С технической точки зрения, процесс чипирования населения в Зарубежных государствах практически аналогичен и имеет лишь незначительные отклонения. Так, в качестве основы воспринимающего сигнала заложены RFID технологии (устройство системы радиочастотной идентификации с чипом и антенной). Изначально бельгийскими учеными рассматривался альтернативный вариант - вживление датчика GPS, однако данная технология, ввиду необходимости наличия бесперебойного источника питания в организме человека, использованию не подлежала.
Рассматривая возможность применения исследуемой технологии, применительно к широкому спектру чипирования материальных объектов, включая неодушевленные, следует согласиться с мнением, что «необходимо включить в технологические документы стандартизации (ГОСТы) оборота отдельных разновидностей материальных объектов соответствующие требования по нанесению устройств радиочастотной идентификации» [11, с. 52]. криптографический чипирование профайлинг
Принцип передачи информации терминалов с устройствами RFID абсолютно идентично функционированию сотовых операторов связи. Лишь в КНР терминальные устройства передачи информации интегрированы в средства видеофиксации. По мнению группы ученых, «важнейшим аспектом разработки и эксплуатации автоматизированной системы, использующей микрочипы, является обеспечение безопасности информации, хранящейся и обрабатываемой на чипе как в период его взаимодействия с терминальным оборудованием, так и в то время, когда чип находится в пассивном состоянии» [12, с. 164].
Существование, в общемировом формате, определенного количества людей - носителей биочипов позволило создать ряд преставлений касательно медицинских процедур вживления и ношения чипов. В частности, суть медицинской процедуры вживления чипа заключается в соприкосновении внешней стороны кожной мембраны ладони с медицинским пистолетом и формированием прокола, в который помещается цилиндрический RFID датчик. Лицам, имеющим ампутации обеих кистей рук, наиболее приемлемым местом нанесения биодатчика является мочка уха. Каких-либо противопоказаний, либо побочных эффектов применения биочипов настоящим исследованием не выявлено. В отличие от устройств GPS, датчики RFID не являются источниками радиации, поэтому какого-либо вреда организму носителя не оказывают.
Мы весьма скептически оцениваем точку зрения, касательно того, что «биочип - это инструмент ближайшего будущего, в котором появятся функции, расширяющие возможности человека - функции, увеличивающие силу мышц, стабилизирующие артериальное давление, а, возможно, улучшающие и мыслительные способности человека» [13, с. 174]. Причем, полностью противоположная позиция относительно того, что «послав с помощью чипа, который посредством нейронных связей соединяется с мозгом, нужные колебания на слабый или больной орган, можно просто вывести его из строя» [14, с. 509] также видится нам несостоятельной.
В последнее время в средствах массовой информации описывается алгоритм о якобы принуждении населения всех стран пройти процедуру вакцинирования от смертельно опасного вируса, где под видом вакцины в организм человека будет вживлен специальный биочип, который будет отслеживать все его перемещения, а, при необходимости, вплоть до наступления биологической смерти носителя [15; 16; 17 и др.]. Считаем данную позицию домыслами, лишенную моральных, медицинских, технических и юридических предпосылок.
Отмечая положительные свойства проекта чипирования населения, Х. Д. Аликперов справедливо указывает на то, что «сотни тысяч людей ежегодно бесследно исчезают в мире, и, как позже выясняется, многие из них оказываются замурованными, закопанными, сожженными, утопленными» [18, с. 26]. Мы в полной мере разделяем данную точку зрения, рассматривая чипирование населения как профилактическое средство противодействия похищению людей, киднеппинга, убийств, трудового рабства, изъятию органов тела человека и пр. Несмотря на особую значимость решения вышеуказанной цели, их исполнение сопряжено с комплексом организационных и технических задач, среди которых следует выделить:
законодательная проработка вопросов внедрения института чипирования населения;
выделение денежных средств для финансирования данного проекта;
повсеместная установка терминальных комплексов связи для охвата движения носителей биочипов (государство - область - город).
