О причинах революций ХVII-ХVIII веков в странах Запада
Д.А. Ростиславлев
Аннотация
Объективно неизбежный процесс формирования централизованного государства в Новое время приводил к нарушению баланса между потребностями централизации управления и сохранявшимися у общества иными формами самоорганизации. Издержки административной централизации провоцировали тяжелые социальные и политические кризисы, являлись фундаментальными причинами революций ХVII-ХVIII веков в странах Запада.
Ключевые слова: революция; централизация; абсолютная монархия; война за независимость; парламент.
Annotation
D.A. Rostislavlev. On the Causes of the Revolutions in the 17th-18th Centuries in Western Countries
The objectively inevitable process of the formation of a centralized state in modem times led to an imbalance between the needs for centralization of management and other forms of self-organization that remained in society. The costs of administrative centralization provoked severe social and political crises and were the fundamental causes of the revolutions of the 17th-18th centuries in Western countries.
Keywords: revolutions; centralization; absolute monarchy; war for independence; parliament.
Причины революций традиционно становились предметом научных и идеологических дискуссий. Российский исследователь Э.Э. Шульц выделил наиболее популярные теории происхождения революций, среди них темы: «Личностный фактор» (роль правителей и должностных лиц); «Экономика» (влияние кризисов, проблем модернизации); «Массовая психология» («недовольство», в том числе «помешательство»); «Социальные причины». В зависимости от методологических подходов и целей исследования авторы соединяли эти блоки в различной последовательности и соподчиненности [29, с. 114]. Представленный выше перечень причин революций нуждается в уточнении и расширении. Нельзя при этом не согласиться с мнением Э.Э. Шульца о том, что анализ этих причин теснейшим образом связан с методологическим выбором типологии революций, который также остается предметом дискуссий.
В отечественной историографии XX века господствовала марксистская типология революций, основанная на теории смены общественно-экономических формаций. Так, революции ХУП-ХУШ веков в Англии и Франции, войну за независимость в США приверженцы этой теории считали ключевыми событиями цикла классических буржуазных революций Нового времени [3, с. 256; 30, с. 65-83]. Подобная трактовка роли революций во всемирно-историческом процессе сохраняется и в современных вузовских учебниках [12, с. 816].
Соответственно, универсальными причинами революций ХVII-ХVIII веков признавались социально-экономические факторы: противоречия между феодальными отношениями и развивавшейся рыночной экономикой, социальное неравенство, эксплуатация крестьян помещиками, демографические проблемы,
ухудшение экономического положения вследствие неблагоприятных природных факторов и т д. Политическая сторона конфликта представала следствием социально-экономических факторов и зачастую оценивалась как субъективная, а не универсальная предпосылка революций. Форма абсолютной монархии также исследовалась главным образом в контексте соотношения интересов дворянства и буржуазии [18, с. 138-178].
Между тем социально-экономические факторы, определявшие характер революционных событий XVII-XVIII веков, проявлялись весьма различно. Достаточно напомнить о противоположных результатах революций для подавляющего большинства населения доиндустриальной эпохи - крестьянства. В ходе Английской революции были созданы основания для сгона крестьян- копигольдеров с земли. Фактическими ее собственниками стали дворяне. В годы Французской революции, напротив, крестьяне стали собственниками земли. Причем землю получили даже жители деревень, прежде не являвшиеся крестьянами-цензитариями: батраки, арендаторы-половники. В результате Войны за независимость США установленные английским правительством ограничения на расселение колонистов на западных территориях были сняты, что содействовало развитию как фермерских, так и плантационных хозяйств, основанных на труде рабов [1; 2, с. 370-407; 14, с. 220-234].
Сведение достаточно разных по характеру исторических событий в единый цикл классических буржуазных революций привело к чрезвычайно расширенному и произвольному толкованию термина «феодализм». Напомним, в Средние века феодальное право регулировало отношения исключительно внутри рыцарского сословия [4, с. 281-314]Г. Дж. Берман использовал для характеристики правоотношений «помещик - жители сеньории», которыми в основном являлись крестьяне, термин «манориальное право» (от англ. manor - поместье), тем самым противопоставляя его феодальному праву.. Подобная трактовка феодализма была реализована в ходе Английской революции XVII века, поскольку дворянство добилось упразднения палаты феодальных сборов, а значит, отмены средневековой вассально-ленной системы отношений с высшим сеньором - королем [11, с. 176]. Между тем во Французской революции под упразднением феодализма понималась прежде всего отмена привилегий сеньоров в отношении крестьян, жителей сеньорий, а также иных привилегий, противоречащих принципу гражданского равенства [31, с. 721-730]. Декреты об отмене феодализма во Франции принимались с 1789 по 1793 год, при этом содержание упразднявшихся привилегий дворянства всякий раз изменялось: в начале революции упразднялись главным образом личная зависимость крестьян, крепостничество, право помещичьего суда. Декретом от 17 июля 1793 года крестьяне признавались собственниками, а не держателями земель; поземельные платежи дворянам объявлялись феодальными привилегиями и упразднялись [10, с. 104-112]. На причины Войны за независимость английских колоний в Северной Америке антифеодальный фактор не оказал существенного влияния [23, с. 13-15].
