Самарская гуманитарная академия
О свободе воли и способности к вменению в российской юридической науке в XIX - начале XX веков
А.Н. Сквозников
г. Самара, Российская Федерация
Аннотация
Проблема свободы воли в праве - тема, обладающая неиссякаемой научной актуальностью, поскольку вопрос о свободе воли у действующего субъекта имеет ключевое значение для установления границ действия закона и пределов юридической ответственности. Автор статьи анализирует и обобщает идеи классиков российского права о субъективном вменении и свободе воли как условии юридической ответственности. Он установил, что в результате научной дискуссии в трудах дореволюционных российских исследователей права произошел определенный синтез идей детерминизма и индетерминизма в юридической науке. В результате появилась идея о том, что внешние факторы, безусловно, влияют на поведение человека, но не полностью предопределяют его. В конечном счете субъект сам решает, совершить или не совершить правонарушение. Привлечение субъекта к юридической ответственности возможно только в том случае, если его противоправное поведение стало выражением воли лица, то есть избрано им свободно без каких-либо внешних (принуждение, насилие) или внутренних (душевная болезнь, расстройство сознания) препятствий, которые мешали бы ему выразить свое сознательное отношение к явлениям окружающей действительности.
Ключевые слова: свобода воли в праве, вменение, вина, юридическая ответственность, объективное вменение, субъективное вменение.
Abstract
N. Skvoznikov
Samara Academy for the Humanities, Samara, Russian Federation
ABOUT FREEDOM OF WILL AND ABILITY FOR IMPUTANCE IN RUSSIAN LEGAL SCIENCE OF THE XIX - BEGINNING OF THE XX CENTURIES
The problem of free will in law is a topic of inexhaustible scientific relevance, since the issue of free will of the current subject is the key to establishing the boundaries of the law and the limits of legal responsibility. The author of the article analyzes and summarizes the ideas of the classics of Russian law on subjective imputation and free will as a condition of legal responsibility. He found that as a result of a scientific discussion in the writings of pre-revolutionary Russian law researchers, a certain synthesis of ideas of determinism and indeterminism in legal science took place. The result of this was the emergence of the idea that external factors certainly affect human behavior, but do not completely determine it. Ultimately, the subject decides whether or not to commit an offense. Holding the subject to legal liability is possible only if his unlawful behavior has become an expression of a person's will, that is, he is freely chosen without any external (coercion, violence) or internal (mental illness, impaired consciousness) obstacles that would prevent him from expressing his conscious attitude to the phenomena of reality.
Key words: free will, imputation, guilt, legal liability, objective imputation, subjective imputation.
Проблема юридической ответственности является неотделимой от вопросов вменения, вины и свободы воли в праве. С того времени, когда ученые обратили внимание на волевой характер поведения человека, проблема воли и ответственности остается в центре внимания юристов.
Целью настоящей статьи является изучение проблемы свободы воли как условия юридической ответственности в трудах дореволюционных российских ученых.
Методологическую основу исследования составили общенаучные методы анализа, синтеза и обобщения, а также исторический метод, который использовался для изучения развития взглядов российских ученых на проблему свободы воли в праве.
Проблема свободы воли в праве стала серьезно привлекать внимание ученых-правоведов начиная с XVIII века. В этот период, как известно, в науке происходит методологическая революция, в результате которой ученых начинает интересовать в первую очередь не столько сущность изучаемых явлений (в том числе правомерного и противоправного поведения людей), сколько причины и закономерности этих явлений. На основе предшествующих философских учений начинают возникать юридические концепции о свободе воли. Первыми свое внимание на вопрос о свободе воли обратили представители науки уголовного права, а затем эта проблема стала исследоваться в общетеоретическом ракурсе.
Следует отметить, что на протяжении длительного периода развития государства и права в обществе преобладал материальный взгляд на противоправное деяние. Противоправным признавался вред, нанесенный независимо от участия в совершенном деянии воли субъекта, причинившего вред. Деяние могло признаваться правонарушением, исходя лишь из фактических размеров причиненного вреда без учета субъективного фактора. Виновность зачастую понималась в смысле объективной ответственности и во многих случаях сводилась к вопросу о причинении вреда. Лицо, причинившее вред, могло понести ответственность даже в том случае, если его действия были невиновными, в том числе за случайное причинение вреда [1, с. 3-4]. В связи с этим один из российских дореволюционных исследователей права
В.В. Есипов отмечал, что в течение долгого времени развития общества сущность преступного деяния выражалась в причиненном вреде, то есть вредоносность и противоправность поступка фактически не разграничивались [2, с. 23]. Вместе с тем, отмечал ученый, даже на самой низкой ступе - ни развития общества человек уже различал деяния по степени участия в них воли [2, с. 3].
