2
Опыт построения полевой модели категории экспрессивности (на материале романа Хелен Филдинг «Дневник Бриджит Джонс»)
Экспрессивность языка можно отнести к тем категориям, которые частично формируют предметную область антропоцентрической парадигмы в языкознании, а именно к категориям интеллектуально-чувственного, отражающим человеческую субъективность в языке и имеющим когнитивно-оценочный характер.
Б. Тошович приводит одну из наиболее полных формулировок термина экспрессивность: «Это категория, (1) охватывающая гомогенные и гетерогенные связи формальных, семантических, функциональных и категориальных единиц, (2) отражающая и выражающая сознательное, целенаправленное, субъективное, эмоциональное и эстетизированное отношение А (отправителя, автора, говорящего) к В (получателю, реципиенту, собеседнику) или С (предмету, содержанию сообщения), (3) обладающая функцией воздействия и (4) служащая для подчеркивания, усиления, актуализации в процессе общения» [8, с. 9].
В данной статье мы поднимаем некоторые проблемные вопросы, связанные с функционально-семантической природой данной категории. Можно ли говорить об экспрессивности как о категориальном единстве? Есть ли закономерность в организации экспрессивного значения в языке и функционировании экспрессивных средств в речи?
Обращаясь к методологической базе функциональной лингвистики, мы предлагаем следующее гипотетическое представление об экспрессивности языка и речи: экспрессивность - это функционально-семантическая категория, которая объединяет разнородные языковые единицы и обуславливает их взаимодействие.
Такое понимание исследуемой категории основано на том, что (1) эмоционально-экспрессивная сфера языкового общения неразрывно связана с речемыслительными процессами человека [3; 4; 5; 10]; (2) экспрессивное значение является универсальным, существующим во всех языках, оно регулярно присутствует в речи и (3) эксплицируется экспрессивными и нейтральными единицами (способными становиться экспрессивными в определенном контексте), образующими подсистемы [6; 8; 9].
В качестве подтверждения существования содержательно-формального единства с инвариантным значением экспрессивности представляется возможным сконструировать модель функционально-семантического поля (ФСП), которая ограничивается следующими структурными типами грамматических и лексикограмматических средств, описанных в лингвистической литературе: эмоционально-экспрессивный синтаксис, стилистический синтаксис, эмоционально-экспрессивная морфология, стилистическая морфология. Полевая модель подразумевает выявление ядерных и периферийных единиц исследуемой категории, а также определение семантической доминанты ФСП. Эта процедура сопряжена с анализом средств формального выражения категории экспрессивности.
В качестве материала для анализа мы использовали англоязычный роман Хелен Филдинг «Bridgit Jones's Diary» («Дневник Бриджит Джонс») [11]. Такой выбор обусловлен многими факторами: употреблением персонажами современного разговорного английского языка, сосуществованием в тексте романа форм устной и письменной речи, а также обращением автора романа к разным речевым регистрам. Все это обнаруживает богатый эмоциональный потенциал материала и позволяет выявить и проанализировать большое разнообразие экспрессивных форм (грамматических и лексико-грамматических) английского языка.
Как семантические варианты категории экспрессивности (т.е. эмоциональная окраска, интенсивность, стилистическая окраска, образность, модальность) формально актуализировались в тексте романа на грамматическом уровне? Что составляет семантическую доминанту ФСП грамматической экспрессивности?
Одним из наиболее частотных средств выражения экспрессивного значения в тексте романа на уровне эмоционально-экспрессивного синтаксиса является словосочетание. В выявленных экспрессивных словосочетаниях реализуются семантические варианты: эмоциональность, образность, выразительность, коннотативность, стилистическая окраска, - эти компоненты входят в лексическое значение слов (bushy-haired, super-dooper, middle-aged bore / неопрятный совершенно несносный зануда), в результате чего в художественном тексте создается эффект разговорной речи.
