Учитывая доминирующую роль условного осуждения в судебной практике, в условиях перехода к идее неотвратимости уголовной ответственности требуется оптимизация и иных видов условного неприменения наказания, таких как условное неприменение наказания в связи с болезнью и условное неприменение наказания в отношении осужденных беременных женщин и лиц, имеющих ребенка в возрасте до четырнадцати лет. Ориентируясь на ст.ст. 81 и 82 УК РФ, отметим, что если в 2001 году количество лиц, которым наказание было отсрочено в порядке ст. 82 УК РФ, составило 0,4% от общего числа лиц, состоящих на учете в уголовноисполнительных инспекциях, то в 2010 году этот показатель составил уже 1,6%, т.е. увеличение произошло в 4 раза, однако количество условно осужденных в этой структуре существенно преобладает - 86,5% [24].
Таким образом, институт условного неприменения наказания призван способствовать качественному переходу от идеи неотвратимости наказания к идее неотвратимости уголовной ответственности. Однако для полного такого перехода необходимо не только теоретическое обоснование института условного неприменения наказания с последующей реализацией разработанных положений на практике, но и оптимизация института освобождения от наказания, иных мер уголовно-правового характера (принудительных мер воспитательного воздействия, принудительных мер медицинского характера, конфискации имущества), а в более широком смысле можно говорить об оптимизации наказаний, не связанных с реальным лишением свободы, таких как штраф, обязательные работы, ограничение свободы, поскольку по своей карательной силе они сопоставимы, например, с теми обязанностями, которые возлагаются на условно осужденного. Как справедливо заметил Л. Л. Кругликов, «важней реализовать хотя бы минимальное наказание, чем иметь суровый закон с множеством исключений. Это важнейший аспект принципа неотвратимости ответственности» [6, с. 152].
Очевидно, что в этих условиях от правоприменителя требуется максимальная сбалансированность своих действий. Отказываясь от неотвратимости наказания в пользу неотвратимости уголовной ответственности, нужно понимать, что это таит в себе опасность резкого снижения авторитета государственной власти, уровня защиты прав и законных интересов граждан, общества. Однако наиболее востребованным до сих пор остается условное неприменение наказания в виде условного осуждения, поскольку оно универсально, удобно, не требует больших материальных затрат, а иные меры уголовно-правового характера имеют ограниченную сферу действия в зависимости от признаков субъекта преступления (несовершеннолетний, невменяемый) либо регламентированного перечня общественно опасных деяний (ч. 1 ст. 104.1 УК РФ).
Как уже отмечалось, в настоящий момент положения о наказаниях в виде обязательных работ и ограничения свободы введены в действие. Кроме того, напомним, что Федеральный закон от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» дополнительно предусмотрел в двенадцати составах возможность назначения исправительных работ, санкции одиннадцати составов дополнены штрафом в качестве основного наказания [10]. Особого внимания заслуживает Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» [11]. Данный нормативный акт существенно преобразил уголовно-правовой комплекс норм, и прежде всего УК РФ. В частности, изменились правила определения категорий преступлений в зависимости от характера и степени общественной опасности совершенного деяния. Кроме того, суду теперь предоставлено право при определенных обстоятельствах изменять категорию совершенного преступления на менее тяжкую, появился новый вид наказания «принудительные работы» как альтернатива реальному лишению свободы, изменены основания применения наказаний в виде исправительных работ, ограничения свободы, лишения свободы, существенно увеличен верхний предел наказания в виде обязательных работ (с 240 часов до 480), и в то же время увеличен срок рассрочки выплаты штрафа определенными частями - с трех лет до пяти. Появился новый вид освобождения от уголовной ответственности - «Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности» (ст. 76.1 УК РФ), а также новый вид освобождения от наказания - «Отсрочка отбывания наказания больным наркоманией» (ст. 82.1 УК РФ).
