Статья: Ошибочность решения законодателя об исключении прокурора из числа активных субъектов стадии возбуждения уголовного дела и искусственность конструкции следственного комитета в Кыргызской республике

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

Несмотря на то, что в юридической литературе выражение «сдержки и противовесы» нередко используется как единое понятие, между «сдержками» и «противовесами» можно провести достаточно четкую границу. Так, сдержки представляют собой некоторое ограничение действий, наличие объективных факторов, препятствующих субъекту свободно реализовать свою волю. В этом смысле обязанность Генерального прокурора КР получать согласие Совета судей на привлечение судьи к уголовной ответственности (ч. 3 ст. 497 УПК КР) является типичным примером сдержек в уголовном процессе [4]. Назначение противовесов -- противостоять, противодействовать чему-либо. Соответственно, противовес -- это полномочие, которое субъект может использовать в качестве ответной реакции на действия, посягающие, как он полагает, на его (или отстаиваемые им) права и законные интересы. Как правило, в уголовном судопроизводстве роль противовесов выполняют полномочия по обжалованию процессуальных действий или решений [2].

Сдерживание, как уже было сказано, заключается прежде всего в том, что ни прокурор, ни должностные лица следственного органа не могут друг без друга реализовать функцию уголовного преследования в полном объеме, т.е. от возбуждения уголовного дела и до поддержания государственного обвинения в суде. Будучи в равной мере причастными к обвинительной деятельности, прокурор и следственный орган осуществляют ее не одновременно, а последовательно -- в эстафетном порядке (https://goo.su/F7g3). В итоге разделение обвинительной власти на следственную и прокурорскую проецируется на процессуальную деятельность в виде дробления функции уголовного преследования на этапы: следственный и прокурорский. Тем самым законодатель, во-первых, создает объективные препятствия концентрации всей полноты обвинительной власти в руках одного ведомства, а во-вторых, усиливает гарантии законности и объективности уголовного преследования, поскольку полная и последовательная реализация этой функции возможна теперь только при условии, что основания к тому усматривают и орган предварительного расследования, и, затем, прокурор. Противовесы находятся в диалектической связи со сдержками, представляя собой полномочия, к которым субъект взаимодействия прибегает в том случае, когда считает применение в отношении него сдержек незаконным или необоснованным [2]. Так, например, полномочие прокурора возвратить уголовное дело следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков (п. 3 ст. 262 УПК КР) является по отношению к следственной власти сдержкой (https://goo.su/QcY4D).

Противовесом решению прокурора выступает полномочие следователя следственного подразделения обжаловать данное решение прокурора вышестоящему прокурору (ч. 2 ст. 37 УПК КР). Тем самым следственная власть имеет возможность добиваться устранения сдержек в осуществлении ею уголовного преследования [5].

Процессуальные решения, сдерживающие обвинительную деятельность, могут приниматься в ходе досудебного производства и при осуществлении судебного контроля. Например, отказ в удовлетворении ходатайства о производстве следственного действия или избрании меры пресечения в виде заключения под стражу является формой реализации сдержек в отношении следственного органа уже со стороны судебной власти. Очевидно, что следственная власть нуждается в полномочиях, которые могут быть противопоставлены подобным сдержкам, однако таковых не имеет. Между тем, уголовно-процессуальный закон не наделяет должностных лиц органов следствия правом на обжалование, к примеру, постановления следственного судьи об отказе в проведении следственных либо специальных следственных действий (ч.9 ст. 269 УПК КР) [5].

И.С. Дикарев отмечает, подводя итог, что взгляд на процессуальную деятельность сквозь призму проблематики разделения властей позволяет не только лучше понять организацию уголовного судопроизводства, но и вскрыть проблемные участки, требующие внимания законодателя. Необходимо отдавать себе отчет в том, что нереализованность системы сдержек и противовесов в отношениях властных субъектов чревата ошибками и злоупотреблениями, присущими всякой монополистической деятельности [5].

Еще раз хочется отметить, что, как мне кажется, только прокуратура сможет объективно, полно и всесторонне расследовать уголовное дело по обвинению милиционеров в пытках, а не ГКНБ, и тем более не МВД, так как прокуратура независима от них, так как не входит в состав Кабинета Министров (Правительства) Кыргызской Республики.

