8
Самарская государственная академия культуры и искусств
Кафедра философии и политологии
О месте «Энциклопедии философских наук» Гегеля в истории интеллектуального развития человечества
Сергей Николаевич Труфанов, к. филос. н.
Интеллектуальная атмосфера эпохи Просвещения
Утвердившийся в период Средневековья христианский догмат о сотворении мира единым Богом развернул мировоззрение людей на 180є. Мир стал восприниматься ими как единое целое, а все его части и отдельные предметы - принадлежащими его целостности и подчиненными ей. Если сознание древнего языческого человека ещё «плясало» от окружающих его единичных вещей, то сознание нового монотеистического человека уже стояло на точке зрения целостности мира и исходило из неё как единственно данной.
Этот же догмат о сотворении мира единым Богом побуждал человека Нового времени не только пассивно созерцать мир, но и активно познавать его. Логика проста: коль скоро мир создан по слову Божьему, то, следовательно, изучая его (мир), мы будем познавать Бога в его внешнем проявлении.
Успешное развитие частных наук вело к тому, что в сознании человека Нового времени стало формироваться противоречие между сферой его образного представления и сферой его мышления. Господствующая в представлении монотеистическая картина мира, показывающая его (мир) как единое целое, требовала такого же отношения к нему и со стороны мышления. Но мышление, обретшее свою свободу в частных науках, продуцировало материал противоположного свойства. Оно наполняло себя разрозненными понятиями, которые показывали мир лишь по частям и фрагментам. И чем больше развивались науки, чем богаче становился арсенал используемых ими понятий, тем острее делалось это противоречие.
Преодолеть его можно было только за счёт внесения корректив в мышление человека. Для этого, в свою очередь, требовалось привести принцип формирования научного знания в согласие с принципом монотеистических религий. Если догмат о сотворении всего сущего Богом требует от человека смотреть на мир как на единый целостный организм, то подобным же образом его должны были показывать и развивающиеся науки.
Для достижения этой цели существовал один путь: сведения всех уже выработанных и эксплуатируемых мышлением научных понятий в единую систему - всеобщую науку, которая должна была показывать мир как единое целое. Одним из первых идею создания подобной науки высказал Декарт. Исходя из признания всеобщей упорядоченности мира, он полагал, что и наука о нём должна иметь такой же всеобщий упорядоченный характер. Затем эту идею подхватил Лейбниц, который всерьёз намеревался написать фундаментальный труд о всеобщей науке, но так и не написал его.
Саму возможность создания такой науки европейские рационалисты связывали с деятельностью человеческого разума. Слова «наука», «единство знаний» и «разум» воспринимались в век Просвещения если не как синонимы, то всё же очень близкими по смыслу. «Рационалистический постулат единства - вот, что владело умами эпохи... Понятие единства и понятие науки являлись полностью заменяемыми понятиями» [2, с. 37], - пишет Э. Кассирер в своей «Философии Просвещения». И далее продолжает: «Функция объединения как таковая признаётся основной функцией разума» [Там же, с. 38]. философский гегель разум духовный
К началу XIX века частные науки достигли как раз такого уровня развития, когда работу по созданию всеобщей системы понятий уже не только пора было начинать, но ещё и можно было сделать. В большинстве из них к тому времени уже сформировался аппарат основных несущих их конструкцию понятий. При этом само строение этих наук ещё оставалось прозрачным и не было загромождено всем тем прикладным содержанием, которое пришло в них позднее.
Другим не менее важным для решения этой задачи условием являлось то, что в тот период ещё не существовало таких помех для научной работы, которые в обилии имеются сегодня. Не было ни радио, ни телевидения, ни телефонов, с утра и до вечера извергающих потоки малозначительной информации, ни достающей повсюду рекламы. В современном мире мышлению уже некогда заниматься собой, работать со своим собственным содержанием, оно постоянно отвлечено на восприятие внешней информации. А в те времена по утрам кричали петухи, слышался цокот подков, в известные часы били колокола. Вечерами люди занимались рукоделием, чтением книг, беседовали.
