О введении чрезвычайного положения правительство Турции впервые уведомило Совет Европы в 1961 году в отношении всей ее территории. В последующем правительство Турции отменило свое решение и направило уведомление о введении чрезвычайного положения только в определенных городах на определенный период времени. С того времени правительство Турции несколько раз вводило чрезвычайное положение в тех или иных районах. В одном из своих решений Страсбургский суд подчеркивал, что правительство не может распространять дерогацию с ограниченной географической сферой действия на другие регионы, не охваченные в первоначальном уведомлении [20].
Греция объявила о своем первом отступлении от Конвенции после переворота в 1967 году; далее последовали несколько других таких решений между этой датой и 1969 годом, когда правительство Греции денонсировало Европейскую конвенцию о правах человека. Ирландское правительство дважды осуществляло свое право дерогации в связи с применением Закона о чрезвычайных полномочиях.
В 2009 году Парламентская Ассамблея Совета Европы выразила свою озабоченность фактами объявления в Грузии (в 2007 году) и Армении (в 2008 году) чрезвычайного положения, сопровождавшегося серьезными нарушениями прав человека [21].
События в Армении показательны с точки зрения последствий ненадлежащего соблюдения правил реализации режима чрезвычайного положения. Чрезвычайное положение было объявлено 01 марта 2008 года тогдашним президентом страны Робертом Кочаряном для того, чтобы подавить мирные протесты, которые были организованы оппозиционными силами после президентских выборов, состоявшихся 19 февраля 2008 года и сопровождавшихся грубыми нарушениями и фальсификациями. Армения официально известила Генерального секретаря Совета Европы об использовании своего права на отступление от некоторых положений Европейской конвенции в соответствии со статьей 15 Конвенции. Согласно международным правозащитным организациям и независимым средствам массовой информации, действия представителей правоохранительных органов по разгону демонстрантов напоминали военную операцию, когда для преследования участников демонстраций протеста даже после их разгона использовались танки и слезоточивый газ.
Такие действия сопровождались жестоким избиением демонстрантов и многочисленными арестами. Более того, во время одной из таких акций полиция открыла интенсивную хаотичную стрельбу, которая продолжалась больше часа. В результате действий полиции погибли, по меньшей мере, 8 лиц, в том числе и 12-летний мальчик.
Объявление чрезвычайного положения позволило президенту Роберту Кочаряну ввести запрет собраний и ограничить деятельность средств массовой информации. В частности, армянские информационные агентства имели право распространять только информацию, поступавшую из официальных правительственных источников, а местным телерадиокомпаниям было рекомендовано прекратить трансляцию программ зарубежного производства.
Наконец, парламент страны внес изменения и дополнения в законодательство о собраниях и демонстрациях, согласно которым был усилен контроль за соблюдением требований о запрете стихийных митингов и демонстраций и ограничены полномочия судебной власти в сфере осуществления независимого надзора за соблюдением требований об ограничении права граждан на собрания.
В связи с данными событиями, Венецианская комиссия Совета Европы и Бюро по вопросам демократических институтов и прав человека при ОБСЕ выступили с совместным заявлением, в котором данные изменения законодательства были признаны ограничивающими право на свободу собраний, и только под давлением Венецианской комиссии и Мониторингового комитета Парламентской Ассамблеи Совета Европы Армения была вынуждена отменить данные ограничения [22].
Необходимо неуклонное укрепление правовых основ ограничения прав и свобод человека. Это также касается установления законодательных нормативов в применении способов ограничения прав и свобод как в обычных условиях, так и в условиях чрезвычайного положения. Необходима корректировка критериев по определению границ ограничения прав и свобод, поскольку жизнь все время меняется, она идет вперед.
Ограничение прав и свобод как вмешательство в процесс их реализации должно иметь под собой серьезную законодательную и исполнительскую базу. Данная работа должна идти в единстве с процессом регулирования способов ограничения прав и свобод на международном уровне. Каждое нарушение процесса ограничения прав и свобод личности без правовой базы должно караться законом.
Литература
1. Грецова E.E. Правомерные ограничения прав и свобод человека в международном праве : автореф. дисс. ... канд. юрид. наук / E.E. Грецова. - М, 1994. - 23 с.
2. Алексеев С.С. Права человека как институт естественного и позитивного права / С.С. Алексеев // Права человека: история, теория и практика / отв. ред. Б.А. Назаров. - М, 1995. - 303 с.
