам, заключает он, ни Гитлер, ни другие нацисты не получили никаких ответных действий со стороны тех, кто присутствовал на его выступлении в промышленном клубе. Для подтверждения своего мнения, Г.А. Тёрнер пишет, что О. Дитрих, как пресс-секретарь Гитлера, стремился