ПЕЩЕРЫ СОФРОНИЕВОЙ ПУСТЫНИ
протоиерей Александр Чурочкин
В статье на основании вновь выявленных архивных документов сделана попытка проследить историю возникновения и обустройства пещерного комплекса Софрониевой пустыни в XVII--XIX вв. Основное внимание уделено подземному храму Рождества Христова; в качестве иллюстративного материала впервые публикуются редкие снимки интерьера пещерной церкви и входа в комплекс.
Ключевые слова: Молченская Софрониева пустынь, игумен Арсений, пещерный комплекс, подземная церковь Рождества Христова, иконостас.
история софрониева пустынь пещерный комплекс
Чурочкін О.А., протоієрей
Печери Софронієвої пустині
У статті на основі нововиявлених архівних документів зроблено спробу простежити історію виникнення і облаштування печерного комплексу Софронієвої пустині в XVII-.XIX ст. Основну увагу приділено підземному храму Різдва Христового; в якості ілюстративного матеріалу вперше публікуються рідкісні знімки інтер'єру печерної церкви та входу до комплексу.
Ключові слова: Молченська Софронієва пустель, ігумен Арсеній, печерний комплекс, підземна церква Різдва Христового, іконостас.
Среди достопримечательностей древней Северской земли одно из ведущих мест по праву занимает славная в прошлом Молченская Печерская Рождество-Бо- городицкая Софрониева пустынь. Несмотря на утрату (уже в послевоенное время) подавляющего большинства архитектурных доминант, обитель продолжает притягивать к себе паломников и туристов не только с Украины, но и стран ближнего и дальнего зарубежья.
Как следует из самого названия монастыря, подобно многим другим древним обителям, Молченская Софрониева Печерская пустынь зародилась в пещерах. Недостаточная изученность в археологическом плане, а также отсутствие летописных данных пока не позволяют нам с достоверной точностью установить время создания пещерного комплекса в недрах Чудной горы.
Рукописные автографы древних монастырских преданий погибли в круговороте века ХХ, поэтому нам остаётся только верить их интерпретации, опубликованной в «Описании Софрониевой пустыни» (далее - «Описание») [1, с. 6-10].
Рассказывая о принесении «около 1300 года» первообраза Молченской иконы, автор «Описания» сообщает, что два киевских монаха, придя сюда, «обрели небольшую пещеру в горе Чудной и обновив оную, начали жить в ней, пустыннически работая Богу». И далее продолжает, что, прожив в пещере «не малое время, на месте сем скончались и погребены в той же пещере, в коей жили» [1, с. 7-8]. Игумен Палладий (Батенин) в своём труде даёт уточнение, что найденная монахами пещера была, «вероятно, плодом трудов подвижников бывшего здесь монастыря» [3, с. 11].
Автор «Описания» указывает, где именно (по его мнению) находилась пещера, в которой жили легендарные иноки, сообщая нам, что «при перестройке, в 1834 г., соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы и при рытье нового под оную фундамента, открыта сия пещера, с правой стороны олтаря, над коею выстроена ризница» [1, с. 8]. Судить о том, насколько верным было такое отождествление, в наше время сложно. Соборный храм обители был стёрт с лица земли, место, где он находился, спланировано техникой, и, казалось, было навсегда забыто. Лишь во время археологических раскопок 2002 года (под руководством Ю.А. Ковален- ко) фундаменты собора были локализованы и вскрыты, причём, насколько позволяют судить материалы изысканий, остатки ризницы и пещеры под ней так и не были обнаружены.
Уцелевший и доступный для посещения в наши дни пещерный комплекс расположен совсем в другом месте, а именно на юго-западном склоне монастырской горы, в лесу за кладбищем. Именно здесь его локализуют все известные планы обители.
Рис. 1. Изображение Молченской пустыни на плане 1679 года.
