Статья: Национально-культурные автономии в системе диалога власти и гражданского общества: коммуникационное измерение процесса нациестроительства в современной России (на примере Приволжского федерального округа)

Национальная структура населения республик, входящих в Приволжский федеральный округ

Table 1. National structure of the population of the republics, included in the Volga Federal district

Источник: Официальный сайт полномочного представителя Президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе [Электронный ресурс]. URL: http://pfo.gov.ru/ district/ (дата обращения: 05.08.2019).

Более 50% от общего состава населения титульные нации составляют лишь в 2 из 6 республик ПФО -- Республике Татарстан (РТ) и Чувашской Республике (ЧР). При этом все республики довольно охотно пользуются возможностью создавать иные виды НКОО на своих территориях, предназначенные для защиты интересов титульных наций. Так, по данным Ассамблеи народов России (2014 г.) в Республике Башкортостан (РБ) действовали 43 национально-культурных объединения, 5 из которых представляли интересы башкирского народа; в Республике Марий Эл (РМЭ) из 4 таковых было 1; в Республике Мордовия (РМ) из 21 -- 9; в Удмуртской Республике (УР) из 34 -- 6 Список национально-культурных объединений России: Сб. метод. материалов / Ассамблея народов России. М., 2014. С. 109-122..

В ФЗ «О национально-культурных автономиях» присутствует достаточно много положений, акцентирующих коммуникативный аспект (например, к принципам национально-культурной автономии отнесено сочетание общественной инициативы с государственной поддержкой (ст. 2)).

Предусматриваются содействие и поддержка НКА как непосредственно органами государственной власти федерального и регионального уровней, так и через консультативные и совещательные органы при Правительстве РФ и исполнительных органах субъектов РФ, а также органах местного самоуправления (ст. 7, 9, 14 и др.).

В данном случае благодаря представительству НКА (соответственно, федеральных, региональных и местных) в подобных структурах появляется определенный канал относительного политического влияния (как и благодаря праву создания СМИ на национальных (родных) языках), хотя, разумеется, он не может считаться полноценным ввиду рекомендательного характера принимаемых такими органами решений. Стоит еще подчеркнуть важность нововведений 2014 г., не только расширяющих целевое назначение института НКА, но усиливающих, на наш взгляд, его социально-политическую интеграционную функцию в плане укрепления единства российской нации (ст. 1).

На региональном уровне в рамках ПФО у НКА имеются дополнительные возможности фактически политического участия. Так, в Республике Башкортостан законодатель закрепил права НКА участвовать в выборах в случаях и порядке, установленных законодательством Российской Федерации о выборах, и в порядке, предусмотренном законодательством, участвовать в подготовке и обсуждении проектов законов и других нормативных правовых актов, принимаемых в Республике Башкортостан (ст. 9) О национально-культурных автономиях в Республике Башкортостан: Закон Республики.

Однако это скорее исключение из региональной практики, нежели правило. Его можно воспринимать как некий рудимент стратегии особого позиционирования республики в системе центрально-региональных отношений в 1990-е годы. Общим трендом для регионов выступает в большей степени детализация предусмотренных федеральными актами прав НКА.

Подробная их регламентация, например, типична для Республики Мордовия, в частности, в отношении права национально-культурных автономий на освещение их деятельности в средствах массовой информации (ст. 6)Башкортостан от 17.03.1998 № 145-з (с изм. и доп.) [Электронный ресурс]. Ш_: ППрву/Ьаве. garant.ru/17752172/ (дата обращения: 03.08.2019). О государственной поддержке национально-культурных автономий: Закон Республики Мордовия от 01.12.2004 № 93-З (с изм. и доп.) [Электронный ресурс]. Ш_: ГіП:р://тогиоуіа. regnews.org/doc/uw/3g.htm (дата обращения: 30.07.2019).. Многие республики в ПФО пока запаздывают с законодательной институционализацией НКА (Республика Марий Эл, Удмуртская Республика, Чувашская Республика), но располагают иными нормативными (законами в сферах культурной, образовательной и языковой политики, например, «О языках в Республике Марий Эл», «О государственных языках Удмуртской Республики и иных языках народов Удмуртской Республики», «О языках в Чувашской Республике» и др.) и концептуально-программными документами. Проиллюстрируем динамику последних сведениями, приведенными в табл. 2.

