В этой же роте ученики Московской военно-инженерной школы и Санкт-Петербургской инженерной школы, которая была основана на базе инженерной роты, завершали свое практическое обучение инженерной науке, с последующим производством их в инженерные кондукторы [1, д. 230, л. 539; 9, кн. 376, л. 149 153 об.].
29 мая 1720 г. Военная коллегия, на основании указ Петра I от 23 мая 1720 г., издала свой указ на имя
Я.В. Брюса, которым предписывалось передать все крепости российского государства в ведение Приказа артиллерии. В указе Военной коллегии говорилось: "…все крепости и в них обретающихся артиллерийских служителей, и артиллерию и амуниции цейхгаузы и протчее что ко артиллерии принадлежит с сего числа впредь ведать в Главной Артиллерии вам генералу фельдцейхмейстеру и кавалеру: так как и СанктПетербургские крепости у вас ведомы суть и о том о всем изо всех мест репортовать вас; и всякого о том решения требовать от вас, а вам о состоянии тех крепостей репортовать в Военную коллегию так как и о полевой артиллерии по воинскому уставу; а в каком состоянии те крепости и обретающиеся в них артиллерийские служители, артиллерия и протчее что к оной принадлежит о том всякого надлежащего подлинного ведения требовать из тех губерний в артиллерию указами немедленно, дабы заблаговременно все крепости, которые надлежит содержать во всем в чем пристойно исправить и в порядок привести, о чем должен старанье иметь вы, генерал-фельдцейхмейстер, как о том воинский устав повелевает" [1, д. 11, л. 344]. Заметим, что в этом указе Военной коллегии Приказ артиллерии впервые назван "Главной артиллерией". С этого момента, он и стал так именоваться.
Я.В. Брюс очень хорошо понимал какая большая ответственность возложена на него этим новым государственным поручением. Для приведения всех российских крепостей, в том числе и вновь завоеванных, в нормальное состояние, требовалось осуществить огромный объем работ. Сделать это в короткое время, при напряженном финансовом положении страны и все-таки пока еще недостаточном количестве высококвалифицированных инженерных специалистов, представлялось ему невозможным, поэтому он сразу же предпринял попытку освободиться от нового поручения.
В своем ответном мемориале в Военную коллегию 2 июня 1720 г. Я.В. Брюс писал: "...по ЕИВ именному указу положено на меня сверх артиллерии почитай две коллегии Берг и Мануфактур, к тому же еще денежные дворы. И за множеством во оных дел того (т.е. исправление крепостей прим. автора - В. Б.) исправить мне невозможно будет. И во всех европейских государствах сие ведают и старание о том и смотрение имеют особливые генералы инженеры. И ежели оное с меня не снимется, а между тем где какая худоба явится и мне за множеством дел управить того невозможно будет и тоб ко мне причтено не было" [Там же, л. 346 346 об.].
Однако эта попытка Я.В. Брюса не увенчалась успехом. Приказ был повторен, и руководству артиллерийского ведомства пришлось заняться решением нового, сложного и трудного комплекса дел, связанных с починкой старых крепостей, строительством новых крепостей, укрепленных пунктов и укрепленных линий. Вместе с тем, мысли Я.В. Брюса, неоднократно высказанные им об учреждении при артиллерии должности особого генерал- инженера, который бы отвечал за производство всех фортификационных работ, были рассмотрены правительством Петра I. В соответствии с указом Петра I от 5 декабря 1722 г. при артиллерии учреждалась должность "генерал-директора над фортификациями", исполнять которую был назначен инженер генерал-майор А.С. Де Кулон. При этом отметим, что указом было определено "быть в его дирекции всем инженерам, инженерной и минерной ротам" [8, д. 8, л. 1; д. 24, л. 183].
