Рассматривая формирование процессуального статуса потерпевшего, необходимо назвать следующие его этапы: 1) фактическое претерпевание лицом вреда, который явился следствием совершенного уголовно наказуемого деяния; 2) обращение этого лица с заявлением о преступлении в правоохранительные органы либо вовлечение его в деятельность по проверке первоначальной информации о преступлении иным образом (например, при получении сообщения о преступлении из иного источника); 3) признание лица потерпевшим, оформленное соответствующим постановлением дознавателя, следователя, судьи, определением суда. Действующее уголовно-процессуальное законодательство не учитывает нахождение лица в фактическом положении потерпевшего, т.е. на первом этапе представленной нами периодизации. Полный процессуальный статус потерпевшего лицо получает только на третьем этапе. Неоднозначно отношение законодателя к пострадавшему во второй стадии, когда лицо по своей воле или волеизъявлению органов, осуществляющих судопроизводство, вовлекается в производство предварительной проверки сообщения о преступлении. В некоторых случаях пострадавший от преступления в такой проверке участия не принимает. В связи с этим оправданным видится вопрос, который ставит М.Г. Чепрасов: «С какого же момента лицо, потерпевшее от преступления, может реализовать свои интересы?». Для обозначения лица, обратившегося с заявлением о преступлении, законодатель употребил слово «заявитель» (ст. 141, ч. 4 ст. 146, ч. 2 ст. 145, ч. 4 ст. ст. 146 и 148 УПК РФ). В юридической литературе, как правило, используется этот же термин. Представляется, что такое наименование лица, пострадавшего от преступления, неудачно.
В русском языке слово «заявитель» употребляется в отношении того, кто подает заявление, т.е. официальное сообщение, сделанное в устной или письменной форме. Широкое понимание рассматриваемого термина привело к тому, что в уголовном судопроизводстве его используют в нескольких значениях. Во-первых, заявителем называют лицо, заявившее ходатайство (ст. ст. 120, 219 УПК РФ). Во-вторых, лицо, принесшее жалобу на действия должностных лиц, осуществляющих судопроизводство. При этом данное понятие используется как в главе 16 УПК РФ, определяющей общие правила обжалования действий и решений суда и должностных лиц (ст. ст. 124, 125 УПК РФ), так и в предписаниях закона, устанавливающих правила обжалования судебных решений (например, ст. 40I4 УПК РФ). В-третьих, как мы отметили выше, понятие «заявитель» многократно употребляется в главах 19 и 20 УПК РФ, регламентирующих рассмотрение и разрешение первичной информации о преступлениях. Используется оно и в других ситуациях (ст. ст. 318, 399, 463 УПК РФ). Таким образом, определение понятия и правового статуса заявителя должно рассматриваться с учетом указанных выше обстоятельств.
Вместе с тем возникает вопрос: «Является ли заявитель самостоятельным участником уголовного судопроизводства?» Ответить на него однозначно, на наш взгляд, не представляется возможным. Так, в ч. 3 ст. 119 УПК РФ словом «заявитель» обобщенно обозначаются лица, имеющие право заявить ходатайство. В части I данной статьи указан круг лиц, которые обладают этим правом: подозреваемый, обвиняемый, его защитник, потерпевший, его законный представитель и представитель, частный обвинитель, эксперт, а также гражданский истец, гражданский ответчик, их представители. Таким образом, термином «заявитель» здесь не обозначается автономный субъект уголовно-процессуальных отношений.
Иначе дело обстоит с заявителем, которого законодатель упоминает в главах 19 и 20 УПК РФ, где под этим участником имеется в виду лицо, предоставившее первичную информацию о преступлении. В данном случае есть основания предполагать, что речь идет об обособленном участнике уголовного судопроизводства.