Вплоть до второй половины XVIII в научных кругах преобладала идея о том, что главным критерием противоправности деяния и основанием ответственности является вред, причиненный правонарушителем обществу, а намерение лица совершить правонарушение имеет второстепенное значение [3, с. 88].
Следует отметить, что еще в римском частном праве получила развитие идея о том, что юридическая ответственность прямо связана с волей человека, совершившего противоправное деяние. В частности, по закону Аквилия (lex Aqulia, 286 г. до н. э.) делинквент нес ответственность только в том случае, если имущественный ущерб был причинен им виновно. В римском частном праве различались две формы вины - умысел (dolus) и неосторожность (culpa). В римском уголовном праве вменение основывалось в первую очередь на воле правонарушителя, а не на его внешнем действии. В римском уголовном праве выделялась только одна форма вины - умысел. Считалось, что если преступное деяние совершено неумышленно, значит, имело место невиновное причинение вреда (casus). То есть римское уголовное право в первую очередь обращало внимание на субъективную сторону правонарушения, которая выражалась в воле правонарушителя. За те деяния, в которых воля правонарушителя не проявилась, римляне не считали необходимым применять уголовное наказание. Например, если обвиняемый совершил деяние не умышленно, а по неосторожности, то он нес не уголовную, а гражданско-правовую ответственность. И наоборот, уголовному наказанию повергались те лица, которые проявили злую волю в своих действиях, хотя и не причинили вред. Например, покушение на убийство наказывалось наравне с оконченным преступлением [4, с. 107].
В дальнейшем во многом под влиянием христианского учения законодатель начинает обращать больше внимания не на вред, причиненный деянием (внешнюю сторону), а на проявление преступной воли (внутреннюю сторону).
В эпоху Нового времени в юриспруденции вслед за философией получили развитие научные концепции детерминизма и индетерминизма, в которых проблема свободы воли в праве оценивалась по-разному [5, с. 354]. Сущность индетерминизма заключалась в том, что каждый человек, достигший определенного возраста и не страдающий психическими заболеваниям, имеет возможность действовать со свободой воли, то есть управлять своим поведением, не нарушая установленных в обществе социальных норм, в том числе норм права. Правонарушитель, совершая противоправное деяние, действует совершенно свободно, имея полную возможность не совершать этого деяния. Человек, не обладающий свободной волей в момент совершения противоправного деяния, не может являться субъектом правонарушения и нести ответственность. Таким образом, индетерминисты считали свободу воли необходимым условием вменяемости.
Точку зрения индетерминистов разделял известный криминалист А. Ф. Бернер. Он считал, что при отсутствии причинной связи между деянием и волей субъекта юридическое вменение не возможно. По мнению Бернера, «вменение уничтожается, если субъект совершил вредное действие, подчиняясь влиянию физических сил природы или вследствие принуждения со стороны другого лица» [6, с. 450], то есть не по своей воле.
Известный русский исследователь С. И. Бар- шев также рассматривал свободу воли как непременное условие юридического вменения. Под свободой воли С. И. Баршев понимал способность человека выбирать между добром и злом, не подчиняясь греху, плоти и чувственным пожеланиям. Внешние обстоятельства не уничтожают этой внутренней свободы выбора. «В свободе действова- ния, - отмечает Баршев, - заключается основание всякой ответственности, которой может быть подвергнут человек, без нее невозможно ни вменение, ни наказание, невозможно, следовательно, и само преступление» [7, с. 32].
Многие известные российские исследователи права XIX века (Г. И. Солнцев, В. Д. Спасович, П. Д. Калмыков, С. М. Будзинский) признавали тот факт, что только лицо, действующее свободно, по своей воле, может являться субъектом правонарушения. В частности, Г. И. Солнцев отмечал, что правонарушение может совершить только лицо, которое обладает разумом и свободной волей. В своем исследовании Г. И. Солнцев устанавливает границы субъективного вменения. По мнению Солнцева, помимо разумности и произвольности в действиях лица, совершающего правонарушение, должны присутствовать умысел или неосторожность [8, с. 51].