Перед первым русским генерал-директором над фортификациями сразу же встал ряд сложных и трудных вопросов, от решения которых зависело успешное развертывание деятельности формируемого корпуса инженеров. Дело в том, что указ Петра I лишь законодательно провозгласил его создание, объединив в нем все военно-инженерные силы и средства. В условиях строгой регламентации, существовавшей в то время, необходимо было, прежде всего, четко определить субординацию служебных взаимоотношений руководства инженерного корпуса с руководством Главной артиллерии и других вышестоящих организации, а так же с руководящими инстанциями периферии. Не менее важным был вопрос о штатах инженерного корпуса с разделением его инженерных сил на полевые и гарнизонные. А штатное положение зависело, прежде всего, от определения общего количества российских крепостей, которые надлежало обеспечивать "строением и починкой". И, наконец, необходимо было определить годовую финансовую смету на содержание инженерного корпуса и починку крепостей.
Надлежит заметить, что Петр I проявил исключительное внимание к нуждам созданного инженерного корпуса и в целях организации его нормальной деятельности, еще до конца своей жизни успел решить многие вопросы. В мае 1723 г. Петр I внес некоторые поправки в штатное положение полевых инженерных подразделений [6, с. 67-69]. В это время генерал А.С. Де Кулон, по поручению Петра, работал над проектом инженерного штата и готовил для доклада другие вопросы, касающиеся положения и деятельности инженерного корпуса. 13 января 1724 г. Де Кулон был на приеме у Петра I и доложил ему подготовленный им "докладной реестр". Об этой встрече и последовавшем затем указе Петра I имеется следующая запись: "Государь император, будучи в зимнем доме и слушав челобитье генерал-майора Декулона...о Инженерном штате, чтоб им быть в ранге против Артиллерийских, изволил на докладном реестре собственной своею рукою написать тако: Їполевых особо, и гарнизонных особо, ранг дать против Артиллерийских?. И по тому ЕИВ указу правительствующий Сенат приказали: оной Инженерной штат росписать в Военной коллегии, которым быть полевым, и которым гарнизонным, а о рангах, против артиллерийских, внесть в табель" [Там же, с. 201]. Офицеры инженерного корпуса имели привилегии (преимущества) перед другими. Объяснение этому можно найти в решении Военной коллегии, последовавшем на представление генерал-директора над фортификациями Б.Х. Миниха, назначенному на эту должность 23 мая 1727 г., и в котором говорится следующее: "Инженерные и минерные офицеры, как в рангах, так и в окладах от армейских офицеров отличены (на один ранг выше прим. автора - В. Б.) для того, что они от прочих офицеров, кои только ординарною шпагою служат, наукой превосходят... которые офицеры инженерству искусстны прежде оных до высших чипов производятся" [10, Введение, с. XXVI]. Этим преимуществом в чинах инженерные офицер пользовались до 1884 г.
С этого момента во всех официальных документах "Инженерный штат", "Инженерный корпус" уже существуют самостоятельно и указываются наряду с "Артиллерийским штатом". Одним из первых документов, где "Инженерный штат" упоминается отдельно от "Артиллерийского штата", была "Инструкция генерал-провиантмейстеру", утвержденная Петром I 20 января 1724 г., в которой говорилось, что генералпровиантмейстер всегда должен иметь генеральные табели о состоянии всей полевой армии и гарнизонов, а "так же Артиллерийскому и Инженерному штату" [6, с. 209]. В этот же день Петр решил вопрос о создании при Главной артиллерии особого органа управления инженерными силами - "конторы инженерской" [Там же, с. 207], получившей первоначально название "Конторы инженерного правления", а затем "Фортификационной конторы", в связи с чем, управление Главной артиллерии стало именоваться "Канцелярией Главной артиллерии и фортификации". Однако необходимо отметить тот факт, что с момента утверждения инженерного штата (30 мая 1726 г.) и организацией Инженерной конторы (25 июля 1726 г.), последняя лишь номинально подчинялась Главной артиллерии, имея прямое подчинение Государственной Военной коллегии. Будучи генерал-директором над фортификациями Б.Х. Миних неоднократно ставил вопрос о преобразовании Конторы Инженерного правления в Главную или Генеральную фортификационную контору [8, д. 24, л. 119, 188; д. 38, л. 275-277, 750]. Став главным в артиллерии [2, д. 75, л. 2] с 20 мая 1729 г.
