Большая частотность наблюдается в использовании формы 1-го и 2-го лица множественного числа глаголов. Например, празднуем событие; входим в реальное общение с Ним; обретаем прощение грехов; исполняем закон Христов и уподобляемся Спасителю; поделитесь своей душевной сердечной радостью со своими близкими; остановите кровопролитие, вступите в реальные переговоры для установления мира и справедливости; молитесь ныне ко Господу. К этому явлению приводят двойные отношения между отправителем и получателем в религиозной коммуникации. Несмотря на то, что вероучение отмечает: «Все равны перед богом», это не значит устранение наличия иерархии, поскольку настоятель прихода, оставаясь членом церковного братства, выступает в роли духовного отца для своих прихожан [Там же, с. 21]. В тексте послания глагольные формы 2-го лица множественного числа и соответственно личное местоимение «вы» отражают иерархию в общении пастыря и прихожан, являются маркером асимметричных отношений между священнослужителем и верующим. Напротив, глагольные формы 1-го лица множественного числа и соответственно личное местоимение «мы» выступают в качестве языкового выражения симметричности позиций отправителя речи и её получателя.
Форма «мы-инклюзивного» [3, с. 238] отличается высокой частотностью употребления и является стилистически значимой для религиозного текста, помогает отправителю сблизиться с получателем и показывает, что все равны перед Богом и что наставления равно относятся и к получателю, и к самому отправителю, который служит посредником между Богом и человеком на земле. В данной форме подчёркивается общность позиций говорящего и всех собеседников. Всё это связано с тем, что категория «мы» занимает особое место в православной культуре, отражая «душу Православия» [1, с. 145] - идею соборности. Например: мы имеем возможность опытно познать; в особых прошениях которой отражены духовные нужды и переживания наших собратьев; наши храмы наполняются молящимися людьми. По нашим наблюдениям, личное местоимение мы и притяжательное местоимение наш представляют собой самые распространённые местоимения в тексте послания.
Для современного православного послания характерно широкое использование глагольных аналитических форм 3-го лица единственного числа с частицами пусть и да. Форма 3-го лица единственного числа с частицей пусть выражает значения призыва и пожелания, обладает эмоционально-экспрессивной окраской торжественности, приподнятости: Во всех храмах Церкви нашей пусть неустанно совершается теперь особая молитва о мире и преодолении междоусобной брани; пусть на дела любви нас вдохновляют слова апостола [9]. Формы 3-го лица единственного числа с частицей да являются реликтом системы императивных форм старославянского языка и трактуются как устаревшие: Да будет свет Вифлеемской звезды путеводным для каждого из нас и да благословит Господь труды на ниве благоустроения жизни Церкви, государств, в которых мы живем, и наших обществ, и да одарит всех нас неотступным пребыванием в Евангельской Истине; Да дарует Господь исцеление всем пострадавшим и да укрепит силы тех, кто ныне трудится ради преодоления последствий этого стихийного бедствия [15]. «Частотность таких форм в современных православных посланиях свидетельствует о силе традиций в духовной речи и её ориентированности на высокие образцы, восходящие к опытам создания древнерусской православной проповеди» [19, с. 24].
В тексте послания возникает образ автора, который выступает как посредник между Церковью - наместницей Бога на Земле - и верующими, народами, причём это посредник, понимающий народ и близкий к нему, что обусловливает отсутствие явного авторского волеизъявления в форме категорического приказа: долженствующе-предписывающий характер изложения в форме категорического императива не свойствен современному православному посланию. Когда автор выражает своё желание, мнение, просьбу, предложение, призыв и т.д., он прибегает к мягким формам выражения. Сюда относятся: императивы 2-го лица множественного числа (Примите мои искренние соболезнования от имени всех верующих Русской [16]); глагольные формы 3-го лица с частицами пусть и да, выражающие горячее желание и позитивный призыв (Во всех храмах Церкви нашей пусть неустанно совершается теперь особая молитва о мире и преодолении междоусобной брани [9]; предстательством святителя и чудотворца Николая да дарует духовно-нравственное обновление всем заключенным [14]); модальные предикаты нужно, надо, должен в сочетании с инфинитивом: Нужно сделать нравственный выбор [17]; Мы должны быть православными людьми не по социологическим только опросам [20].