К категорически противоположным выводам приходит Д. А. Шестаков, по мнению которого «Массовое чипирование, как и другие приемы всеобъемлющего надзора, создало бы определенные дополнительные возможности по противодействию поверхностному слою преступности, но гораздо в большей мере оснастило бы самих преступников глубинных ее уровней - прежде всего в лице глобальной олигархической власти» [19, с. 59]. С данной точкой зрения также можно согласиться, так как действительно представляет особый интерес вопросы хранения, а также вероятность неправомерного использования огромного массива персональной информации граждан в собственных интересах. Тем не менее, казахстанский опыт применяемых информационных систем (например, e-gov, e-licence, e-notary и т.п.) свидетельствует о крайне малой возможности утечки персональных данных граждан, и, вследствие этого, гарантированное обслуживание населения. Несмотря на вышеизложенное, считаем, что данный вопрос требует максимально глубокой проработки, где защита персональной информации должна быть одним из наиболее важных аспектов, обусловливающая возможность, или наоборот, запрет внедрения института чипирования населения.
Не менее важным вопросом, волнующим юридическую общественность, является порядок управления данными, размещенными в биочипе. Опыт каких государств наиболее приемлем на постсоветском пространстве? Либо предоставлять безграничные возможности управления информацией по опыту некоторых Западноевропейских государств, либо устанавливать жесткие контрольные меры по обслуживанию сведений, размещенных в биочипе, на примере отдельных стран Латинской Америки и КНР.
Тем не менее, мы выступаем решительно против применения чипирования населения как формы тотального контроля над конкретным человеком и гражданином, а превращение нашего государства - Республики Казахстан, с демократическими и светскими идеалами, в страну с полицейским режимом. Именно поэтому И. В. Тюриным данная проблема структурно разделена на: «1) действующего сотрудника правоохранительного органа, знающего проблемные стороны противодействия преступности, так сказать, изнутри системы, 2) обывателя» [20, с. 44].
Выводы
В заключении сформулируем следующие выводы и предложения, а также SWOT-анализ.
Считаем необходимым разработку, издание и утверждение нормативной документации, регулирующей условия, порядок, процедурные вопросы касающейся исследуемой совокупности, с обязательным общественным обсуждением.
По нашему мнению, массовое чипирование населения должно производиться только на основе персонального согласия на данную процедуру, подкрепленное письменным заявлением или подписанным при помощи ЭЦП.
Полагаем необходимым предусмотреть условия обязательного чипирования отдельных категорий лиц, исходя из медицинских показаний (например, в отношении людей, страдающих потерей памяти), а также в условиях служебной/ военной необходимости (например, военнослужащие - участники военных действий и операций, сопряженных с высоким риском гибели, получения ранений, а также попадания в плен) на территории государства, участвующей в проекте чипирования населения.
Склонны полагать, что представляется возможным чипирование несовершеннолетних лиц, с обязательного согласия обоих родителей, либо опекунов (попечителей), в особенности в отношении воспитанников детских домов, во избежание их безнадзорного поведения (систематический побег из учреждений, бродяжничество и т.п.).
На наш взгляд, следует разработать циркуляр, согласно которому возможно незамедлительное извлечение биочипа из тела носителя, в условиях медицинского учреждения, на основе его письменного волеизъявления.
Считаем обязательным обеспечить беспрепятственный доступ носителя биочипа (например, посредством личного кабинета) к той информации, носителем которой он является.
Сильные стороны:
Безошибочный процесс идентификации личности возможен за считанные секунды.
Становится возможным ориентирующий поиск (по направлениям) без вести пропавших лиц, а также контроль за перемещением специального контингента носителей.
Биочип является более дешевой альтернативой изготовлению личных документов (паспорт, удостоверение личности, водительское удостоверение и т.д.).
Появляется комплекс дополнительных возможностей, обеспечивающих жизненный процесс граждан (открывание/закрывание дверей, денежные транзакции, голосование и т.п.).
Слабые стороны:
Как и любое RFID устройство, биочип может, с определенной периодичностью, подвергаться размагничиванию. Инородное тело (биочип) в редких случаях может отторгаться организмом носителя, а также, в целом, недостаточная осведомленность относительно возможных противопоказаний применения данной технологии. Возможность развития у носителя биочипа маниакального комплекса преследования со стороны неопределенной категории лиц. Вероятность попадания информации, указанной в биочипе, представителям криминального мира, включая возможное использование данных как непосредственно против самого носителя, так и против третьих лиц.
Список использованных источников
1. Егорова Т. В. Словарь иностранных слов современного русского языка. Москва : «Аде- лант», 2014. 800 с.
