Как справедливо заметила А.Е. Тарасова, дееспособность - специфическая категория, в которой наиболее характерно проявляются элементы субъективного и объективного порядка. Пределы дееспособности устанавливаются объективным правом, а ее стадии зависят от субъективных свойств лица: психофизических свойств, их изменения на протяжении жизни. По ее мнению, нельзя назвать дееспособность мерой возможного поведения, поскольку в силу прямого указания закона и терминологического значения указанного понятия речь может идти о мере "способностного" поведения, при этом для дееспособности характерно и должное поведение. Дееспособность в силу установленного нормами объективного права режима и длящегося характера, с учетом динамики ее развития, также должна быть отнесена к категории правового состояния лица, как и состояние недееспособности, ограниченной дееспособности, неполной дееспособности [16, с. 28]. В отношении несовершеннолетних именно возможности, предоставленные законодателем с учетом возраста несовершеннолетнего, составляют основу поведения как самого несовершеннолетнего, так и его законных представителей, а дееспособность несовершеннолетних представляет собой специфическое правовое состояние, отражающее динамику развития субъекта гражданского права, так же как правоспособность отражает статику.
Сложность для законодательной регламентации и изучения категория дееспособности представляет в силу социальной незрелости несовершеннолетнего, а также одновременного влияния на его поведение социального и психологического факторов; его дееспособность обладает рядом особенностей.
Содержание дееспособности несовершеннолетних зависит от возраста и качественно меняется при достижении несовершеннолетним 14 лет.
Достижение ребенком указанного в законе возраста далеко не всегда свидетельствует о наличии у него предполагаемого законодателем уровня развития интеллектуально-волевой сферы, необходимого для его адекватной социализации; в современном обществе наблюдается две противоположные тенденции: высокая степень гражданской активности несовершеннолетнего либо социальный инфантилизм - особый психологический феномен, имеющий гражданско-правовые аспекты. В частности, у таких детей не формируется комплекс представлений, необходимых для нормального участия в гражданском обороте. Граждане, страдающие социальным инфантилизмом, нередко совершают сделки по отчуждению принадлежащего им недвижимого имущества в пользу недобросовестных контрагентов, в том числе религиозных сект. У них не формируется комплекс представлений, необходимых для нормального участия в гражданском обороте. Нередки и ситуации, когда лицо, ранее адекватно адаптированное, перестает сознавать реальную ценность денег, движимого и недвижимого имущества, а также характер и последствия совершаемых им сделок [Михайлова И.А., с. 38]. Причем изменения гражданского законодательства в основном учитывают только первую тенденцию: происходит постепенное расширение содержания дееспособности в современном гражданском законодательстве по мере его совершенствования. Так, если дореволюционное законодательство не знало института эмансипации, а советское усматривало "в нем буржуазный элемент, неприемлемый для советского права", то в ГК 1998 года этот институт был впервые включен [17, с. 9], хотя в ГК эмансипации посвящена только ст. 26.
.2 Частичная дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 6 до 14 лет (малолетних)
В соответствии со ст. 27 ГК несовершеннолетние в возрасте до 14 лет (малолетние) вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки, сделки, направленные на безвозмездное получение выгод, если такие сделки не требуют нотариального удостоверения или оформления либо государственной регистрации, а также сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения.
Следовательно, если малолетнему ребенку передается в дар жилой дом, квартира, другое недвижимое имущество, сделки с которым требуют государственной регистрации, то принять такой дар вправе только законные представители малолетнего - его родители, усыновители или опекун.
Законодательство не содержит определения мелкой бытовой сделки, которую вправе самостоятельно совершить малолетний. По общему правилу к такого рода сделкам следует относить сделки на незначительные суммы, направленные на удовлетворение обычных потребностей малолетних, исполняемые непосредственно в момент их заключения. Чаще всего это сделки, потребительская цель которых соответствует возрасту малолетнего, который ее совершает (например, покупка игрушки, школьных принадлежностей, детских книг, продуктов питания, билетов в кино и т.п.). Закон не запрещает заключение мелких сделок, исполнение которых не совпадает с моментом их совершения. Вместе с тем в каждом конкретном случае имеют значение возраст несовершеннолетнего, назначение приобретаемых (отчуждаемых) вещей, содержание сделки и другие заслуживающие внимания обстоятельства (данные, характеризующие другую сторону, время и место совершения сделки и т.п.).
Все остальные сделки кроме вышеперечисленных за несовершеннолетних в возрасте до 14 лет могут совершать от их имени только их законные представители.