(но не генерал-фельдцейхмейстером как указано во многих работах прим. автора - В. Б.) Б.Х. Миних целиком подчинил Инженерную контору Главной артиллерии. С этого момента ее управление стало называться "Канцелярией главной артиллерии и фортификации" [8, д. 66, л. 3, 8].
Самым главным вопросом был, конечно, вопрос о составлении самого инженерного штата. Высоко оценивая роль инженерных сил по обеспечению боевой деятельности войск, Петр I лично составил табель полевых инженеров. Чрезвычайно интересно отметить, что он пошел дальше существовавшей в западноевропейских армиях практики и принял решение о создании полевого инженерного полка в составе восьми рот. В каждой роте, согласно петровской табели, имелось пять инженерных штаб- и обер-офицеров и 24 инженерных кондуктора. Вместе со штабом инженерный полк насчитывал 236 человек [2, д. 4785а, л. 2 об.].
Согласно петровской табели штаб инженерного полка состоял из: 1) полковник 1, подполковник 1, премьер-майор 1, секунд-майор - 1; 2) в каждой из восьми рот: капитан 1, капитан-лейтенант 1, поручик 1, подпоручик 1, прапорщик 1, инженерный кондуктор - 24; 3) в отдельной минерной роте: капитан 1, капитан-поручик 1, поручик 1, подпоручик 1, сержант 4, каптенармус 2, фурьер 1, капрал 6 и рядовой минер - 72. В период войны полк должен был придаваться главным силам действующей армии; в мирное время офицеров и кондукторов полка предполагалось использовать на крепостных и других инженерных и фортификационных работах.
По указанию Петра и указу Военной коллегии, генерал А.С. Де Кулон на протяжении 1724 г. работал над штатом гарнизонных инженеров из расчета содержания 31 российской крепости. Трудность составления этого штата заключалась в том, что помимо штатного состава гарнизонных инженерных офицеров и мастеровых, необходимо было определить объем работ по починке каждой крепости и составить смету необходимых материалов и финансовых средств на их годовое содержание.
Прогрессирующая болезнь, а затем и смерть Петра I 28 января 1725 г., надолго задержали решение вопроса об утверждении инженерного штата. Проект штата, составленный генералом Де Кулоном, был рассмотрен в Главной артиллерии, направлен в Государственную Военную коллегию и утвержден только 30 мая 1726 г. Первоначальный штат, разработанный А.С. Де Кулоном и утвержденный 30 мая 1726 г. включал в себя: полковников 3, подполковников - 2, майоров - 3, капитанов 9, поручиков 13, подпоручиков 3, прапорщиков 2, кондукторов 82, сержантов минерных 4, капралов 6, минеров 67, писарей 27, мурмейстеров - 6, кузнечных мастеров 6, плотничных мастеров 6. дернокладчиков - 27, плотников 27, кузнецов 27, при штаб- и обер-офицерах деньщиков 89 [3, с. 587]. Кстати, попутно заметим, что Ф.Ф. Ласковский неправильно утверждает, что будто бы этот штат был утвержден в 1725 г.
25 июля 1726 г. Главная артиллерия в своем указе на имя генерала Де Кулона сообщила: "...по учиненному мая 30 дня 1726 г. штату инженерство и минерство армейское и гарнизонное и школою також строение и починку крепостей ведать и все что по оному надлежит исправлять вам генерал-майору, (яко генералинженеру и директору) и для того учредить вам особую контору и все дела не вершенные до инженерства и минерства касающиеся, також о строении и починке крепостей и о содержании оных в главной Артиллерии имеющиеся (кроме тех, которые по вашим доношениям решения требуют), для рассмотрения и определения поручить вам же; понеже по указам из Военной коллегии 1722 и 1723 годов всем инженерам и минерам в вашей дирекции, а вам над всеми крепостями генералом директором быть велено; а для вспоможения во исправлении в той конторе дел определить вам офицеров из своей команды по своему рассмотрению, також и канцелярских служителей потребное число содержать и им жалование и на расходы употреблять из положенной на оное инженерство и минерство и на строение и починку крепостей денежной суммы..." [8, д. 8, л. 1].