2. Конституция Республики Казахстан. Алматы, 30 августа 1995.
3. Дук Ю. И. Некоторые вопросы внедрения систем дистанционного контроля над преступностью. Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2016. № 4(43) С. 69-72.
4. Смирнов Л. Б. Особенности и технологии дистанционного противодействия пенитенциарной преступности. Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2017. № 1(44). С. 40-43.
5. Бегалиев Е. Н. Новеллы в современной криминалистике. Алматы : «Лантар Трейд», 2020. 106 с.
6. Бондаренко А. С., Ярыгин П. К., Турилов М. А. Оценка рисков актуальных угроз при чипировании человека. International Journal of Humanities and Natural Sciences. Vol. 6-2. С. 158-166.
7. Бондаренко А. С., Ярыгин П. К., Турилов М. А. Программно-апаратный аспект при чипировании человека. International Journal of Humanities and Natural Sciences. Vol.6-2. С. 167-175.
8. Баранкова М. В., Скопылатова О. А. Чипизация населения. Актуальные проблемы авиации и космонавтики. 2015. Т. 1. С. 508-510.
9. Аликперов Х. Д. Глобальный дистанционный контроль над преступностью: допустимость, возможности, издержки. Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2016. № 3 (42). С. 26-33.
10. Шестаков Д. А. Поголовное чипирование как подмена бога шайкой земных хозяев (возвращаясь к Достоевскому). Криминология: вчера, сегодня, завтра.) 2016. № 4 (43). С. 57-60.
11. Тюрин И. В. Дистанционный контроль над преступностью. Возможно ли это? Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2017. № 1(44). С. 44-46.
References
1. Egorova T. V. Slovar inostrannyh slov sovremennogo russkogo yazyka [Dictionary of foreign words of the modern Russian language]. Moskva : «Adelant», 2014. 800 s. [in Rus.].
2. Konstituciya Respubliki Kazahstan [Constitution of the Republic of Kazakhstan]. Almaty, 30 avgusta 1995. [in Rus.].
3. Duk Yu. I. Nekotorye voprosy vnedreniya sistem distancionnogo kontrolya nad prestupnostyu [Some issues of implementation of remote crime control systems]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra. 2016. № 4(43) S. 69-72. [in Rus.].
4. Smirnov L. B. Osobennosti i tehnologii distancionnogo protivodejstviya penitenciarnoj prestupnosti [Features and technologies of remote counteraction to penitentiary crime]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra. 2017. № 1(44). S. 40-43. [in Rus.].
5. Begaliev E. N. Novelly v sovremennoj kriminalistike [Novels in modern forensics]. Almaty : «Lantar Trejd», 2020. 106 s. [in Rus.].
6. Bondarenko A. S., Yarygin P. K., Turilov M. A. Ocenka riskov aktualnyh ugroz pri chipiro- vanii cheloveka [Assessment of the risks of actual threats in human chipping]. International Journal of Humanities and Natural Sciences. Vol. 6-2. S. 158-166. [in Rus.].
7. Bondarenko A. S., Yarygin P. K., Turilov M. A. Programmno-aparatnyj aspekt pri chipiro- vanii cheloveka [Hardware and software aspect of human chipping]. International Journal of Humanities and Natural Sciences. Vol.6-2. S. 167-175. [in Rus.].
8. Barankova M. V., Skopylatova O. A. Chipizaciya naseleniya [Chipization of the population]. Aktualnye problemy aviacii i kosmonavtiki. 2015. T. 1. S. 508-510. [in Rus.].
9. Alikperov H. D. Globalnyj distancionnyj kontrol nad prestupnostyu: dopustimost, vozmozhnosti, izderzhki [Global remote crime control: admissibility, opportunities, costs]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra. 2016. № 3 (42). S. 26-33. [in Rus.].
10. Shestakov D. A. Pogolovnoe chipirovanie kak podmena boga shajkoj zemnyh hozyaev (vozvrashayas k Dostoevskomu) [Universal chipping as a substitution of God for a gang of earthly masters (returning to Dostoevsky)]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra.) 2016. № 4 (43). S. 57-60. [in Rus.].
11. Tyurin I. V. Distancionnyj kontrol nad prestupnostyu [Remote crime control]. Vozmozhno li eto? Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra. 2017. № 1(44). S. 44-46. [in Rus.].