2
Проблема статусной рассогласованности в профессиональной деятельности чиновника: социологический анализ
Чевтаева Н.Г.
В статье анализируется проблема слабой взаимосвязи общественных ожиданий и внутриорганизационной системы мотивации, карьерного продвижения современного российского чиновника. Фактор «статусной рассогласованности» в профессиональной деятельности чиновника становится тормозом процесса реформирования государственного и муниципального управления, оптимизации деятельности чиновничества в соответствии с ожиданиями и предпочтениями общества.
Ключевые слова: сопряженность интересов, статусная рассогласованность, чиновник.
общественное ожидание карьера мотивация чиновник
Реорганизация структур управления органов власти, трансформация всей системы взаимоотношений структур местного управления как с органами государственной власти, так и с населением, преобразование нормативной базы и многие другие, в основном организационно-правовые, изменения предполагают и изменения в поведении, мышлении, ценностных ориентациях чиновников. Эти изменения, хотя и являются менее заметными и «формализуемыми», имеют первостепенное значение для успеха начатых преобразований. Позиция государственных и муниципальных служащих, выполняющих конкретную управленческую работу в администрациях, мэриях, советах и других органах местного самоуправления становится главным активным субъектом процесса реформ. Как сегодня идут процессы реформирования на местах, насколько сотрудники органов местного самоуправления оказались способны к переходу на новые принципы работы, каковы их профессиональные установки и предпочтения. Успех преобразований зависит, в первую очередь, от того, насколько сегодняшние управленцы способны их осуществлять, насколько высок их профессионализм, насколько они владеют управленческими технологиями, знаниями специфики «чиновничьего ремесла».
При всем многообразии и относительной разнородности чиновничества в нем есть некие интегрирующие основания, что позволяет рассматривать ее как большую по численности и значимую по своей деятельности В.Г. Игнатова [1, с. 307-318], Г.П. Зинченко [2, с. 83-89]), как социальный слой(Д. А. Михеев[3]), как специфическую большую социальную группу Л.В. Каширина [4, с. 357]), как социально-профессиональную группу С.Г. Климова [5], Н.Г. Чевтаева [6, с. 164]). Напомним, что М. Вебер использовал понятие «статусные группы»[7, с. 147].Проблема заключается в том, чтобы выяснить основные параметры, объединяющие, интегрирующие эту относительно разнородную социальную группу (общность, слой), эффективность деятельности которой определяет успех реформирования системы государственного и муниципального управления в соответствии с ожиданиями общества.
Основанием консолидации данной социальной общности, группы является общность статуса. Социологи и политологи в мониторинговом режиме отслеживают статусные характеристики и социальную роль федеральных и региональных государственных служащих, поскольку ход реформирования госслужбы во многом зависит от всестороннего учета интересов и потребностей служащих, от эффективного использования кадрового потенциала [8, с. 19-30]. Используя выделенное М. Вебером понятие статусные группы, современные исследователи выделяют индикаторы для социологического анализа социального статуса чиновника: административная и политическая власть; объем и характер собственности (экономическая власть); объем и характер доходов; моральное вознаграждение, престиж; условия труда; перспективы, открываемые для вертикальной мобильности; свободное время. На основе указанных выше признаков социологи определяют индексы власти, собственности, образа жизни чиновников и проводят соответствующие социологические замеры. Индекс власти выражают следующие переменные: наличие подчиненных, полномочия респондента. Индекс собственности проявляют такие переменные, как наличие в собственности респондента акций и недвижимости (основное и вспомогательное жилище, земля, культурно-бытовые предметы длительного пользования). Индекс образа жизни складывается посредством переменных, отражающих условия и стиль жизни.
Другие исследователи государственной службы [9] выделяют следующие характеристики социального статуса государственных служащих:
1. ими выполняется труд, который выражается в обосновании целей и направлений общественного развития, конкретной организации и регулировании общественной жизнедеятельности (публичных отношений), поведения и деятельности миллионов людей (упорядочение частных взаимосвязей);
2. их труд интеллектуальный, психологически насыщенный, ответственный, состоящий в основном в осмыслении и продуцировании сложнейшей управленческой информации и воздействия на людей;
3. во всех их усилиях имплицитно (внутренне присуще) проявляется государственная власть, придающая им авторитет и должную гарантию;
4. знания и опыт государственных служащих не создают непосредственно потребительские ценности и не удовлетворяют индивидуальные потребности граждан, но формируют особый духовно-материальный «продукт», обеспечивающий рациональность, гармоничность и эффективность общественных отношений, явлений и процессов;
5. труд, выполняемый государственными служащими, является высокопрофессиональным и предъявляет к каждому из чиновников жесткие требования в смысле подготовки, личностных качеств, поведения и общения с людьми.
