М.А. Заблоцким описываются случаи выкармливания зубрицами чужих телят. Иногда одна из матерей кормит двух зубрят: своего и чужого. В то же время вторая мать из этой пары кормит молоком только своего теленка, а зубренка первой зубрицы к вымени не допускает. Таким образом, один зубренок получает 1,5 порции молока, а на долю второго остается только 0,5 порции. Развитие такого (второго) теленка вначале несколько задерживается, но с переходом на самостоятельное питание он начинает расти быстрее и в конечном итоге догоняет своих сверстников.
В ряде случаев можно говорить о коммунальном вскармливании молодняка. Иногда в этих целях объединяются две зубрицы и поочередно кормят обоих телят, (своего и чужого). Такие случаи довольно часты. Реже бывает коммунальное вскармливание тремя зубрицами трех телят (третьего теленка, в отличие от второго - «чужого», условно назовем «посторонним»). Зубренок, сосущий свою собственную мать, как правило, становится сбоку от нее. Второй теленок от другой самки («чужой») обычно вначале периода усыновление подходит к вымени чужой ему зубрицыв то время, когда первый теленок («свой») уже сосет! эту же самку. Первые попытки пососать чужую мать второй теленок делает, подходя к ней сзади и просовывая свою морду между задних ног зубрицы. Когда он уже освоится (через несколько дней сосания) он меняет свою позицию, становясь с другого бока самки, напротив ее собственного теленка с другой стороны корпуса зубрицы. Тут появляется возможность присоединится к ним теленку от третьей зубрицы («постороннему»), который подходит к вымени опять - таки сзади.
Л.М. Баскин (1971) описывал случаи вскармливания чужих телят самки северного оленя.
По нашим наблюдениям самка сайгака может кормить своих и чужих сайгачат одновременно, как и другие копытные животные. Однако, в литературе этот факт отрицается. Учитывая возможность кормления самкой чужих сайгачат, доказанной по нашим наблюдениям, можно предполагать, что в природной среде затаившиеся сайгачата, не найденные своей матерью, в течение первых суток жизни могут быть накормлены другой отелившиеся самкой, у которой есть свой сайгачонок. Не исключено, что описанная нами возможность одновременного кормления двух - трех и четырех сайгачат может выступать в роли важного приспособительного признака, способствующего сохранению этого уникального вида.
К концу первой недели сайгачонок, возможно подражая, матери, пробует траву. К концу второй - третьей недели сайгачонок начинает понемногу осваивать другие корма: сено, зерно, пьет воду. К концу третьей недели сайгачонок на непродолжительное время подходит к кормушке с зерном, пробует зерно и подходит к корытцу с водой. Вначале сайгачата жевали траву на корню, затем научились щипать и вытаскивать из рулона сено и вскоре они уже активно кормились растительными кормами. Большую роль в освоении новых видов корма играет подражание другим животным, особенно матери.
К месячному возрасту основу питания сайгачат по-прежнему составляет молоко, но и растительные корма начинают играть значительную роль в питании.
Наряду с растительными кормами сайгачата должны получать макро -микроэлементы. Сайгачата уже с десятидневного возраста начинают лизать соль. В этом же возрасте начинают пить воду из корытца, но в первое время пьют очень мало.
В течение дня у сайгаков в вольере наблюдаются периоды бодрствования покоя. Подобное чередование периодов присуще как взрослым животным, так новорожденным.
В природе проблему обеспечения водой сайгаки, как и другие пустынно степные животные, решают двояким путем.
Потребность в воде удовлетворяют в первую очередь за счет поеданий сочных кормов. Но в жаркую и сухую погоду посещение водопоев, хотя и не каждый день становится почти обязательным. Впереди обычно идет самка-вожак. Остановившись на берегу, возбужденные животные через несколько секунд вслед за самкой бросаются к воде, заходя в нее, если берег пологий начинают жадно пить. Водопой длится от 4 до 20 минут, пьют по 1,5 - 4 минуты.
3.2 Поведение годовалых самцов и самок при содержании в неволе
Нам удалось наблюдать отёл европейского сайгака в неволе в Центре диких животных РК и в сайгачьем питомнике «Яшкульский» РК. Отёл у сайгака в неволе происходит в те же сроки, что и в природной среде, т.е. начинается в последних числах апреля и продолжается в течение мая. В вольерах Центра и в вольере питомника «Яшкульский» годовалые самки и самцы содержатся вместе. К годовалому возрасту большинство самок, как правило, беременны и уже участвуют в отёле.