В ту пору человек, посвятивший себя служению науке, мог с юных лет и до конца дней своих мыслить широко, глубоко и размеренно. Именно тогда, при тех параметрах жизни можно и нужно было начинать выстраивать всеобщую систему понятий. В более зрелом возрасте - а за последующие два столетия человечество взрослело не по дням, а по часам - проделать такую работу никому бы уже не удалось. В условиях начавшегося с середины XIX века лавинообразного роста знаний эта задача очень скоро стала превосходить возможности человеческого разума.
Этапы создания всеобщей системы понятий
Сама работа по созданию всеобщей системы понятий была осуществлена в три этапа. На первом этапе был реализован алфавитный принцип систематизации. Уже в XV-XVI вв. в различных ремёслах и искусствах стали создаваться наставления, которые приобретали форму словарей. В самом конце XVII в. вышел «Исторический и критический словарь» Бейля, в котором статьи располагались в алфавитном порядке. Чуть позже в Англии появилась «Энциклопедия, или Всеобщий словарь ремесел и наук» Чэмберса. Во второй половине XVIII в. во Франции под руководством Дидро и Даламбера была создана «Энциклопедия, или Систематический словарь наук, искусств и ремесел». В предисловии к ней говорилось: «Цель Э. - объединить знания, рассеянные по поверхности земной, изложить их в общей системе для людей, с которыми мы живем, и передать их людям, которые придут за нами».
Алфавитный принцип позволяет собрать неограниченное число понятий, что можно рассматривать как его достоинство. Однако предлагаемый им порядок имеет чисто внешний, формальный характер и сам по себе никак не способствует появлению в головах людей единой научной картины мира.
На втором этапе ученик Лейбница Христиан Вольф предложил другой принцип всеохватывающей систематизации понятий - в порядке их внутренней связи, где каждое новое понятие должно быть определено предыдущим и предполагать следующее. Если алфавитные энциклопедии представляли собой агрегат знаний, то Вольф намеревался выстроить систему подобно организму: «Системой поистине называется скопление, связанное между собой посредством собственных принципов» [Цит. по: 3, с. 63].
Однако на деле Вольфу удалось воплотить свои грандиозные планы лишь частично. Более или менее успешно он реализовал только отраслевой принцип распределения понятий (по отраслям знаний). С этой целью он выделил в своей системе и описал несколько десятков наук. Но в рамках каждой такой науки он действовал отнюдь не «строго доказательным дедуктивным методом», а его полной противоположностью - методом философской эклектики. Это значит, что очертания наук не имели у него чётких границ. Преемственная связь между ними отсутствовала.
Понятия распределялись произвольно. Их содержание излагалось догматическим способом, допускающим любые разрывы и перескоки мысли. «Все его заявления относительно ясности и отчетливости в понятиях и принципах, обоснованности и строгой доказательности связи между ними, его претензии на создание целостной и универсальной системы философского знания, построенной на основании единого и точного метода, во многом оказались не более чем декларацией о намерениях, выполненной крайне искусственным и внешним образом, с многочисленными нестыковками как логического, так и содержательного порядка» - отмечает В. А. Жучков [5, с. 18].
Тем не менее, для первой половины XVIII в. разработанная Вольфом система знаний являлась прогрессивным шагом, продиктованным необходимостью вытеснить из образования уже пережившую своё время схоластическую философию. Она (система знаний Вольфа) получила широкое распространение, а созданные им учебные руководства по различным дисциплинам служили основой университетского образования вплоть до появления критических работ И. Канта. За это вся образованная Европа выразила Вольфу благодарность. Правители ряда стран, включая нашего Петра I, зазывали его в свои академии.
На третьем этапе был разработан и реализован принцип всеобщей систематизации понятий в порядке логической преемственности их смысла. Сделать это удалось представителям немецкой классической философии: Канту, Фихте, Шеллингу и Гегелю. Мы не будем рассматривать здесь персональные заслуги каждого из этой великой четвёрки. Скажем только, что отправной точкой стало критическое отношение всех четверых к вольфовской системе наук. Сам же принцип логической преемственности понятий был сформулирован И. Г. Фихте, а реализован Вильгельмом Гегелем.