В текстах посланий глагольная форма 1-го лица единственного числа не так многократно употребляется, преимущественно в поздравлении, пожелании, призыве и просьбе, появляющихся в начале и конце текстов: Призываю ценить данную нам Богом жизнь и добросовестно исполнять все [10]; Желаю всем вам неуклонного возрастания в любви ко Господу и ближним [18]; Прошу Вас передать слова сочувствия и поддержки всем подданным норвежского Королевства [16]. В этом случае личное местоимение я в виде подлежащего зачастую опущено, так как при наличии глагола-сказуемого использование подлежащего я приводит к подчёркиванию индивидуальности говорящего.
Фиксируется неоднократный случай употребления формы 3-го лица единственного числа настоящего времени глагола быть, обладающей структурно-семантической архаичностью. Например: Господь и Бог наш Иисус Христос, Который «есть Спаситель всех человеков, а наипаче верных»; Бог есть источник жизни и радости…, Бог есть Святая Троица.
Религиозная коммуникативная цель заключается в пропаганде мировоззрения православия, привлечении людей к церкви. Священнослужители с помощью разных видов речевой деятельности непосредственно оказывают влияние на чувство, дух, мысль верующих, укрепляют их верование, делают их настоящими праведными православными верующими. В языке посланий использование качественных прилагательных, насыщенных различной эмоционально-экспрессивной окраской, прилагательных сравнительной и превосходной степеней, несомненно, является одним из оптимальных средств осуществления коммуникативной цели.
Среди используемых в посланиях имён прилагательных разных типов преобладают качественные прилагательные. Как известно, семантическая структура качественных прилагательных содержит оценочные семемы разной степени, выражающие определённые оценочные значения относительно человека, предмета и явления, поэтому качественные прилагательные обладают самой богатой экспрессивностью. Благодаря убедительным, вдохновляющим языковым средствам священнослужителей православная доктрина проникает в глубину сердца получателей, трогает их душу, вызывает в них желание примкнуть к православной церкви, позволяет осуществить позитивное воздействие интеграции общества и воспитания аудитории, поэтому в посланиях возникает необходимость использования качественных прилагательных с разными эмоционально-экспрессивными окрасками: Святая, Грозный, яркое, невыносимый, неприступные, верные, немощные, безмерный, вечный и т.д.
По сравнению с краткими формами прилагательных, обозначающих временный признак и признак по отношению к чему-либо, тексты современных православных посланий склонны к употреблению полных форм прилагательных: Бог есть Любовь, а не только Высшая Сила; Бог есть Святая Троица, внутренним законом жизни Которого является также любовь, - а вовсе не одинокий Владыка мира. Полным прилагательным свойственны постоянный и безотносительный признаки, и тон речи становится более мягким. Широкое использование полных форм прилагательных отражает вечность в православном сознании, соответствует мягкости характера текстов посланий.
Наш анализ показывает, что концентрация в тексте православного послания форм прилагательных со значением превосходной степени (суперлативов), которые в большинстве обладают заметной положительной особенностью и яркой выраженностью, включает в себя простые формы превосходной степени прилагательных, отличающиеся книжностью: величайшее событие, важнейший праздник и т.д.; сложные формы превосходной степени прилагательных менее частотны: самая прочная связь между людьми, самые дорогие для нас люди; простые формы превосходной степени прилагательных с приставкой наи-: наичестнейши; прилагательные со старославянской приставкой пре-, все-, имеющие значение превосходной степени: всечестные пресвитеры и диаконы, преславное, всесильный и т.д. В тексте посланий широко используются средства экспрессивного усиления оценки.
Многократно зафиксированы архаичные падежные формы притяжательных прилагательных на -ов, -ий: Воскресение Христово [13]; свет Христов просвещает всех [Там же]; неустанно возвещая правду Божию [Там же]. Они формируют эмоционально-экспрессивную окраску торжественности, приподнятости православного послания.