Публикуется впервые
Рис. 2. Иконостас пещерной церкви на рубеже XIX-ХХ вв. Фото Я.К. Фесика. Публикуется впервые
Самое раннее графическое изображение пещерного комплекса (вернее, не самих пещер, а входа в них) содержится в рукописном документе «чертёж земли Мол- чанского монастыря в Путивльском уезде» (рис. 1), датированном 1679 годом [5, л. 264/об.]. На рисунке видим «болото Молъченъское», «Булычев лог», переходящий в «Глыбей лог». Изображение монастыря помещено в центре рисунка, у правого края. По сторонам от одноглавого, увенчанного восьмиконечным крестом, храма, расположены три здания келий. Всё это обнесено деревянной оградой, за которой находятся сад и огород, а под последними написано слово «печеры» и схематическое изображение какого-то сооружения.
Рис. 3. Вход в пещерный комплекс на рубеже XIX-ХХ вв. Фото Я.К. Фесика. Публикуется впервые
Со второй половины XVII в. к названию древней Молченской пустыни добавляется ещё одно слово - «Софрониева», по имени выдающегося старца-строителя, преподобного Софрония (Батоврина), который мудро управлял обителью с 1656 до самой смерти в декабре 1692 г. Рассмотренный выше графический документ появился как раз во время строительства старца Софрония, через девять лет после возобновления независимого существования древней пустыни (с 12 мая 1670 г.).
Интересно отметить, что почти через столетие, в 1785 г., курский губернский землемер Иван Башилов в своём «Описании Курского наместничества вообще и порознь: всякого города и уезда, с планами городов и картами уезда» писал: «строителем Со- фронием устроены церкви, кельи и пещеры» [6, л. 8/об.]. Неизвестно, на чём базируется такое утверждение, было ли оно личным умозаключением Башилова или фиксацией устного предания, тем не менее, оно едва ли не впервые указывает нам имя создателя пещерного комплекса.
Рис. 4. Поверхность земли над пещерным комплексом, 1892 г. Фото В.Д. Машукова
Рис. 5. Икона Преображения Господня из иконостаса пещерной церкви. Современный вид
Преемник старца Софрония, строитель-иеромонах Серапион (фамилия не установлена, управлял обителью до 1718 года), продолжил труды своего предшественника, в том числе и по обустройству пещер. В начале 1713 г. старец Серапион подал челобитную (подробности которой нам пока неизвестны) в Московский Патриарший Приказ, откуда последовал ответ : «1713 года марта 3 ... велено ему [Серапиону] в том Молчинском монастыре вместо ветхой древяной церкви построить вновь церковь в Печерах на удобном месте» [4, с. 87].
Из документа следует, что до 1713 г. в пещерах уже был «древяный» храм. Скорее всего, ввиду дороговизны материалов и бедности едва начинавшей становиться на ноги обители, стены выкопанной в лёссовой породе церкви были укреплены не кирпичом, а деревом. В ответе из Патриаршего Приказа нет указания, какой должна быть новая церковь - деревянной или каменной, отмечено лишь, что она должна быть построена на «удобном месте». Неизвестно, что именно удалось сделать в пещерах старцу Серапиону, скажем лишь, что через полстолетия к этому вопросу вернулся другой настоятель пустыни, игумен Арсений. Именно ему мы обязаны появлением сохранившегося до наших дней каменного храма в пещерах Софрониевой пустыни.
Игумен Арсений (фамилия не установлена) был уроженцем Киева, до назначения в Софрониеву пустынь состоял в числе соборных старцев Московского Чудова монастыря. В Молченскую обитель определён на должность игумена митрополитом Московским и Калужским Тимофеем (Щербацким) 15 июня 1763 г. Будучи молченским игуменом, в 1770 г., был командирован в Москву для участия в реставрации икон Благовещенского собора Кремля, которая проводилась «под его смотрением» как «искусного в живописи» [2]. В 1772 г. уволился в Киево-Софийский монастырь, где и скончался» [3, с. 118].