Половозрелость самок наступает в 7-8-месячном возрасте. Самки этого возраста, несмотря на незавершившиеся ростовые процессы, вероятно, издают химические сигналы, привлекающие половозрелого самца. Благодаря чему самки бывают покрыты половозрелым самцом - «хозяином гарема». В период гона, т.е. в 7-8-месячном возрасте, самки иногда делают ложную садку на другую самку. На наш взгляд целью ложной садки является стремление привлечь внимание «хозяина гарема» и сигнализация о наступившей готовности к спариванию.
Самки и самцы во время первого в их жизни гона, т.е. в 7-8-месячном возрасте проявляют полную индифферентность по отношению друг к другу. Причина такого отношения между одновозрастными самками и самцами кроетеся в том, что самцы ещё не достигли половой зрелости. Разная скорость полового созревания самцов и самок предотвращает инбридинг, что особенно важно при содержании сайгаков на ограниченной территории вольера. Этот механизм безусловно, действует и в природной среде.
Нам не приходилось наблюдать во время гона, чтобы 7-8-месячные самцы делали садку на самку. Вне периода гона самцы и самки первого года жизни ведут себя достаточно спокойно. Мы не наблюдали агрессии одного годовалого самца к другому. Во время отёла годовалые самцы продолжают оставаться в этом же вольере. Они, как правило, не беспокоят рожающих самок и новорожденных сайгачат.
3.3 Поведение взрослых самцов и самок в смешанной группе
В целом сайгаки, как самки, так и самцы, вне периода гона достаточно миролюбивые животные.
Поведение взрослых особей меняется в течение года. Зимой, во время гона, который мы наблюдали в питомнике « Яшкульский», сайгаки образуют «гарем» состоящий из самок, охраняемых самцом. Неполовозрелые самцы находятся в гареме. «гонный» самец относится к 7-8-месячным самцам с безразличием.
Полуторагодовалые самцы в природной среде в период гона формируют отдельные стада.
Половая активность самцов подвержена значительным сезонны изменениям. Высокий уровень половой активности отмечается в ноябре-январе, именно к этому периоду приурочен гон у сайгаков.
Так же как и у самцов, основной период повышенной половой активности самок приурочен к декабрю-январю.
В период гона самцы почти не кормятся, только время от времени едят снег. К концу гона оба половозрелых самца были сильно истощены.
На протяжении предгона (так мы условно назвали последнюю декаду ноября) и гона, молодые самцы вели себя спокойно, хотя и находились в одних вольере с половозрелыми самками. В период гона половозрелые самки становятся источником химических сигналов.
Самки в отличие от самцов к восьми месяцам уже половозрелы. Асинхронно наступающее половое созревание у самок и самцов, служит фактором, препятствующим скрещиванию самцов и самок, родившихся от одной самки.
К 15-20 декабря 2004 года были сформированы «гаремы». В питомнике мы наблюдали образование двух «гаремов», состоящих из 9-10 самок, которые спокойно паслись в 15-20 метрах друг от друга. Таким образом, групповая дистанция у сайгаков в период гона в неволе составляла 15-20 метров. «Хозяева гаремов» строго следили за своей группой, и даже малейшая попытка другого самца приблизиться к стаду заставляла «хозяина гарема» выбегать навстречу сопернику и прогонять его. Самки, которые пытались покинуть гарем, были) самцом возвращены в группу. «Гонные» самцы были самыми крупными из всех половозрелых самцов.
На участках территории между «гаремами» держатся резервные половозрелые самцы, которые время от времени предпринимают попытки отбить чужих самок. При появлении соперника доминирующий самец выбегает навстречу и пытается отогнать его от «гарема». В большинстве случаев резервный самец уходит, но иногда установление иерархии между соперниками решается путем драки. Оба самца бодают противника рогами и пытаются прижать голов соперника к земле измеряя, таким образом, силу. Более слабый занимают поз подчинения, то есть побежденный самец опускает голову ниже голов победителя. Если во время драки силы оказались равны, то один из них начинает гнаться за другим и более слабый будет изгнан. При столкновении разных по силе противников драки принимают ожесточенный характер и часто заканчиваются гибелью одного из них. Вo время гона агрессия может быть направлена и на самок. Из доступной нам литературы известно множество случаев гибели самок во время гона.
Мы наблюдали, как самец обрызгивал себе мочой живот и область шеи, принимая характерную позу: наклоняя голову вниз и слегка приседая на задние ноги. Вероятно, этот образец поведения усиливает химическую коммуникацию самцов во время гона.
Самки совершали ложные садки друг на друга, привлекая внимание самца, который ходил по вольеру, затем внезапно останавливался и принюхивался, а подходя к каждой особи и обнюхивая их анальную область. На некоторых гонный самец не обращал внимания, видимо, определяя их неготовность к спариванию.