Однако в разделе II «Участники уголовного судопроизводства» УПК РФ, где такой субъект не упоминается, имеются: глава 5 «Суд»; глава 6 «Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения»; глава 7 «Участники уголовного судопроизводства со стороны зашиты»; глава 8 «Иные участники уголовного судопроизводства». Логическое восприятие наименования частей и структуры этого раздела может привести к выводу, что в нем дан исчерпывающий перечень субъектов, участвующих в уголовном процессе. Наименование главы 8 УПК РФ может сформировать представление, что в нее включены все участники уголовного судопроизводства, не вошедшие в иные главы, по остаточному признаку. Такие опасения высказываются в теории уголовного процесса'.
По в главе 8 УПК РФ определен не весь круг субъектов, не упоминаются и рассматриваемый нами заявитель, а также поручитель (ст. 103 УПК РФ), залогодатель (ст. 106 УПК РФ), секретарь судебного заседания (ст. ст. 68, 245 УПК РФ) и многие другие. Можно ли их именовать участниками уголовного судопроизводства? Если использовать подход, в соответствии с которым участники уголовного судопроизводства - это только те, которые упомянуты в разделе II УПК РФ, то положительного ответа не будет. Но это прямой путь к возникновению дискуссии, подобной той, которая существовала по вопросу о понятии и круге участников уголовного процесса во второй половине XX в. 1 В настоящее время такой научный спор, очевидно, не возникнет, поскольку УПК РФ содержит понятие участников уголовного судопроизводства - это лица, принимающие участие в уголовном процессе (п. 58 ст. 5 УПК РФ). Данное определение позволяет к числу участников отнести всех, кто вовлечен в уголовно-процессуальные отношения независимо от того, упомянут этот субъект в разделе II УПК РФ или нет. Напрямую это касается и заявителя, о котором идет речь в главах 19, 20 УПК РФ. Вот только дефиниция, имеющая место в ст. 5 УПК РФ, оторвана от текста упомянутого раздела, что создает определенные неудобства в правильном восприятии смысла закона».
Значимость дифференциации проблем обеспечения прав и законных интересов потерпевшего не вызывает сомнений. Практическое ее воплощение можно увидеть, например, а специальном докладе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации «Проблемы зашиты прав потерпевших от преступлений». Этот документ имеет рубрикацию, что позволило не только обозначить перечень проблем, имеющихся в данной сфере, но и показать, с одной стороны, их относительную обособленность, а с другой - взаимосвязь.
Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации посчитал нужным выделить в своем докладе введение, а также разделы, которые охватывают проблемы:
правого положения потерпевшего в уголовном судопроизводстве;
вопросы, касающиеся нарушения прав потерпевшего, как лица, являющегося участников уголовного процесса;
аспекты, связанные с нарушением прав потерпевшего, которые касаются вопросов возмещения материального и морального вреда от преступления;
вопросы, касающиеся защиты прав потерпевшего на уровне закона и практики;
проблемы, которые связаны с нарушением прав потерпевшего на участие в уголовном судопроизводстве вместе с обвиняемым и подозреваемым.
Завершает документ раздел «Предложения», в котором представлены основные пожелания, направленные на совершенствование законодательства, решение организационных, финансовых и иных вопросов, способных повысить качество обеспечения прав и законных интересов потерпевшего.
В русском языке слово «заявитель» употребляется в отношении того, кто подает заявление, т.е. официальное сообщение, сделанное в устной или письменной форме. Широкое понимание рассматриваемого термина привело к тому, что в уголовном судопроизводстве его используют в нескольких значениях. Во-первых, заявителем называют лицо, заявившее ходатайство (ст. ст. 120, 219 УПК РФ). Во-вторых, лицо, принесшее жалобу на действия должностных лиц, осуществляющих судопроизводство. При этом данное понятие используется как в главе 16 УПК РФ, определяющей общие правила обжалования действий и решений суда и должностных лиц (ст. ст. 124, 125 УПК РФ), так и в предписаниях закона, устанавливающих правила обжалования судебных решений (например, ст. 40I4 УПК РФ). В-третьих, как мы отметили выше, понятие «заявитель» многократно употребляется в главах 19 и 20 УПК РФ, регламентирующих рассмотрение и разрешение первичной информации о преступлениях. Используется оно и в других ситуациях (ст. ст. 318, 399, 463 УПК РФ). Таким образом, определение понятия и правового статуса заявителя должно рассматриваться с учетом указанных выше обстоятельств.