21 сентября 1765 г. игумен Арсений подал в Духовную Консисторию на имя епископа Севского и Брянского Тихона (Якубовского) прошение, где писал о следующем: «Путивльской Молченской Софрониевой пустыни игумен з братиею имея разсуждение что по свидетельству тоя пустыни престарелых монашествующих под сим же подписавшихся иеромонахов духовника Вениамина и Дионисия да схимонаха Иосипа, в имеющейся во оной пустыни выкопанной изъдревле близ задних монастырских ворот в лесу нат садом именуемых Молчановых пещер до разорения города Путивля и протчих градов и монастырей имелась церковь в честь и память святых преподобных и богоносных отец наших Антония и Феодосия Печерских, и в ней священнослужение в воскресные и праздничные дни бывало; а во время варварскаго нахождения обще с пустынею церквами Божиими и во оной пещере церковь сожжена и разорена. По котором разорении за крайним оскудением и разорением пустыни означенная пещера без устроения в ней по-прежнему церкви Божией запустела, и доселе имеется быть впусте невредима; означенные ж монашествующие о той имевшейся в пещере церкви известия было имеют тоя ж пустыни от древних оставшихся по разорении монахов же, коих ныне в лицах ни единаго человека не имеется. Приговорили, с помощию Вышняго и Пресвятой Его Богоматере, також и христолюбивых подателей вышеупоминаемую пещеру в прежнее ея состояние з благословения преосвященнейшаго Тихона епископа Севскаго и Брянскаго, при- весть и в ней на прежнем месте, для лутчаго обители святой украшения и всегдашнего приношения при без- кровной жертве Господу Богу о много летном здравии Ея Императорскаго Величества и всея Ея Императорскаго Величества высочайшей фамилии и за вся православныя христианы моления, церковь в честь и память тех же святых отец Антония и Феодосия Печерских построить по подобию святых церквей и всем потребным украсить и удовольствовать от обители святой и о том всем с прописанием в благоразсмотрение его Преосвященству и испрошением о построении в прописанной пещере церкви во имя изображения преподобных отец Антония и Феодосия Печерских благословительнаго указа доношением представить» [7, л. 63- 63 об.].
Рис 6. Вид алтарной преграды пещерной церкви по состоянию на 16 августа 1998 г. Фото автора
Из Консистории последовал ответ (полученный в обители 15 ноября того же 1765 г.), в котором предписывалось: «в ымеющейся во оной пустыни издревле выкопанной близ задних монастырских ворот в лесу над садом именуемым Молчановым пещере церковь во имя святых преподобных и богоносных отец Антония и Феодосия Печерских строить по подобию протчих святых церквей олтарем на восток и построя убрать святыми иконами и протчим церковным благолепием по древнему православно восточных Церквей обычаю, и престол устроить в вышину аршина шести вершков и со д[о]скою в длину аршина осми вершков и в ширину аршина четырех вершков и всеми потребностями удовольствовать дабы ни в чем недостатка не было; когда же оная церковь построена будет то оную и в ней украшению и художествию описать каждую вещь порознь имянно и ту опись прислать к его Преосвященству при доношении» [7, л. 64- 64 об.].
Об устроителе и возобновителе пещер Софрониевой пустыни, игумене Арсении, нам известно совсем немного. Однако, вне всякого сомнения, являясь уроженцем Киева, ещё в детстве он неоднократно мог бывать в пещерах Печерской лавры, не мог не читать Печерского Патерика, не мог не слышать всех тех легенд и преданий, ореол которых веками окутывал лаврские склоны. Кроме того, будучи искусным живописцем, игумен Арсений просто обязан был иметь художественный вкус и наблюдательную натуру. Придя на игуменство в древнюю Молченскую пустынь, увидев заброшенные пещеры (которые, несомненно, напомнили ему святыни родного Киева), он со всей энергией взялся за приведение их в порядок. В этом благом порыве души игумена Арсения хочется видеть исполнение слов Писания: «ревность дому Твоего снеде мя» (Пс. 68:10). Однако так думали не все.