Как видно, на сегодняшний день правоприменитель имеет в своем распоряжении достаточный правовой инструментарий, который позволяет предложить альтернативные меры как для условного неприменения наказания (особенно для условного осуждения), так и для реального лишения свободы. Однако статистические данные пока что свидетельствуют о том, что заложенный в УК РФ потенциал используется, мягко говоря, не в полной мере: доля осужденных к исправительным работам в 2010 году составила 5,9% из числа лиц, состоящих на учете в уголовно-исполнительных инспекциях ФСИН России (для сравнения: в 2001 году этот показатель составлял 7,9%), осужденных к обязательным работам - 3,8% (в 2006 году - 1,7%); доля лиц, которым наказание было отсрочено в порядке ст. 82 УК РФ, составила 1,6% (в 2001 году - 0,4%), в то время как доля условно осужденных - 86,5% из числа лиц, состоящих на учете в уголовно-исполнительных инспекциях, или 42,3% от общего числа осужденных в России [24]. Справедливости ради отметим, что редакция УК РФ существенным изменениям подверглась в течение 2011 года, поэтому какие-либо окончательные выводы об использовании правоприменителем всех возможностей уголовного закона делать рано. Очевидно, что необходимо определенное время для анализа судебной практики, которой пока еще нет.
Итак, институт условного неприменения наказания, в общем плане не противореча закрепленным в Конституции РФ, международно-правовых актах и УК РФ принципам, должен использоваться в уголовноправовом регулировании в точном согласовании с указанными принципами. При этом масштабы использования этого института должны быть оптимальными, а критерии определения оптимальности определяться на основе периодических научных исследований. В этих условиях можно и нужно говорить о качественном переходе от принципа неотвратимости наказания к принципу неотвратимости уголовной ответственности, поскольку фактически такой переход уже состоялся, однако отсутствие законодательной регламентации названной руководящей идеи приводит к дисбалансу всей системы наказаний.
О необходимости законодательной регламентации в УК РФ принципа неотвратимости уголовной ответственности свидетельствует его присутствие в действующих федеральных законах, в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ, в указах Президента РФ. Причем в некоторых случаях (терроризм, экстремизм, вымогательство и т.д.) речь идет, если так можно выразиться, о «крайней» форме этого принципа - неотвратимости наказания. В частности, в Федеральном законе от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» в п. 4 ст. 2 «Основные принципы противодействия терроризму» одним из основополагающих принципов является неотвратимость наказания за осуществление террористической деятельности [13]. Аналогичный принцип содержится и в Федеральном законе от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [14]. В Федеральном законе от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» в п. 4 ст. 3 «Основные принципы противодействия коррупции» регламентирован принцип неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений [12]. В Указе Президента РФ от 9 июня 2010 № 690 «Об утверждении Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года» отмечено, что одним из принципов, на котором основываются решения и меры, принимаемые органами государственной власти в области борьбы с незаконным оборотом наркотиков и их прекурсоров, является принцип неотвратимости ответственности [15].
Заметим, что в указанных нормативных актах речь идет либо о неотвратимости наказания (терроризм, экстремизм), либо о неотвратимости ответственности (коррупция, незаконный оборот наркотиков). По нашему мнению, это зависит от тяжести преступления (правонарушения), которая, в свою очередь, влияет на наказание, в том числе на возможность его условного неприменения. Крайняя степень проявления «допустимой» гуманности - это неотвратимость уголовной ответственности в виде применения иных мер уголовно-правового характера либо освобождения от этой ответственности по нереабилитирующим основаниям. Санкции преступлений террористической направленности в качестве основного наказания преимущественно представлены лишением свободы, чего нельзя сказать о коррупционных преступлениях, санкции которых содержат альтернативные наказания, в том числе не связанные с лишением свободы. Поэтому в целом нужно говорить о принципе неотвратимости уголовной ответственности. Данный принцип как бы поглощает принцип неотвратимости наказания, поскольку наказание является основной формой реализации уголовной ответственности.
Сказанное позволяет сделать несколько выводов.
Во-первых, характер неотвратимости меняется тем сильнее от наказания в сторону уголовной ответственности, чем больше альтернатив реальному уголовному наказанию в УК РФ. Причины, от которых зависит количество подобных альтернатив, могут быть самые разные. В нашем случае это кризис системы наказаний и уголовной юстиции в России.