Семантический вариант интенсивности выражается двумя способами: лексическим (использование слов с контекстуальным значением интенсивности pretty, little / довольно, немного) и грамматическим (словосочетания с несколькими зависимыми словами, частицы). Протяженность анализируемых синтаксических структур делает высказывания более интенсивными (very silly little boots / маленькие никчемные сапожки; a harmless little mistake / безобидная ошибочка; physically, emotionally or mentally equipped / физически, эмоционально и психологически вооружена). В качестве интенсификаторов на уровне словосочетания также часто используются голофразисы, которые очень емко и лаконично характеризуют героев произведения (the rich, divorced-by-cruel-wife Mark / богатей Марк, который развелся со своей ужасной женой; a tedious-beyondbelief manuscript / нудная писанина).
Комплексными экспрессивными средствами в романе являются парантетические внесения, которые, будучи синтаксическими структурами, включают в себя и экспрессивные лексические средства, и экспрессивные морфологические средства (междометия, модальные глаголы). В однословных парантезах актуализируются интенсивность (by the way, actually / между прочим, на самом деле) и модальность (perhaps, maybe, possibly / наверно, может быть, возможно), в многословных парантезах - интенсивность, модальность, эмоциональность:
Her boyfriend, Vile Richard (self-indulgent commitment phobic), whom has been seeing on and off for eighteen months [Ibidem, р. 19]. / Ее парень, Вайл Ричард (сам себе внушающий страх перед серьезными отношениями), с которым она полтора года иногда ходила на свидания.
Somehow I made it through the day, got home, and in a moment of insanity left a message on Daniel's answerphone, saying (oh no, I can't believe I did this), 'Hi, it's Jones here.` [Ibidem, р. 28]. / Я с трудом дождалась окончания рабочего дня, пришла домой и в безумном порыве чувств отправила Дэниелу сообщение на автоответчик со словами (О, нет! Не могу поверить, что я так сделала): «Привет! Это Джонс».
Выявленные в романе примеры парцелляции речевого потока реализуют семантический вариант интенсивности. Данное синтаксическое средство подчеркивает силу эмоций, которые выражаются в высказывании разными лексическими, грамматическими и интонационными средствами:
Hate the New Year. Hate everyone. Except Daniel Cleaver [Ibidem, р. 17]. / Ненавижу Новый год. Ненавижу всех. За исключением Дэниела Кливера.
Такую же семантическую функцию выполняют предложения с расщепленной синтаксической структурой:
I didn't think Mark Darcy, though clearly odd, was ready to accept himself as a Martian quite yet [Ibidem, р. 14]. / Не думаю, что Марк Дарси, хотя он определенно странноват, был вполне готов признать себя марсианином.
Обнаруженные в романе односоставные предложения, императивы, восклицательные предложения и сложноподчиненные предложения с эмфатической ремой демонстрируют пересечение семантических вариантов интенсивности, которая выражается грамматическими структурами, и эмоциональности, которая актуализируется в лексической семантике: Bloody nerves. / Чертовы нервы. Complete panic stations. / В полной панике! Bastard! / Болван!
В ряде примеров мы отмечаем пересечение эмоциональности с семантическими вариантами образности, выразительности, которые также передаются лексическими средствами, использованными в высказывании данного типа:
Not another strangely dressed opera freak with bushy hair burgeoning from a side-parting [Ibidem, р. 9]! / Только не еще один разодетый театрал с копной волос и пробором набок!
Пересечение интенсивности и эмоциональности появляется в примерах с плеоназмами:
Well, I'll leave you two young people together [Ibidem, р. 14]. / Ну, я оставлю вас, молодые люди, наедине.
Oh, that is just such crap, you cowardly, dysfunctional little schmuck [Ibidem, р. 21]! / О, это черт знает что, ты, трусливый, ни на что не годный болван!
Похожие семантические отношения наблюдаются также в предложениях с синтаксической конструкцией «Subject + do + Predicate» и с расчлененным вопросом, в которых появляется стилистическая окраска разговорной речи:
Darling, do meet Mark Darcy over the turkey curry, won't you [Ibidem, р. 12]? / Дорогая, ты ведь познакомишься с Марком Дарси за ужином?
Bit showy, isn't it [Ibidem, р. 228]? / Немного вычурно, не правда ли?