Рис. 7. Иконостас пещерной церкви. Современный вид
Некоторые подробности строительства пещерного комплекса игуменом Арсением нам становятся известными из жалобы эконома обители иеромонаха Иоанникия, который в январе 1774 г. подал епископу Севскому и Брянскому Кириллу (Флоринскому) состоящую из целых 15 пунктов жалобу на игумена Арсения. Отметим, что только по одному из пунктов игумен был действительно виновен (неразумно распорядился участком монастырской земли), а по всем остальным оправдан. Во время длительной отлучки Арсения в 1770 г. (для участия в реставрации кремлёвских соборов), обителью управлял эконом Иоанникий, который, вероятно, уже видел себя на игуменском месте, а поэтому не смог смириться с возвращением настоятеля. Арсения, в конце концов, действительно сместили с должности, но Иоанникий к тому времени уже умер.
Во втором пункте жалобщик писал, что игумен «состроил вблиз той пустыни в пещерах церковь не в нужду той обители, а единственно своего ради тщеславия, понеже во оной обители церквы имеются доволны изрядны, и тем он игумен причинил той пустыни великой и тяжкой убыток, более как тысячи на две..., а та в пещерах церковь уже и завалилась и служить в ней невозможна, а перепрело во оной церкви и погнило одеяния, книг, образов со окладом, картин богатых, на немалую сумму» [7, л. 3/об.].
Оправдываясь, игумен Арсений сообщил, что «по благословению преосвященного Тихона епископа бываго Севскаго вблиз той пустыни в пещерах церковь не не-внужду той обители, и не ради своего тщеславия, а ради прописанных в приговоре . резонов, состроил, но тем обители великаго и тяжкаго убытка более как тысячи на две не причинил, а сколко имянно на то от доброхотнодателей собрано и . издержено, о том значит по приходной и расходной книгам; ... а та в пещерах церковь не завалилась но из одной стороны над входом пещерным немного осунулось, не от чего другого как токмо от вырытой во время бытности моей в Москве доносителем, правившим тогда монастырем, ямы над тою над тою пещерою умышленно, якобы для выкопания состоявшаго там из древних лет болшаго пня и не засыпавшем той ямы, да и служить в той церкви естли б не он доноситель иеромонах Иоанникий самоволно оттоль не вынес, и в крайнее моих трудов уничтожение и с престола положенныя мною кипарисных освященных досок не позабирал (...) можно, и во оной церкви одеяние книги образа со окладом картины которые я своим коштом делал ни на малую сумму не погнили.» [7, л. 54/об.-55].
Справедливость слов игумена Арсения подтвердили и члены специальной комиссии, состоящей из представителей путивльских дворян и духовенства, которые после осмотра пещер заключили, что «В пещерах церковь не завалилась и служить в ней (если б иконостас был не вынесен и с престола д[о]ска неснета) можно б одеяние книги до того не повредились, а образа и картины несколко хотя и повредились, ... но из них некоторые ж уже и починены. ... Строение над пещерною церковию и за пещерою каменное к развалению не склонны, и состоят во всякой исправности.. Оной пещере как предвидится впредь вскорости повредится отнюд неможно, да и при пустыни оной пещере быть весма небезприлично и небезприбыточно, а богомольцам небесполезно» [7, л. 42].
Возобновлённая игуменом Арсением пещерная церковь сохраняла своё посвящение в честь преподобных Антония и Феодосия Печерских до начала ХІХ в. Затем «в 1805 году старанием благодетеля пустыни, льговского помещика Ионы Левшина, не только самая церковь оправлена, но и сделан вновь иконостас чугунный (см. рис. 2) и положены две мраморные д[о]ски на престол (из камня) и на жертвенник, и самый престол переименован в честь Рождества Христова и того ж годя июня 19-го освящён» [1, с. 25]. Насколько позволяют судить доступные нам источники, богослужения в пещерном храме ограничивались совершением ранней литургии в первые три дня праздника Рождества Христова. Вполне вероятно, что здесь же совершались монашеские постриги.