Сделка, совершенная малолетним за пределами предоставленной ему законом дееспособности, является ничтожной. К такой сделке согласно п. 1 ст. 173 ГК применяются правила, предусмотренные ч. второй и третьей п. 1 ст. 172 ГК, т.е. каждая из сторон по такой сделке обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.
Следует, однако, отметить, что в интересах малолетнего совершенная им сделка может быть признана действительной. Такое требование могут заявить родители, усыновители или опекун подопечного малолетнего при условии, что сделка совершена к выгоде малолетнего. Решение о признании такой сделки действительной принимается судом.
Необходимо также иметь в виду, что правила Гражданского кодекса о ничтожности сделок, совершенных малолетними за пределами представленного им объема дееспособности, не распространяются на мелкие бытовые и другие сделки, которые они вправе совершать самостоятельно.
Таким образом, по сравнению с ранее действовавшим Гражданским кодексом, перечень сделок, которые несовершеннолетние в возрасте до 14 лет вправе совершать самостоятельно, существенно расширен. Это, однако, не повлекло изменения подходов законодателя к определению лиц, несущих имущественную ответственность по такого рода сделкам. Как и ГК 1964 г., ГК 1998 г. предусматривает, что имущественную ответственность по сделкам малолетних, в том числе по сделкам, совершенным ими самостоятельно, несут их родители, усыновители или опекуны.
Несовершеннолетние в возрасте до 14 лет полностью неделиктоспособны. Ответственность за причиненный ими вред согласно ст. 942 ГК несут родители, усыновители или опекун такого несовершеннолетнего, если не докажут, что вред возник не по их вине. В силу предписаний ст. 944 ГК ответственность за вред, причиненный несовершеннолетним ребенком, суд может возложить и на родителя, лишенного родительских прав, в течение 3 лет после лишения родительских прав, если поведение ребенка, повлекшее причинение вреда, явилось следствием ненадлежащего осуществления родительских обязанностей.
Если малолетний, нуждающийся в опеке, находился в соответствующем воспитательном, лечебном учреждении, учреждении социальной защиты населения или другом аналогичном учреждении, которое в силу акта законодательства является его опекуном (ст. 174 КоБС), это учреждение обязано возместить вред, причиненный малолетним, если не докажет, что вред возник не вине учреждения. Если малолетний причинил вред в то время, когда он находился под надзором образовательного, воспитательного, лечебного или иного учреждения, обязанного осуществлять за ним надзор, либо лица, осуществляющего надзор на основании договора, это учреждение или лицо отвечает за вред, если не докажет, что вред возник не из-за недостатков при осуществлении надзора.
Обязанность родителей, усыновителей, опекуна, образовательных, воспитательных и иных учреждений по возмещению вреда, причиненного малолетним, не прекращается даже в случаях, когда малолетний достиг совершеннолетия или получил имущество, достаточное для возмещения вреда. Из указанного правила имеется одно исключение: если родители, усыновители, опекун либо граждане, осуществлявшие надзор за малолетним по договору, умерли или не имеют достаточных средств для возмещения вреда, причиненного малолетним жизни или здоровью потерпевшего, а сам причинитель, ставший полностью дееспособным, обладает такими средствами, суд вправе с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств дела принять решение о возмещении вреда полностью или частично за счет самого причинителя вреда.
В ст. 28 ГК в качестве самостоятельной нормы изложено предписание о праве родителей, усыновителей или опекунов распоряжаться вкладами, внесенными кем-либо в банк на имя несовершеннолетних в возрасте до 14 лет. Право распоряжения вкладом заключается в возможности получения его (полностью или частично), получения процентов по вкладу, пользования иными видами банковских услуг.
Распоряжение вкладами может осуществляться с соблюдением законными представителями правил Гражданского кодекса о распоряжении имуществом подопечного.
Если в наличии дееспособности у несовершеннолетних с 14 до 18 лет нет сомнений, то в отношении малолетних высказываются различные точки зрения.
Например, О.С. Иоффе относит малолетних наряду с душевнобольными к недееспособным [8, с. 120 - 121].
Если рассматривать дееспособность как "гражданско-правовую вменяемость, способность человека осознанно выражать свою волю при совершении юридических сделок и руководить своими поступками с осознанием их последствий", то понятными становятся сомнения в отношении ее наличия у малолетних [1, с. 79]. Согласно п. 1. ст. 27 ГК за несовершеннолетних в возрасте до четырнадцати лет (малолетних) сделки по общему правилу могут совершать от их имени только их законные представители - родители, усыновители или опекуны.
Но несмотря на то что имущественную ответственность по сделкам несовершеннолетнего в возрасте до четырнадцати лет, в том числе по сделкам, совершенным им самостоятельно, а также за причиненный им вред несут его родители, усыновители или опекун, а следовательно, деликтоспособности у малолетнего нет, этого недостаточно для отнесения его к полностью недееспособным.
