16
ПЕРСПЕКТИВА ГОВОРЯЩЕГО И ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ АНГЛИЙСКОГО ДЛИТЕЛЬНОГО ВИДА С НЕАКЦИОНАЛЬНЫМИ ГЛАГОЛАМИ (БЫТИЯ И ОБЛАДАНИЯ)
THE OBSERVER'S PERSPECTIVE IN INTERACTION OF THE PROGRESSIVE ASPECT AND STATE VERBS (OF BEING AND POSSESSING)
Т.И. Макаревич
Минский государственный лингвистический университет,
г. Минск (Беларусь)
В рассмотрении лексико-грамматического взаимодействия семантики неакциональных (стативных) глаголов со значением длительного вида (Continuous) в английском языке мы ставим перед собой задачу поиска закономерностей в объяснении правилоисключающих случаев употребления типа:
Julia is silent for a while. She probably agrees with Maria and is regretting her sudden consent (Seth, 2000: 246).
Our local music society was wondering whether your quartet might want to perform here in Rochdale at the Gracie Fields Theatre (Seth, 2000: 68).
В рассмотрении таких случаев употребления мы, так или иначе, имеем дело с так называемыми «неправильными высказываниями» или «deviant utterances», которые можно анализировать как «любые предложения, которые отклоняются каким-либо образом от какой бы то ни было лингвистической закономерности» (Путнам, 1965: 67). В плане изучения отклонений от того, что принято считать нормой, интересна следующая мысль: «если вообще признавать лингвистическую закономерность, то тогда нужно признавать и уже имеющее место или возможное отклонение от этой нормы» (там же, с. 67). В связи с этим, важно знать констатацию определенных закономерностей, где классифицированы предложения, соответствующие нормам языка, и такие, которые отклоняются от нормы. В рассматриваемых нами случаях употребления неакциональных глаголов в форме английского длительного вида мы имеет дело со следующим положением вещей в современных грамматиках: с точки зрения существующих норм имеются ограничения или запрет на указанное лексико-грамматическое взаимодействие. В то же время наблюдается достаточно серьезное противоречие: с одной стороны, имеют место все более распространенные случаи употребления глаголов бытия, обладания, умственной деятельности и чувственного восприятия в форме Continuous, с другой стороны, в грамматиках современного английского языка отсутствует правило употребления подобных случаев взаимодействия. Неакциональные или стативные глаголы в английском языке составляют значительно меньшее множество нежели акциональные глаголы.
Наша задача состоит в том, чтобы найти закономерность в употреблении неакциональных глаголов в форме длительного вида в английском языке и описать ее. В этом есть актуальная необходимость, поскольку вполне возможно, что несочетаемость стативных глаголов с формой длительного вида, которая практически во всех нормативных грамматиках считается противоречащей существующим правилам, а в ряде случаев и недопустимой, говорит о том, что на современном этапе развития, так называемые, «неправильные предложения» окажутся нормой в современном употреблении форм английского длительного вида.
Анализируя взаимодействие лексического значения глаголов, прежде всего стативных, с семантикой длительного вида (Continuous) в английском языке, мы исходим из перспективы говорящего и перспектива слушающего. Имеет место следующей постулат: если из необозримого множества доступных нам значений говорящий обязательно выбирает лишь данное взаимодействие, то логично предположить, что оно играет для него особую роль:
I [the author] thought that maybe her memory was still slipping and she [Aggie Batt] was forgetting what she had seen (Contemporary British Stories, 2005: 93) - `Я полагал, что, возможно, к ней еще не вернулась память, и она со временем забывала то, что ей прежде довелось увидеть'.
Употребление неакционального глагола forget в форме the Past Continuous передается на русский язык формой несовершенного вида прошедшего времени и наречием времени со временем.
При рассмотрении многих языковых явлений часть лингвистов встает на позицию говорящего (пытается проследить путь от смысла к тексту), часть - на позицию слушающего (идет от текста к смыслу). Некоторые исследователи пытаются совместить эти обе позиции. Полагаем, что исследование перспективы говорящего должно быть первичным по отношению к перспективе слушающего, поскольку, в конечном итоге, говорящий создает предложения, а слушающий интерпретирует их, «расшифровывая» заложенные в них смыслы. По сути, «восприятие занимается “обратной инженерией”, пытаясь восстановить шаги, сделанные при порождении» (Слюсарь, 2009: 86).