Во-вторых, принцип неотвратимости уголовной ответственности прочно внедрился не только в «саму материю уголовного права», но и в другие нормативно-правовые акты различного уровня, в том числе определяющие приоритетные направления уголовно-правовой политики нашей страны: борьба с коррупцией, терроризмом, экстремизмом, педофилией, совершенствование уголовно-исполнительной системы и другие. Остается лишь официально регламентировать принцип неотвратимости уголовной ответственности в УК РФ.
В-третьих, целесообразно говорить о регламентации в УК РФ принципа неотвратимости уголовной ответственности, нежели наказания, поскольку об этом свидетельствует не только тенденция последних лет к гуманизации уголовного законодательства, но и то, что наказание является одной из возможных форм реализации этой ответственности, т.е. неотвратимость уголовной ответственности уже подразумевает неотвратимость наказания, но только там, где это необходимо. Это зависит от общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и не является противоречивым моментом.
В-четвертых, принцип неотвратимости уголовной ответственности органически связан с принципами гуманизма и справедливости.
Таким образом, появление норм об условном неприменении наказания свидетельствует о качественном переходе от принципа неотвратимости наказания к принципу неотвратимости уголовной ответственности. Признание последнего в качестве отраслевого принципа уголовного права является необходимым условием теоретического обоснования института условного неприменения наказания. Представляется, что какихлибо объективных обстоятельств, вынудивших законодателя отказаться от закрепления данного принципа в УК РФ, на момент его принятия не было.
Список литературы
1. Агзамов И. М. Концептуальные идеи развития института условного неприменения наказания // «Черные дыры» в Российском законодательстве: юридический журнал. 2010. № 5. С. 84-88.
2. Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М.: Инфра-М, 2010. 184 с.
3. Беляев Н. А. Избранные труды. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2003. 569 с.
4. Владимиров В. А., Ляпунов Ю. И. Советская уголовная политика и ее отражение в действующем законодательстве: учебное пособие. М.: Изд-во Акад. МВД СССР, 1979. 130 с.
5. Корсантия А. А., Максименко И. В. Основные причины детерминации преступности в Российской Федерации // Право и безопасность. 2009. № 2 (31).
6. Кругликов Л. Л., Васильевский А. В. Дифференциация ответственности в уголовном праве. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2002. 300 с.
7. Ленин В. И. Собрание сочинений. Изд-е 5-е. М.: Политическая литература, 1971. Т. 4. 565 с.
8. Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений. Изд-е 2-е. М.: Государственное издательство политической литературы, 1954. Т. 1. 698 с.
9. Монтескье Ш. Избранные произведения: в 2-х т. / под общ. ред. М. П. Баскина. М.: Госполитиздат, 1955. 799 c.
10. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации (СЗРФ). 2011. № 11. Ст. 1495.
11. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ // СЗРФ. 2011. № 50. Ст. 7362.
12. О противодействии коррупции: Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ (в ред. от 21.11.2011) // СЗРФ. 2008. № 52. Ч. 1. Ст. 6228.
13. О противодействии терроризму: Федеральный закон от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ (в ред. от 08.11.2011) // СЗРФ. 2006. № 11. Ст. 1146.
14. О противодействии экстремистской деятельности: Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ (в ред. от 29.04.2008) // СЗРФ. 2002. № 30. Ст. 3031.
15. Об утверждении Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года: Указ Президента РФ от 9 июня 2010 г. № 690 (в ред. от 28.09.2011) // СЗРФ. 2010. № 24. Ст. 3015.
16. Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. // Ведомости СНД и ВС СССР. 1991. № 30. Ст. 862.
17. Панченко П. Н. Уголовно-правовые вопросы криминализации общественно опасных деяний // Актуальные проблемы криминализации и декриминализации общественно опасных деяний: сборник научных трудов. Омск: Изд-во Ом. ВШМ МВД СССР, 1980. С. 3-16.
18. Пестель П. И. Русская правда: Наказ Временному Верховному Правлению. СПб.: Культура, 1906. 244 с.
19. Ружников А. Н. Условное осуждение и отсрочка исполнения приговора: пособие. М.: ВНИИ МВД России, 1994. 88 с.
20. Сорокин П. А. Человек. Цивилизация. Общество / общ. ред., сост. и предисл. А. Ю. Согомонов; пер. с англ. М.: Политиздат, 1992. 543 с.