Отказ от марксистской трактовки исторического процесса в отечественной академической науке произошел в нулевые годы XX века. Этот феномен ярко проявился в коллективном труде «Всемирная история», изданном Институтом всеобщей истории Российской академии наук [9]. Он кажется особенно заметным при сравнении с изданием в 90-е годы XX века тем же академическим институтом многотомной «Истории Европы» [13], сохранявшей традиционную марксистскую оценку причин исторических событий. Авторы соответствующих разделов «Всемирной истории» отказались от присущего марксизму взгляда на революции как на всемирно-исторические события, предопределившие развитие западной цивилизации в Новое время. Революционные события вписываются ими в национальную историю стран. Авторы раздела «Англия в XVII веке» (М.В. Винокурова, О.В. Дмитриева) охарактеризовали революцию в этой стране как «религиозно-политический и социальный конфликт, принявший форму парламентского противостояния и гражданских войн и повлекший радикальные перемены в общественных отношениях» [8, с. 536]. В качестве непосредственных причин революции названы попытка Стюартов править без взаимодействия с парламентом, преследования пуритан и неудачная попытка утвердить англиканскую церковь в Шотландии, финансовый нажим правительства на налогоплательщиковПодобный перечень разных причин и обстоятельств привел и автор единственного современного учебника по истории Английской революции С.В. Кондратьев: «Она (революция - Д.Р) давно перестала казаться закономерной, но и случайной ее, на наш взгляд, назвать нельзя. Мы увидим далее, что в 1640 г. люди пришли в возбуждение из-за долго копившегося чувства ущемленности и недовольства. Причины этого недовольства были самые разные. Нам представляется, что при объяснении и освещении революции необходимо выделять демографию, социальный и экономический аспекты, религиозное и политическое напряжение, проблему “трех королевств”, локализм, двор и центральные органы управления, базовые ценностные». См.: Кондратьев С. В. Английская революция XVII века. М.: Академия, 2010. С. 25.. Авторы статей, посвященных Американской революции (К.А. Фурсов и И.Ю. Хрулева) [25; 26], особое внимание уделили конфликту между английскими колониями в Северной Америке и метрополией в контексте процесса формирования Британской колониальной империи. Из всего перечня революций XVП-XVШ веков только Французской революции во «Всемирной истории» посвящен самостоятельный раздел. По мнению автора большинства статей раздела А.В. Чудинова, «некогда хрестоматийное утверждение, что эта революция разрушила “феодальный строй”, выглядит анахронизмом» [28, с. 694]. Причинами «социального резонанса, который привел к краху Старого порядка», он назвал совпадение по времени негативных факторов, которые и раньше случались в истории Франции, но в разное время: финансового дефицита, падения цен, неурожаев, фронды знати и парламентов, голодных бунтов, слабости центральной власти [27, с. 652].
Таким образом, отказ отечественных исследователей от признания антифеодального характера революций XVП-XVШ веков привел их, во-первых, к «национализации» причин этих политических событий, то есть к их объяснению исключительно логикой развития отдельных стран. А во-вторых, перечень причин оказался чрезвычайно широким, что затрудняет выявление фундаментальных оснований масштабных политических событий. Возникает вопрос: следует ли отказаться от поиска универсальных причин революций ХУП-ХУШ веков? На наш взгляд, такой причиной могут считаться издержки централизации власти и управления в странах Запада в Новое время.