Однако работ, ориентированных на восприятие, намного больше. Возможно, это связано с тем, что лингвист обычно сам стоит на позиции слушающего, а в случае неродного (иностранного) языка позицию слушающего он занимает всегда. Говорящий, как правило, начинает с расплывчатого намерения и в процессе создания предложения конструирует сложный смысл.
Выбор грамматики говорящего в нашем исследовании обусловлен ее принципиальными особенностями: ей свойственны динамичность (процесс претворения форм длительного вида и стативных глаголов в языковую реализацию) (Норман, 1994: 17).
Исследование употребления неакциональных глаголов в форме длительного вида проходит в рамках функционального подхода, который обусловлен комплексностью современного направления лингвистической науки, поскольку интегрирующие методы, разработанные в функциональной грамматике и когнитивной лингвистике, позволяют с новых позиций подойти к решению поставленных задач.
В свете современной лингвистической парадигмы безусловный интерес приобретают языковые единицы, имеющие отношение к промежуточной области лексики и грамматики, и в силу этого способные к совмещению различных функций и значений. Такими единицами являются лексико-семантические классы глаголов (ЛСК), анализируемые в нашем исследовании: глаголы бытия и обладания, умственной деятельности и чувственного восприятия известны своей полифункциональностью и некоторые другие ЛСК. Так, значение полифункциональных глаголов быть и иметь может быть представлено в виде полевой структуры. Ее центр, соотносимый с лексическими значениями, не изолирован от периферии, включающей грамматические (морфологические) значения. В функционально-семантические поля (ФСП) входят разноуровневые средства языка, которые взаимодействуют на основе общности функций.
Исследуя закономерности употребления стативных глаголов в форме английского длительного вида с позиций антропоцентризма, для нас важна одна деталь в плане синхронии: учет личностного фактора при анализе стативных глаголов в форме Continuous.
Наибольшую значимость в нашем исследовании представляют неакциональные глаголы бытийности и поссесивности (“state verbs of being and possessing”) (Leech, 1978: 22): be `быть, существовать', belong `принадлежать', contain `содержать в себе, включать', consist of `состоять из', cost `стоить', depend (on) `зависеть', deserve `заслуживать, быть достойным чего-л.', have `иметь, обладать', matter `иметь значение; значить', own `иметь, обладать', resemble `походить, иметь сходство'. Эталонными в данной подгруппе являются глаголы be и have. Естественно, что в своем лексическом значении данные глаголы имеют неакциональную сему бытийности и поссессивности. Тем не менее, такая сложная, с точки зрения сочетаемости с формой длительного вида, группа глаголов допускает возможность употребления в форме длительного вида:
`Don't be horrid to me.' Now she was a little girl wheedling for sympathy.
`I'm not being horrid, Linda. Nor we are going to sell the house. Get a job, pay off the arrears and we'll talk about it. Not before' (Davis, 2000: 305) - «Не будь такой противной». Она вела себя сейчас как маленькая девочка, которая плакала, чтобы ее пожалели. «Я не веду себя как противная девочка, Линда». И мы не будем продавать дом. Найди работу, выплати долги, и мы вернемся к этому разговору. Не раньше».
В данном примере наблюдается временная фиксация значения длительного вида, так как непосредственно само прототипическое значение английского Progressive подразумевает ограниченность длительности описываемого действия во времени. При рассмотрении подобных случаев нас интересует, как модифицируется само значение длительного вида.
Еще одним важным аспектом нашего исследования является изучение способов передачи грамматического значения длительного вида и ЛСК стативных глаголов на русский язык. В предлагаемом примере, в переводе, мы передаем грамматическое значение вида не посредством формы совершенного вида прошедшего времени началась, а через наречие времени изначально, подчеркивая начальную точку отсчета, выраженную глаголом be в форме Past Continuous Passive:
At worst, they perhaps considered that the war was being begun in an atmosphere of mutual incomprehension (Banks, 1988: 456) - И хуже всего то, что они, возможно, полагали, что изначально война началась в атмосфере взаимного непонимания.