Подобные документы нацелены на повышение эффективности вовлеченности институтов гражданского общества в реализацию государственной национальной политики РФ, содействие интеграции этнических диаспор, формирующихся в рамках миграционных процессов, в местное региональное сообщество (что соответствует новациям в Законе № 74-ФЗ) и пр. Типична в этом смысле программа РМ Государственная программа «Гармонизация межнациональных и межконфессиональных отношений в Республике Мордовия» на 2014-2020 гг. (с изм. на 25.02.2019) [Электронный ресурс]. Ш_: http://docs.cntd.ru/document/424029654 (дата обращения: 05.08.2019)..

Организационный компонент анализируемой коммуникативной системы также весьма обширен и разветвлен. Он представлен разнообразными структурами, действующими на федеральном и нижестоящих уровнях. Оговоримся, что в данном случае акцент будет сделан на консультативных и совещательных органах, функционирующих в сфере государственной национальной политики и оказывающих содействие институтам гражданского общества, включая НКА.

Если говорить о федеральном уровне, то здесь заметную роль играют Совет при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям (https://sovetnational.ru); Совет при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека (http://president-sovet.ru); Совет по межнациональным отношениям и взаимодействию с религиозными объединениями при Совете Федерации (1пИр://соипсП. gov.ru); Комиссия по гармонизации межнациональных и межрелигиозных отношений Общественной палаты РФ (https://oprf.ru). Непосредственно деятельность НКА находится в фокусе внимания Консультативного совета по делам национально-культурных автономий при Федеральном агентстве по делам национальностей России (ФАДН России) Консультативный совет по делам национально-культурных автономий при Федеральном агентстве по делам национальностей [Электронный ресурс]. 11Я_: http://fadn.gov.ru/otkritoe- agenstvo/obshestvenniy-kontrol/konsultativnyy-sovet-po-delam-natsionalno-kultumyh-avtonomiy- pri-federalnom-agentstve-po-delam-natsionalnostey (дата обращения: 05.08.2019)..

Совещательные и консультативные структуры образованы и на региональном уровне. Их условно можно разделить на две группы: с общей компетенцией и со специальной компетенцией. Отметим, что в республиках в пределах ПФО учреждены структуры именно первой группы, хотя в других субъектах в рамках округа есть и советы по делам национально-культурных автономий, т. е. со специальной

Нормативные и концептуально-программные документы республик, входящих в Приволжский федеральный округ, в сфере реализации государственной национальной политики компетенцией (например, в Пензенской области Совет по делам национально-культурных автономий при Правительстве Пензенской области [Электронный ресурс]. URL: http://pnzreg.ru/open-govemmenVnekommercheskie-organi- zatsN/obshchestvennye-sovety-pri-gubematore/sovet-po-delam-natsюnalno-kulШmykh-avtonomiy- pri-pravitelstve-penzenskoy-oblasti.php (дата обращения: 05.08.2019).). Функционирующие в рассматриваемых республиках консультативные органы, занимающиеся вопросами взаимодействия с НКА, обозначены в табл. 3.

Table 2. Normative and conceptual-program documents of the republics, included in the Volga Federal district, in the sphere of implementation of the state national policy

Источники: Информационно-правовой портал Гарант (garant.ru); Электронный фонд правовой и нормативно-технической документации (docs.cntd.ru/).

Таблица 3 Консультативные (совещательные) органы в сфере реализации государственной национальной политики при органах государственной власти субъектов РФ -- республик в рамках Приволжского федерального округа

Table 3. Consultative (advisory) bodies in the field of implementation of the state national policy at public authorities of subjects of the Russian Federation -- republics within the Volga Federal district