В представленной группе экспрессивных синтаксических средств наиболее ярко актуализирована интенсивность, которая часто пересекается с семантическими вариантами эмоциональности, модальности, выразительности, образности.
Выявленные в романе стилистические синтаксические средства в целом служат для интенсификации высказывания и создания эффекта стилистической окраски речи. Перечислим их виды: инверсия, риторические вопросы, вопросно-ответный ход, экспрессивное отрицание, экспрессивные средства синтаксической связи, повторы, параллелизмы, хиазм, тавтологическое подлежащее, эллипсис, умолчание, апозиопезис, синтаксическая конвергенция, пропуск членов предложения, экспрессивная пунктуация.
Следует отметить, что данные синтаксические структуры часто используются в комплексе с другими экспрессивными средствами, выражающими эмоциональность и / или интенсивность. Например, асиндетон комбинируется с частицами-интенсификаторами:
The one whose boyfriend of thirteen years refuses even to discuss living together; another who went out with a man four times who then chucked her because it was getting too serious; another who was pursued by a bloke for three months with impassioned proposals of marriage, only to find him ducking out three weeks after she succumbed and repeating the whole process with her best friend [Ibidem, р. 20]. / Одна встречается с парнем уже 13 лет, а он не хочет даже упоминать тему совместной жизни; другая была на свидании с мужчиной четыре раза, затем он бросил ее, потому что их отношения зашли слишком далеко; за третьей около трех месяцев бегал женишок со страстным предложением руки и сердца, а через три недели после того, как она «сдалась», оказалось, что он передумал и начал ухлестывать за ее лучшей подругой.
Эллипсис употребляется в одном предложении с междометиями:
'Douglas Hurd?' said Mark. 'Mmm. Yes. So deliciously strict but fair.` [Ibidem, р. 235]. / «Дуглас Херд? - переспросил Марк. - Ммм! Да! Такой неимоверно строгий, но честный».
Умолчание и апозиопезис также используются в одном контексте с междометиями: «Oh, gosh, I'm sorry, I didn't mean…» [Ibidem, р. 234] / «О, боже! Извини, я не хотела…».
Довольно часто обозначенные выше стилистико-синтаксические средства употребляются вместе с экспрессивной пунктуацией, выражающей эмоциональность или интенсивность, например: эллипсис сочетается с экспрессивным тире: «Oh, marvelously - you know - clippy» [Ibidem, р. 12]. / «О, здорово - знаешь - так хорошо стрижет».
Основные семантические варианты, которые реализуются данной группой языковых средств, сводятся к интенсивности и стилистической окраске.
В тексте романа экспрессивное значение представлено также языковыми средствами на уровне эмоционально-экспрессивной морфологии, а именно: междометиями, частицами, модальными глаголами, модальными словами. Данные формы являются системно-языковыми экспрессивными средствами и своим содержанием маркируют контекст. К разряду эмоционально-экспрессивной морфологии относятся также формы сослагательного наклонения, выявленные в тексте, которые в целом передают отношения реальности / нереальности действия, в связи с чем экспрессивное значение данных форм является сопутствующим, не основным.
Междометия, использованные в романе, являются средством выражения эмоциональности и не имеют пересечений с другими семантическими вариантами экспрессивности. Данными языковыми средствами передается весьма разнообразный спектр эмоций в контексте (негодование, огорчение, недоверие, сомнение, жалость, радость, восторг и т.д.): Hurrah! Humph! Ahahahaha! Oooh! Oh, thank God! / Ура! Хм! Ха-ха-ха! О-о-о! О, слава богу!
Интересен также тот факт, что в структуре значения этих средств отсутствует денотативный компонент. Отсюда можно сделать вывод, что междометия являются наиболее специализированной формой выражения эмоциональности в речи.
Подобную природу имеют частицы-интенсификаторы, семантическая функция которых в целом однозначна (усиление высказывания): I was just ringing to see what you wanted for Christmas [Ibidem, р. 8]. / Я звонил только для того, чтобы узнать, что тебе подарить на Рождество.