Суть и значение «Энциклопедии философских наук» Гегеля
«Философствование без системы не может иметь в себе ничего научного… Всякое содержание получает оправдание лишь только как момент целого, вне которого оно есть необоснованное предположение» [1, с. 100] - так определял свою позицию Гегель. Но чтобы реализовать её и выстроить всеобщую систему понятий, ему потребовалось изучить все науки своего времени. В результате ему пришлось проделать беспрецедентную по масштабам работу мысли, которая воплотилась в 17 томов его произведений. В своём главном системообразующим произведении - «Энциклопедии философских наук» - он разобрал все арсеналы мыслительных определений (понятий), которыми пользуется в своей работе человеческий разум, и выстроил их в порядке логической преемственности их смысла, где из одного понятия выводится смысл другого, их него - третьего и т.д.
Из «Энциклопедии...» вытекают и к ней сводятся все другие его произведения, в которых более подробным образом излагаются её отдельные разделы. Исключение составляет только его первая большая работа «Феноменология духа». Она представляет собой начальный вариант построения его научной системы, от которого он впоследствии отказался.
В своей «Энциклопедии» Гегель разделил все используемые мышлением понятия (определения) на три группы. Первую группу составили определения чистого понятия. Вторую - определения природы. Третью - определения человечества. Затем он систематизировал каждую группу определений по отдельности. В первом томе - «Науке логики» - он выстроил понятие чистого понятия. Во втором томе - «Философии природы» - понятие природы. В третьем томе - «Философии духа» - понятие человечества.
Наиболее сложной для понимания является его «Наука логика», в которой он выстроил понятие чистого понятия. Чистое понятие, или понятие в чистом виде, - это то общее, что присуще понятиям всех предметов. Если каждый предмет имеет своё понятие, то, следовательно, у всех у них (у их понятий) должно быть что-то общее. Вот это общее и есть то, что Гегель назвал понятием как таковым или чистым понятием. А именно…
Любой предмет представляет собой нечто целое. Как целое он состоит из частей, а части - из элементов. Соответственно, чтобы понять предмет (получить его понятие) необходимо выявить все его части и элементы и мысленно связать их воедино, чтобы в итоге получилось понимание целого.
На языке чистого понятия целое называется всеобщностью, части - особенностью, а элементы - единичностью. Однако для того чтобы получить возможность размышлять посредством этих определений, прежде необходимо, как мы уже сказали, выявить в самом предмете все его реальные части и элементы. Но ещё раньше нам потребуется обнаружить сам предмет и отделить его от остального мира. Соответственно, вся процедура постижения понятия любого предмета включает в себя три этапа. На первом мы только обнаруживаем сам факт бытия интересующих нас предметов. На втором - выявляем их внутреннее строение и внешние связи. На третьем - мысленно постигаем их понятие как таковое. Отсюда три части «Науки логики» Гегеля: «Учение о бытии», «Учение о сущности», «Учение о понятии».
Каждому этапу постижения чистого понятия соответствует свой круг собственных определений мышления, которые называются категориями. Категория означает то конкретное, что мы высказываем о предметном мире, что мы утверждаем в отношении него. Таковыми являются всеобщие признаки, которыми обладают все окружающие нас предметы. Все они имеют количественные и качественные параметры, форму и содержание, причину и следствие, единичное и особенное значение и т.д. Вот эти определения были систематизированы Гегелем в «Науке логики», благодаря чему он выстроил в ней понятие чистого понятия. Пустого, беспредметного мышления не бывает. Оно всегда направлено на постижение понятия того или иного предмета. А это значит, что наука о чистом понятии и наука о мышлении - логика - представляют собой одну и ту же науку.
Отделив определение чистого понятия от определений природы и человечества, Гегель в итоге сумел сделать то, что прежде не удавалось никому, - навёл действительный порядок в арсеналах человеческого разума и установил ведомственную принадлежность всех понятий без исключения. Сведя разрозненные понятия в единую логически упорядоченную систему, он убил сразу двух зайцев: выстроил целостную научную картину мира и раскрыл строение самого человеческого разума. Тем самым он решил главную задачу своего времени - привел принцип деятельности мышления людей в соответствие с принципом религиозной картины мироздания.