2. Обеспечение прав и интересов потерпевшего в ходе досудебного производства по уголовному делу
.1 Правовой и организационный аспекты участия потерпевшего в процессе доказывания по уголовному делу
Участие потерпевшего в доказывании по уголовным делам широко обсуждается в юридической литературе. По этому поводу высказываются различные, причем, иногда противоположные позиции. Как правило, авторские мнения аргументированы и содержат ссылки на отдельные положения закона. Вместе с тем возникает вопрос: а всегда ли нормативные предписания, выступающие подчас важными аргументами при отстаивании той или иной позиции, последовательны, логичны, грамотно вплетены в ткань закона? Возможно, расхождения во мнениях порождены ненадлежащим состоянием законодательного регулирования, в том числе небрежным отношением к используемым терминам и понятиям? Предпринятая нами попытка осуществить исследование данного вопроса дала определенные результаты, которые мы предлагаем вашему вниманию.
Часть I ст. 73 УПК РФ начинается словами «При производстве по уголовному делу подлежат доказыванию…». Критическое осмысление этого фрагмента позволяет сделать вывод о том, что здесь законодателем использовано безличное предложение, т.е. эта правовая установка не адресована конкретным субъектам уголовно-процессуального права. Кроме того, использовано слово «подлежат», которое можно толковать и как право осуществлять эту деятельность, и как обязанность доказать наличие (или отсутствие) указанных законодателем обстоятельств1. В связи с этим не ясно, в какой мере эти предписания распространяются на потерпевшего.
Правильно ли поступил законодатель, использовав в рассматриваемой норме безличное предложение, и кому может быть адресована фраза «подлежат доказыванию»? То, что она адресована не всем участникам уголовного судопроизводства, очевидно. Не осуществляют доказывания свидетели, эксперты, специалисты, хотя сведения, предоставленные ими, могут быть значимы для уголовного судопроизводства, и если они соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности, то могут стать доказательствами. Существуют участники уголовного процесса, которые выполняют вспомогательную (по отношению к процессу доказывания) функцию (переводчики, понятые, поручители, залогодатели и др.) и которые имеют еще более опосредованное отношение к доказыванию. Явно, что не этих субъектов имел в виду законодатель, формулируя положения ч. I ст. 73 УПК РФ.
Вместе с тем в УПК РФ употребляется термин «стороны», под которым понимаются участники уголовного судопроизводства, выполняющие на основе состязательности функцию обвинения (уголовного преследования) или зашиты от обвинения (п. 45 ст. 5 УПК РФ). Анализ положений глав 6 и 7 УПК РФ, в которых определен круг и процессуальный статус этих участников, свидетельствует, что именно они заинтересованы в доказывании обстоятельств, поименованных в ст. 73 УПК РФ, и имеют возможность осуществлять эту деятельность. Среди них упомянут и потерпевший. Очевидно, их и надо было указать в ч. 1 ст. 73 УПК РФ, употребив термин «стороны».
Является ли доказывание обстоятельств, изложенных в ст. 73 УПК РФ, юридической обязанностью указанных выше субъектов или это их субъективное право? Анализ положений, содержащихся в ст. 14 УПК РФ, позволяет утверждать, что обязанность доказывания лежит на стороне обвинения и, напротив, этой обязанностью не обременен обвиняемый. Однако руководствоваться в данном случае только этой нормой, на наш взгляд, было бы неправильным. В статье 21 УПК РФ, поименованной «Обязанность осуществления уголовного преследования», речь идет не обо всех представителях стороны обвинения, а только о прокуроре, следователе, органе дознания, дознавателе, которые должны в каждом случае обнаружения признаков преступления принять предусмотренные законом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в его совершении. Содержание ст. ст. 42,44,45 УПК РФ подтверждает вывод о том, что на таких представителях стороны обвинения, как потерпевший, гражданский истец, их представители (в том числе и законные) не лежит обязанности осуществления доказывания по уголовному делу. Вместе с тем в этих нормах содер-жатся указания на право участвовать в этой деятельности». Подобное имеет место и в отношении представителей стороны зашиты. В главе 7 УПК РФ многократно указывается на право не только обвиняемого, но и иных участников этой группы (подозреваемого, гражданского ответчика, защитника) участвовать в процессе доказывания, но ни разу не сформулирована такая юридическая обязанность.