На наш взгляд, можно выделить две группы оснований, объединяющих, интегрирующих социально-профессиональной группу чиновничества: во-первых, социально-институциональные (общность «социальной ситуации», степень приобщенности к властным, административно-управленческим ресурсам, принципиально единый, но в тоже время внутренне дифференцированный статус социально-профессиональной группы); во-вторых, ценностно-нормативные (внутриорганизационные ценности и нормы; степень их устойчивости, образующая определенные паттерны, модели поведения, своеобразные правила «административной игры».
Выявление оснований социальной интеграции, сплоченности этой группы позволяет, по мнению автора, рассмотреть, насколько требование «удовлетворять потребностям населения» коррелируется с внутренней системой карьерного роста, мотивации, жизненных ценностей чиновничества, насколько карьера и судьба чиновника зависит от его способности работать на благо общества.
Исходным параметром социально-институциональных оснований однородности группы российского чиновничества является характеристика его экономического статуса. При рассмотрении столь значимой характеристике социально-профессиональной группы как материальная обеспеченность обнаруживается тенденция несоответствия между реально существующим дисбалансом затрат труда чиновника, их вознаграждением и представлением о нем в массовом сознании.
Как показывают опросы населения, весьма распространенным оказывается представление о чиновниках как о привилегированной группе хотя бы уже по тому, что их среднеарифметический доход почти вдвое выше, чем у населения в целом (и это без учета различного рода льгот). Однако если сопоставить эти цифры с профессиональными характеристиками российского чиновничества (удельный вес лиц, имеющих высшее образование среди государственных служащих в три раза больше, чем у всех работающих в России), то более высокий уровень доходов чиновников выглядит вполне естественным и свидетельствует о более высокой стоимости интеллектуального капитала. И более актуальной оказывается проблема соответствующего вознаграждения обладателям интеллектуального капитала.
По оценкам экспертов Высшей школы экономики, «денежное вознаграждение госслужащих далеко отстает от оплаты сравнимых позиций в коммерческом секторе и не привязано к реальной ответственности и результатам служебной деятельности» [10].Уровень оплаты труда государственных служащих в два-пять раз ниже рыночных ставок зарплаты по сопоставимым должностям. Причем наибольшее отставание госорганов по оплате труда от частного сектора касается так называемых «лиц, принимающих решения»: в пять-семь раз по сопоставимым должностям. Между тем, заключают эксперты, государство будет конкурентоспособно, предлагая «лицам, принимающих решения», 50 % - 65 % от рыночного уровня зарплаты в коммерческом секторе. Разница, как видим, должна существовать, поскольку государственная служба в отличие от бизнеса предлагает статус госслужащего, привлекательное пенсионное обеспечение и значительно более высокий уровень гарантий сохранения должностной позиции, но оптимальное ее соотношение намного отличается от сегодняшней российской практики.
Таким образом, при рассмотрении столь значимой характеристики социально-профессиональной группы как материальная обеспеченность обнаруживается тенденция несоответствия между реально существующим дисбалансом затрат труда чиновника, их вознаграждением и представлением о нем в массовом сознании.
При характеристике социально-институциональных, статусных оснований российского чиновничества обнаруживается проблемная ситуация, которую можно, на наш взгляд, охарактеризовать понятием «статусной рассогласованности».Основоположник концепции статусной рассогласованности Г. Ленски предлагал определять это явление в терминах неравенства рангов [11].