Во-первых, прокуратура не по всем преступлениям проводит следствие. Прежде всего, это спецсубъекты: по пыткам, по незаконному задержанию или заключению под стражу. Я не думаю, что граждане, избиратели положительно отнесутся к тому, что пытки будет расследовать ГКНБ. Разве будет обеспечен принцип сдержек и противовесов в системе правоохранительных органов путем исключения полномочий органов прокуратуры по проведению следствия? Тогда следствие будут производить только 2 органа -- МВД и ГКНБ. И кто кого будет сдерживать? Какой же это баланс, Вы не написали. Сейчас у вас во всем виноват Генеральный прокурор. А когда следствие передадут, как Вы того хотите, из прокуратуры в ГКНБ и МВД, тогда кто у Вас будет виноват?

Может быть тогда лучше вообще для того, чтобы все было единым, и был один следственный орган в стране, создать Министерство безопасности и внутренних дел КР, объединив МВД с ГКНБ? Такие примеры в истории есть. Так было в царской России, потому что тайные отделения полиции как прообраз КГБ сначала были в составе царской общей полиции, затем НГБ (КГБ) вышел из НКВД, при Ельцине с декабря 1991 по январь 1992 года существовало Министерство безопасности и внутренних дел РСФСР/Российской Федерации. Такие аналоги сегодня имеются в Европе и США. А почему бы и нет. Сократятся расходы на госаппарат. Как известно, даже по данным примитивной Википедии, «впервые Народный комиссариат государственной безопасности СССР был образован 3 февраля 1941 года путем разделения Народного комиссариата внутренних дел СССР (НКВД СССР) на два наркомата: НКГБ СССР, в ведение которого передавались подразделения, непосредственно занятые вопросами государственной безопасности (разведка, контрразведка, охрана правительства и т. д.), и НКВД СССР, в ведении которого оставались оперативные (внутренние), конвойные, пограничные войска, части и подразделения охраны тюрем и лагерей (ГУЛИМЗ), милиция, части местной противовоздушной обороны и пожарной охраны, а также ряд других. 1 марта внесено соответствующее изменение в Конституцию СССР».

После этого НКГБ и НКВД не раз объединялись и разделялись «в связи с изменившейся внешней обстановкой». В справке-обосновании народный избранник указывает, что производство следствия прокуратурой с одновременным ее надзором за соблюдением законности при осуществлении следствия органами прокуратуры ослабляет усилия государства по борьбе с преступностью и коррупцией, открывает возможность для коррупционных проявлений и конфликта интересов.

Извиняюсь, может быть, за предельный формализм, но УПК КР не содержит определения понятия «конфликт интересов». Оно содержится в Законе Кыргызской Республики «О конфликте интересов» от 12 декабря 2017 года № 206 (11), согласно пункту 5 статьи 4 которого конфликт интересов -- это конфликт между общественно-правовыми обязанностями и личными (частными) интересами лиц, указанных в ст. 6 настоящего Закона, при котором их личные (частные) интересы влияют или могут повлиять на выполнение ими должностных обязанностей, что приводит или может привести к нарушению прав и интересов граждан, организаций или государства. Конфликт интересов может быть потенциальным, реальным и произошедшим.

Согласно статье 6 данного Закона его действие распространяется на деятельность:

1) лиц, занимающих государственные и муниципальные должности, предусмотренные Реестром государственных и муниципальных должностей Кыргызской Республики;

2) руководителей учреждений, организаций или предприятий, деятельность которых финансируется из государственного или местного бюджета либо в уставном капитале которых имеется государственная доля, а также доверительных управляющих государственным имуществом;

3) лиц, не обладающих статусом государственного либо муниципального служащего, но при этом осуществляющих трудовую деятельность в государственных органах.

Управление конфликтом интересов лиц, не входящих в перечень, предусмотренный частью 1 настоящей статьи, но осуществляющих профессиональную деятельность за денежное вознаграждение за счет республиканского или местного бюджета, регулируется нормативными правовыми актами о деятельности таких лиц.