С января 1724 г. на годовое содержание Артиллерии по новой смете, утвержденной Петром, стало отпускаться 300 000 рублей. Из этой суммы шестая часть должна была отпускаться на содержание инженерного корпуса. С момента учреждения конторы инженерного правления, по уточненной смете на содержание Инженерного корпуса в год полагалось 55 189 руб. 87 и 2/3 коп. Однако Главная артиллерия не отпускала всей этой суммы, что явилось причиной неоднократных жалоб Конторы инженерного правления в Военную коллегию и просьб отпускать эту суму из камор-коллегии не на Главную артиллерию, а непосредственно на Инженерный корпус [Там же, д. 24, л. 82; д. 38, л. 25, 164-165, 263-264, 780-782]. Кстати, справедливости ради заметим, что и Главная артиллерия не получала в полном размере причитающуюся ей годовую сумму денежного содержания. Так, например, только за 1724 и 1725 гг. артиллерийское ведомство получило 180 315 руб. и 35 и ј коп. (не дополучено 119 684 руб. 64 и ѕ коп.) и 258 995 руб. 72 и ј коп. (не дополучено 41 004 руб. 27 и ј коп.) соответственно [2, д. 75, л. 214].
Таким образом, на основании вышеизложенного можно предположить, что основной причиной создания русского инженерного корпуса в ходе осуществления реорганизации артиллерийского и инженерного дела, было упорядочение инженерной деятельности в государстве, связанной с осуществлением строительства крепостей и других оборонительных укреплений. Особенно остро эта проблема встала перед российским правительством и военным руководством во втором десятилетии XVIII в. Это и послужило основанием для создания при артиллерии специального инженерного корпуса во главе с генерал-директором над фортификациями.
Русский инженерный корпус, созданный Петром I, объединил всю деятельность инженерных сил, не только по инженерному обеспечению боевой деятельности армии, но и по выполнению обширного комплекса работ, связанных с крепостным строительством. Наряду с этим, в его ведении оказались и другие направления инженерной деятельности, связанные со строительством различного рода искусственных водных коммуникаций и других инженерных сооружений гражданского профиля.
Новый артиллерийский штат 1712 г. законодательно закрепил положение первых подразделений русских полевых инженерных войск, объединив их с артиллерией. Мы не можем полностью согласиться с утверждением Ф.Ф. Ласковского о том, что "причинами первоначального присоединений инженеров к артиллерии" были "малочисленность инженерных команд (по штату 1712 г.) и недостаток высших чинов, которым можно бы было вверить отдельное управление инженерной частью" [3, с. 198]. На наш взгляд, соединение в одном роде войск двух военных специальностей артиллерийской и инженерной, было вполне закономерным явлением для того уровня состояния военного дела в общем, и артиллерийского и инженерного в частности.
Список литературы
1. Архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (АВИМАИВ и ВС). Ф. 2. Оп. 1 (Приказ артиллерии).
2. АВИМАИВ и ВС. Ф. 2. Оп. ШГФ (Штаб генерал-фельдцейхмейстера).
3. Ласковский Ф.Ф. Материалы для истории инженерного искусства в России. СПб.: Типография императорской академии наук, 1861. Ч. II. 642 с.
4. Письма и бумаги императора Петра Великого. СПб.: Государственная типография, 1887. Т. I (1688-1701). 996 с.
5. Полное собрание законов Российской империи с 1648 г. (ПСЗ). СПб.: Типография II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1830. Т. V (1713-1719). 780 с.
6. ПСЗ. СПб.: Типография II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1830. Т. VII (1723-1727). 922 с.