Неоднозначно этот вопрос решается в отношении суда, но с учетом направленности нашего исследования мы его касаться не будем.
Считаем возможным согласиться с мнением о том, что субъектов доказывания можно подразделить на две группы: лиц, для которых доказывание является обязанностью, и лиц, для которых участие в доказывании по уголовным делам является правом. Но при этом данные группы не совпадут по своему составу с классификационными группами участников судопроизводства, образованными в зависимости от принадлежности к той или иной стороне». Потерпевший согласно такой классификации должен быть отнесен ко второй группе вместе с подозреваемым и обвиняемым.
В связи с этим становится объяснимой позиция законодателя, применительно по отношению к праву или обязанности субъекта, допускающее как то, так и другое.
Формулировка ч. 1 ст. 73 УПК РФ заимствована из ранее действовавшего уголовно-процессуального законодательства, но, например, в УПК РСФСР 1960 г. (далее - УПК РСФСР) она выглядела несколько иначе: «При производстве дознания, предварительного следствия и разбирательстве уголовного дела в суде подлежат доказыванию…» (ч. I ст. 68 УПК РСФСР). В этой фразе указаны, кроме того, этапы уголовного судопроизводства, на которых должно происходить доказывание значимых для уголовного дела обстоятельств. В действующем законе этого нет. Таким образом, анализ современного законодательного предписания порождает вопрос: на каких стадиях уголовного процесса подлежат доказыванию обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ.
Текст, содержащийся в ч. 1 ст. 68 УПК РСФСР, в этой части выглядел конкретнее, хотя и требовал толкования. Так, словосочетания «производство дознания» и «предварительное следствие» указывают на одну и ту же стадию производства по уголовному делу - предварительное расследование, которое осуществляется в двух формах (предварительное следствие и дознание). Напротив, фраза «разбирательство уголовного дела в суде» подразумевает несколько этапов уголовного судопроизводства. В пункте 51 УПК РФ поясняется: судебное разбирательство - судебное заседание судов первой, второй и надзорной инстанции. Таким образом, речь идет о трех стадиях уголовного процесса во всех их проявлениях и формах1.
Путем системного анализа текста УПК РФ можно установить, что производство по уголовному делу имеет свое начало. Содержание ст. ст. 145, 146, 156 УПК РФ позволяет утверждать, что таким моментом является возбуждение уголовного дела. Используя приемы логики, следует прийти к выводу, что рассматриваемое производство оканчивается либо в момент прекращения уголовного дела, либо в момент вступления приговора в силу. Па это косвенно указывают положения ст. ст. 212,213, 390, 391 УПК РФ. Следует иметь в виду, что производство по уголовному делу (как прекращенному, так и по которому вступил в законную силу приговор) может быть возобновлено (ст. ст. 214, 401, 412, 417 УПК РФ). Таким образом, можно утверждать, что производство по уголовному делу имеет место в стадиях предварительного расследования, суде первой, второй и надзорной инстанций. Не осуществляется производство по уголовному делу в стадиях возбуждения уголовного дела и исполнения приговора, хотя при этом имеет место уголовно-процессуальная деятельность (иными словами, юридическое производство). Па этапе возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств вопрос о возобновлении такого производства окончательно разрешается лишь в заключительной части этой стадии уголовного процесса (ст. ст. 417-418 УПК РФ). Поэтому все то, что осуществляется до этого (например, установление повода, возбуждение прокурором производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств и др.), производством по уголовному делу не является, хотя имеет с ним сходные черты.