Кроме личных местоимений 1-го и 2-го множественного числа мы и вы, широко распространены определительные местоимения каждый, любой, все. Например: обращаюсь ныне ко всей Полноте нашей Церкви, ко всем народам исторической Руси; Данный праздник имеет самое непосредственное отношение к каждому из нас; Любая человеческая жизнь бесценна. В тексте послания не называется конкретное лицо, что позволяет каждому из получателей стать одним из тех, о ком говорится в данных фрагментах текста. Неоднократно встречается ещё одно неопределенное местоимение - некоторый: Тем и отличается она от некоторых религиозных по названию, но мирских по сути организаций. «Оно выражает неопределённость референции, снимает претензии на однозначность интерпретации и оставляет возможность свободного толкования» [4, с. 14]. Помимо того, такое неопределённое местоимение не только скрывает личную ответственность говорящего за своё высказывание, но и придает речи аллегоричную эффективность. По мнению Т. В. Булыгиной и А. Д. Шмелева, этот приём является так называемой «игрой на референциальный неоднозначности» и трактуется как средство «языковой демагогии» [2, с. 574].
Таким образом, морфологический уровень является одним из важнейших компонентов языковой организации современного церковного послания, который принимает участие в формировании его коммуникативной направленности.
Список литературы
1. Булгаков С. Н. Православие: очерки учения православной церкви. М.: Терра, 1991. 416 с.
2. Бульгина Т. В., Шмелев А. Д. Языковая концептуализация мира (на материале русской грамматики). М.: Языки славянской культуры, 1997. 577 c.
3. Даниэль М. А. Является ли инклюзив местоимением первого лица? (Терминологический экскурс в типологической перспективе) // Языки мира. Типология. Уралистика. Памяти Т. Ждановой. Статьи и воспоминания. М., 2002. С. 232-251.
4. Жданова И. В. Семантико-структурная и функциональная специфика заглавий богословско-религиозного жанра // Молодой учёный. Чита, 2011. Т. II. № 3 (26). С. 12-16.
5. Кожина М. Н., Дускаева Л. Р., Салимовский В. А. Стилистика русского языка: учебник. 4-е изд-е, стер. М.: Флинта; Наука, 2014. 464 с.
6. Крылова О. А. Церковно-религиозный стиль // Стилистический энциклопедический словарь русского языка. М.: Флинта; Наука, 2003. С. 612-616.
7. Крысин Л. П. Религиозно-проповеднический стиль и его место в функционально-стилистической парадигме современного русского литературного языка // Поэтика. Стилистика. Язык и культура: памяти Т. Г. Винокур. М., 1996. С. 135-138.
8. Лихачёв Д. С. Поэтика древнерусской литературы // Избранные работы: в 3-х т. Л.: Худож. лит., 1987. Т. 1. С. 260-654.
9. Обращение Святейшего Патриарха Кирилла к Полноте Русской Православной Церкви [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/3675015.html (дата обращения: 24.05.2015).
10. Обращение Святейшего Патриарха Кирилла ко всем верным чадам Русской Православной Церкви по случаю Всемирного дня памяти жертв дорожно-транспортных происшествий [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/3371996.html (дата обращения: 24.05.2015).
11. Обращение Святейшего Патриарха Кирилла по случаю восстановления празднования Дня трезвости 11 сентября
[Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/3733583.html (дата обращения 24.05.2015)
12. Официальный сайт Московского Патриархата [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru (дата обращения: 10.09.2015).
13. Пасхальное послание Святейшего Патриарха Кирилла архипастырям, пастырям, диаконам, монашествующим и всем верным чадам Русской Православной Церкви [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/ text/3625847.html (дата обращения: 24.05.2015).
14. Патриаршее послание по случаю праздника святителя и чудотворца Николая и проведения акции «День милосердия и сострадания ко всем во узах темничных находящимся» [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.
ru/db/text/3881918.html (дата обращения: 24.05.2015).
15. Патриаршее соболезнование в связи с землетрясением на острове Суматра [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/804924.html (дата обращения 24.05.2015)
16. Патриаршие соболезнования в связи с серией терактов в Норвегии [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia. ru/db/text/1583619.html (дата обращения: 24.05.2015).
17. Послание Святейшего Патриарха Кирилла ко Дню народного единства [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia. ru/db/text/3825913.html (дата обращения: 24.05.2015).
18. Послание Святейшего Патриарха Кирилла по случаю празднования Дня православной молодежи [Электронный ресурс]. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/2793479.html (дата обращения: 24.05.2015).