3. Малько А.В. Теория государства и права / А.В. Малько. - М. : Юристь, 2000. - 304 с.
4. Матузов НИ. Права человека и общерегулятивные отношения / НИ. Матузов // Правоведение. - 1996. - № 3. - С. 37-46.
5. Лукашева Е.А. Права человека в глобализирующемся мире / Е.А. Лукашева // Права человека и процессы глобализации современного мира / отв. ред. Е.А. Лукашева. - М. : Норма, 2007. - 464 с.
6. Чиркин В.Е. Общечеловеческие ценности и современное государство / В.Е. Чиркин // Государство и право. - 2002. - № 2. - С. 5-13.
7. Lawless v. Ireland (1961), Publications of the European Court of Human Rights, Ser. A, No. 3.
8. Nowak M. U.N. Covenant on Civil and Political Rights: CCPR Commentary. 2nd ed. Kehl, 2005, p. 78.
9. Oraa J. Human Rights in States of Emergency in International Law. Oxford, 1992, 386 р.
10. Сиракузские принципы толкования ограничений и отступлений от положений Международного пакта о гражданских и политических правах [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http:// legislationline.org/ru/documents/action/ popup/id/14624.
11. The Greek case, Yearbook of the European Convention on Human Rights, 1969, vol. 12, p. 32.
12. Lawless v. Ireland (1961), Publications of the European Court of Human Rights, Ser. A, No. 3.
13. Aksoy v. Turkey (1996), European Court of Human Rights, Reports of Judgments and Decisions, No. 6,1996-II, с. 50; Brannigan and McBride v. the United Kingdom (1993),
Publications of the European Court of Human Rights, Ser. A, No. 258-B; с. 68.
14. Suarez de Guerrero v. Colombia (Заявление № 45/1979), Human Rights Committee Report, 1982; Zelaya v. Nicaragua (Заявление № 328/1988) Human Rights Committee Report, 1994.
15. Demir and others v. Turkey (1998), European Human Rights Reports, 1998-VI, No. 90, Para. 57.
16. Ireland v. United Kingdom (1978), Publications of the European Court of Human Rights, Ser. A, No. 25.
17. Questiaux N. Study of the Implications of Recent Developments concerning Situations Known as State of Siege or Emergency. - E/CN.4/Sub. 2/1982/15, с. 15.
18. Oraa J. Human Rights in States of Emergency in International Law. Oxford, 1992, с. 28-29.
19. Brogan and others v. United Kingdom (1988), Publications of the European Court of Human Rights, Ser. A, vol. 145-B.
20. Sakik and others v. Turkey (1997), http://hudoc.echr.coe.int/
21. Parliamentary Assembly of the Council of Europe, Resolution 1659 (2009) "The Protection of Human Rights in Emergency Situations” [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://assembly.coe.int/.
Аннотация
О правомерности ограничения прав человека во время чрезвычайного положения: материальные гарантии. М. Абдуллаев, доктор философии по праву, доцент Азербайджанского государственного педагогического университета
В статье рассматриваются современные проблемы материальной основы чрезвычайного положения, когда существует исключительная угроза жизни всей нации. На основе процессов современной международной жизни определено, что кризисная или чрезвычайная ситуация, которая затрагивает население в целом и представляет угрозу организованной жизни сообщества, складывается сегодня во многих регионах мира. Имеется необходимость совершенствования мировой правовой практики в целях достижения устойчивого мира и соблюдения прав человека.
Ключевые слова: чрезвычайная ситуация, кризисная ситуация, правомерность ограничения прав человека во время чрезвычайного положения.
Анотація
У статті розглядаються сучасні проблеми матеріальної основи надзвичайного стану, коли існує виняткова загроза життю всієї нації. На основі процесів сучасного міжнародного життя визначено, що кризова або надзвичайна ситуація, яка зачіпає населення загалом і становить загрозу організованого життя спільноти, складається сьогодні в багатьох регіонах світу. Наявна необхідність удосконалення світової правової практики з метою досягнення стійкого миру й дотримання прав людини.
Annotation
The article deals with modern problems of the material basis of the state of emergency, when there is an excep¬tional threat to the life of the nation.
On the basis of the processes of contemporary international life is determined that a crisis or emergency situation, which affects the population at large and represents a threat to the organized life of the community, formed today in many regions of the world. There is a need to improve the global legal practice with a view to achieving sustainable peace and human rights.