В литературе указывается, что самцы определяют содержание в воздухе феромонов, что в переводе с греческого - «несущий возбуждение». Пока нет окончательного представления, что они собой представляют, как они воспринимаются, как узнаются мозгом, но имеются факты, свидетельствующие о том, что они играют важную роль в формировании репродуктивного поведения, в определении партнера, и в сообщении о собственном репродуктивном статусе.
В период проведения наблюдений нам не удалось зафиксировать, как самцы метят территорию секретом предглазничной железы.
По свидетельствам техников и сотрудников Центра, самцы оставляли секрет предглазничной железы на ограждениях, кормушках, столбах. Нам удалось наблюдать, как самец терся шеей о столб заграждения и оставлял, таким образом, на столбе шерсть, обозначая свою территорию. Следовательно, самцы территорию своего присутствия метят секретом предглазничной железы, шерстью, мочой и, возможно, фекалиями.
В вольере возбужденные феромонами самцы постоянно, в течение всего дня, перемещались и становились агрессивными по отношению друг к другу.
Сайгаки молчаливые животные. Звуковую коммуникацию можно наблюдать только во время предгона, гона и отела. Зимой самцы издают звуки схожие с хрюканьем, которое слышно на расстояние около 200 метров. Таким образом, указывая, что именно он является «хозяином гарема».
К третьей декаде апреля и первой декаде мая приурочен отел у сайгаков в неволе, как и в природной среде. Мы наблюдали отел в питомнике «Яшкульский» РК.
Признаками близких родов самок служат этологические показатели, обычно видимые визуально при наблюдении за сайгаками в бинокль. Самка, предчувствующая приближение родов уединяется, и может до двух-трех дней находиться одна. При этом она ведет себя суетливо, движения беспокойны, напоминают поиск чего-то потерянного. Самка часто осматривается. Нередко выбирает ямку-лежку, окруженную высокой травянистой растительностью.
Как только у самок появился молодняк, как правило, у взрослых особей это два детеныша, устанавливается прочная связь между матерью и детенышами, связь с другими особями ослабевает.
Для родов самка выбирает сухое место и, как правило, рожает в первой половине дня, чтобы сайгачонок успел подсохнуть и не заболел лежа на холодной земле в ночное время суток.
Нами определено и четко было зафиксировано задерживание родов самкой сайгака, в конце светового дня.
Самки - сеголетки по нашим наблюдениям рожали более продолжительное время по сравнению с самками старшего возраста.
У самок всех возрастов период от начало родовой деятельности до появления головки плода в родовых путях по продолжительности мало отличался. Самки с начавшейся родовой деятельностью продолжали ходить по вольеру. У них происходило набухание наружных половых органов, периодически в родовых путях появлялся раздутый плодный пузырь. Самку с признаками начавшейся родовой деятельности можно было наблюдать в течение часа. О наступлении родовой деятельности свидетельствовало учащение дыхания в несколько раз по сравнению с самкой, находящейся вне родовой деятельности, в состоянии покоя. Самки с начавшейся родовой деятельностью часто перемещались по вольеру, периодически ложились.
О дальнейшем усилении потуг свидетельствовало появление родовых путях сначала кончиков передних конечностей плода, а затем кончика морды плода, прижатой сверху к передним конечностям. Начиная с данной стадии родов и до полного выхода плода из родовых путей, нами выявлена существенная разница в продолжительности родов у годовалых самок и самок двух - трехлетнего возраста. У самок двух - трехлетнего возраста, более крупных по массе, плод проходил по родовым путям быстрее. Этот процесс мог длиться порядка 20 минут. Следует учитывать тот факт, что самки двух - трехлетнего возраста участвовали в отеле повторно, в связи с чем прохождение плода по родовым путям происходило легче и быстрее. Прохождение плода по родовым путям у годовалых самок, начиная с момента появления в родовых путях кончика передних конечностей до полного выхода плода, длилось в среднем около часа, у некоторых самок -сеголеток длилось до полутора часов.
По нашим наблюдениям отелившиеся самки в период покоя никогда не лежат с сайгачатами вместе.
Нами отмечено одномоментное кормление маткой большого и маленького сайгачонка.
Первых новорожденных 2005 года мы наблюдали 10 мая. Они родились днем (в 13.20) от одной самки. Весь процесс родов занял не более 30 минут, что является нормой для самки двух лет. Как правило, сайгаки рожают до 6 часов вечера, чтобы сайгачонок успел обсохнуть до наступления ночи.