Формирование современного централизованного государства с рациональной системой управления является важнейшим фактором истории Нового времени. В Средние века в Европе такой тип государств был невозможен из-за отсутствия достаточных средств для содержания постоянной армии и разветвленного бюрократического аппарата. Поэтому многие функции власти и управления передавались на места, структурам, которые формировались обществом, а не повелениями государей. В период ранней государственности у народов, расселившихся на территориях, некогда входивших в состав Римской империи, важную роль играли общинно-племенные структуры власти и управления: народное ополчение, общинное самоуправление, суды сотен и т.д. В эпоху сеньориальных монархий в ХVII-ХVIII веках административные, судебные, нормотворческие функции на местах закреплялись посредством иммунитетных грамот за вассалами - наследственными владельцами ленов, а также за различными корпорациями: городских жителей, торговцев, церкви и др., - в которые объединялись подданные королевств вследствие слабости центральной власти. Исследователь средневекового права Г.Дж. Берман указывал на ограниченность королевской юрисдикции, что, по его мнению, давало подданным право на сопротивление неправомерным приказам монархов [4, с. 382]. При сословно-представительном правлении в Англии сформировалась формула высшей власти - «король в парламенте». Влияние сословно-представительных органов в других монархиях было не столь велико, но весьма заметно.
Великие географические открытия привели к масштабному притоку драгоценных металлов и новых товаров в западноевропейские страны [17, с. 493-500]. Резко возросшие финансовые и иные материальные ресурсы, которыми стали располагать монархи, позволили создать централизованную рациональную систему управления, содержать постоянные профессиональные армии. Монархи подчинили национальные церкви фактически (например, галликанскую церковь во Франции), а порой и фактически, и формально (например, англиканскую церковь). Экономическая политика меркантилизма была призвана обеспечить государственные расходы, неизмеримо выросшие в сравнении с временами, когда многие функции власти и управления осуществлялись сеньорами, средневековыми корпорациями.
Радикальное расширение функций государства зачастую болезненно воспринималось обществом. Население было недовольно резко возросшим налоговым прессом. Демонтаж или снижение реального влияния традиционных, исторически сформировавшихся учреждений сопровождались многочисленными издержками и, естественно, воспринимались подданными как нарушение их прав. Возрастало напряжение в отношениях между королевскими дворами, столицами, где концентрировались национальные богатства, с одной стороны, и провинцией - с другой.
Централизация власти и управления в странах Запада была следствием универсального процесса формирования абсолютной монархии, но в разных странах она имела свои особенности. В Англии институты абсолютизма появились в XVI веке, при правлении династии Тюдоров. К ним относились англиканская церковь, Тайный совет, вобравший административные, военные, нормотворческие и судебные функции, чрезвычайные (прерогативные) суды - Звездная палата, Высокая комиссия; произошло создание наместничеств, управляемых лордами-лейтенантами, при которых формировался аппарат из заместителей, капитанов, а также Советов Севера и Уэльса. При этом сохранялись традиционные органы общественной самоорганизации: городское самоуправление с выборными мэрами и городскими советами, выборные сельские констебли. Шерифов и мировых судей правительство назначало из местных авторитетных жителей. Четыре раза в год собиралось дворянство графств и сотен для решения местных дел. Работал и главный орган самоорганизации - английский парламент, орган нормотворческий, судебный, принимавший решения о налогообложении подданных [15; 34].
Политический конфликт возник в XVII веке, при правлении династии Стюартов, когда был нарушен естественно сложившийся баланс между административной централизацией и самоорганизацией общества. В программном документе «Истинный закон свободной монархии» основатель новой династии Яков I объявил о королевской прерогативе, означавшей, что король стоит над законом, может изменять, приостанавливать действия принятых статутов и править без парламента. Вслед за этим начались периоды беспарламентских правлений Якова I и Карла I, сбор налогов без согласия парламента, расширение практики чрезвычайного правосудия, злоупотребление административным ресурсом, расправа с оппозицией, преследование противников англиканской государственной церкви. Оппозиция Стюартам объединялась требованиями сохранения прав и свобод, основанных на законной судебной процедуре и на историческом праве, в частности на Великой хартии вольностей и статутах, гарантировавших функционирование органов общественной самоорганизации, в особенности парламентаСм., например, текст «Петиции о праве» [11, с. 21-24].. В 1640 году в результате ожесточенной борьбы с королем парламент вышел за пределы исторического права, закрепляя за собой правомочия самостоятельно созываться и распускаться, участвовать в назначении должностных лиц, упразднил чрезвычайные суды, судебные полномочия Тайного совета. Нарушение исторической конституции означало переход к новой, революционной фазе политического конфликта. «Великая ремонстрация», принятая парламентом в 1641 году, но не подписанная Карлом I, - это программа конституционной монархии [11, с. 134-135]. Таким образом, Английская революция была спровоцирована стремлением правительства Стюартов усилить централизацию власти и управления, упразднить или ослабить традиционные учреждения самоорганизации общества. Это вызвало сопротивление со стороны общества, поднявшегося на защиту парламента и исторического права.