Примечание. Под лицами, не обладающими статусом государственного или муниципального служащего, но при этом осуществляющими трудовую деятельность в государственных органах, указанными в пункте 3 части 1 настоящей статьи, понимаются сотрудники Национального банка Кыргызской Республики или лица, временно замещающие отсутствующего государственного гражданского служащего либо муниципального служащего.

Согласно ст. 11 Закона Кыргызской Республики «О конфликте интересов» лицам, указанным в ст. 6 настоящего Закона, при исполнении должностных обязанностей запрещается осуществлять функции надзора, контроля, заключать договоры, в которых они и близкие лица имеют личную (частную) заинтересованность. Таким образом, конфликт интересов -- это когда руководитель организации, которая финансируется из государственного или местного бюджета при исполнении своих обязанностей надзирает, контролирует, заключает договоры, в которых он и его близкие лица имеют личную заинтересованность. Поэтому этим лицам запрещено принимать подарки, стоимость которых не превышает десяти расчетных показателей. пожертвования, если пожертвование влияет на принятие решения в отношении этих физических или юридических лиц, выполнять представительские функции: 1) если лица, указанные в ст. 6 настоящего Закона, и/или близкие лица имущественно либо иным образом заинтересованы в рассматриваемом деле или их интересы противоречат интересам того органа, учреждения, организации или предприятия, которых они представляют; 2) в отношениях с такими лицами, от которых лица, указанные в ст. 6 настоящего Закона, и/или близкие лица получают доходы, преимущества любого вида; 3) в отношениях с таким юридическим лицом, участником, акционером, членом надзорного, контрольного или исполнительного органа которого являются лица, указанные в ст. 6 настоящего Закона, или близкие лица.

Согласно ст. 16 Закона Кыргызской Республики «О конфликте интересов» от 12 декабря 2017 года №206 (11) конфликт интересов выявляется посредством:

1) декларирования личных (частных) интересов при поступлении на службу, при занятии новой должности на службе с иным объемом полномочий;

2) изучения наличия родства с работодателем и подчиненными при приеме на работу лиц, указанных в ст. 6 настоящего Закона, в том числе при приеме документов уполномоченными органами для участия в выборах;

3) выявления аффилированных субъектов с лицами, указанными в ст. 6 настоящего Закона, при осуществлении государственных закупок в соответствии с законодательством о государственных закупках;

4) декларирования доходов, расходов, обязательств и имущества лиц, указанных в ст. 6 настоящего Закона, в соответствии с законодательством о декларировании;

5) информирования вышестоящего руководителя либо комиссии по этике соответствующего органа о возникновении конфликта интересов лицами, указанными в ст. 6 настоящего Закона;

6) осуществления деятельности по предупреждению, выявлению, верификации, предотвращению конфликта интересов органами и лицами, выполняющими функции контроля в соответствии с настоящим Законом;

7) рассмотрения и изучения заявлений и жалоб, поступивших в адрес организации;

8) анализа публикаций и сообщений в средствах массовой информации.

Верификация деклараций о личных (частных) интересах осуществляется комиссиями по этике государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, организаций или предприятий.

Сотрудники органов прокуратуры, так же, как и все остальные госслужащие, обязаны согласно п. 13 ч. 6 ст. 57 Конституционного Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» от 10 сентября 2021 года №114 сообщать непосредственному руководителю о возникновении конфликта интересов при выполнении служебных обязанностей и принимать меры по предотвращению такого конфликта.

Согласно ч. 1 ст. 62 Конституционного Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» от 10 сентября 2021 года №114 в целях эффективного использования кадрового потенциала, создания необходимых условий для служебного и профессионального развития и обеспечения равных возможностей для служебного роста, предотвращения конфликта интересов и снижения риска коррупции в органах прокуратуры проводится ротация сотрудников.

Урегулированию конфликта интересов и проведению в этой связи в том числе служебного расследования в органах прокуратуры посвящен отдельный параграф 5 Конституционного Закона Кыргызской Республики «О прокуратуре Кыргызской Республики» от 10 сентября 2021 года №114 согласно которому порядок управления конфликтом интересов в органах прокуратуры осуществляется в соответствии с законами Кыргызской Республики «О конфликте интересов» и «О государственной гражданской службе и муниципальной службе».