По словам Н. С. Власьева, право основано на свободной воле человека. Исследователь отмечал, что правонарушение является продуктом воли преступника, его свободным актом, самоопределением [9, с. 45]. Совершая противоправное деяние, преступник противопоставляет свою частную волю общей воле, выраженной в законе.
Д. Спасович считал, что для привлечения правонарушителя к ответственности требуется обнаружить связь между действием, наступившими последствиями и сознательной волей субъекта, то есть необходимо выявить внутренний, субъективный элемент противоправного деяния [10, с. 145].
«Противоправное деяние - это событие, проистекающее от воли человека», - писал П. Д. Калмыков [11, с. 64]. По мнению автора, «воля» и «свобода» - это понятия идентичные: «свобода (воля) есть способность решаться на что- нибудь, руководствуясь внутренним побуждением, выбирать независимо от принуждения внешнего одно из многочисленных действий» [11, с. 62].
М. Будзинский отмечал, что «если бы человек не имел свободной воли, то он не чувствовал бы угрызений совести в случае содеяния зла, не ответствовал бы за свои действия, не отличался бы от животного. Преступное деяние есть обнаружение воли... Воздействие человека может быть настолько вменено человеку, насколько оно есть дело его воли. Воля и сознание - два условия, без которых преступления быть не может. Воля как свобода действовать, сознание как способность предвидеть последствия своего действия» [12, с. 72-73].
А.Ф. Кистяковский подчеркивал, что участие воли субъекта в совершении деяния является важнейшим признаком правонарушения и необходимым условием ответственности [13, с. 75]. Свободными волевыми поступками можно назвать те действия, которые совершались субъектом без внешнего физического или морального принуждения. Юридическое вменение, по словам А. Ф. Кистяковского, всегда предполагает участие воли: вменяется только то, что субъект желал совершить [13, с. 76].
Н.С. Таганцев, в свою очередь, также писал, что «виновность представляет одно из проявлений нашей воли и предполагает известное отношение между совершаемым правонарушением и нашим представлением о нем» [14, с. 17]. Следует отметить, что в процессе развития юридической ответственности Таганцев выделял период фактического вменения, когда ответственность наступала по факту причинения вреда без учета отношения субъекта к содеянному, и период психического вменения, когда «во внешнем вреде право ищет проявления внутренней виновности человека, в направлении его воли оно видит основания ответственности» [14, с. 12].
Представители российской школы детерминизма в праве, напротив, полагали, что человек не обладает свободной волей. Противоправная деятельность человека, как и явления природы, подчинена определенным законам, обусловлена некоторыми причинами. Каждое желание человека, в том числе желание совершить правонарушение, возникает под влиянием сложных причин и мотивов, формируемых внутри человека, но над которыми он не властен.
Заметное влияние на российскую школу детерминистов оказали взгляды известного немецкого ученого-криминалиста Пауля Иоганна Ансельма Фейербаха. Он полагал, что у человека нет свободы, все его действия обусловлены законами природы. Причиной совершения поступка, в том числе противоправного, является не свободная воля, а стремление к удовольствию и наслаждению. И наоборот: воздержание субъекта от противоправного деяния - это не его свободный выбор, а внешняя необходимость, связанная с угрозой наказания [15, с. 274]. Значит, вменение, по мнению ученого, зависит не от свободы воли, а определяется мыслью о тех страданиях и лишениях, которые придется испытать правонарушителю в результате нарушения закона. В заочную дискуссию с А. Фейербахом вступил в своей работе А. Ф. Бернер, который полагал, что волю человека невозможно принудить, подчинить, поскольку преступления совершались и продолжают совершаться, несмотря на угрозу наказания [6, с. 12]. Однако в дальнейшем А. Фейербах скорректировал свою теорию и признал, что вменение основано на способности субъекта свободно определять свое поведение, взвесив, с одной стороны, свою выгоду от совершения преступления и, с другой стороны, те неблагоприятные последствия, страдания, которые грозят ему в случае привлечения к ответственности.