В.Ф. Чигиром высказывалось предложение установить в ГК нижний возрастной рубеж (6 лет), с которого малолетние приобретают частичную дееспособность, как это сделано в Российской Федерации [17, с. 95]. Предложение это представляется спорным, поскольку большинство детей с нормальным развитием и до 6 лет в состоянии совершать мелкие бытовые сделки, а деликтоспособными они не являются до 14 лет.
2.3 Неполная (частичная) дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет
Объем дееспособности несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет значительно больше объема дееспособности малолетних.
В соответствии с п. 2 ст. 25 ГК несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно, без согласия родителей, усыновителей или попечителя, распоряжаться своими заработком, стипендией и иными собственными доходами; осуществлять права автора произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законодательством результата своей интеллектуальной деятельности; вносить вклады в кредитные учреждения и распоряжаться ими в соответствии с законодательством; совершать мелкие бытовые сделки, сделки, направленные на безвозмездное получение выгод, не требующие нотариального удостоверения или оформления либо государственной регистрации, а также сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем либо третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения [2].
При определении сделки в качестве мелкой бытовой следует исходить как из цены сделки, так и потребительского назначения сделки, а также уровня жизни семьи несовершеннолетнего. Очевидно, что отнесение сделки к мелкой бытовой должно определяться в каждом конкретном случае, прежде всего от соответствия сделки возрасту несовершеннолетнего. Одна и та же сделка может быть признана мелкой бытовой для 16-летнего несовершеннолетнего и не соответствующей этому критерию, если ее совершил 6-летний ребенок.
В соответствии с актами законодательства о кооперативах несовершеннолетние по достижении 16 лет вправе быть членами кооперативов. Поскольку вид кооператива законом не уточнен, вполне допустимо, что несовершеннолетний, достигший 16 лет, может быть членом как производственного, так и потребительского кооператива.
Все другие сделки, за исключением выше перечисленных, несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе совершать с согласия своих законных представителей - родителей, усыновителей или попечителей, причем согласие законных представителей должно быть выражено в письменной форме. Круг лиц, имеющих право давать согласие на совершение сделок, определен законом исчерпывающим образом и расширительному толкованию не подлежит. По общему правилу письменное согласие законных представителей должно быть дано до совершения сделки, то есть носить предварительный характер. Данное требование не является императивным, поскольку в соответствии с ч. второй п. 1 ст. 25 ГК сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, действительна также и при ее последующем письменном одобрении его родителями, усыновителями или попечителем.
Согласно ст. 176 ГК сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет без согласия его родителей, усыновителей или попечителя в случаях, когда такое согласие требуется в соответствии со ст. 25 ГК, может быть признана судом недействительной по иску законных представителей несовершеннолетнего. В случае, если такая сделка признана недействительной, применяются последствия, предусмотренные частями второй и третьей п. 1 ст. 172 ГК для недействительности сделок, совершенных малолетними [2].
Законные представители, давшие письменное согласие на совершение несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет соответствующих сделок, несут по ним субсидиарную, то есть дополнительную ответственность.
Правила, касающиеся признания сделок, совершенных несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, недействительными, не распространяются на сделки несовершеннолетних, ставших полностью дееспособными (в результате эмансипации или вступления в брак).
Нельзя согласиться с Л.Г.Кузнецовой, утверждающей, что нет оснований считать несовершеннолетнего способным распоряжаться еще не полученным заработком или стипендией при совершении сделок с другими лицами, т.к. он не обладает необходимым жизненным опытом [9, с. 22]: во-первых, такого запрета нет в законодательстве, а во-вторых, опыт человека обычно прямо пропорционален сумме его заработка. Однако указанное не относится к кредитам: по кредитному договору кредитополучатель обязан выплачивать проценты, тем самым распоряжаясь еще не полученными и не заработанными средствами. "Распоряжение зарплатой или стипендией не следует отождествлять с актами по распоряжению имуществом, приобретенным на указанные средства". С.В.Осипова, наоборот, доказывает, что право самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией и иными доходами включает право распоряжаться как полученными, так и будущими доходами, а также имуществом, полученным за счет этих доходов [12, с. 12]. Понятно, что выяснение в каждом конкретном случае происхождения вещи, продаваемой несовершеннолетним, было бы сложно для заключающего сделку, однако запрет на распоряжение такими вещами сводит на нет само полномочие распоряжения своим заработком и фактически приводит к тому, что несовершеннолетнему все равно понадобится согласие родителей, пусть и позднее. Явно требуется конкретизация этого права в ГК.