Глаголы be и have относятся к промежуточной области функции и значения, занимают важное место в словаре многих языков, и в самой общей форме указывают на существование, местонахождение, отношение к признаку. Кроме временных и аспектуальных используются для выражения целого ряда иных грамматических значений (залоговых, модальных).
Фундаментальные глаголы бытия и обладания в разных языках и лингвистических исследованиях изучаются с различных методологических позиций. Анализируемые глаголы образуют ФСП «экзистенция», отображают концептуальную сферу «бытие человека» и основные модусы человеческого существования «быть» и «иметь». ФСП «экзистенция» именуются еще как «макро-поле» (Друзина, 2005: 4) и, по принципу антропоцентризма, как родственное ему понятие фреймовой организации концептуальной сферы «бытие человека». В большинстве случаев в обозначении концептуальной сферы «бытие человека» глаголы бытия употребляются в форме общего вида.
Исследуя употребление глаголов be и have в форме английского Continuous, мы рассматриваем вопросы лексической семантики анализируемых глаголов. В ходе изучения данной проблематики мы столкнулись с тем, что нет единого подхода к определению их значений и функций. Глаголы типа быть и иметь в современных индоевропейских языках имеют особый статус фундаментальных, широкозначных и полифункциональных. Многие исследователи считают полифункциональность их базовой характеристикой. Данные глаголы имеют ряд общих и специфических характеристик, при этом общие характеристики преобладают над специфическими. К основным функциям относятся «системообразующая, структурообразующая, глаголообразующая и связочная» (там же, с. 47). Данные глаголы обычно относят к «широкозначным ядерным словам» (Степанова, Кистанова, 1990). О широкозначночности как регулярном системном широкозначнном явлении стали говорить сравнительно недавно, когда специфика лексического значения слова и типов лексического значения стала непосредственным объектом анализа исследователей. В этой связи вызывает проблема разграничения многозначности и широкозначности. В данном случае имеет значимость разграничения понятий инварианта и общего значения (там же, с. 10).
Мы не ставим перед собой цели комплексного изучения указанных фундаментальных глаголов как структурных элементов ФСП. Перед нами стоит задача проанализировать возможности новых интерпретаций категориальных ситуаций употребления глаголов be и have в форме длительного вида, соотносящихся с ФСП «экзистенция» и, соответственно, выявить национально-культурную специфику функционирования с определенной лексико-грамматической структурой - формой длительного вида.
Лексическое значение глагола быть имеет высокую степень абстракции и кроется в истории его возникновения: следствием «неоднократного супплетивного обобщения нескольких глаголов с конкретным значением, первоначальное лексическое содержание которых не всегда поддается восстановлению, но даже в языках одной группы процесс обобщения происходил с разной степенью интенсивности» (там же, с. 11). Классические бытийные предложения характеризуются изоморфизмом семантической и синтаксической структур. Лексическое значение бытийности, существования глагола быть в этом случае наиболее тесно смыкается с его предикативной функцией:
`She [Alison] adores you [Jack]. But if you could only be, with her, a little more direct. She feels you're so noble, and apart -'
`I think I'm being direct. I'm just being myself (Murdock, 1990: 149) - «Она [Элисон] обожает тебя [Джек]. Только будь с ней более строгим. Она чувствует, что ты такой благородный, кроме того - »
«Думаю, я строг с ней. С ней я просто такой, какой я есть».
При переводе на русский язык значение ограниченности действия Continuous передается локализатором с ней в виду отсутствия грамматических способов передачи значения английского длительного вида.
Ситуация бытия логически предшествует любой другой ситуации, поэтому границы бытийных предложений не отличаются четкостью. Это означает, что в ряде случаев они переходят в предложения других семантических типов. В таких случаях имеет место реализации различных компонентов семантики глагола быть.
В этом плане особенно стоит выделить ФСП бытийности и локативности, которым отводится центральное место в ФСП экзистенции. Такая близость названных ФСП обусловлена фактом существования некого лица в определенных условиях места и времени (Арутюнова, 1976).
Являясь гиперонимом, глагол быть в самой общей форме указывает на существование, местонахождение, состояние или отношение предмета к признаку и оказывается базисным элементом целого ряда функциональных моделей представления различных грамматических и семантических категорий.