Понятия ««статусная рассогласованность» и «статусная кристаллизация» характеризуют степень устойчивости и однородности какой либо старты, социально-профессиональной группы [12]. Статусная кристаллизация, или статусная консистентность, обозначает совпадение статусов (в значении ранга социальной позиции) индивида в социально значимых измерениях стратификации. Это подразумевает, во-первых, консистентность (совпадение, баланс) между инвестициями (затратами) и вознаграждениями индивида; во-вторых, соответствие объективных и осознаваемых статусов, в результате чего формируются общие для представителей данной группы ценностные ориентации, что приводит к кристаллизации объективных и субъективных параметров; в-третьих, воспроизводство кристаллизованной (консистентной) статусной ситуации, так как для созревания устойчивости социально профессиональной группы требуется длительное время, в течение которого формируются определенные мировоззренческие характеристики, специфический стиль жизни. В противоположность ей статусная рассогласованность (неконсистентность) предстает как существенное несовпадение статусов субъекта в разных измерениях социальной стратификации, увеличивается в периоды социальных потрясений, свойственна для трансформирующегося общества и нестабильной внешней среды.
В ходе нашего исследования выявлено наличие статусной рассогласованности социально-профессиональной группы современного российского чиновничества при изучении статусов материального благополучия, власти и престижа.
Для выявления консистентности (совпадения) между инвестициями (затратами) и вознаграждениями индивида, а также соответствия объективных и осознаваемых статусов, респондентам задавались как вопросы объективного характера, так и идентификационные вопросы, касающиеся самооценки позиции их материального благосостояния, власти и престижа.
Отвечая на вопрос: «к какому социальному слою по уровню дохода вы могли бы себя отнести?», большинство респондентов выбрали ответ «к среднему» (42, 8 %) и «ниже среднего» (41,1 %). Десятая часть чиновничества считает себя по уровню дохода низшим слоем (9,8 %), и только 2,5 % респондентов отнесли себя к страте «выше среднего».
Если рассмотреть варианты ответов чиновников в зависимости от уровня власти, можно констатировать, что среди тех, кто причислил себя к низшему классу и ниже среднего преобладают служащие регионального уровня исполнительной власти федеральных органов государственной власти. По принадлежности же себя к страте «выше среднего» наиболее благоприятную картину демонстрируют муниципальные чиновники.
Обозначилась также проблема сбалансированности между инвестициями (затратами) и вознаграждениями индивида. Об этом свидетельствуют ответы респондентов на следующий идентификационный вопрос: «считаете ли вы, что уровень оплаты труда соответствует трудовомувкладу?». Полученные данные позволяют сделать вывод, что подавляющее большинство респондентов сочли уровень оплаты труда недостаточным или не вполне приемлемый. Лишь 1 % респондентов высказались за соответствие затрат и оплаты труда, признав уровень оплаты труда достойным, и 17,7 % считают его вполне приемлемым. Как показывают ответы, подавляющее большинство респондентов идентифицируют несоответствие оплаты труда реальному трудовому вкладу, что свидетельствует о наличии статусной рассогласованности между инвестициями (затратами) и вознаграждениями индивида. Подобная ситуация статусной несбалансированности, идентификация рассогласованности инвестиций и вознаграждений, преобладание доли «недоплачиваемых» чиновников свидетельствует об элементе нестабильности социально-профессиональной группы российского чиновничества, что не может не сказаться на эффективности функционирования системы государственного и муниципального управления.
Одним из основных мотивов поступления на работу в государственные структуры является «надежда сделать карьеру».
Анализируя факторы профессиональной карьеры государственных служащих исследователи классифицируют их на общие, особенные и единичные [13]. Важнейшими общими факторами профессиональной карьеры являются высокий уровень мотивации к карьере, потребность в достижении, высокие профессионально-личностные стандарты, стремление к самореализации, аутопсихологические способности. К особенным факторам относят те факторы, которые в конкретных видах профессиональной деятельности способствуют достижению высоких показателей, влияют на успешность карьеры: организованность, рефлексию, стрессоустойчивость, умение обучаться. Единичные факторы отражают индивидуальные особенности госслужащих (в частности, динамика ценностных ориентаций, связанных с их возрастом). Ценность такого качества, как профессионализм, является значимым для всех возрастных групп госслужащих. Но для молодых специалистов (возраст до 30 лет) он является наиболее важным (77 %). Они также в большей степени ориентированы на такие профессиональные качества, как дисциплинированность (28 %) и ответственность (27 %). Эта тенденция подтверждается и в других исследованиях, посвященных карьерным стратегиям молодых чиновников [14].