Решения окружных и словесных судов могли быть обжалованы, но обжалование не было прямым, решения окружных судов и словесного суда вначале должны были обжаловаться военным начальником отделов, а решения «словесных» судов автономных владений - владетелю (хану, шамхалу). Эти лица либо утверждали решение суда, либо передавали дело на рассмотрение командующему войсками, который мог разрешить дело единолично или передать его на рассмотрение народного суда.
Обобщим все вышесказанное. Таким образом, «военно-народная» администрация -- от командующего войсками до окружных начальников не только контролировала деятельность «народных и словесных» судов, но и сама себя наделяла правом заменять судебное разбирательство своим личным решением по делу.
Процедура разбирательства дел в судах регулировалась временными правилами, разработанными для окружных и словесных судов. Правила основывались на разделении населения на три категории:
- «туземцы», т.е. коренные жители;
- лица «гражданского ведомства» (чиновники), проживающие на территориях Северного Кавказа, но - бывшие жители внутренних губерний России;
- военнослужащие - чины «военно-народного» управления (к ним приравнивались чиновники, не имеющие военного звания).
В соответствии с этим вводилась различная подведомственность уголовных дел, различные правовые источники для их разбирательства. Если в рассматриваемом деле участвовали представители разных категорий лиц, дело разрешалось или начальником отдела, или командующим войсками в зависимости от сложности дела.
В частности, по «особым правилам» разбирались дела, по которым адат предписывал наказание, «несообразное с настоящим временем», - смертная казнь, отсечение конечностей, телесное наказание тем лицам, которые были освобождены от него по «русским законам». По «особым правилам» рассматривались дела, которые не регулировались адатом, вследствие определенных обстоятельств. «Особые правила» составлялись в суде и утверждались командующим войсками. Они воспринимались, как судебный прецедент, и были обязательными для судов при решении аналогичных дел (в будущем).
Решения «народных» судов (которыми руководили окружные начальники) по искам на сумму 100 руб., во главе с начальниками отделов - до 200 руб. (в словесном суде Присулакского наибства Дагестанской области - до 50 руб.) не опротестовывались.
Все остальные решения могли быть обжалованы в двухмесячный срок у военных начальников отделов или у командующих войсками. Все дела по искам на сумму более 200 руб. (а также дела по претензиям поселян на «притеснения владельцев земли»), по спорам между владельцами земли о размере «земельных повинностей», по спорам о недвижимости должны были передаваться на рассмотрение командующего войсками. Последний мог разбирать дела лично или передавать их на рассмотрение народного суда, решения которого он сам и утверждал.
В системе судебной власти, действовавшей на основании военно-народного управления, прослеживается принцип совмещения судебной и административной власти, причем власть чинов «военно-народного» управления имела неоспоримый приоритет над властью «народных» судов.
Закреплялся и принцип сословности -- если одна из спорящих сторон представляла «высшее сословие мусульман», а в суде не было представителей от этого сословия, то по просьбе этой стороны в судебное заседание с правом голоса в качестве депутата мог быть допущен специально выбранный ей представитель.
Властям было необходимо закрепить на практике созданную судебно-правовую систему, поскольку она учитывала множество составляющих общественную жизнь элементов, и способствовала сохранению гражданского мира.
Литература
1. Геворкьян Д.П. Правовые особенности судебной системы Дагестанской области во второй половине XIX века // Российское право в Интернете. 2006. № 3. [Электронный вариант] (дата обращения: 24.05.2011).
2. Геворкьян Д.П. Указ. соч.; Исмаилов М.А. Роль обычного права в становлении правовой системы народов Дагестана // Правовая система Дагестана в условиях формирования гражданского общества (г. Махачкала, 14 апреля 2005 г.). Махачкала, 2005.
3. Геворкьян Д.П. Указ. соч.; Халифаева А.К. Влияние буржуазных реформ России 60 -- 70 годов XIX века на развитие судебных структур Дагестана // Следователь. Федеральное издание. М., 2004. № 6. С. 63--64.
4. Исмаилов М.А. Формы правления в дореволюционном Дагестане. Теократия // Вестник ХГУ. Хмельницкий, 2003. № 5. С. 76.
5. Ковалевский М.М. Закон и обычай на Кавказе. М., 1890. Т. 1. С. 344.
6. Ковалевский М.М. Родовое устройство Дагестана // Юридический вестник. М., 1888. Т. 29. Ч. 3. С. 541; См., также данные о более раннем времени: РГВИА. Ф. 482. Оп. 1. Д. 207.
7. См.: Материалы для истории управления Дагестанской областью // Дагестанский сборник. Вып. 1. Отдел 2. Темир-Хан-Шура, 1902. С. 257--277.
8. Халифаева А. К. Убийство, кровомщение, поранение и увечья по адатам Дагестана в XIX в. // Актуальные проблемы региональной преступности. Махачкала, 2003. С. 49--52.
9. Халифаева А.К., Агакеримова Ч.А. Сравнительно-правовой анализ взаимодействия адата, шариата и законов России в Дагестане в 60-е гг XIX--нач. XX вв.// Сборник научных трудов лаборатории социально-правовых исследований и сравнительного правоведения ЮФ ДГУ. Махачкала: [Электронный вариант.] (дата обращения: 24.05.2011).
10. Эсадзе С. Указ. соч. Ч. 1. С. 175.